Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  


Загрузка...

Курсовая работа - Влияние телевидения на формирование женской полоролевой идентичности - файл 1.doc


Курсовая работа - Влияние телевидения на формирование женской полоролевой идентичности
скачать (187 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc187kb.26.11.2011 07:51скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

Реклама MarketGid:
Загрузка...


МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

Национальный аэрокосмический университет

им. Н.Е. Жуковского «ХАИ»
Гуманитарный факультет
Кафедра психологии


Курсовая работа
РОЛЬ ТЕЛЕВИДЕНИЯ В ФОРМИРОВАНИИ ПОЛОРОЛЕВОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ЖЕНЩИНЫ

Выполнила:

студентка 720 гр.

Деркач Е.Э.

Научный руководитель:

ассист. каф. 707

Харченко А.А.


Харьков 2010

СОДЕРЖАНИЕ



ВВЕДЕНИЕ 2

РАЗДЕЛ 1. ВЛИЯНИЕ ТЕЛЕВИДЕНИЯ НА ФОРМИРОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ 4

1.1 Механизмы влияния телевидения на человека 4

1.1.1 Особенности информационного воздействия телевидения 5

1.1.2 Особенности подпорогового воздействия телевидения 5

1.2 Влияние телевидения на детей 9

^ РАЗДЕЛ 2. ПРОБЛЕМА ФОРМИРОВАНИЯ ПОЛОРОЛЕВОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ЖЕНЩИНЫ 10

2.1 Место полоролевой идентичности в структуре личности 10

2.2 Теоретические подходы к рассмотрению формирования женской полоролевой идентичности 11

2.2.1 Психоаналитическая парадигма феминности 11

2.2.2 Социально-психологическая парадигма женской полоролевой идентичности 13

В рамках данной парадигмы феминность рассматривается как продукт истории и культуры, зависящий от сконструированной в обществе системы гендерных ролей, которые ребенок усваивает в процессе социализации. 13

2.2.3 Постмодернистская парадигма в гендерной психологии 16

2.3 Полипарадигмальность как источник кризиса понимания феминности 17

^ РАЗДЕЛ 3. ТРАНСФОРМАЦИЯ ОБРАЗА ЖЕНЩИНЫ НА ТЕЛЕВИДЕНИИ КАК ПРЕДПОСЫЛКА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПОЛОРОЛЕВОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ДЕВОЧКИ 19

3.1 Место телевидения в структуре институтов формирования полоролевой идентичности 19

3.2 Типы репрезентации женщин на телевидении 20

3.3 Влияние телевизионных образов женщин на представление о женственности у детей 25

ВЫВОДЫ 27

^ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 29








ВВЕДЕНИЕ



Феномен телевидения начал интересовать науку еще с середины 20 века. Стремительное распространение и популяризация телевидения в 60-х гг. заставила ученых различных направлений обратить внимание на проблему места телевидения в жизни человека и общества. Все проведенные в этой области исследования показали, что, надежно укоренившись в качестве незаменимого «предмета повседневности» и способа проведения досуга, телевидение заняло позицию одного из наиболее влиятельных агентов в сфере формирования общественных и личностных мнений, установок. Спустя полвека положение телевидения как важнейшего института социализации только усилилось (Э.Аронсон, С.А.Зелинский, С.Г.Кара-Мурза, Р.Харрис и др.).

Однако в полной мере понять степень и характер воздействия телевидения на человека возможно исключительно при условии рассмотрения его влияния на отдельные личностные конструкты. Так как гендерная тематика является одной из наиболее востребованных на современном телевидении, особую актуальность приобретает вопрос о роли телевидения в формировании полоролевой идентичности личности. На наличие данной проблематики указывают множество авторов (В.С. Агеев, Ю.Е. Алешина, А.С. Волович, О.Е. Воронина, И.С. Кон, Р.Харрис и др.). Другое основание для разработки данной темы заключается в том, что телевидение, наряду с другими СМИ, приняло характер одного из главенствующих институтов половой социализации – в связи с недостаточной развитостью полового образования на территории стран СНГ. Еще одна причина необходимости этого исследования состоит в специфике сегодняшнего понимания женственности и особенности его репрезентации на телевидении. Господствующая в современном обществе и отражающаяся в усиленном варианте в рамках телеиндустрии неоднозначность определения феминности[8,10,24,29,32,34] так или иначе приводит к проблемам и затруднениям в процессе усвоения девочкой женской половой роли.

Объект исследования – женская полоролевая идентичность.

Предмет исследования – особенности воздействия телевидения на формирование женской полоролевой идентичности.

Цель исследования – изучить особенности влияния телевидения на формирование женской полоролевой идентичности.

Задачи:

  1. Изучить влияние телевидения на полоролевые структуры личности и рассмотреть существующие парадигмы формирования женской полоролевой идентичности.

  2. Проанализировать данные научной литературы по вопросу особенностей влияния телевидения на динамику формирования женской полоролевой идентичности.

  3. Найти существующие противоречия, определить проблемные сферы и перспективы дальнейших исследований в области влияния телевидения на формирование полоролевой идентичности женщины.

Метод исследования: анализ научной литературы.
^

РАЗДЕЛ 1. ВЛИЯНИЕ ТЕЛЕВИДЕНИЯ НА ФОРМИРОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ




1.1 Механизмы влияния телевидения на человека


Эффективность телевизионного воздействия построена на взаимодействии механизмов информационного (содержательного) и подпорогового влияния [13,22,25].

^

1.1.1 Особенности информационного воздействия телевидения


Содержательная сторона телетрансляции представляет собой верхний уровень телевизионного воздействия, на котором осуществляется непосредственное влияние на установки и мировоззрение человека[6,13].

Значительная часть потока информации, идущей с экрана телевизора, пронизана откровенными попытками массового убеждения, что тонко подмечает Э.Аронсон: «Всякий раз, когда мы включаем … телеприемник, … кто-то все время пытается нас поучать, убедить купить какой-то продукт или проголосовать за кандидата, или подписаться на новейшую версию того, что правильно, верно или прекрасно» [5, с.78].

В некоторых случаях информационное воздействие носит непреднамеренный характер. Суть подобного воздействия состоит в том, что информация, не имеющая явной убеждающей направленности, так или иначе влияет на мнения, взгляды, представления человека[5,13,15,32].

^

1.1.2 Особенности подпорогового воздействия телевидения


Большинство обывателей судит о влиянии телевидения, опираясь исключительно на содержательную сторону телепередач.

Однако содержанием передающейся информации воздействие телевидения не исчерпывается. Существует также множество механизмов, действующих на человека на бессознательном уровне. Именно о них телезрители зачастую не осведомлены. По выражению Р. Пацлафа, подобная необразованность неизбежно приведет к тому, что «не мы будем хозяевами телевизора, а телевизор – нашим хозяином»[25,с.6].

Многие исследователи не случайно начали сравнивать состояние, возникающее при телепросмотре, с гипнотическим трансом либо наркотическим опьянением (Р. Пацлаф, С.А. Зелинский, Т. Маккенна, М. Винн, К. Янг).

Подобно наркотику, телевидение вызывает зависимость и создает иллюзию контроля над происходящим[22, с.117]. Сама «природа» телесигнала изначально направлена на то, чтобы спровоцировать у человека проявления базовых инстинктов либо психопатологии, а затем снять их, благодаря чему и провоцируется стойкая зависимость[13, с.91]. Телезритель достаточно смутно осознает свое пристрастие и переоценивает владение ситуацией во время просмотра телепередачи. В конечном счете это может привести к достаточно неприятным последствиям. На данный момент известно немало случаев так называемой телемании, при которой люди в силу личной потребности – иначе говоря, неспособности оторваться от просмотра – проводят у телевизора огромное количество времени, зачастую игнорируя другие свои нужды[9].

Гипногенное свойство телепередач очень точно охарактеризовал американский психолог Р. Арнхейм: «Совершенно неважно, что показывается. Это может быть программа на иностранном языке или еще что-нибудь, не представляющее никакого интереса. И раздражитель, на который вы практически не реагируете, усыпляет вас. Это напоминает убаюкивание. … не раздражает вас, не вынуждает реагировать, а просто освобождает от необходимости проявлять хоть какую-нибудь умственную активность. Ваш мозг работает в ни к чему не обязывающем направлении. Ваши чувства, которые в противном случае заставляли бы вас предпринимать какие-либо активные действия, полностью отвлечены»[9].

Спад уровня активности человека при просмотре телевизора доказан рядом экспериментальных исследований. Так, Г. Е. Кругменом (1970) было обнаружено, что под действием телесигнала на ЭЭГ возникает стойкое доминирование α-частот, расцениваемое как признак снижения визуального внимания. Другие наблюдения показали, что при телепросмотре постепенно исчезают аккомодационные движения, а активность глаз снижается на 90%[25, с.19].

Одна из причин подобного действия телепередач состоит в том, что восприятие их материалов приводит к большому расходу энергии. Человеку кажется, что он физически отдыхает, однако сменяющиеся с огромной скоростью на экране кадры непрерывно активируют в его долговременной памяти множество образов из его индивидуального опыта. Сам по себе зрительный ряд телеэкрана требует непрерывного осознания визуального материала; порождаемые им ассоциативные образы вынуждают к предпринятию определенных интеллектуальных и эмоциональных усилий по их оценке и затормаживанию. Нервная система (особенно у детей), не выдерживая такой интенсивный процесс осознавания, уже спустя 15-20 минут формирует защитную тормозную реакцию в виде гипноидного состояния, которое резко ограничивает возможности восприятия и переработки информации, но усиливает процессы ее запечатления и программирования поведения. Не последнюю роль в этом играет свойство телевидения, заключающееся в возможности передавать информацию одновременно посредством визуальных и аудиальных каналов. Благодаря их объединению создается иллюзия реальности и резко увеличивается эффективность внедрения в сознание какой-либо информации[13,25].

Однако воздействие телесигнала нуждается в серьезной поддержке, поскольку, снижая уровень активности организма, он приводит сознание в «сумеречное состояние», близкое ко сну[13,25,32]. Этот эффект частично устраняется благодаря включению в процесс телетрансляции содержательной и формальной сторон.

За формальную сторону телетрансляции отвечает широкий круг специалистов. В первую очередь это монтеры, операторы, режиссеры. В их компетенцию входит задействование таких приемов, как масштабирование, панорамирование, развороты камер, резкие переходы, неожиданная смена перспектив, монтаж кадров, частая и быстрая смена сцен. Благодаря этим и другим подобным маневрам обеспечивается устойчивое внимание к просмотру, а передача информации осуществляется с особой правдоподобностью[25, с.56]. Крупным экспериментом Би-би-си был доказан тот факт, что объектив камеры не просто отражает реальность, а меняет, искажает ее, позволяя менять акценты и значимость тех или иных событий [13, с.98].

С другой стороны, на телевидении постоянно используются различные психологические приемы, направленные как на привлечение внимания, так и на оказание воздействия.

В сфере создания установок посредством телевидения неплохо работают психотехники НЛП – «трансформация смысла», «присоединение к будущему», «якорение» и др.[9,31] и методы утверждения и повторения[6,13, 15,23].

Метод утверждения базируется на подаче информации в виде готовых шаблонов, отвечающих подсознательным стереотипам. Это упрощает восприятие и опускает необходимость и возможность применения интеллектуальных усилий со стороны индивида. По словам С.Московичи, «утверждение в любой речи означает отказ от обсуждения, поскольку власть…идеи, которая может подвергаться обсуждению, теряет всякое правдоподобие. Это означает также просьбу к аудитории…принять идею без обсуждения такой, какой она есть…не раздумывая»[23, с.51]. Многократное же повторение заставляет любую информацию откладываться в подсознании. Как писал С.Г. Кара-Мурза, «повторение – один из тех «психологических трюков», которые притупляют рассудок и воздействуют на бессознательные механизмы. При злоупотреблении этим приемом стереотипы усиливаются до устойчивых предрассудков, человек тупеет»[15, с.189].

Высокой результативностью в области телевизионного влияния обладает прием обращения к чувствам и эмоциям человека. Проведенные в этой области исследования (Г. Штурм, 1972 г.) показали следующие результаты: информация, полученная реципиентами в результате просмотра телепередачи, была забыта в соответствии с кривыми забывания, в то время как вызванные ею эмоциональные переживания не подверглись ни малейшим изменениям. Это позволяет сделать вывод о том, что эмоционально окрашенные образы, полученные посредством телевидения, способствуют надежному закреплению в памяти вызванных ими чувств[25,31].

^

1.2 Влияние телевидения на детей


Воздействие телевидения на детей имеет свои особенности[25]. Рассматривая данный вопрос, необходимо прежде всего помнить, что мышление ребенка качественно отличается от мышления взрослого (Пиаже,1951).

Одно из основных различий состоит в том, что дети не умеют перепроверять поступающую к ним информацию, дистанцироваться от того, что предлагают им различные источники, в том числе и телевидение.

Проведенные в 1986 г. Ривзом и Хоукинсом исследования свидетельствуют о том, что дети достаточно долго принимают все увиденное на экране за действительность: «До 5-7-летнего возраста реклама для них столь же реальна, как и программа, в которую она вставлена»[25, с. 182]. Слитность в сознании ребенка реального и телевизионного миров предоставляет телевидению одну из главных ролей в формировании его личности.

Исследования психологов Стэндфордского университета под руководством А.Бандуры показали, что дети оказываются наименее защищенными в отношении социального «заражения» под действием телеэкрана. Поэтому телевидение оказывается одним из наиболее влиятельных источников стереотипизации мышления ребенка[13,25,32].

В другом исследовании, проведенном в университете штата Небраска, было опрошено 15000 детей, которым задавался вопрос, что для них желанней: отец или телевизор? Половина из ответивших на него детей предпочли телевизор[5, с.128]. Эти данные наглядно свидетельствуют о том, какую роль играет телевизор в жизни современного ребенка, и какое огромное влияние телевидение оказывает на формирование всех его личностных конструктов.


^

РАЗДЕЛ 2. ПРОБЛЕМА ФОРМИРОВАНИЯ ПОЛОРОЛЕВОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ЖЕНЩИНЫ




2.1 Место полоролевой идентичности в структуре личности


Понятие идентичности в современной интерпретации впервые встречается и детально разрабатывается Э. Эриксоном[35] в работе «Детство и общество»(1963). С точки зрения Эриксона идентичность представляет собой твердо усвоенный и принимаемый образ себя во всех аспектах отношения индивида к окружающему миру. Ее формирование происходит постепенно, путем последовательного включения таких компонентов, как важные идентификации, предпочитаемые способности, действенные защитные механизмы, осуществляющиеся роли и др. Синтезируя вышеуказанные элементы, идентичность выполняет интегративную функцию в психике, способствуя осознанию себя как целостного субъекта[35, c.14].

По мнению ряда исследователей[14,18,19,21] именно полоролевая идентичность претендует на роль определяющего фактора в формировании личности. Так, И.С. Кон в труде «Психология половых различий» говорит о том, что первичная половая идентичность складывается уже к 1,5 годам и является наиболее устойчивым, стержневым элементом самосознания[19].

^

2.2 Теоретические подходы к рассмотрению формирования женской полоролевой идентичности


В современной науке существует 4 парадигмы женской полоролевой идентичности: эволюционно-биологическая, психоаналитическая, социально-психологическая и постмодернистская[17].

Эволюционно-биологическая парадигма (В.А. Геодакян, Г.М.Бреслав, Б.И.Хасан, В.П.Багрунов) исходит из обоснования анатомических и психофизиологических свойств женского организма в качестве основных предпосылок фемининности. В понимании становления полоролевой идентичности как неизменной данности с ней сходна психоаналитическая парадигма[17,21].

^

2.2.1 Психоаналитическая парадигма феминности


Классический психоанализ, опираясь на взгляды З.Фрейда, основным механизмом половой типизации называет идентификацию с родителем своего пола, в результате которой ребенок усваивает соответствующую модель полоролевого поведения[27].

По мнению Фрейда, достижению идентификации предшествует ряд этапов. На первом этапе объектом привязанности для детей обоих полов является мать, т.к. именно она удовлетворяет все жизненно важные потребности ребенка. Последующие этапы – проявление комплекса кастрации и фаза Эдипова комплекса – проходят различно в зависимости от пола.

У девочек комплекс кастрации возникает в форме зависти к мужским половым органам, открывая дорогу к развитию чувства собственной неполноценности и других традиционно женских качеств: пассивности, стыдливости, завистливости, ревнивости. Считая мать ответственной за свою дефективность и обнаруживая у нее аналогичный недостаток, девочка меняет объект привязанности на отца. Таким образом она вступает в фазу комплекса Электры, который со временем разрешается путем подавления тяготения к отцу и ведет к идентификации с матерью[31].

Однако многие из последователей Фрейда критически отнеслись к его концепту женственности. Так, К.Хорни [33] отвергла идеи об однозначно анатомической детерминации различий между полами и сделала упор на важности и социокультурного влияния на личность. Она отметила, что в исторически сложившемся «маскулинном обществе» к женщинам относились как к второсортным существам и воспитывали в духе утверждения мужского превосходства, вследствие чего женщины усваивали установки о собственной неполноценности и зависимости.

Большее внимание социокультурной обусловленности формирования женственности уделил А. Адлер[2]. Проанализировав историю развития общества, он пришел к выводу, что подчиненное положение женщин и прочие предрассудки были установлены искусственно в интересах мужчин. В настоящее время эти стереотипы продолжают воспроизводиться, предрасполагая девочку к усвоению таких качеств, как неуверенность в себе, нерешительность, пассивность и др.

Принципиально иные воззрения в данной области представляет К.Г.Юнг. Хотя он не занимался напрямую вопросами формирования полоролевой идентичности, его идеи о коллективных бессознательных образах – архетипах – имеют достаточно большое значение для разработки этой проблемы.

Женский образ, по мнению Юнга, воплощается в двух архетипах – Анимы и Великой Матери. С архетипом Матери Юнг связывал следующие черты: проявление внимания и сочувствия; мудрость и душевный подъем; любой полезный инстинкт или импульс; все, что называется добротой; все, что дает заботу и поддержку, способствует развитию и плодородию; из негативных аспектов материнского архетипа можно отметить все тайное, скрытое, темное; пропасть; мир мертвых; все, что пожирает, соблазняет и отравляет; все, что вызывает ужас и является неизбежным, как сама судьба[38, с.212]. Архетип Девы наделяется следующими характеристиками: молодость, интуитивная мудрость, непостоянство, иногда – обладание властью; она имеет два аспекта — светлый и тёмный: может отличаться чистотой и благонравием, а может быть обольстительницей и изменницей[39].

^

2.2.2 Социально-психологическая парадигма женской полоролевой идентичности

В рамках данной парадигмы феминность рассматривается как продукт истории и культуры, зависящий от сконструированной в обществе системы гендерных ролей, которые ребенок усваивает в процессе социализации.


Толчком для развития этих идей послужила концепция андрогинности, предложенная С.Бем, К.Хейлбрун и др. в начале 70-х гг. XX века. Благодаря этой концепции были оспорены сомнительные положения о маскулинности-феминности как о глубоко укорененных личностных структурах, необходимости соответствия физического пола психическому гендеру в качестве показателя психического здоровья и обусловленности развития «Я-концепции» полом индивидуума. Взамен предлагались следующие утверждения: маскулинность и феминность – не более чем культурные стереотипы, стандарты психического здоровья должны быть свободными от гендерных характеристик, человек не должен и не обязан следовать любым предрассудкам во всем, что касается его поведения. Однако утопичность, оторванность от исторической действительности, отсутствие решений в отношении проблем гендерного неравенства заставило последователей концепции андрогинности вскоре отвергнуть ее[7].

Тем не менее некоторые выдвинутые в ее рамках тезисы были приняты научным сообществом в качестве прогрессивных и потому разрабатывались дальше в рамках других теорий. Одной из них можно считать теорию социального научения.

Теория социального научения, рассматривая механизмы формирования психического пола, опирается на основной принцип бихевиоризма – принцип обусловливания поведения. Представители этой теории (А. Бандура, Ф. Парсонс, Г. Биллер) считают, что в развитии полоролевого поведения все зависит, во-первых, от родительских моделей, которым ребенок старается подражать, а во-вторых, от поощрения и наказания, которые ребенок получает за соответствующее или несоответствующее полу поведение.

Серьезная ошибка данной теории состоит в рассмотрении ребенка как пассивного объекта воздействия культурных стереотипов[28].

Ей противостоит теория когнитивного развития, рассматривающая ребенка как активного участника познавательного процесса, нуждающегося в самоопределении себя как мужчины или женщины, что мотивирует его проявлять активность, свойственную его полу, осваивать и воспроизводить соответственные установки, отдавать предпочтение сверстникам того же пола. На основе этих проявлений происходит самокатегоризация, т.е. причисление ребенком себя к определенному полу.

Основатель когнитивной теории Л.Колберг значительно недооценивал влияние социальных факторов на процесс половой социализации, полагая, что они начинают действовать в качестве поддерживающих уже после того, как типизация произошла[28].

Положения теорий социального научения и когнитивного развития были синтезированы в формате теории гендерных схем, предложенной С.Бем(1981). Концепция схем предполагает, что в сознании человека существуют определенные когнитивные структуры - схемы, которые усваиваются человеком в процессе его развития и используются для систематизации своего опыта в целях упрощения восприятия окружающего мира (т.е. схемы – это неосознаваемые убеждения, установки, общекультурные и личные стереотипы и т.п.).

По мнению С.Бем[7], в связи с тем, что дети растут в мире, где очень важны представления о различии женского и мужского, усвоение именно этих категорий и организация информации в соответствии с ними становятся приоритетными. Гендерно поляризующая практика нашей культуры способствует тому, чтобы ребенок с самого раннего возраста строил свое восприятие на основе дихотомии «мужское-женское», благодаря чему происходит неосознаваемый перенос данных культурных схем в его психику. Подобная схематизация, в свою очередь, направляет поведение ребенка в сторону принятого, традиционного для своего пола. Проще говоря, применяя к действительности усвоенную гендерную классификацию, ребенок оценивает различные способы поведения с точки зрения культурных стереотипов соответствия своему полу и применяет только ему соответстующие.

Понятия маскулинность и феминность в рамках данной теории рассматриваются исключительно как культурные конструкции, а стремление ребенка к соответствию между полом и поведением – как стремление быть приобщенным к своему окружению и культуре, что требует выполнения всех норм, правил, следования стереотипам.

В отечественной психологии конца XX века доминировали приблизительно такие же убеждения. Причины различий в психологических характеристиках между лицами мужского и женского полов психологи (В.В.Абраменкова, В.Е.Каган, Я.Л.Коломинский, М.Х.Мелтас, О.Е. Воронина, И.С. Кон, Ю.Е. Алешина и др.) объясняли влиянием различных институтов социализации, транслирующих сложившиеся в обществе стереотипы маскулинности-феминности[28].

^

2.2.3 Постмодернистская парадигма в гендерной психологии


В последние годы широкое распространение получили идеи, развивающиеся в рамках теории социального конструктивизма. Представители этого направления (Т.де Лауретис, М.Виттиг, Дж.Скотт, Дж. Лорбер, Дж. Батлер, Д.Харауэй и др.) внесли существенные изменения в понимание категорий пола и гендера[12].

По мнению Терезы де Лауретис, именно гендер как процесс конструирования субъекта производит такие категории, как мужчина, женщина, гетеросексуал, гомосексуал, перверт, и пересекается с другими нормативными переменными, например, расой, классом, этносом, возрастом, чтобы произвести властную систему, конструирующую социально признанные субъекты. Гендер в данном случае понимается не как простая производная от анатомо-биологического пола, но как социальная конструкция, репрезентация, проявляющаяся как продукт различных социальных институций: не только семьи, системы образования, масс медиа, медицины или права, но также - что менее очевидно - языка, искусства, литературы, кино и научной теории[34].

Правомерность использования категории пола как нетождественной гендеру вообще ставится под сомнение благодаря оспариванию его биологической природы (Дж. Батлер).

Анатомические особенности постмодернистами не воспринимаются как имеющие хоть какое-нибудь влияние на определение гендера. В связи с этим классическая концепция половой дихотомии оказывается несостоятельной, и как альтернативная ей предлагается концепция множественности полов/гендеров.

С одной стороны, таким образом снимается проблема определяющего влияния стереотипов на формирование гендерной идентичности, стоявшая перед исследователями на протяжении длительного времени.

Однако утверждая существование более двух полов постмодернизм не учитывает ряд негативных последствий. Во-первых, как следствие нечеткости определений маскулинности/феминности возникает потеря человеком каких-либо ориентиров, способствующих самоидентификации себя не только как представителя определенного пола, но и как личности. Во-вторых, легитимизация наравне с традиционными неосексуальных практик (гомосексуализма, транссексуализма и др.) приводит к утрате понимания нормы.

А.С. Кочарян по этому поводу справедливо отмечает, что концепция множественности гендеров приводит к половому релятивизму, к утере пола, а не к углублению его понимания: «К чему на практике ведет гендерный релятивизм? Думается, что к путанице. Пол без биологического тела, пол как социальная конструкция позволяет по-новому решать старые проблемы, в том числе и проблемы формирования и функционирования неосексуальных практик в культуре. Концепция социальной терпимости в отношении "новой сексуальности" не должна уступить место концепции нормативности этой сексуальности» [20].

^


2.3 Полипарадигмальность как источник кризиса понимания феминности


Полипарадигмальность составляет ключевую проблему современной науки. Конфликт различных позиций, отсутствие разработок единой концепции провоцирует появление кризиса в понимании многих проблем, отражающегося не только на уровне научного сообщества, но и в общественном сознании, а, следовательно, и в масс-медиа.

В вопросах женственности полипарадигмальность приводит к фрагментарному, неточному, зачастую даже нереалистичному представлению о женщине. Ретранслируясь в различных средствах массовой информации, эти тенденции усиливаются на уровне обыденного сознания.


^

РАЗДЕЛ 3. ТРАНСФОРМАЦИЯ ОБРАЗА ЖЕНЩИНЫ НА ТЕЛЕВИДЕНИИ КАК ПРЕДПОСЫЛКА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПОЛОРОЛЕВОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ ДЕВОЧКИ




3.1 Место телевидения в структуре институтов формирования полоролевой идентичности


Ученые подчеркивают стремительно возрастающую роль СМИ как одного из основных ресурсов формирования полоролевой идентичности[1,3,8,10,30], в том числе в связи с недостаточной компетентностью других институтов социализации в вопросах полового воспитания[16]. Зачастую такие важные воспитательные агенты, как семья и школа, оказываются не в состоянии предоставить ребенку адекватную информацию по вопросам пола. Даже в наше «раскрепощенное» время одни родители считают, что касаться «запретной» темы неприлично и избегают подобных ситуаций, отмалчиваясь или сердясь на ребенка. Другие говорят «об этом» так, будто сексуальность — не нормальная сторона человеческой жизни, а нечто грязное, опасное и нежелательное. Как утверждает И.С.Кон, сколько-нибудь систематического полового просвещения ни в семье, ни в школе подростки не получают. Сплошь и рядом немногим лучше образованны и их учителя и родители[17]. Статистика показывает, что лишь 15% родителей обсуждают с детьми проблемы пола, в то же время больше половины опрошенных подростков называют одним из основных источников сведений по вопросам пола книги, телевидение и Интернет.

Это свидетельствует о том, что, не получая удовлетворительных ответов от родителей и педагогов, дети вынуждены обращаться к альтернативным источникам «просвещения». Так ребенок приходит к масс-медиа, в частности, к телевидению, как к объекту, готовому предоставить огромный поток интересующей информации. Другое дело, что эта информация абсолютно не подвергается критическому анализу и воспринимается в качестве достоверной.

Касаясь вопросов пола, телевидение, конечно же, отражает реальные представления людей в этой сфере. Поэтому можно говорить о том, что в построении образа женщины телевидение использует уже существующие и устоявшиеся стереотипы общественного сознания[1]. Однако телевизионный формат и связанные с ним ограничения и задачи коренным образом видоизменяют любой ретранслируемый образ так, чтобы он выполнял свое прямое назначение – способствовал привлечению внимания аудитории либо к себе, либо опосредовал возникновение интереса к другим объектам (как это происходит в рекламе). В этом плане образ женщины занимает одну из лидирующих позиций[10,23,38].

^

3.2 Типы репрезентации женщин на телевидении


И.Н.Тартаковская[28] выделяет три доминирующих типа репрезентации женщин на телевидении.

Один из них представлен в качестве метафорического образа «деловой женщины», «бизнес-леди». Такому типу женщин присущ набор традиционно маскулинных качеств: в этом дискурсе присутствуют прежде всего сильные, яркие женщины, масштабные личности, независимые, эмансипированные, занимающие активную позицию в жизни, имеющие определенный статус, реализующие себя как личность, имеющие свое «дело жизни». Кроме того, «деловая женщина» обладает также незаурядной физической привлекательностью, но лишь в качестве дополнения к основным, личностным качествам: интеллекту, мужеству, таланту, профессионализму. Сексуальность присутствует, но специально, как правило, не акцентируется. Гендерный имидж «деловой женщины» в настоящее время обладает большой популярностью. В то же время, по мнению И.В.Грошева, одним из основных атрибутов этого образа становится проявление ненависти по отношению к мужчине как к недостижимому комплиментарному образу[10]. Исходя из всех этих характеристик, конструируется жизненный сценарий женщины, достигающей больших высот в карьере и глубоко несчастной в личной жизни.

Другая репрезентация включает в себя традиционные женские роли: матери, жены, домохозяйки. Приватная сфера жизни для такого типа репрезентаций становится определяющей. Как пишет о предназначении женщины В.Распутин в статье «Cherhez la femme»: «Окормление семьи, оприятие мужа, воспитание детей, добрососедствование - вот круг ее забот»[26].

 Женщина изображается обладательницей типично феминных качеств: пассивности, зависимости, ранимости, заботливости, нежности, чувствительности и т.п. Сексуальность присутствует лишь в негативном варианте и связывается с отрицательными героинями.

Одной из наиболее явных проблем этой репрезентации И.В. Грошев считает наличие невидимого маскулинного дискурса. По его мнению, мир женщин, представленный в ракурсе «традиционного женского», повторяет интерпретацию истории, которая до сих пор производилась классом мужчин. Клишированные образы примерных жен и домохозяек, живущих исключительно ради поддержания порядка, чистоты в доме и благополучия мужа, семьи, подчеркивают естественность рожденных маскулинным сознанием гендерных стереотипов[10].

Именно на разрушение предрассудков в отношении женщин было направлено возникшее в середине 20 века феминистское движение. В качестве альтернативы традиционному предлагался образ сильной, активной женщины. Однако переход к другой репрезентации был осуществлен в манере «от крайности до крайности». Утвердив диаметрально противоположные существующим положения о женственности, феминистки полностью нивелировали и положительные стороны предыдущих представлений. Наибольший урон был нанесен образу матери[12]. Господствующая культура постмодерна и отголоски первых волн феминизма способствовали деконструкции материнства, на что указывают в своих работах Ю.Кристева, Э.Сиксу, Л.Иригарэ. Постмодернизм декларирует прежде всего интеллектуальные, рациональные, научные ценности, отвергая духовные. В связи с этим образ, исповедующий искренность, доброту, непредвзятость, сопереживание и др., позиционируется как неактуальный. Эти тенденции наиболее ярко отражает телевидение. «Мать» предстает перед зрителем как неухоженная, подчеркнуто бесстатусная, и вообще прожившая жизнь зря женщина.

И, наконец, третья стратегия декларирует образ, метафорично обозначенный И.Н. Тартаковской как «Космо-женщина», или женщина как объект потребления. Образ «Космо-женщины» обладает широким спектром проявлений: она может работать, учиться, может быть домохозяйкой, матерью семейства и т.д. Главной ее отличительной чертой становится «потребительский характер». Эта женщина прежде всего направлена на получение удовольствия от потребления различных предметов и услуг, делающих их обладательницу неотразимой.

Мужчина является в ее жизни главной фигурой, а целью жизни - его привлечение и последующее умелое им манипулирование. Мужчина, увиденный глазами женщины-потребительницы, при этом также «опредмечивается». Он становится лишь высшим достижением ее коллекции «удобных, практичных и красивых вещей» в процессе получения удовольствия, которое все же представляет наивысшую ценность[28]. Таким образом, женщина остается объектом мужского взгляда и мужского контроля, но в отличном от такого же аспекта в предыдущем дискурсе. «Женщина-потребительница, вооруженная богатейшим арсеналом “эксклюзивной косметики” и “советов астролога”, претендует на то, чтобы заколдовать своего наблюдателя и изощренным способом контролировать своего контролера», – утверждает Тартаковская[28, c. 168]. Фактически она смотрит на себя со стороны мужчины, определяя свою ценность как женщины состоянием фигуры, лица, одежды, самостоятельно и намеренно превращая себя в такой же объект потребления.

Близкую мысль озвучил В. Ерофеев: «На общественной сцене возникает новый тип женщины, которую легко купить за приличные деньги, но которая дешевеет в человеческом измерении. Не обладая моральными ценностями, женщина путается в понятиях, сбивается с толку. Она дорого продаётся, но дёшево покупается. Она по-прежнему мечтает о вечной любви, но в её ожидании она доступна и заменяема. Она лишается таких качеств, как самопожертвование» [11, c.6].

 Важнейшую роль в рассматриваемом дискурсе играет внешность и сексуальность, как единственные механизмы, заставляющие представителей разных полов взаимодействовать друг с другом. Телевидение яро тиражирует образы сексуализированной потребительской женственности – того, что получило название «гламур».

Одним из наиболее привлекательных, желаемых, а, следовательно, продаваемых символов на телевидении стало женское тело, исторически отождествляемое с сексуальностью. Несмотря на радикальное изменение социальной жизни общества в последнее время в сторону уравнивания полов, женщина по-прежнему воспринимается в первую очередь как объект мужского вожделения[10,23,28,31,38].

В итоге для мужчин женское тело на телевидении становится фактором, привлекающим внимание постольку, поскольку вызывает желание видеть его и получать от этого удовольствие. Внимание же женщин вызывается желанием идентифицироваться с образом, привлекательным для мужчин, чтобы в итоге представлять из себя объект их интереса. Подобные проявления постоянно используются в рекламных роликах. В мечтах женщины из рекламы всегда незримо присутствует «ОН» - некий идеальный мужчина, ради которого предпринимаются все усилия по самосовершенствованию[4, c.25]. Посыл любой рекламы состоит в утверждении: «Вы великолепны!», если пользуетесь косметикой от такой-то фирмы, и доказательством тому служит плейбой, появляющийся рядом с вами и осыпающий Вас комплиментами и драгоценностями. По словам Дж. Айзик, «так как образ часто выглядит лучше своего референта, референт постоянно находится под давлением необходимости «дотягивать» до заданного идеала. Если на кого-то и воздействует …медиум, так это на женщину, которая подобно карикатурному оленю предпринимает наибольшее количество усилий для воспроизведения данной роли»[4,c.25]. Таким образом реклама продает не столько товар, сколько образ жизни, положение в обществе, сексуальную привлекательность для лиц противоположного пола, то есть, по выражению Ю. Вильямсон, мы покупаем благодаря рекламе самих себя[10].

Красота женского тела в кадре может позиционироваться как в целостном образе, так и посредством выделения определенных частей тела. Такое выделение применяют, учитывая традиционно наиболее привлекательные из них: плечи, декольте, верхнюю часть бедра женщины. Показ таких элементов стимулирует воображение мужчины на достраивание сцены, вовлекая таким образом в реальность телеэкрана. Используются и другие детали, которые должны воздействовать на зрителя. Это пронзающий взгляд, высокие каблуки, длинные тонкие пальцы с яркими ногтями, приоткрытый рот с влажными губами, раздевание, твердое, напряженное тело и др. – то есть элементы, олицетворяющие сексуальный призыв, показывающие сексуальную привлекательность.

Женщины на телевидении изображаются придирчивыми и требовательными по отношению к своей внешности, часто меняющими имидж, следующими модным тенденциям, придающими большое значение оценкам окружающих. Дополнительным широко используемым элементом, является нарциссизм: показ любующейся собой женщины.

Идеальное женское тело на телевидении представляет собой образ нежной, стройной, лишенной волос на теле, с округлыми формами, гладкой кожей женской фигуры. Это тело не свидетельствует ни о силе, ни о самостоятельности, власти, а, наоборот, подчеркивает подчиненность, доступность, зависимость, стремление быть желанной[10].
^

3.3 Влияние телевизионных образов женщин на представление о женственности у детей


Анализ представленных на телевидении репрезентаций женщины позволяет сделать вывод о том, что проходя сквозь рамки телеформата образ женщины существенно деформируется. Этот образ расщепляют на множество отдельных, уже не совместимых между собой формаций в зависимости от целей его использования. Вследствие такой фрагментации усиливается существующая в реальном обществе проблема неопределенности понятия женственности.

Каким образом это может повлиять на формирование полоролевой идентичности девочки? По убеждению Е. Федоровой [30], ребенок строит свою модель мира из воспринятых образов, крайне важным из которых является образ женщины, девушки. Глядя на героинь телепоказа, девочки впитывают стереотип будущего поведения.

Однако множественность и разнородность женских репрезентаций на телевидении предполагает процесс выбора всего лишь одного наследуемого объекта. Тогда возникает вопрос, как и почему ребенок отдает предпочтение какому-то конкретному персонажу. Дело в том, что этому выбору предшествует дифференцировка образов по присущему им набору качеств и занимаемому положению. Проще говоря, ребенок соотносит характеристики образа и условия его жизни, отношение к нему окружающих и т.д. После этого у ребенка складывается определенное представление о том, каким нужно и не нужно быть, чтобы у него в жизни все было прекрасно. Естественно, что выбор делается в пользу «положительных персонажей», т.е. тех, которые освещены на телевидении с выгодной стороны, что совсем не всегда соответствует действительности.

Проследив тенденции позиционирования женщины на телевидении, вырисовывается следующая картина. С позитивным имиджем выступают образы деловых и сексуально привлекательных женщин, промежуточное положение занимают «домохозяйки», откровенно негативно позиционируется мать; целостный, гармоничный образ женщины отсутствует. В связи с таким положением вещей у девочки формируются соответствующие установки: матерью быть не престижно; сексуальная привлекательность и внешность – наиболее важные для женщины, определяющие достижение «легкого успеха», качества; интеллектуальность и профессиональная успешность соседствуют с презрением к мужчинам и отсутствием личного счастья. «Содружество» этих убеждений фактически ставит в антагонистические отношения такие понятия как ум – сексуальность, красота – жизненный успех – материнство. В определенных конфигурациях некоторые из этих понятий объединяются, однако синтез в сознании ребенка всех категорий, соответствующий гармоничному, целостному образу женщины, чрезвычайно усложнен. На основе этих положений, навязываемых телевидением, у девочки формируются представления о женственности, ложащиеся в основу ее поведения как представительницы женского пола.

Как видно из вышеизложенного, женский гендерный дискурс на телевидении значительно осложняет процесс усвоения девочкой женской половой роли и обусловливает ряд проблем, впоследствии возникающих у зрелой женщины на основе отсутствия у нее в представлении целостного, гармоничного женского образа. Трансформация полоролевой сферы женщины является базисом множества социальных проблем современности.






ВЫВОДЫ



В соответствии с поставленными целью и задачами исследования можно сделать следующие выводы:

  1. Женская полоролевая идентичность исследуется в рамках четырех парадигм: эволюционно-биологичекой, психоаналитической, социально-психологической и постмодернистской. В двух последних парадигмах одним из основных агентов половой социализации признается телевидение, на что указывают исследования таких ученых, как В.С. Агеев, Ю.Е. Алешина, А.С. Волович, О.Е. Воронина, И.С. Кон, Р.Харрис и др.

Воздействие телевидения на формирование женской полоролевой идентичности осуществляется посредством нескольких групп механизмов. К первой группе относятся механизмы, обеспечивающие телевидению одну из главенствующих ролей в предоставлении информации и, следовательно, формировании представлений относительно пола у реципиента. Это, с одной стороны, особенности психофизиологического влияния телевидения, предрасполагающие к надежному закреплению транслируемых установок, и с другой стороны – лидирующее положение телевидения в системе институтов полового воспитания, что предоставляет ему монополию на установление и передачу каких-либо норм, в том числе и норм женственности. Вторая группа представлена системой влияющих непосредственно на полоролевую идентичность женщины механизмов – репрезентаций женщин на телевидении.

  1. На телевидении существует три дискурса изображения женщины. В центре первого дискурса находится один из наиболее популярных на сегодняшний день образ деловой женщины, конструируемый посредством комплекса маскулинных качеств, определяющих основными характеристиками карьерные достижения и разочарования в личной жизни. Второй дискурс включает в себя наиболее дискредитируемые на телевидении репрезентации женщин – с позиций традиционных женских ролей: матери, домохозяйки, жены. Третий дискурс, обладающий наиболее ярким положительным имиджем, позиционирует женщину как объект потребления и в связи с этим эксплуатирует сексуальность и внешность женщины как ее основополагающие качества.

Такая конфигурация на телевидении способствует закреплению в сознании ребенка убеждений в том, что наибольшее значение для женщины имеет сексуальная привлекательность, которая гарантирует достижение жизненного успеха, интеллектуальные качества влекут за собой неудачи в личной жизни, материнство вообще противопоставлено понятию успеха. Такие представления, ложась в основу полоролевой идентичности, выражаются в реализации женского поведения девочки, избирающей в качестве ориентира наиболее престижный образ.

  1. Существующие в рамках телевидения образы негативно влияют на женскую полоролевую идентичность. Фрагментарное представление женщины, противопоставление ее различных качеств ведут к невозможности создания целостного и гармоничного представления о женственности и, соответственно, увеличивают риск формирования незрелой полоролевой идентичности.

На данном этапе существует очень мало эмпирических исследований, которые бы предоставляли четкое понимание механизмов влияния телевидения на формирование полоролевой идентичности женщины. Поэтому перспективой дальнейшего изучения данной проблемы является детальный анализ различных ее граней (например, вопросов о возрастных особенностях этого аспекта). Полученные материалы дадут возможность составлять тренинговые коррекционные программы полоролевой идентичности женщины, а также лягут в основу создания стандартов изображения женщины на телевидении, направленных на формирование зрелой женской идентичности.
^





СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ





  1. Агеев В.С. Психологические и социальные функции полоролевых стереотипов /В.С.Агеев //Вопросы психологии. – 1987. – №2. – С. 152 - 158.

  2. Адлер А. Понять природу человека: Пер. с нем. – СПб.: Академический проект, 1997. – 256 с.

  3. Алешина Ю.Е. Проблемы усвоения ролей мужчины и женщины /Ю.Е.Алешина, А.С.Волович //Вопросы психологии. – 1991. – №4. – С. 74 - 82.

  4. Альчук А.А. Метаморфозы образа женщины в русской рекламе /А.А.Альчук //Гендерные исследования. – 1999. – №16. – С. 23 - 25.

  5. Аронсон Э. Общественное животное: Введение в социальную психологию: Пер. с англ. – М.: Аспект Пресс, 1998. –7-е изд. – 517 с.

  6. Аронсон Э. Эпоха пропаганды: Механизмы убеждения, повседневное использование и злоупотребление: Пер. с англ. – СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2002. – 384 с.

  7. Бем С.Л. Линзы гендера: трансформация взглядов на проблему нера­венства полов: Пер. с англ. – М.: РОССПЭН, 2004. – 336 с.

  8. Воронина О.Е. Свобода слова и стереотипный образ женщины в СМИ /О.Е.Воронина //Знамя. – 1999. – №2. – С.14 - 21.

  9. Гримак Л.П. Гипноз и телевидение /Л.П.Гримак //Прикладная психология. – 1999. – №1. – С. 74-81.

  10. Грошев И.В. Гендерные образы рекламы /И.В.Грошев //Вопросы психологии. – 2000. –№6. – С. 38 - 45.

  11. Ерофеев В.В. Почему дешевеют русские красавицы? /В.В.Ерофеев // Столичные новости – 2004. – №19. – С. 5-6.

  12. Жеребкина И.А. Прочти мое желание: постмодернизм, психоанализ, феминизм /И.А.Жеребкина. – М.: Идея-Пресс, 2000. –256 с.

  13. Зелинский С.А. Манипуляции массами и психоанализ: Манипулирование массовыми психическими процессами посредством психоаналитических методик /С.А.Зелинский. – СПб.: Скифия, 2008. – 248 с.

  14. Каган В.Е. Стереотипы мужественности – женственности и «образ Я» у подростков /В.Е.Каган //Вопросы психологии. –1989. – №3. – С. 53 - 62.

  15. Кара-Мурза С. Г. Манипуляция сознанием /С.Г.Кара-Мурза. – М.: Алгоритм, 2004. –528 с.

  16. Кон И.С. Вкус запретного плода: сексология для всех /И.С.Кон. – М.: Семья и школа, 1997. –464с.

  17. Кон И.С. Мужские исследования: меняющиеся мужчины в изменяющемся мире /И.С.Кон //Введение в гендерные исследования. Учебное пособие; Под ред. И.А. Жеребкиной. – Х.: ХЦГИ; СПб: Алетейя, 2001. – С. 562 - 605.

  18. Кон И.С. От Эроса к сексуальности. Эрос и Логос /И.С.Кон //Феномен сексуальности в современной культуре: Сб. научн. статей. – М.: Российский институт культурологи, 2003. – С.33 – 46.

  19. Кон И.С. Психология половых различий /И.С.Кон //Вопросы психологии. –1981. – №2. – С. 47 - 57

  20. Кочарян А.С. Дискусії та обговорення /Кочарян А.С. //Вісник Харківського національного університету імені В.Н. Каразіна. Серія «Психологія». – Х., 2003. – №599. – С. 335.

  21. Кочарян А.С. Психосексуальное развитие человека: формирование мужского гендера. Учеб. пособие. /А.С.Кочарян, М.Е.Жидко; Нац. аэрокосм. ун-т «ХАИ».– Х., 2005. – 113 с.

  22. Маккенна Т. Пища богов: Пер. с англ. – М.: Издательство трансперсонального института, 1995. – 155 с.

  23. Московичи С. Век толп: Исторический трактат по психологии масс: Пер. с фр. – М.: Центр психологии и психотерапии, 1996. – 478 с.

  24. Пассерини Л. Женщина в массовой культуре: двойственность образа /Л.Пассерини //Гендерные исследования. –2004. –№12. – С. 90 - 99.

  25. Пацлаф Р. Застывший взгляд: Пер. с нем. – М.: Evidentis, 2003. –224 с.

  26. Пиаже Ж. Психология интеллекта: Пер. с фр. – СПб.: Питер, 2004. –192 с.

  27. Распутин В. Cherchez la femme /В.Распутин //Наш современник. – 1990. –№ 3. – с.168 - 172.

  28. Репина Т.А. Анализ теорий полоролевой социализации в современной западной психологии /Т.А.Репина //Вопросы психологии. – 1987. – №2. – С. 158 - 165.

  29. Тартаковская И.Н. Сильная женщина плачет у окна: Гендерные репрезентации в советской и постсоветской массовой культуре /И.Н.Тартаковская //Аспекты социальной теории и современного общества; Под ред.С.Е.Кухтерина, А.Ю.Согомонова. – М.: Институт социологии РАН, 2000. – С.155-176.

  30. Федорова Е.Ю. Влияние мультфильмов на сознание детей /Е.Ю.Федорова //Воспитание ребенка. –2008. – №3. – С.4 - 5.

  31. Фрейд З. Женственность /З.Фрейд. Введение в психоанализ. Лекции: Пер. с нем. – М.: Наука, 1989. – с.369-385.

  32. Харрис Р. Психология массовых коммуникаций: Пер. с англ. – СПб.: Прайм-Еврознак, 2002. –4-е изд. –448 с.

  33. Хорни К. Недоверие между полами/ К.Хорни. Женская психология: Пер. с англ. – СПб.: Восточно-Европропейский институт психоанализа, 1993. –С.76 - 87.

  34. Шакирова С.М. Толклвания гендера. Гендер: традиции и современность /С.М.Шакирова //Сборник статей по гендерным исследованиям; Под ред. С.Р. Касымовой. Душанбе: Центр гендерных исследований, 2005. С. 48-56.

  35. Эриксон Э. Детство и общество: Пер. с англ. – СПб.: Ленато, 1996. – 2-е изд. – 592 с.

  36. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис: Пер. с англ. – М.: Прогресс, 1996. –344 с.

  37. Юнг К.Г. Архетип и символ: Пер. с англ. – М.: Ренессанс, 1991. –304 с.

  38. Юнг К.Г. Душа и миф: Шесть архетипов: Пер. с англ. – К.: Государственная библиотека Украины для юношества, 1996. –384 с.

  39. Юрчак А. По следам женского образа /А.Юрчак //Женщина и визуальные знаки; Под ред. А.А. Альчук. – М.: Идея-Пресс, 2000. –С. 24 - 31.



Скачать файл (187 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru