Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Шпаргалка - Методология исследований международных отношений - файл 1.doc


Шпаргалка - Методология исследований международных отношений
скачать (722.5 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc723kb.23.11.2011 00:27скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

  1   2   3   4   5
Реклама MarketGid:
Загрузка...
Методология системного анализа МО

1. Иитерпрет особ-ти понятий «МО» «Система МО» и осн содерж процесса эволюции концепций ТМО. МО впервые появл в университетах США и ВБ после первой мировой войны, которая поставила в-с о научном подходе к системе МО. Появляются первые исслед центры и универ кафедры, уч курсы. В межвоен период развитие дисциплины обсуловлено обстоят-ми: последствиями первой мир войны, политическое составляющее, использовалась для оправдания тех или иных действий гос-в и обоснование позиций этих гос-в в системе мир отн. После 2-й мир войны конституировалась до отдельной научной ветви. Лидеры – США. Нач появл исслед центры при университетах – в гарварде, массочусетский тех универ, Кэмбридж, Оксфорд. Имена – Эдвард Кар, Спайтман, Ганс Моргентау стали отцами-основателями направлений после 2-й мир войны. 80-85% работ по МО издаются в США. Сущ несколько форм отношения к науке МО. Определения МО: 1. Рос определение: мо – совокуп экономич, политич, правовых, идеологич, дипломатич, военных, культурных и др связей и взаимоотношений между субъектами, действующими на мировой арене, гл особ-тью МО явл отсутствие в них единого центра власти и управления. Строятся на принципе полицентризма и полииерархии. 2. немцы: МО часто упоминается как междунар политика, явл частью полит науки, кот традиционно заним отношениями между гос-вом и негос объектами. К их числу относятся, напр, отнош транснациональных корпораций, организаций. 3. англия: МО и междунар исслед-я предст собо изучение внешней политики и глобальных проблем взаимоотношений между гос-ми в рамках междунар системы, они исследуют роль гос-ва, межправит организаций, неправит организаций и многонациональных корпораций в системе междунар отношений, помимо полит части или науки, вкл экономику, историю, право, социологию, антропологию, географию и т.д. 4. Болгария: МО – комплекс экономич, политич, идеологич, правовых, дип и др связей между гос-ми и системами стран между основыми соц слоями, классами, полит силами, обществ организациями и движениями, дейст на международной арене. Раньше речь шла об отношениях на междунар арене, но есть нечто замкнутое, что наз системой. Есть понятие теории систем – определяются основные параметры явления, характеры взаимоотнош между его элементами, хронологическая и хорологическая определенность. Фон Бенталанфи сформ в 30 гг 20 в общую теорию систем – наличие общих закономерностей при взаимод большого, но не бесконечного числе физич,биологич, социальных объектов, именно эта закономерность оказ приемлима для анализа МО. Эволюция исследований методологии. Работа Фукедида. «История Пелопонесской войны». Суть – взаимоотнош между гос-ми – это не просто взаимоотнош между отдельными собъектами МО, гос-ва образуют определенные системы взаимоотнош в опред период. В это время появл слово «система». В послед века, несмотря на активную полит жизнь, никто не обращ с дост степенью научности ктому, что происходило. МП – объект исслед науки. 15-16 в Макиавели «Государство». Примитивные рассужд, рекомендации, кот оказ исп и в 20 веке. Первая попытка на обществ-полит ур-не найти алгоритм поведения на международной арене конкретного деятеля – лица. 16-17 Томас Гоббс. Ситуация касалась непоср взаимоотношений гос-в и роль экономического фактора. Большую роль по его мнению играла чел природа. Они – основоположники последующих научных школ, кот в конце 19-20 век сформулировали определенные категории понятий, но базировались на тезисах , высказанных в 16-18 вв. Гоббс исходил из того, что чел –сущ эгоистическое и в нем скрыто желание власти, но, ткт люди не равны в способностях, поскольку они соперничают, это находит свое отражение в поведении гос-ва. Чтобы избежать вооруж конфликта люди прих к опред договренностям, также и гос-ва. Государство общественного договора, кот называлось Левиафан – это гос-во, где сущ обществ договор в рамках политической системы, но также означ закл договоров и на междунар арене. Очень примитивно, но тезис лег в основу опред полит теорий. 17-18 в. Теория политического равновесия –Спиноза Барух, Дэвид Юн, Баттель. Идея равновесия стала основой научно-методологического направления. В это время подним проблема роли и места гос-ва и личности. Ваттель – в 18 в заявлял, что интересы личности вторичны по отнош к интересам гос-ва. Сущ система, базирующаяся на 3-х китах – личность и общество; гос-во и гос машина; взаимоотношения между сущ гос-ми. В 17-18 появл истор контекст – один из важных элементов методологии анализа МО. Осовременивание – вырвав из контекста опред события создать определенную систему, близкую к пониманию, т.е. исп современную лексику, язык к событиям прошлых столетий. ТМО как дисциплина в рамках соц науки стала изучать мировой порядок, т.е. совокупность всех институтов, опред форм интеграции, опред взаимод сообществ. С 80-х гг 20 в направление исслед-я МО резко поменялась. До - речь шла о традиц исследованиях о взаимоотнош между гос-ми., с 80-х революция, закл в появление направления globalization (global) studies – расширительное толкование событий,явление, стремление создать большую картину, отойдя от реальности. С нач 80 предпринимались попытки созданий всевозм теорий, кот пытались объяснить явления с позиций психологии, сугубоэкономики, приматизировать экономически. Появл разл недолговечные теоретич постулирования. Кеннет Волтс – автор Неореализма или Структурного реализма 1979 книга «Теория международной политики». В ней заявлено о том,что необх относиться к позиции гос-в как к выражению действий, элементов в рамках единой системы. Их действия преопределены фактом нахождения в опред системе. Заявлял также, что так или иначе действия гос-в ведут к конфронтации в рамках истсемы, их поведение напоминает эгоистичное поведение людей. На повестке дня стоит проблема безопасности, но либо поступиться чем-то во имя безопасности или начинать действовать в рамках интересов данного гос-ва. Этапы развития отношения к МО в мире. Средние века государство-общество-государство, затем эволюционировало, появились новые реалии, ТНк, МПО. Ув акторов. Этап. Позднее средневековье-свое время – в основе -, деконфесионализация (перестали навязывать свою волю, религию), создание эк основ общества (внутриэкономич режим после бур революций начал влиять), нац суверенитет. Уже можно говорить о системе, привязывалась к европе. Венский конгресс 15-20 года. ФР революция,возник новых понятий. Появл блоковая дипломатия. Создание свящ союза. В это время появл либерализм. Воспр МО проходило через федерализм. Томас Джефферсон нах во Франции. Обр внимание на необходимость применения этого принципа в европе. На смену идет крах либералистических идей . Нач 20 века. Преобладает социализм не марксистского плана. После Первая мировая война. Распались империи, созданы гос-ва, появились СССР. Реаль политик. Сторонник –Вильсон – первая попытка реаль политика провалилась. Мюнхенскиц сговор. Молотов-Рибеннтроп, политика национальных интересов. Направлению реаль политик противостояло политике умиротворения (подход либерализма)
^ 2. Эволюция пространственно-политических воззрений на характер МО. Географический детерминизм предшественник геополитики 18-19 в. — концепция, согласно которой географические условия предопределяют специфику экономической, социальной и политической жизни государств, формируют национальный дух и национальный характер. Наиболее последовательно концепция географического детерминизма разработана в книге Шарля Луи Монтескье «Дух законов». Монтескье заимствовал физиологические основы своего учения из вышедшей в 1733 г. работы Джона Арбетнота о влиянии воздуха, но широкое применение этого учения к жизни государства и общества было заслугой Монтескье. Было достижением, основываясь на возросших географических знаниях своего времени, вновь обратиться к систематическому решению вопроса, который, опираясь на попытки античных авторов, ставили и на который довольно примитивно отвечали еще Боден и другие. Но интерес Монтескье был прикован прежде всего к непосредственным, часто очень грубо понимавшимся отдельным связям между климатом, народным характером и законодательством. Философ объяснял манию англичан к самоубийству климатом (в этом ему предшествовал аббат Дюбо); полагал, что открыл в климатических различиях между Европой и Азией «великую причину слабости Азии и силы Европы, свободы Европы и рабства Азии». В 20 в сливается с геополитикой. В 20 в. развитие общества выявило необходимость сочетания естественнонаучных знаний с "гуманитарным восприятием" реальностей. Усиление междисциплинарного характера таких взаимосвязей обусловило и ряд особенностей российской ситуации: политически активную часть научной элиты на протяжении 1900-1917 годов составили историки, географы, экономисты, специалисты по статистике, психологи и философы. конец XIX - начало XX века были отмечены рядом крупных военно-политических конфликтов как регионального, так и более широкого, глобального масштаба. Среди них большая часть была связана в той или иной степени с европейским континентом, так как и географически, и политически в них были задействованы европейские государства. Эти конфронтационные по своему содержанию события лишь усилили поиск концептуальной системной основы возможного алгоритма развития пространственно-политической картины в ближайшей (а иногда и удаленной) перспективе, и прежде всего в европейском регионе. Ситуационный и прогностический характер прежних эсхатологических построений в новых условиях заменялся более конкретным подходом к позициям определенных стран и регионов в наступающем столетии. Борьба за колонии, за влияние на континенте, стремление к территориальному переделу или, наоборот, к сохранению своих владений, т.е. все то. что связано с функционированием сложившихся государственных образований в Европе. начало приобретать новые черты, не похожие на существовавшие ранее формы мировых конфликтов. В этой связи вполне естественным становился процесс поиска "смыслового ключа" происходящих изменений, способного объяснить с позиций системного подхода механизм мировой политики и территориальных трансформаций. На первый план стали выходить естественно-географические и социально-политические науки. Все сильнее обнаруживалось стремление отдельных представителей академического мира европейских стран определить алгоритм государственного и политического развития, этно-политических и этносоциальных процессов в контексте международных отношений. Особое внимание уделялось соотношению между географическим расположением стран, их этническим составом и общественно-политическим строем, объективными внешнеполитическими устремлениями, а также международным статусом соответствующих государств. Так постепенно складывался научный интерес к формировавшейся и вскоре ставшей дискуссионно известной дисциплине, названной геополитикой. Главными центрами, где теоретические основы выработки долговременных внешнеполитических доктрин оказались предметом специального рассмотрения, в силу объективных и субъективных условий стали университетско-академические сообщества развитых стран. Активизировался процесс образования "референтных групп", проявивших себя на протяжении XX века в разработке и принятии правящими слоями политических решений. В начале же столетия механизм взаимодействия между учеными-профессионалами и политическими структурами еще только формировался. Изменяющаяся социально-политическая и территориальная картина мира существенно влияла на пространственно-политические представления (воззрения) интеллектуальных кругов тех из государств, которые особенно сильно испытывали на себе взаимосвязь колониальной и континентальной политики, а также взаимообусловленность величины территориальных владений государства и потребностей его присутствия на международной арене. Основными составляющими нового подхода к перспективам международного (межгосударственного) взаимодействия были базовые смысловые элементы - территория и народ. На смену статическому описательному методу физической и политической географии приходят попытки объединения этих двух направлений (субдисциплин) с этнологией и историей в целях выяснения комплексных факторов государственно-географических изменений как в прошлом, так и в перспективе. Главные принципы нового подхода к пространственно-политическим явлениям (хотя и в несистематизированном виде) были изложены еще германским географом и этнографом, профессором Лейпцигского университета Ф. Ратцелем в его работах "Антропогеография" и "Политическая география", изданных в 1882-1897 годах1. В основу метода была положена установка: "географическое воззрение и историческое разъяснение должны идти рука об руку". При этом определялась прямая зависимость пространственно-географических характеристик государства от культурного (в широком смысле) развития. Одновременно отмечалась прямая связь между его социально-хозяйственной деятельностью и территориальными изменениями, выявлялся алгоритм роста государства. Составляющими этого процесса были поглощение малых государств, стремление абсорбировать в своих границах всю полноту географического ландшафта (прежде всего - выходы к морям), реки, равнинные районы и природные ресурсы. В данных условиях граница приобретала значение показателя позитивных или негативных изменений государства как организма. Абстрактно-теоретический подход к пространственно-географическому фактору политического развития в начале XX века обрел конкретные прагматические черты. Прежде всего это касалось определения иерархии внешнеполитических интересов европейских государств. Причем подход этот потребовал систематизированного и упорядоченного взгляда на пространственно-географическую среду в историке-политическом контексте. Системную картину взаимодействия пространства и политики, несмотря на всю трудность этого, попытался представить британский географ X. Маккиндер в опубликованной им в 1904 году лекции "Географический стержень истории". Главной ее идеей, имевшей конкретное прикладное значение, стала констатация значимости внутреннего пространства (так называемой сердцевины) Евразии - места в Юго-Восточной России и центральной части Азии, севернее Персии и западнее Китая - как основного исторического региона мировой политики. При этом применительно к реалиям начала XX века британский ученый сравнивал стратегическое значение данного района в контексте его важности для так называемой евразийской массы с решающим местом Германии для Западной Европы. В соответствии с выдвинутой схемой во "внутреннем полумесяце" располагались Германия, Австрия, Турция, Индия, Китай, а "внешний полумесяц" включал Великобританию, Южную Африку, Австралию, США, Канаду, Японию. Господство над "стержнем" рассматривалось как фактическое господство в мире, предусматривавшее контроль над морями, а применительно к европейской политике -любой русско-германский союз (учитывая место Германии на континенте) оборачивался поражением для большинства стран. на этом этапе развития нового подхода к политическим перспективам и реалиям выявилась тесная связь между пространственно-географическими параметрами государства и социальной обстановкой в нем. Отличительной особенностью большинства геополитических построений зарубежных специалистов была их направленность вовне национальной территории. Это было порождением существовавших в странах происхождения данных концепций политических и культурно-исторических традиции и обычаев. Большое количество заморских колоний лишь усиливало влияние этих стран, так как объективно было связано со стремлением к сохранению колоний в рамках империй. В те годы выявились три основных национальных направления геополитики -британское, германское и российское. При этом последнее в отличие от двух предыдущих, рассчитанных на построение глобальных прогностических конструкций, сконцентрировалось на научно-рекомендательном аспекте, а именно - на конкретном, исходящем из геополитической концепции пространства прогнозировании оптимальных параметров государственного строительства России. В концептуальном отношении проблема российского могущества представителями отечественной научной элиты рассматривалась в контексте системы координат "Россия и мир". Запад и Восток выступали как пространственно-политические и культурно-исторические категории, использовавшиеся для определения места и роли Российской Империи на континенте. Д. Менделеев. П. Струве. В. Ламанский, П. и В. Семеновы-Тян-ЦГанские, - главными вопросами были: определение места России на континенте и в мире в целом; поиск формулы развития государственно-территориального организма страны; выявление наиболее подходящею для нее вектора внешнеполитических устремлений как в интересах внутригосударственного развития, так и в целях закрепления своих позиций на международной арене. Созданная Менделеевым схема систематизировала в представленческом отношении взаимосвязь геокультурных континентальных элементов в виде триады "Европа - Россия - Азия". Антропогеография как основа исследовательского метода пространственно-политических реалий в среде российской научной элиты влияет и на представления о месте России в мире. Концепции "среднего мира" в их российской версии и "Средней Европы" в германской интерпретации так или иначе касались "и неевропейской, и неазиатскои" с историко-культурологической точки зрения территории. При этом германская концепция "Срединной Европы" как пространства между Германией и Россией была направлена на доказательство справедливости преимущественных интересов в этом регионе первой из них. особый смысл начинает приобретать проблема поиска пространственного центра, имеющего ключевое практическое значение для решения как вопросов государственно-территориального строительства, так и внешнеполитических задач. В основу ее решения, по мысли большинства представителей отечественной научной элиты, вошли экономическая целесообразность it "государственные возможности", под которыми понимался широкий спектр исторических, культурологических и социальных факторов. При этом ориентирование в системе координат "Запад-Восток" воспринималось по-разному. Струве- Основой русской внешней политики должно быть, таким образом, экономическое господство в бассейне Черного моря. Из такого господства само собой вытекает политическое и культурное преобладание России на всем так называемом Ближнем Востоке. Менделеева - Так как расширений и сокращений пространства России нельзя ожидать в близком будущем, то центр поверхности России, будем надеяться, сохранится и впредь на долгие времена". В законченной форме российская версия объединения пространственно-политических и цивили-зационно-исторических факторов в контексте проблемы "Россия-Запад-Восток" была изложена В. Семеновым-Тян-Шанским в 1915 году - единственным. серьезным средством для успешной борьбы в условиях растянутой государственной территории является неотложное доведение географического центра такой территории по возможности до одинаковой или близкой степени густоты населения и экономического развития с западным коренным концом государства, до возможного выравнивания их.

^ 3. Категории геополитич подхода к изучению МО (понятия геополитич региона, историко-культурной области). Геостратегический регион образуется вокруг государства или группы государств, играющих ключевую роль в мировой политике, и представляет собой большое пространство, в которое, помимо территорий регионообразующих стран, входят зоны их контроля и влияния. Число подобных регионов обычно крайне ограничено, они занимают громадные пространства и определяют расположение центров силы в мировом сообществе. Эти регионы состоят из геополитических пространств меньшей величины, называемых геополитическими регионами. Геополитический регион — это часть геостратегического региона, отличающаяся более тесными и устойчивыми политическими, экономическими и культурными связями. Геополитический регион более органичен и контактен, чем геостратегический. Историко-культурные области  — территории, у населения которых в силу общности исторических судеб, социально-экономического развития и взаимного влияния складываются сходные культурно-бытовые особенности. Историко-культурные области проявляются в материальной культуре — типах традиционного жилища, средств передвижения, пищи иутвариодеждыобувиукрашений и т. п., а также в традиционной духовной культуре (календарные обряды и обычаи, верованияфольклор и т. п.). геополит теории развивают основную категорию этой науки — контроль над пространством. Геополи­тика изучает основы, возможности, механизм и формы контроля пространства со стороны политических институтов, в первую очередь со стороны государств и союзов государств. Территория, которую контролирует или стремится контролировать государст­во, характеризуется прежде всего степенью освоенности цен­тром, уровнем развития их связей. Пространство, контролируе­мое государством или их союзом, называют чаще всего геополи­тическим полем. К. В. Плешаков классифика­ция полей: Эндемическое (от греч., endemos — местный)— про­странство, контролируемое государством продолжительное вре­мя. Принадлежность этой территории данной национальной общности признают соседи. (Не все соседи безоговорочно при­знают исторические земли России). Пограничное— территория, находящаяся под кон­тролем данного государства, но недостаточно демографически, экономически, политически освоенная. Чаще всего таким полем бывают пространства, населенные нац меньшинст­вами. Сопред гос-ва иногда ставят под сомнение принадл этих территорий, но все же не рассм их как свои. Пр. Азиатские, Северо-Восточные, Дальневосточные регионы Рос­сии, Кавказ, Калинингр область, Карелия и Му­сульманский анклав на Волге. Перекрестное— пр-во, на кот претендует неск сопред гос-в. территории бывшего СССР, населенные преимуще­ственно русскими и русскоязычными народами, оказ в составе «независ гос-в» СНГ. Тотальное— непрерывное пр-во, нах под контролем нац общности. большая ч терр совр России (исключение Чечня). Геополитическая опорная точка — место, на­х вне тотального поля, контролир каким-либо госу-ом, но коммуникации к этой территории контроли­руются другим или другими государствами. Пр Калинингр область. Метаполе — пр-во, осваиваемое одновременно несколькими странами, гос-ми. Чаще сейчас идет «освоение» России. В конце XX в. все большую роль играет информационно-идеологический, тех­нологический и культурно-цивилизационный контроль. Геополитические отношения — это относительное единство и борьба различных мировых сил. Чаще всего это борьба проти­воположностей: суши и моря, центра и периферии. Единство в Мировом историческом процессе — явление временное. Политическое пространство — это один из главных признаков государства. Та­ковым его делают определенные границы, выступающие факто­ром его безопасности. В геополитике весьма важную роль игра­ют пространственные отношения между государствами, В каче­стве таковых выступают границы. Геополитическая проблема границ возникает всегда, когда начинается борьба за контроль, присоединение, освоение политического пространства. Эту особенность отметил Ф. Ратцель. В частности, он утвер­ждал, что граница есть периферийный орган государства и как таковой служит свидетельством его роста, силы и слабости и из­менений в этом организме. В немецкой геополитике проблема границ — главная тема исследований. Хаусхофер культивировал у немецкого народа не только чувства геополитические, но и «чувства границ». Он отмечал, что нельзя рассматривать грани­цы как что-то навсегда данное, они — живые органы, расши­ряющиеся и сжимающиеся подобно коже и другим защитным органам человеческого тела. Граница между государст­вами- это политико-стратегическая линия разделения их интересов. лорд Дж.Д, Керзон - многие народы Азии избегают жестко фиксированных границ, что связано во многом с их кочевым образом жизни и с непри­ятием всяких регламентирующих установок. При острых пограничных спорах между государствами Кер­зон рекомендовал создавать буферное образование. границы делят на естест­венные и искусственные. Основной категорией геополитики является и понятие инте­рес. Зная, в чем заключается интерес государства, нации, не­трудно определить общий стратегический курс страны. Интересы могут быть: классовые, национальные, государственные. Ес­ли существует нация-государство, то эти интересы совпадают. базовое понятие науки геополитики — механизм реализации государст­венных интересов. Одни идут по пути укрепления нацио­нальной геополитической силы (Китай, Япония), другие — по пути создания новых коалиций. Внутри этих коалиций (НАТО, ЕС и др.) идет постоянная скрытая или явная борьба за лидерство как внутри коалиций, так и в ключевых районах мира. В геополитике чаще всего применяется категория экспансии, под которой обычно понимаются какие-либо территориаль­ные приобретения или установление военно-политических сфер влияния. В силу ряда причин экспансия против России носит в основном «мягкий характер».
^ 4. Появл и разв геополитики как метода объяснения МО и планир внешнепол деят-ти. Хотя идеи, которые в наше время принято причислять к геополитическим, в тех или иных формах, по-видимому, возникли одновременно с феноменом государственной экспансии и имперского государства, в современном их понимании они впервые сформировались и получили популярность на рубеже XIX-XX вв. Возникновение именно в этот период геополитических идей и самой геополитики как самостоятельной области исследования международных отношений и мирового сообщества было обусловлено комплексом факторов. Это, во-первых, наметившиеся к тому времени тенденции к постепенному "закрытию" мирового пространства. Во-вторых, замедление европейской пространственно-территориальной экспансии вследствие завершения фактического раздела мира, ужесточение борьбы за передел того, что осталось, и в более широком плане - за передел уже поделенного мира. В-третьих, перенесение неустойчивого баланса между европейскими державами на другие континенты. В-четвертых, образно говоря, история из только европейской начала превращаться уже в действительно всемирную историю. Геополитические идеи и сама геополитика возникли и развивались в общем русле эволюции западной научной мысли. В целом она представляла собой не что иное, как перенесение на сферу международных отношений господствовавших в тот период в естественных и гуманитарных науках идей и концепций, а именно: детерминизма (в его географическом варианте), строгих естественно-исторических законов, социал-дарвинизма, органицизма и т.д. Введение в научный оборот термина "геополитика" связывают с именем шведского исследователя и политического деятеля Р. Челлена (1846-1922), который изучал системы управления для выявления путей создания сильного государства. Челлен говорил о необходимости органического сочетания пяти взаимосвязанных элементов политики, понимаемой в самом широком смысле слова: экономополитики, демополитики, социополитики, кратополитики и геополитики. При этом он характеризовал геополитику как "науку, которая рассматривает государство в качестве географического организма или феномена пространства". Будучи германофилом и сознавая слабость скандинавских стран перед лицом внешней угрозы, он предлагал создать германо-нордический союз во главе с Германской империей. Наряду с Челленом основателями и главными адептами геополитики в ее традиционном понимании считаются американский историк морской стратегии Великобритании и певец морской мощи А.Т.Мэхэн, британский географ и политик сэр Г. Маккин-Дер, британский географ сэр Дж. Фейргрив, дополнивший схему Маккиндера, американский исследователь международных отношений Н. Спайкмен, германский исследователь К.Хаусхофер. Свое геополитическое видение современного мира в первые десятилетия XX в. предлагали Л.С.Эмери, лорд Керзон, И.Парч и др. Но в целом их работы имели эпигонский характер и не внесли чего-либо качественно нового по сравнению с работа Классические представления о международных отношениях держались на трех китах - территории, суверенитете, безопасности государств. В трактовке основателей геополитики цен. тральное место в детерминации международной политики того или иного государства отводилось его географическому положению. Смысл геополитики виделся им в выдвижении на передний план пространственного, территориального начала. Первоначально геополитика понималась всецело в терминах завоевания прямого (военного или политического) контроля над соответствующими территориями. Одним из первых, кто предпринял попытку связать политику и географию и изучать политику того или иного государства исходя из его географического положения, занимаемого им пространства, был немецкий географ Ф.Ратцель конца XIX - начала XX в., основатель политической географии. В своей "Политической географии", опубликованной в 1897 г., он обосновывал тезис о том, что государство представляет собой организм, действующий в соответствии с биологическими законами. Одним из основных путей наращивания мощи этого организма, по мысли Ратцеля, является территориальная экспансия, или расширение жизненного пространства (Lebensraum). С помощью этого понятия он пытался обосновать мысль, что главные экономические и политические проблемы Германии вызваны несправедливыми, слишком тесными границами, сдерживающими ее развити Одной из важных вех в формировании геополитических идей считается появление в конце XIX в. работ американского адмирала А.Мэхэна, среди которых центральное место занимает книга "Влияние морской силы на историю (1660-1783)", опубликованная в 1890 г. и имевшая огромный успех. Главная идея Мэхэна, настойчиво проводимая во всех его работах, состояла в том, что морская мощь в значительной мере определяет исторические судьбы стран и народов. Мэхэн выделял следующие условия, определяющие основные параметры морской мощи: географическое положение страны, ее природные ресурсы и климат, протяженность территории, численность населения, национальный характер, государственный строй. При благоприятном сочетании этих факторов, считал Мэхэн, в действие вступает формула: N+MM+NB=SP, т.е. военный флот + торговый флот + военно-морские базы = морское могущество. Исходя из таких постулатов Мэхэн обосновывал мысль о необходимости превращения США в могущественную военно-морскую державу, способную соперничать с самыми крупными и сильными государствами того периода. Как считал Маккиндер, сначала в качестве осевой области истории - хартленда - выделилась Центральная Азия, откуда татаро-монголы благодаря подвижности их конницы распространили свое влияние на Азию и значительную часть Европы. Со времени Великих географических открытий баланс сил изменился в пользу приокеанических стран, в первую очередь Великобритании. Однако, считал Маккиндер в 1904 г. , колумбова эра подходит к концу, и новые транспортные пути, прежде всего железные дороги, снова изменят баланс сил в пользу сухопутных держав. Исходя из этого он сформулировал свою концепцию хартленда (или серединной земли), каковым считал Евразию. Маккиндер оценивал последнюю как гигантскую естественную крепость, не проницаемую для морских империй и богатую природными ресурсами, а в силу этого - как "ось мировой политики". В 1919 г. он сформулировал свой знаменитый тезис [137, с. 150]: "Тот, кто контролирует Восточную Европу, контролирует хартленд; кто контролирует хартленд, тот контролирует мировой остров; кто контролирует мировой остров, тот контролирует весь мир". Среди немецких геополитиков необходимо упомянуть Э.Ванзе, В.Зиверта, К.Росса, И.Кюна, Р.Хеннига и К.Фовинкеля. По схеме Хаусхофера, упадок Великобритании и менее крупных морских держав создал благоприятные условия для формирования нового европейского порядка, в котором доминирующее положение занимала бы Германия и который должен был стать основой новой мировой системы, базирующейся на так называемых пан-идеях. Среди последних он называл панамериканскую, паназиатскую, панрусскую, пантихоокеанскую, панисламийсскую и панъевропейскую идеи. К 1941 г. Хаусхофер подверг пересмотру, в результате чего было оставлено лишь три региона, каждый со своей особой пан-идеей: пан-Америка во главе с США, великая Восточная Азия во главе с Японией и пан-Европа во главе с Германией.  Во время второй мировой войны американские политологи (Г.Уайджерт, Н.Спайкмен, Р.Страус-Хюпе, В.Стефанссон, О.Латимор, Д. Уилси и др.) приступили к разработке новой американской глобальной внешнеполитической стратегии, пытаясь сформулировать "гуманизированную версию геополитики". В качестве отправной точки для них служил тезис об особой роли Америки в мире. Для реализации этой роли обосновывалась мысль о необходимости разработки особой американской геополитики. Н. Спайкмена, который выделял три крупных центра мировой мощи: атлантическое побережье Северной Америки, европейское побережье и Дальний Восток Евразии. Он допускал также возможность четвертого центра - Индии. Подвергнув некоторому пересмотру концепцию Маккиндера, Спайкмен переформулировал его тезис: кто контролирует римленд (побережье), тот контролирует Евразию, а кто контролирует Евразию, тот контролирует судьбы всего мира. Позиция американских геополитиков явно или неявно имела своим предназначением обоснование лидирующей роли США в послевоенном мире. Об этом недвусмысленно говорил Г. Уайджерт. Призывая учиться у германских геополитиков, он подчеркивал, что в послевоенный период Америка должна способствовать освобождению Евразии от всех форм империализма и утверждению там свободы и демократии американского образца. Внешнеполитические исследования, в частности геополитические, после второй мировой войны оказались заложниками холодной войны и биполярной трактовки мирового порядка. Сильнейшее влияние на разработки почти всех направлений, будь то крайний реализм или крайний идеализм, оказали системный конфликт эпохи, состояние конфронтации между двумя противоборствующими блоками во главе с двумя сверхдержавами - СССР и США - и то, что этот конфликт и конфронтация были пронизаны идеологией. В результате значение территориального аспекта геополитики оказалось искажено и в определенной степени подчинено идеологическим императивам борьбы двух систем и блоков.  при сохранении влияния традиционных идей и концепций возникли новые разработки и конструкции, учитывающие то, что с появлением авиации и особенно ядерного оружия и средств его доставки традиционные модели, в основе которых лежал географическо-пространственный детерминизм, устарели и нуждаются в серьезной коррекции. по мере ослабления жесткой структурированности биполярного мира и выдвижения на политическую авансцену новых стран и регионов идеи зачинателей геополитики начали подвергаться существенной корректировке. Это отчасти было связано с осознанием все большим числом исследователей конца евроцентристского мира и нарастанием тенденций к региональному сотрудничеству в различных частях земного шара. в 70-е - 90-е годы" предпринимались также попытки переосмысления методологических основ геополитических трактовок международных отношений. Так, американский исследователь Л. Кристоф утверждал: "Современные геополитики смотрят на карту, чтобы найти здесь не то, что природа навязывает человеку, а то, на что она его ориентирует". Другой американский политолог К.Грей, посвятивший этой проблеме несколько работ, в середине 70-х годов назвал геополитику наукой "о взаимосвязи между физической средой в том виде, как она воспринимается, изменяется и используется людьми, и мировой политикой. Наиболее далеко идущую попытку пересмотра традиционных геополитических идей в условиях ракетно-ядерного века предпринял французский генерал и исследователь П.Галлуа. По его мнению, важными параметрами геополитического изменения современного мира наряду с пространственно-территориальными характеристиками государства стало появление и распространение ракетно-ядерного оружия, которое как бы уравнивает силу владеющих им государств независимо от их географического положения, размеров, удаленности друг от друга и т.д. Галлуа обратил внимание на то, что развитие средств массовой информации и телекоммуникации, а также возрастающее непосредственное вмешательство масс населения в политический процесс чреваты последствиями для геополитического будущего человечества. Заслуга Галлуа состоит также в том, что помимо суши, морей и воздушного пространства он отнес к важным параметрам геополитики освоение космического пространства.

8. ^ Геоконцепт «Междуморья» в истор ретроспективе и совр внешнеполит практике. проект конфедеративного государства, которое включало бы ПольшуУкраинуБелоруссиюЛитвуЛатвию,ЭстониюМолдавиюВенгриюРумыниюЮгославиюЧехословакию, а также, возможно, Финляндию, выдвинутый Юзефом Пилсудским после Первой мировой войны. Эта конфедерация должна была простираться от Чёрного моря до Балтийского, отсюда и название.Предлагаемая конфедерация должна была налаживать многонациональную и многокультурную традицию бывшей Речи Посполитой. Пилсудский считал, что её восстановление позволит избежать государствам Центральной Европы доминирования Германии или России. Идею опротестовали СССР и все западные державы, за исключением Франции. На протяжении двух десятилетий после краха идеи Междуморья все государства, которые должны быть членами конфедерации, оказались в зоне влияния СССР. Всё же Польше удалось военным путём занять Западную Украину и Западную Белоруссию, а также часть Литвы (см. Советско-польская война 1919—1921 годов). В результате советско-польской войны 1939 года эти территории перешли к Советскому Союзу и были распределены между Украинской ССРБелорусской ССР и Литовской Республикой. После распада СССР идея Междуморья и в частности возрождения Речи Посполитой вновь возникла в некоторых политических кругах Восточной Европы. Белорусский Народный Фронт и Народный рух Украины в конце 80-х и начале 90-х годов активно разрабатывали идею Балто-Черноморского Содружества (БЧС) [1]. В настоящее время эта идея поддерживается украинской партией Свобода [2]В Польше идеи создания Междуморья, а также воссоздания прежней Речи Посполитой широко распространены, в том числе среди политического руководства. Этот факт неоднократно отмечался в печати. Российские политические издания, как правило, оценивают данные идеи критически или враждебно. Этот проект всегда был ведущей идеей польских консерваторов, лидером которых в последние годы был Лех Качинский. В начале 2010 года в Беларуси возник многоязычный проект Новая Речь Посполитая, посвященный возрождению Речи Посполитой, в которую могут войти БеларусьЛатвияЛитваПольша иУкраина. Данный проект подвергся резкой критике со стороны Белорусской Военной Газеты.  В наши дни «Междуморье» - скорее дальнейшее расширение понятия Центрально-Восточной Европы, включающее в него не только Украину, но и Болгарию с Румынией как две причерноморские страны (о республиках бывшей Югославии сейчас речь в этом плане почти не идёт). В этой концепции чувствуется отголосок средневекового лозунга «Польши от моря до моря» (кстати, сохранявшего своё значение даже для польских повстанцев XIX века). Однако основной её нерв сейчас – это идея диверсификации поставок нефти и газа для преодоления зависимости от импорта из России. Соответственно, «Междуморье» имеет значение в первую очередь как регион, связывающий Польшу через Чёрное море и Кавказ с каспийскими и среднеазиатскими источниками энергетического сырья. Тем не менее, в роли организатора такого «маленького энергетического НАТО» Польша пока не достигла заметных успехов. Её страх перед «энергетическим шантажом России» не вполне разделяется другими странами региона. Однако проект есть, и Польша предпринимает немалые усилия по реализации программ регионального развития «Междуморья» в этом ключе.

^ 11. Актуализация «Вестфальской системы» в мировой историографии, полит мысли и ее значение для исслед-я МО. Кортунов Тридцатилетняя война завершилась Вестфальским миром. Генри Киссинджер в статье «Предназначение Америки» следующим образом сформулировал его итоги с прицелом на современность: «Международная система ХХ века была установлена Вестфальским мирным договором 1648 года. Стремясь избежать повторения Тридцатилетней войны, в которой было убито почти 30% жителей Центральной Европы и которая велась якобы из-за религиозных убеждений, правители основали новую систему на принципах суверенитета в рамках государственных границ и невмешательства в происходящие за этими границами события. Было определено, что угрозой международному порядку является передвижение военных подразделений через установленные границы». После Вестфальского мира европейские войны нередко велись уже не только из-за территориальных завоеваний, сколько в целях обеспечения политической гегемонии, сохранения или восстановления баланса сил. Собственно, после Вестфальского мира в политической жизни мира и укореняются понятия «баланс сил» и «европейское равновесие». С окончанием наполеоновской эпохи, насильственно придавшей истории Европы стиль ампир, Венский конгресс фактически знаменовал собой возврат к международной политике баланса сил и европейского равновесия. Разница состояла в том, что судьбы континента решала общеевропейская квазидиректория, «дипломатическая олигархия» (А. Дебидур) в виде Священного союза, которая взяла на себя миссию поддержания мира и подавления революций. Эта квазидиректория была поименована «европейским концертом». В этот «европейский концерт» входили вначале Австрия, Великобритания, Пруссия и Россия. Позже к ним присоединились «допущенная» посленаполеоновская Франция и объединенная Италия. Данному международному устройству фактически был положен конец на рубеже XIX–XX вв. созданием в Европе двух противоборствовавших могучих межгосударственных альянсов: Антанты (Великобритания, Франция, Россия) и Тройственного союза (Германия, Австро-Венгрия, Италия). Их конфликт вылился в Первую мировую войну, итогами которой стали Версальский договор, полная перекройка границ в Европе и создание Лиги Наций. Последняя явилась инструментом воссоздания Вестфальской системы, подобно тому как после Второй мировой войны таким инструментом стала ее преемница – Организация Объединенных Наций. Однако в 90-е гг. прошлого века, а особенно в начале нынешнего, все больше зычных голосов стали провозглашать закат Вестфальской системы и формирование поствестфальского мироустройства. Согласно Генри Киссинджеру, события 11 сентября 2001 г. ознаменовали конец Вестфальской системы: «Угрозы, как стало понятно, теперь исходят не только от действий других государств; они могут исходить от частных групп, действующих на территориях суверенных государств и преследующих цели, которые превосходят намерения этих государств. Стратегии эпохи холодной войны более не применимы, так как сдерживание путем устрашения не работает против противника, не имеющего территории, которую ему необходимо защищать; а дипломатия не работает, когда противник отвергает любое ограничение своих целей и ставит перед собой задачу уничтожения общества. В Вестфальской системе баланс сил мог быть нарушен только завоеванием другого государства. В мире приватизированного террора и распространяющегося ОМП баланс сил может быть нарушен, а выживание поставлено под угрозу событиями, развивающимися полностью в пределах границы какого-либо независимого государства». Соответственно, идея мирового равновесия (стратегического паритета) стала уступать свое место идее стратегического баланса. Биполярный мир рухнул в 1991 году, сразу же после распада СССР. Одновременно началась эрозия Ялтинско-Потсдамского мирового порядка как модификации Вестфальской системы международных отношений. Именно с этого времени становится особенно заметен упадок Вестфальской системы, размываемой процессами глобализации. Эти процессы наносят все более сокрушительные удары по основе основ Вестфальской системы — национальному государственному суверенитету. Уже биполярный мир, сложившийся после Второй мировой войны, представлял собой мир ограниченных суверенитетов (кроме суверенитетов двух противостоящих сверхдержав) и в этом своем качестве коренным образом противоречил Вестфальской системе. В еще большем противоречии с ней оказался мир однополярный, сложившийся после распада СССР, поскольку полным суверенитетом располагала отныне только одна страна — США. Вестфальская система приходит в начале ХХI века в окончательный упадок. Для того, чтобы в этом убедиться, достаточно вспомнить определение суверенитета, данное Ж.Боденом (абсолютная и постоянная власть государства над подданными и гражданами). В современном же мире мы наблюдаем следующее: объем суверенитета ограничен внутренними и внешними факторами; США проводят политику ограниченного суверенитета; действует примат института прав человека над институтом суверенитета; за последние два десятилетия сложилось международное гуманитарное право, которое существенно ограничивает власть государства над его гражданами; на наших глазах идет становление сетевого сверхгосударства — Евросоюза, которое последовательно и целенаправленно преодолевает синдром национального государства; в этом суть нового европейского проекта; один из основных принципов современного международного права — принцип самоопределения народов и наций — на практике нередко вступает в противоречие с двумя другими основными принципами — принципом суверенного равенства государств и принципом территориальной целостности государств; растет количество несостоявшихся государств, которые, как это теперь совершенно ясно всем, никогда и ни при каких обстоятельствах не станут полноценными суверенными государствами; процессы глобализации размывают метафизическую основу национального суверенитета — национальную идентичность всех без исключения стран мира; миграционные потоки (второе «великое переселение народов») в свою очередь стремительно разрушают идентичность сложившихся национальных государств Европы и Америки. Можно выделить два типа критики Вестфальской системы. Один связан с противопоставлением прав человека и права народа на самоопределение принципам государственного суверенитета и территориальной целостности. Второй — с обвинением национальных государств в неспособности обеспечить эффективное управление в условиях глобализации. В качестве альтернативы выдвигается идея управления по сетевому принципу и построения по этому принципу организаций для решения глобальных проблем. Вестфальская система во многих случаях просто не работает, когда мы имеем дело с новыми политическими явлениями современности - и в первую очередь с так называемым «сетевым управлением», которое могущественные державы осуществляют над прочими странами, — таково мнение С.Караганова.А.Мигранян призывает воспринимать Вестфальскую систему не в такой жесткой форме, как ее воспринимают другие политологи и выдвигает мнение, что никогда в истории не было «суверенитета для всех». И во времена Вестфальской системы, и во времена Версальского мира, Парижской, Берлинской и Ялтинской конференций всегда собирались несколько великих держав, обладавших реальным суверенитетом, и решали проблемы суверенитетов других государств. Но ведь есть страны, которым не нужен суверенитет, и они этого не скрывают. Сходного мнения придерживается И.Бунин. Вестфальская система, полагает он, не обеспечивала идеальный суверенитет. Она показала свою уязвимость в двух аспектах. Во-первых, она не могла препятствовать «праву сильного» — например, объединению Германии «железом и кровью» под властью бисмарковской Пруссии. Вестфальская система не смогла защитить права неаполитанских Бурбонов и Папы Римского, чьи вполне суверенные государства после военных кампаний Пьемонта вошли в состав новообразованного итальянского государства. Во-вторых, принцип безусловного суверенитета государства приводил к массовым нарушениям прав человека, поощряя тиранов на все большие зверства. Как внутреннее дело Германии воспринималась дискриминация евреев, все более усиливавшаяся в течение 30-х годов. Сходные тенденции были и в других европейских странах — таких как Румыния и Венгрия. Никто из них не подвергся санкциям, не был исключен из Лиги наций. СССР был исключен из Лиги наций только после прямого нарушения суверенитета Финляндии. отказываясь от порочных черт Вестфальской системы нельзя строить «новое средневековье», при котором конкурируют доминирующая держава (например, император Священной Римской империи) и «моральный авторитет». В настоящее время существует угроза неконтролируемого распада Вестфальской системы, при котором доминирование США более похоже на суверенитет по Карлу Шмиттусуверенен тот, кто вводит чрезвычайное положение. То есть тот, кто способен переступить через нормы права для того, чтобы обеспечить решение задачи высшего уровня, от которой зависит существование государства. Таким образом, возникает необходимость в выработке новых подходов к международной политике, которые можно было назвать подготовкой к созданию нео-Вестфальской системы. Она должна учитывать как позитивный, так и негативный опыт Вестфальской системы. Сохранив принцип государственного суверенитета, необходимо предусмотреть эффективные механизмы недопущения проявлений геноцида и этнических чисток. Механизмы, позволяющие успешно бороться с такими глобальными проблемами, как терроризм, наркопреступность, торговля людьми. Однако они должны действовать в рамках легитимных структур, обладающих достаточным моральным авторитетом для того, чтобы их решения носили общепризнанный характер, а не вызывали обвинения в произволе и двойных стандартах. Одной из таких структур могла бы стать ООН, потенциал которой явно не исчерпан.

^ 12. Политические и идеологические основы Венского миропорядка. 14 сент 1814. Венская система положила начало геополитической эпохе, основу которой составил имперский принцип контроля географического пространства.Появл блоковая дипломатия. Создание свящ союза. В это время появл либерализм. В рамках этой системы впервые было сформулировано понятие великие державы (тогда в первую очередь РоссияАвстрияВеликобритания), окончательно оформилась многосторонняя дипломатия. Многие исследователи называют Венскую систему МО первым примером коллективной безопасности, что было актуально на протяжении 35 лет, до начала Крымской войны. Также были систематизированы и унифицированы дипломатические ранги (посолпосланник и поверенный в делах) и четыре типа консульских учреждений. Были определены дипломатический иммунитет идипломатическая вализа. Разгром Наполеона под Ватерлоо в 1815 году означал для Европы избавление от гегемонии Франции. На Венском конгрессе была предпринята попытка восстановить миропорядок, существовавший до Французской революции 1789 года. главной целью было восстановление прежних европейских монархий, которые в период французской оккупации не только утратили свое влияние, но и понесли территориальные потери. Созданный Наполеоном Рейнский союз был распущен. Вместо него появился Германский союз, в состав которого вошли, наряду с Пруссией и Австрией, 35 королевств и княжеств, а также 4 города-республики. Впрочем, часть территорий Австрии и Пруссии были выведены из-под юрисдикции Германского союза. Высшим законодательным органом был бундестаг, собиравшийся во Франкфурте под председательством Австрии. Таким образом, Венский конгресс в очередной раз придал "германскому вопросу" общеевропейский характер. Венский конгресс сыграл ключевую роль в формировании стойкой парадигмы отношений между ведущими европейскими государствами. Началась эпоха «Европейского концерта» — баланса сил между европейскими государствами. Европейский концерт базировался на общем согласии больших государств: России, Австрии, Пруссии, Франции, Великобритании. Любое обострение отношений между ними могло привести к разрушению международной системы.В отличие от Вестфальской системы международных отношений элементами Венской системы выступали не только государства, но и коалициигосударств.Одной из основ европейского концерта стал принцип поддержания баланса сил. Ответственность за это полагалась на большие государства. Эта ответственность реализовывалась через проведение большого количества международных конференций для урегулирования проблем, которые угрожали миру. Среди таких конференций важное значение имели Парижская конференция 1856 годаЛондонская конференция 1871 годаБерлинская конференция 1878 года.В пределах баланса сил государства могли изменять состав союзников для обеспечения собственных интересов, не в нарушение при этом общей структуры союзов и характера международных отношений.Европейский концерт, оставаясь формой гегемонии больших государств, впервые эффективно ограничил свободу действий этих государств на международной арене .Хотя аннексии и контрибуции оставались формами международной практики, большие государства уже не рассматривали в качестве реальной цели расчленения или ликвидацию другой большой державы. Во времена существования Венской системы понятия политического равновесия приобретает более широкое толкование. Благодаря установленному Венской системой баланса сил войны и вооруженные конфликты в Европе временно почти прекращаются за исключением незначительных. Венская международная система имела целью утверждение установленного в результате наполеоновских войн соотношения сил, закрепления границ национальных государств. Россия окончательно закрепила за собой Финляндию, Бессарабию и расширила свои западные границы за счет Польши, разделив ее между собой, Австрией и Пруссией. Венская система зафиксировала новую географическую карту Европы, новое соотношение геополитических сил. В основу этой системы был положен имперский принцип контроля географического пространства в пределах колониальных империй. Во время Венской системы окончательно сформировались империи: Британская (1876), Немецкая (1871), Французская (1852). В 1877 г. турецкий султан взял себе титул «Император османов». Россия стала империей значительно раньше — в 1721 г. Невзирая на конец глобальной изолированности цивилизаций и культур, Венская система, как и предыдущая Вестфальская, имела евроцентристский характер. Вестфальская система сначала не имела глобальный характер, охватывала Западную и Центральную Европу. Позже она интегрировала к сфере своего действия Восточную ЕвропуРоссиюСредиземноморьеСеверную Америку. Венская система МО охватывала, фактически, лишь европейское пространство, и в некоторой степени, те территории, за которые ведущие государства Европейского концерта вели колониальную борьбу или управляли как колониями. Вне пределов Венской системы остался Китай, который в результате Опиумных войн и навязанных ведущими европейскими государствами неравноправных договоров, был поставлен в полуколониальное положение. Япония, которая во второй половине XIX века начала «открываться» для мира, также не была приобщена к Венской системе. В то же время в период Венской системы европейская история начала постепенно превращаться в мировую. На Венском конгрессе не были официально закреплены колонии. Одной из главных причин Первой мировой войны станет именно борьба за перераспределение колониальных империй. Активно проходили модернизационные процессы, развитие капиталистических отношенийбуржуазные революции. Особенности Венской системы заключались не только в общей заинтересованности сохранения статус-кво, но и в разнице цивилизационного и модернизационного уровня его участников. Великобритания и Франция уже вступили в процесс научно-технического прогресса; Австрия и Пруссия в этой сфере значительно отставали. Особенностью геополитической реальности того времени стало то, что Россию, ведущее государство Венского конгресса, гаранта мира и стабильности в Европе, технический прогресс вообще еще почти не коснулся. При развитии Венской системы её участники были одинаковы по сущности (монархии), поэтому долгое время она была однородна. Исследователи отмечают исключительную стойкость системы. Несмотря на войны, революции, международные кризисы система МО осталась практически неизменной. Фактически с момента Венского конгресса до начала Первой мировой войны перечень ведущих держав не изменился. Те принципы, которые разделяли правящие элиты ведущих держав, отличались схожестью в видении международных ситуаций. Фактически это приводило к стремлению ведущих держав решать международные проблемы путем компромиссов и коалиционных соглашений. Время существования европейского концерта стало периодом развития классической дипломатии. Система Европейского концерта охватывала политическую сферу, и влияние внутриэкономических процессов на внешнюю политику было опосредованным, проявлялся только в наиболее кризисных ситуациях. Сфера дипломатии имела исключительную автономию в решении определенных проблем. Поэтому дипломаты не были ограничены какими-то внутриполитическими или экономическими факторами. В период существования системы Европейского концерта были сформулированы и приняты всеми цивилизованными странами единые нормативные акты о мирном разрешении конфликтов, а также о ведении военных действий, об обращении с пленными и др.Интересы практически всех великих европейских держав (кроме Великобритании и России) были сосредоточены в Европе. Одновременно в мире активно происходила колонизация.
  1   2   3   4   5



Скачать файл (722.5 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru