Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  


Загрузка...

Учебное пособие - История немецкого языка - файл 1.doc


Учебное пособие - История немецкого языка
скачать (822 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc822kb.21.11.2011 10:11скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9
Реклама MarketGid:
Загрузка...
§ 20. Деятельность языковых обществ

Экономический и политический упадок, наступивший в Германии после Тридцатилетней войны и первые десятилетия после Вестфальского договора, повлёк за собой деградацию культурной жизни. К явлениям упадка в культурной жизни Германии относится пренебрежение к немецким обычаям и культуре у господствующих классов, заимствование иностранных слов, поклонение и подражание прежде всего французским обычаям и нравам.

Бурно распространявшееся засорение немецкого языка иностранной лексикой, в первую очередь французской, ещё до Тридцатилетней войны, вызвало активное сопротивление патриотически настроенных людей. В 1617 г. молодой Мартин Опиц опубликовал свою работу «Аристарх или размышления о немецком языке». В том же году князь Людвиг Ангальтский по примеру «языковых академий» Италии и Франции организовал в Веймере общество для развития родного языка, первое немецкое языковое общество, которое не только было призвано остановить наплыв иностранной лексики, но и ставило перед собой общекультурные задачи, например, поощрение добродетельного немецкого патриотизма. Это общество называлось „Fruchtbringende Gesellschaft oder der Palmenorden“ («Плодоносное общество или общество Пальмы»). Оно объединило представителей всех сословий, желавших тщательно оберегать родной язык от иностранщины. Её членами были грамматисты Шоттель и Гвейнц (Gueintz), поэты и писатели Мошерош, Грифиус, Логау, авторы поэтик Опиц и Харсдерфер. Следует отметить, что деятельность Юстуса Г. Шоттеля приобрела огромное значение, выходящее за рамки борьбы с иностранной лексикой. Его «Искусство немецкого языка» („Teutsche Sprachkunst“ 1641) и «Детальное исследование главного немецкого языка» („Ausführliche Arbeit von der Teutschen Haupt-Sprache“ (1663), в которых уже учитывалась история немецкого языка, послужили основой дальнейшего научного исследования немецкого языка и имели большое значение для потомства.

С „Fruchtbringende Gesellschaft“ вскоре стали соревноваться другие общества, созданные с той же целью в разных областях Германии.

В 1633 г. в Страсбурге было основано общество „Aufrichtige Gesellschaft von der Tannen“ («Честное, добродетельное общество Ели»). В 1643 г. в Гамбурге по инициативе Филиппа фон Цезепа возникло общество „Teutschgesinnte Genossenschaft“ («Товарищество патриотически настроенных людей»). В 1644 г. было создано в Нюрнберге общество под названием „Hirten- und Blumenorden an der Pegnitz“ («Орден пастухов и цветов на берегу Пегница»), а в 1658 г. - „Elbschwanenorden“ («Орден эльбских лебедей»).

Перед членами языковых обществ стояли разнообразные задачи: 1) очищение немецкого языка от излишних иностранных и заимствованных слов; 2) устранение территориальных различий в немецком литературном языке; 3) нормирование и кодификация литературных норм в грамматиках и словарях; 4) регулирование языкового употребления путем создания стилистик, риторик и поэтик.

В соотвествии с поставленными задачами члены этих языковых обществ вели активную борьбу за чистоту немецкого языка, положив начало пуристическому движению в Германии. Они выступали также с теоретическими произведениями. Многие из них могли служить как поэты образцом вдохновлённого стремления придать родному языку достойную форму. Особую ценность для развития немецкого стихосложения имела поэтика М. Опица (M. Opitz) „Buch von der deutschen Poeterey“ (1624). В 17 в. впервые со времен рыцарской литературы значительную роль вновь начинает играть поэзия на немецком языке, на которую оказывали влияние гуманизм и Возрождение. Формальной основой развития немецкой поэзии 17 в. и явилась метрическая реформа, проведенная М.Опицем (1597-1639).

В этой книге он выступил как реформатор немецкого стиха: на смену распространеному в прошлом столетии стиху, основанному на чередовании долгих и кратких слогов (Knittelvers), Опиц ввел стих, построенный на смене ударных и неударных слогов. Он требовал чистых рифм, совпадения ударения в слове и в стихе, рекомендовал использование эпитетов, поэтических метафор и неологизмов. Мартин Опиц (1597-639) был главой Первой Силезской школы поэтов. Он выступал против переоценки роли латинского языка, за красоту и чистоту поэтического языка, свободного от диалектизмов, архаизмов и иностранных слов, за логическую ясность и грамматическую правильность. Он не ограничивал проблему единого языка сферой Schriftsprache как письменной формы языка. Он ставил вопрос и о правильном звучании. Образцом, по его мнению, является язык Лютера, т.е. восточносредненемецкий литературный язык. Он явился основателем особого поэтического стиля 17 в., так называемого «барочного стиля» („Barockstil“).

Язык барокко представлял собой, особенно в творчестве поэтов Второй Силезской школы поэтов, искусственный, вычурный, перегруженный эпитетами и метафорами, псевдоклассический поэтический язык. Он изобиловал такими генитивными словосочетаниями, такими как der Weisheit Zier, der Venus Pfeile, сложными словами schimmerndlicht, silberweiß+´ Nektarlippen, Perlenbrüste, и т. п. Несмотря на это он был значительным этапом в развитии немецкого литературного языка.

§ 21. Пуризм

В результате неутомимой деятельности грамматистов и языковых обществ в 17 в. было не только создано описание грамматической системы немецкого языка, но произошла и переоценка взглядов на родной язык как на язык второстепенный, «низкий», вырос общественный авторитет немецкого языка. Это проявилось, прежде всего, в борьбе с засильем иностранных слов – в пуристическом движении и в стремлении заменить латынь немецким языком в области школьного обучения и науки. Пуристическому движению (от лат. purus-«чистый») способствовало усиление патриотических настроений во время Тридцатилетней войны (1618-1648), а также пример соседских стран, более передовых, в которых уделялось большое внимание национальным языкам.

В 17 в., в условиях политической и экономической раздробленности, когда норма немецкого языка ещё не устоялась, для него представлял большую опасность поток иностранных, особенно французских слов, наводнивших немецкий язык в так называемую «эпоху модников» („A-la-Mode-Zeit“), когда французский язык становится языком двора и чиновничьей верхушки, а как образец для подражания почитаются иностранные (французские, итальянские, испанские) моды и придворный этикет, литература, музыка и театр.

Пуристическое движение, имевшее в 17 в. прогрессивный характер, связано с деятельностью языковых обществ. Пуристы боролись с высокомерно-пренебрежительным отношением к родному языку, доказывая его способность не хуже других языков выражать в стихах и прозе мысли и чувства. Пуристы обогатили немецкий язык многочисленными словами, которыми они заменяли иностранные заимствования. Гарсдёрферу немецкий язык обязан такими словами, как Briefwechsel вместо Correspondence, Irrgarten вместо Labyrith, Lehrart вместо Methode и т. д.

Наиболее интересен как пурист и создатель многочисленных неологизмов Филипп фон Цезен. Им было предложено 1735 неологизмов. Это преимущественно различного рода кальки с французского, нидерландского, латыни и т.д. Филипп фон Цезеп создал: Gewissensfreiheit вместо liberte de conslience, Mundart вместо Dialekt, Trauerspiel вместо Tragödie, Verfasser вместо Autor, Nachruf вместо Nekrolog, Sinngedicht вместо Epigramm, lustwandeln вместо spazieren и т. д.

Иногда пуристы допускали ошибки из-за незнания истории языка, или им изменяли чувство меры и вкус, и они предлагали заменить то германские по происхождению слова, то раннее вполне освоенные немецким языком заимствования, например, вместо Nase предлагалось Gesichtserker «выступ на лице», вместо Sonne – Tageleuchter «дневное светило», вместо Natur –Zeugemutter (zeugen - порождать), Fieber = Zitterweh (Zittern - дрожать), Papst=Obererzvater, Venus = Liebinne, Aurora-Zötinne, эти и также неудачно онемеченные слова, как Entknötelung вместо interprеtation, Jungfernzwinger вместо Nonnenkloster, Leichentopf вместо Urne, принадлежат также Цезену.

Немало заимствований, несмотря на появление заменяющих их слов, не исчезло из языка, продолжая сосуществовать с новыми словами как их синонимы, например: Аdresse-Anschrift, Duell-Zweikаmpf, Autor-Verfasser, Tragödie-Trauerspiel, Lustspiel-Komödie, Bücherei-Bibliothek; или же они семантически обособлялись от нового заимствования, которое они должны были заменить, сравните, например: Horizont-Gesichtskreis (поле зрения), Universität-Hochschule (высшая школа), Journal-Tagebuch (дневник).

Образуя новые слова, грамматисты-нормализаторы и писатели обращались к лексике территориальных диалектов, противопоставляя заимствованиям внутринемецкие источники пополнения и обогащения языка, способствуя этим сближению национального языка и диалектов, из которых он вырос.

С 17 в. лексика литературного языка пополнялась в основном не за счёт заимствований из диалектов, а за счёт слов, создаваемых путём словосложения и словопроизводства (нередко это были кальки), а также за счёт прямых заимствований из других языков.

§ 21. Периодическая печать

Важную роль в развитии и нормализации немецкого языка в 17-18 вв. сыграла периодическая печать. С появлением и развитием периодических газет значительно расширяется в 17 в. сфера делового языка. Первые еженедельные немецкие газеты относятся к 1609 г. Первая ежедневная газета стала издаваться с 1661 г. в Лейпциге.

Общее назначение и содержание немецких газет 17 в. определялось их ярко выраженной информационной направленностью. Чаще всего это была информация о политических и военных событиях. С конца 17 в. газеты становятся в Германии не только предметом чтения и обсуждения в различных слоях общества, но и объектом изучения в университетах. В результате газеты приобретают немалое влияние на языковую практику современников. На языковую политику газет оказывала большое влияние традиция канцелярской письменности. С ней газеты были связаны благодаря тому, что деловые документы обычно являлись непосредственными источниками газетной информации.

Газеты первой половины 18 в. по своему содержанию и назначению продолжают традиции, сложившиеся в 17 в. Преследуя узко-информационнные цели, они дают довольно однообразный перечень событий, а отдельные информационные сообщения обычно располагаются в порядке их поступления. К середине века вся информация начинает объединяться по тематическому или территориальному признакам. Композиционная перегруппировка разных сообщений повлекла за собой основательную обработку текстов, а следовательно, и языка газет. Правда, газетный текст все ещё сохранял довольно обнообразную структуру, а преобладающей формой сообщений являлась информационная статья. Газетная лексика, а отчасти и формообразование содержат наряду с некоторыми местными особенностями, проникавшими из разговорного языка, отдельные слова и формы из других районов, особенно южных. В этом состоит специфика языка газет по сравнению с другими типами периодики. В них объединялись также различные стилистические слои: книжная лексика терминологического характера и «канцеляризмы» сочетаются в газетах с бытовым и отчасти уже архаическим словарём.

В 18 в. большое распространение получают журналы научного содержания. По своему содержанию научная периодическая литература первой половины столетия была преимущественно полиисторической: до 1820 года более одной пятой всех периодических изданий составляли «общенаучные» журналы. Из отраслевых научных журналов в данный период представлены главным образом труды по теологии, истории и философии.

В «морализирующей» литературной журналистике первой половины 18 в. главным видом являлись морально-дидактические еженедельники. Первый журнал такого типа появился в подражание английским образцам в 1713 г. в Гамбурге под названием «Разумник» («Der Vernünftler»). И.Готтшед выпускает в 1725 г. журнал для женщин «Разумные хулительницы» - «Die Vernünftigen Tadlerinnen», а затем – журнал «Der Biedermann». Большой популярностью пользовался «Der Patriot» (Гамбург, 1724-1726). В подражание этому популярному журналу возникают многочисленные «Патриоты» и в других городах.

Каждый выпуск такого журнала содержал рассуждения автора на избранную им «поучительную» тему: широко обсуждались различные моральные, этические и бытовые проблемы, связанные с жизнью бюргерства. В соотвествии с идеями Просвещения в задачу этих журналов входило «исправление вкуса и улучшение морали и обычаев». Некоторые отдельные положения широко иллюстрировались вставными новеллами, письмами, диалогами, баснями и т.п. Поэтому морально-дидактические журналы по использовавшимся здесь литературным приемам в значительной степени подготовили появление некоторых видов и жанров художественной литературы.

Лучшие образцы морально-дидактической литературы отличались относительной простотой и четкой формальной расчлененностью синтаксических построений. В этом смысле они в определенной степени подготовили тот тип письменного литературного языка, который достиг своего рацвета в повествовательной прозе второй половины века. В этих журналах, предназначенных для широкого круга читателей, сознательно избегали иностранных слов, более того, эти журналы активно боролись против их употребления.

Характерной приметой словаря морально-дидактической литературы являлось исключительное богатство той лексики, которая обозначала разные моральные и этические понятия, душевные состояния и свойства людей.

Довольно популярными в этот период были историко-политические журналы. Они так же, как и морально-дидактические журналы служили поучению и развлечению публики. Несколько иную цель преследовали собственно политические журналы, обычно содержавшие комментарий к газетным сообщениям. В текстах политических журналов представлены военные, политические, юридические, административные термины, встречается в изобилии иностранная лексика, слова, обозначающие различные занятия и профессии, а также лексика, связанная с обозначением бытовых предметов и понятий.

Массовость, регулярность появления и многожанровость периодики, в первую очередь журналов, определили длительность и устойчивость влияния ее языка на различные слои читателей в разных областях распространения немецкого языка. Основная масса периодических изданий выходила на востоке средней Германии, а также на севере немецкой языковой области, что укрепляло авторитет литературного языка этих областей Германии. Средненемецкая периодика часто служила примером для научных изданий на севере и юге, являясь тем самым проводником влияния восточносредненемецкого типа литературного языка на всю территорию распространения немецкого языка. В периодической печати нормализаторская и пуристическая деятельность грамматистов и языковых обществ получила поддержку широкий общественный резонанс.
§ 23. Нормализация немецкого литературного произношения

К концу 19 в. можно считать в основном завершённой унификацию и устной, произносительной формы немецкого языка. На протяжении 19 в. была достигнута некоторая унификация в области немецкого литературного произношения. Долгое отсутствие единой произносительной нормы немецкого литературного языка объясняется очень сильными диалектными различиями в произношении, несмотря на сформировавшуюся в 18 в. единую письменную форму немецкого литературного языка, а также поздним возникновением стремления к унификации устной формы немецкого языка. Хотя ещё языковые общества в 17 в., а позднее и Готшед выдвигали требования следовать в произношении мейсенской (верхнесаксонской) традиции, единая произносительная норма долгое время оставалась желанным идеалом.

В установлении единообразной произносительной нормы большую роль сыграли образованные люди северной Германии. Здесь процесс усвоения верхненемецкого литературного языка из-за существенного расхождения верхненемецкого произношения с местными нижненемецкими говорами имел книжный характер. В северной Германии установилось ориентирование на письменную норму более «чистое» произношение, которого нет ни в средней, ни в южной Германии, где местные верхненемецкие говоры, близкие к литературному языку, накладывают более или менее значительный отпечаток на литературное произношение. Ещё в 18 в. грамматисты отличали «образцовый» характер произношения образованных людей на севере Германии. Они усваивали литературное произношение „nach der Schrift“ ,так что сложился принцип в произношении: „Man muss sprechen, wie man schreibt“. Этот северонемецкий тип литературного произношения в условиях экономического и культурного влияния северной Германии в 19 в. приобрел через книгу и школу авторитет образцового также и в других областях Германии.

Нормы немецкого литературного произношения (Hochlautung) были установлены в конце 19 в. В 1898 г. специальная комиссия из филологов- германистов и деятелей сценического искусства выработала нормы так называемого «сценического немецкого произношения» („Bühnenaussprache“, „Bühnendeutsch“). Итоги работы комиссии были опубликованы её секретарём Т.Зибсом (Theodor Siebs) в книге „Deutsche Bühnenaussprache“. Комиссия приняла формулу образцового немецкого произношения, выдвинутую фонетистом В. Фиетором (W. Vietor): „hochdeutsche Sprachform in niederdeutscher Aussprache“- „северонемецкое произношение верхненемецкого литературного языка“. Его особенностями являются чёткое произношение звонких b, d, g, [z] и глухих p,t,k,s, обязательная лабиализация ö, ü, eu, äu..

Со времён введения норм сценического произношения в качестве школьного орфоэпического стандарта начинается его активное взаимодействие с его региональными типами немецкого литературного произношения, традиционно культивировавшимися в средних и высших учебных заведениях различных земель Германии. Во второй половине 30-х годов в связи с развитием радиовещания вопрос о необходимости составления новых правил немецкого орфоэпического стандарта, отражающих действительно общенемецкий способ звукового оформления литературной речи, приобрёл ещё большую остроту. Однако вторая мировая война надолго отодвинула решение этого вопроса.

Через несколько лет после окончания второй мировой войны вопрос о пересмотре правил немецкого литературного произношения вновь был поставлен на повестку дня уже в условии существования двух германских государств. В качестве первого шага предлагалось подготовить новое издание руководства Т.Зибса с изменениями отдельных правил в соответствии со сложившимся литературно-речевым узусом. В ФРГ в 1969 году вышло 19 издание фонетического словаря Т.Зибса :“Theodor Siebs. Deutsche Aussprache. Reine und gemäßigte Hochlautung mit Aussprachewörterbuch“. Его издатели пошли на компромисс. Признавая норму «сценического немецкого» как „reine Hochlautung“, т.е. «чистую», идеальную норму, издатели словаря одновременно формулируют принцип и правила некоторой «умеренной нормы» - “gemäßigte Hochlautung“. В последующие годы трижды издавался произносительный словарь из серии справочных пособий „Der Duden in 10 Bänden“ (Duden- Aussprachewörterbuch Wörterbuch der deutschen Stardandaussprache. 3.völlig neu bearbeitete und erweiterte Aufl.(Bearbeitet von Max Mangold in Zusammenarbeit mit der Dudenredaktion. Mannheim, 1990. Duden. Bd. 6). Последнее издание этого словаря, содержащее 130 тысяч слов, кодифицирует в отличие от словаря Зибса собственно литературное(стандартное) немецкое произношение. В этом словаре охарактеризованы различия между собственно литературным и сценическим произношением и между собственно литературным и нелитературным произношением.

§ 24. Нормализация немецкой орфографии

К началу 19 в. унификация в области орфографии ещё не была достигнута. В эпоху раннего средневековья, в условиях отсутствия языкового нормирования и существования языка немецкой народности в виде конгломерата близкородственных диалектов, упорядочение орфографии дальше первых попыток не пошло. Не изменилось положение и в средневерхненемецкий период. Требование нормализации орфографии было выдвинуто в начале 16 в. грамматистами, учителями, печатниками. Именно в этот период, одновременно со становлением звуковой системы новонемецкого языка, сформировался и ряд основных черт современной орфографии (графические изображения долготы и краткости гласных, единый способ обозначения умлаута и др.). Однако и в 16 в. в орфографии ещё царил полный произвол. В тексте наблюдались беспорядочные удвоения и скопления букв, в первую очередь согласных. Так например, аффриката [ts] изображалась в виде буквосочетаний tz, zc, cz, tcz, tzc, czz. Часто встречается h при согласных, например: theil, thun, rath. Из греческого алфавита через латинский заимствуется буква y, до 18 в. часто заменявшая i. Это написание по традиции сохраняется во многих фамилиях и некоторых географических названиях, например: Heyse, Meyer, Jacoby, Bayern.

В 15-16 вв. впервые появляются также большинство знаков препинания: запятая, вопросительный и восклицательный знак, двоеточие (часто в функции запятой). Реже встречаются кавычки и точка с запятой.

К середине 16 в. к Лютеру и традиции печатников эпохи Реформации восходит обычай выделять при помощи заглавной (прописной) буквы наиболее важные для понимания текста слова, чаще всего существительные. Это объясняется стремлением облегчить понимание смысла читаемого текста выделением слов - носителей логического ударения. 17 в. с его приверженностью к пышности и «украшательству» в духе барокко подхватил и расширил эту тенденцию, сделав написание существительных с заглавной буквы практическим правилом.

В 18 в. Готшед сформулировал ряд правил в орфографии и узаконил, в частности, написание существительных с заглавной буквы. Это было связано отчасти и с тем, что Годшед неправомерно подчёркивал особую роль существительного в предложении, он же ввёл в грамматический обиход немецкий термин Hauptwort-«главное слово». Создание орфографических правил и норм осуществлялось в основном уже в Новое время как одна из сторон унификации национального литературного языка. Особенно большие заслуги в нормализации орфографии принадлежат Шоттелю, Готшеду и Аделунгу, в частности работе последнего «Полное руководство по немецкой орфографии» (Vollständige Anweisung zur Deutschen Ortpographiе“ (1788). Показательно, что взгляды этих трёх ведущих нормализаторов немецкого языка 17-18 вв. совпали по всем основным вопросам орфографической нормы.

Первым, кто теоретически подошёл к нормализации немецкого правописания, был Иеронимус Фрайер. В своём «Руководстве по немецкой орфографии» ("Anweisung zur Deutschen Ortpographiе“(1722) он сформулировал четыре принципа нормализации правописания:

  1. соответствие написания произношению;

  2. принятие во внимание этимологию слова;

  3. учёт аналогии;

  4. соблюдение узуса (общепринятого употребления).

Соблюдение этимологического принципа способствовало распространению написания ä, äu вместо лютеровских e, eu в словах älter, Fähre, Hände, Häuser (однако Eltern, fertig, behend); стремление к различению омонимов побудило различное написание таких слов, как Leib и Laib, Tau (канат) и Thau(уст. роса), meine и meyne (неупотр. верю) и т.д.

В 19 в. в связи с бурным развитием сравнительно-исторического языкознания Я.Гримм отстаивал историко-этимологический принцип в орфографии, учитывающий в написании слов факторы исторической фонетики. Против этого принципа выступали сторонники фонетического принципа, ярким представителем этого лагеря был Рудольф Раумер.

После политического объединения Германии в 1871 г. вопрос о создании единых, общих для всей страны орфографических норм приобрёл особое значение. В 1876 г. в Германии была созвана первая орфографическая конференция. Одним из важных положений, выработанных на конференции, была рекомендация значительного приближения написания слов их произношению. Итоги работы конференции были опубликованы К. Дуденом (K. Duden, 1829-1911) в его словаре „Orthographisches Wörterbuch der deutschen Sprache“(1880). Этот словарь заложил основы нормализации орфографии, осуществлённой Второй Орфографической конференцией в 1901-1902 гг. и зафиксированной в новом словаре Дудена „Orthographisches Wörterbuch“(1902). С тех пор все изменения в написании слов находили отражение в очередных изданиях орфографического словаря «Дуден». С 1954 г. эти словари издавались в Лейпциге и Мангейме.

В июле 1996 г. в Вене была подписана представителями немецкоязычных стран межгосударственная декларация о реформе немецкого правописания. Тем самым стало возможным заменить существовавший с 1901 г. свод орфографических правил новой редакцией. Днём введения новых правил орфографии стал 1 августа 1998 г. В 1996 г. вышло 21-ое, полностью переработанное издание орфографического словаря Дудена, содержащее новые правила немецкого правописания „Bd.1 Duden, Rechtschreibung der deutschen Sprache“.

^ II ЧАСТЬ. Историческая фонетика немецкого языка

§ 1. Вводные замечания

Историческая фонетика (или историческая фонология) занимается исследованием и описанием развития фонологической системы современного немецкого литературного языка в историческом аспекте. Изменения, происходящие в фонологической системе, носят эволюционный характер. Сущность фонологической эволюции состоит в том, что в силу тех или иных причин различия между вариантами одной фонемы начинает использоваться в языке для различения морфем или слов. Иначе говоря, эти варианты оказываются фонологически противопоставленными и из одной фонемы возникают две. Или же наоборот, фонологическое противопоставление между двумя фонемами утрачивается, они теряют способность служить для различения морфем и слов, тогда из двух фонем образуется одна; прежде самостоятельные фонемы становятся вариантами одной фонемы.

Звуковые изменения имеют не случайный, а закономерный характер; они происходят в строго определённых фонетических условиях. Этим обстоятельством и объясняется то, что звуковые изменения часто называют «звуковыми законами».

Фонетические изменения, которые исследует историческая фонетика, бывают двух принципиально различных видов. Одни изменения происходят в фонетическом облике морфем или слов при сохранении старого состава фонем в языке в целом. Другие касаются самого состава фонем и заключаются в том, что возникают ранее отсутствовавшие фонематические противопоставления или же, напротив, исчезают ранее существовавшие. С этой точки зрения историческая фонетика исследует как количественные изменения состава фонем, так и описывает эволюцию фонологической системы в целом, включая действие определённых фонетических закономерностей.

Количественные изменения бывают трёх видов: 1) расщепление одной фонемы на две, т.е. превращение вариантов одной фонемы в две противопоставленные друг другу фонемы; 2) слияние двух фонем в одну, т. е. превращение двух самостоятельных фонем в два варианта одной фонемы; 3) монофонемизация сочетания фонем, т.е. возникновение одной фонемы из сочетания двух или нескольких фонем.

Первый случай представлен в истории немецкого языка, например развитием старого о в две фонемы - o и ö; второй - слиянием в одну фонему [i:] старого дифтонга ie и долгого î; третий – переходом сочетания согласных фонем sch в одну фонему - [].

Любое количественное изменение в составе фонем влечет за собой возникновение новых связей или утрату старых, т.е. изменение в системе фонем.
§ 2. Фонологическая система древнегерманского языка

Основой реконструирования древнегерманской фонологической системы являются звуковые соответствия (Lautkorrespondenzen) в общеиндоевропейской части древнегерманского словарного состава. Они подтверждаются словарными параллелями (Wortgleichungen). Однако новообразования в фонологической системе столь значительны, что позволяют говорить о формировании нового типа языков индоевропейской языковой семьи, германской языковой ветви. Эти изменения, произошедшие со второго тысячелетия по первое тысячелетие до нашей эры, образуют своеобразие этих новых языков. Важнейшим из них является первое передвижение согласных, получившее также название германского передвижения, или перебоя, согласных или закона Гримма (die erste, germanische Lautverschiebung oder das Grimmische Gesetz).

Под первым передвижением согласных понимают существенное изменение индоевропейских смычных согласных в германских языках, произошедшее в период 2-1 тыс. до нашей эры. Оно включает в себя три передвижения:

  1. ие. ph ~ p › герм. f; ие. th ~ t › герм. þ [θ]; ие. kh ~ k> герм. h; ие. kw>hw

  2. ие. bh › герм. b › b; ие. dh ›герм. d › d; ие. gh› герм. g › g.

Во многих германских языках фонологизировались позиционные варианты b,d, g, и вытеснили звонкие щелевые b, d, g.

  1. ие. b› герм. p; ие. d › герм. t; ие. g › герм. k; ие. g › герм. k.

Эти звуковые соответствия проявляются в следующих словарных параллелях:

1) lat. plenus, russ. полный – got. fulls, ahd. fol.

skr.. napāt, lat. nepos – ahd. nefo

gr. klepto, lat. clepo – got. hlifan (“stehlen”)

lat. tres, russ.три – got.Þreis, ahd drî;

gr. kardia, lat. cor (Gen. cordis) – got. hairto, ahd herza, lat. quod – got. was, ahd. hwaз; gr. deka – got. taihun, ahd zehan

lat. caput – got.haubiÞ, ahd houbit

2) skr. bhratar, lat. frater, russ. брат – got-brōÞar- ahd bruoder

skr. (da) dhami, gr (ti) themi, lat. facio, russ. делаю – got. (ga) deÞs (Tat), ahd. tuon, nhd.tun

skr. stighnomi, gr. steicho, russ. (на) стигаю – got. steigan, ahd stîgan

3) lit. dubus (дупло) – got. diups, ahd tiof, nhd tief

gr. edomai, lat. edo, russ. едим – got. itan, ahd eззan

lat. ego, gr. ego (n) – got. juk, ahd ih

skr. gna, gr. gune (женщина) – got. qino, ahd quena

Ряды основных явлений первого передвижения согласных могут быть представлены следующей схемой:

ide. p, t, k > germ. f, p, h;

ide. bh, dh, gh > germ. . b, d, g > b, d, g

ide. b, d, g > germ. p, t, k

Таким образом, среди германских шумных согласных нет ни одного согласного, за исключением свистящего s, который остался бы в том же ряду, в каком он находился. Все согласные подвергались передвижению в другие разряды. Исключение составляют несколько вполне определённых случаев:

1) индоевропейские глухие смычные не переходили в щелевые, если им предшествовал спирант s: ide. sp, st, sk || germ. sp, st, sk ср.:

lat.spicio-ahd spehôn; gr.аster–got. stairno; ahd.sterno; lat. piscis–got. fisks, ahd fisc

2) в группе из двух других смычных первый смычный переходит в щелевой, а второй остаётся смычным:

skr. naptih, lat. neptis (внучка) - ae. nift, ahd nift

lat. captus – got. hafts (наделённый чем-л.), gr. octo – got. ahtau

Вопрос о времени и причинах первого передвижения не является окончательно решённым. Лингвисты предполагают, что передвижение произошло в период существования общегерманского языка-основы. Основную фонетическую сущность первого передвижения согласных усматривают в характерном для носителей германских языков запаздывании действия голосовых связок. Поскольку запаздывает и смыкание, и начало вибрации голосовых вязок, глухой смычный оказывается в условиях, способствующих его превращению в глухой щелевой, а звонкий смычный – превращению в глухой смычный.

Выдвигались различные теории, объясняющие причины первого передвижения, и в частности условий запаздывания действия голосовых связок. Одной из них является теория субстрата. Сторонники этой теории объясняют передвижение согласных влиянием побеждённого языка–«субстрата» на язык- победитель. Носители побеждённого языка сохраняли свои артикуляционные навыки при усвоении языка-победителя – одного из индоевропейских диалектов, которому было суждено стать германским языком. Последовательным сторонником этой теории был А. Мейе.

Значением первого германского передвижения согласных, или закона Гримма, является формирование системы согласных фонем германских языков, а также замена дистинктивного признака «предыхательный– непредыхательный», характерного для индоевропейского праязыка, фонологически релевантным признаком германских языков «взрывной– щелевой»
1   2   3   4   5   6   7   8   9



Скачать файл (822 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru