Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  


Загрузка...

Актуальные вопросы теории и практики туризма. Выпуск 2 - файл 1.doc


Актуальные вопросы теории и практики туризма. Выпуск 2
скачать (237 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc237kb.01.12.2011 13:49скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

1   2   3   4   5
Реклама MarketGid:
Загрузка...
^

ТУРИЗМ КАК МЕТОД НАУЧНОГО ПОЗНАНИЯ


Афанасенко И.Д., действительный член Академии Туризма, вице-президент Академии Туризма, профессор, д.э.н., Санкт-Петербург.

Оценка роли туризма в жизни российского общества явно занижена. Даже экономическое значение туристской деятельности воспринимается с трудом. Между тем туризм, начало которому положили путешествия, издавна использовался как действенный, а нередко и единственный, метод познания жизни других народов. Без него не обходилось ни одно масштабное начинание — шла ли речь о торговле или вооруженном завоевании.

На Руси такими вестниками по праву считались деловые люди, купцы, вывозящие свои товары в чужие страны. Тверской купец Афанасий Никитин первым из европейцев еще в XV веке совершил путешествие в Персию и Индию. На обратном пути он посетил африканский берег и Турцию. Им составлено великолепное описание — «Хождение за три моря». Перед потомками предстает умный, зоркий наблюдатель, тонкий исследователь, настоящий деловой человек. И это не все. В авторе «Хождения» узнается носитель русского менталитета: уважительное отношение к другой культуре, нравам и обычаям, отсутствие высокомерного чванства и предвзятости в описании жизни разных народов и характеристики отдельных личностей. Этому правилу следовали и русские первопроходцы, оставившие потомкам подробные описания жизни народов Сибири, Дальнего Востока, Камчатки, Аляски.

В современных условиях, когда резко возрос интерес народов друг к другу, упростился обмен научными знаниями и информацией, сближается хозяйственная жизнь людей, освоивших разнообразные ландшафты планеты, а некоторые черты экономического бытия приобрели всеобщее, общемировое значение, туризм как метод познания играет еще большую роль.

Полученная таким образом информация по своему значению едва ли уступает экономической выгоде от туристской деятельности. Более того (это может показаться странным) провал нынешних преобразований, социальная нестабильность во многом обязаны слабому развитию российского туризма: у огромного большинства россиян наблюдается самое поверхностное представление о западном мире — его культуре, нравственных ценностях, экономике, образе мышления и жизни, а у реформа торов — поражающее невежество в вопросах этнической истории, менталитета, закономерностях развития нашего многонационального сообщества. Они оказались не способными предвидеть, что ценности западного мира могут быть не восприняты, что рыночные силы вместо возбуждения экономической активности самодеятельного населения и созидания станут действовать как разрушающая стихия. В итоге, по данным Евробарометра (март 1996 г.) — самого массового в Европе опроса общественного мнения, только 25% граждан СНГ признают рыночную экономику полезной для своей страны, 59% считают ее вредной.

Я сказал бы так: как метод познания менталитета и образа жизни разных народов, способный оказать помощь в выработке условий ускорения процесса консолидации общества, на первое место по значению претендует внутренний туризм. В этом специфика российского туризма в данных конкретных условиях.

Здесь следует сделать оговорку. Форма, в которой ныне осуществляется туризм, делают его не способным выполнять функцию научного познания. В лучшем случае туристы посетят местный исторический музей, где им расскажут о нравах и обычаях «старины глубокой». Памятники старины мертвы, если отсутствуют этнические традиции.

Этническая история России представлена не на уровне «ряженых» индейцев или австралийских аборигенов, предки которых были изгнаны из занимаемых ими кормящих ландшафтов и деградировали. Она наполнена полноценной жизнью народов, живущих на земле предков, сохранивших свои традиции и культуру, поэтому изучать ее нужно в жизни живых людей.

Основа этнических отношений лежит за пределами сознания. Она - в эмоциях, симпатиях — антипатиях, любви — ненависти. Поэтому их познание возможно не через мертвые формы, не через остатки материализованных культов, а через живое общение. Нужно выйти на шкалу нравственных ценностей данного народа, которая включена в его менталитет. Туризм — форма межличностного общения — как нельзя лучше подходит к этой роли, он просто незаменим. Другое дело, что наши туристы не подготовлены к восприятию этого.

Россия много веков назад сложилась как самостоятельная суперэтническая целостность. Все стороны жизни ее народов несут на себе признаки этой самобытной культуры.

Параметрами, характеризующими этническую историю, являются: пространство, время, этногенез и пассионарность. Этногенез проходит во времени через фазы. Каждая из них отличается тем, что располагает неодинаковыми возможностями для развития культуры, в том числе социальной и хозяйственной активности населения. По этой причине учет фазы этногенеза, в которой находится данный этнос, может сыграть решающую роль при поиске правильной стратегии реформирования и возможной глубины преобразования социальной и экономической жизни. Знание того, что народы, находящиеся на разных фазах этногенеза, различаются стереотипом поведения, неодинаковостью оценок тех или иных сторон жизни, что «общечеловеческие ценности» могут не занимать в шкале ценностей данного народа верхний порядок, наполняет туризм качественно иным содержанием, а туристов делает более восприимчивыми и внимательными к нравственным ценностям других народов.

Мутагенез и пассионарные толчки воздействуют на активность народов, в том числе на желание людей перемещаться в пространстве, на зарождение новых этносов. Пассионарность влияет на стереотип поведения живых людей.

Пространство (кормящий ландшафт) определяет наличную величину естественных производительных сил, запас природных ресурсов, а также возможности их наращивания. Ландшафт предопределяет возможные виды хозяйственной деятельности, связанные с естественной средой, «специализирует» народы, оформляет их быт, хозяйство, что особенно характерно для людей, живущих в условиях земледельческой экономики. И ныне для ряда народов естественные богатства недр служат главным источником их национального богатства.

Этническая история России — явление уникальное, единственное в своем роде. Наблюдательный исследователь может найти в ней ответы на, казалось бы, вовсе не решаемые проблемы. Она состоит из событий этногенеза двух суперэтносов — славянского (просуществовал с I в. по XV в.) и российского, начало которому положил пассионарный толчок 1200 года.

Российский суперэтнос очень скоро стал пополняться новыми этносами, сложившимися в других условиях, имеющими иную духовную программу и культуру и к тому же находящимися на разных фазах этногенеза. Вхождение новых этносов было столь необычно, своеобразно, что придало российской действительности особый колорит, сохранившийся до сих пор. Обозначим это своеобразие:

а) Московское царство зарекомендовало себя «страной национальной терпимости». По определению писателя Владимира Личутина, миролюбие, присущее русским, таково, что «могли уживаться разные по своей сущности народы, которые ни чем даже не смыкаются». Говоря на языке этнологов, русская доминанта выполняла и продолжает выполнять функцию объединяющего начала. Ослабление этого объединяющего начала приводит к межнациональным конфликтам. Сделано неожиданное для Запада признание: Стокгольмский институт СИПРИ «Региональные конфликты» опубликовал свои исследования, в которых отмечено, что «период борьбы и насилия» в новообразованных странах СНГ и Балтии начался лишь «после получения ими независимости», конфликты в этих странах «фактически разворачиваются только сейчас». Народы, страдающие от набегов соседей, стремились попасть «под руку» Московского царя, чтобы (в этом суть необычности) жить в соответствии с собственными обычаями и законами страны;

б) политическое объединение основывалось на принципе первичности прав каждого народа на определенный образ жизни;

в) разнообразие ландшафтов Евразии позволяло каждому народу осваивать территории, более для них удобные.

Все это объективно определило главную особенность государственного и хозяйственного устройства России: разные культуры и этнические традиции народов, вошедших в суперэтнос, нахождение их в различных фазах этногенеза, и в то же время неукоснительное соблюдение в течение веков права за каждым народом быть самим собой, изначально предполагали разные формы организации социальной и экономической жизни. Попытки разрушить такое состояние жизни, навязать всем народам одинаковый стереотип поведения всегда оборачивались подрывом суперэтнической целостности и разрушением экономики России.

Таким образом, разные по своей сущности народы — носители своей уникальной культуры и различающиеся стереотипом поведения — могли «уживаться» в едином сообществе при наличии двух непременных условий — русской доминанты, как объединяющего начала, и кормящих ландшафтов, где они вели привычный образ жизни и осуществляли производство в формах, соответствующих их культуре и наличной естественной среде. Эти принципы впервые за многие столетия оказались под угрозой по вине невежественных реформаторов. Фетишизация рынка как единственного гаранта экономического роста обрекает целые народы, веками ведущие продуктивное хозяйство в своих ландшафтах, создавшие уникальные культуры, но не вписывающиеся в законы современного рынка, на деградацию и голодную смерть. Огромные территории Севера, Сибири, Дальнего Востока, приумножающие богатства России, ныне выведены из производственной зоны, разрушена инфраструктура, люди покидают обжитые места. Это одна из главных ошибок реформаторов, обрекшая преобразования на неудачу. Стереотипы поведения имеют глубинную основу. Они формируются под влиянием: полевого генотипа, передающего по наследству эмоции, характер и мировоззрение; культурных традиций, переходящих во времени от поколения к поколению и от этноса к этносу; этнических традиций, способствующих единству поведения живых людей.

Формы общественного устройства и методы хозяйствования определяются культурными и этническими традициями, которые связаны с этногенезом данного этноса, и передаются во времени от поколения к поколению. Многократно подтверждается такой факт: народы, заселив новые территории, привносят в хозяйственную жизнь свое самобытное восприятие реальности. Так, выходцы из Западной Европы, заселив Америку и Австралию, принесли с собою и хозяйственные навыки, выработанные в их этносах и закрепившиеся в этнических и культурных традициях. И хотя новые ландшафты и хозяйственный опыт местных народов наложили свой отпечаток на виды деятельности и формы хозяйствования, придав им своеобразие, наследственные признаки старых этносов сохранили свои определяющие позиции: европейцы не остановились даже перед физическим уничтожением миллионов аборигенов, не пожелавших признать «новый порядок», а более податливых жителей Западной Африки сделали рабами на чуждых им американских плантациях.

Ничего подобного Русь не знала. Здесь не было военного захвата земель и тем более уничтожения местного населения. По свидетельству русского историка Н.П. Огарева, «завоевание племени племенем и составного племени из завоеванных не было. Племена, которые смешивались с Русью, не составляли народа покоренного так, чтобы их земли были поделены между русскими завоевателями. Они просто присоединялись, как были, и перемешивались равномерно». Присоединение к сообществу равноправных народов — вот чем характеризуется этническая история России. Здесь сохранены все народы, их культурные и этнические традиции. Они поныне живут в своих ландшафтах. Туристы могут изучать их в естественной среде обитания.

По мере продвижения России на Север, Восток и Юг возникли новые подэтносы — поморы, сибиряки, казахи. Они выработали новые обычаи и традиции, которые отразились в формах устройства их жизни.

Способы передачи культурных традиций отличаются от преемственности этнических традиций. Культурная традиция может переходить от этноса к этносу, а этническая традиция распространяется лишь в рамках данного этноса. Учет этих различий важен при изучении форм общественной жизни и форм хозяйствования, в том числе в анклавных регионах.

Например, западные туристы проявляют повышенный интерес к Калининградской области, а японцы — к Курильским островам и Дальнему Востоку. Анклавное положение данных регионов используется как предлог для утверждения об отсутствии у них прочных связей с Россией. Немецких туристов интересует культурная и этническая традиции населения Калининградской области. В мае 1996 года в г. Калининграде состоялась международная конференция, посвященная 50-летию области, на которой были снова подняты эти вопросы.

За последние две тысячи лет на территории нынешней Калининградской области, по крайней мере, трижды менялись этнические сообщества, а вместе с ними культурные и этнические традиции, формы хозяйствования и общественное устройство. Автору этих строк удалось аргументировано доказать, что анклавное положение области, хотя и выделяет ее как специфический регион, но до тех пор, пока не произошла смена этнического сообщества, она является не только политически и экономически, но и этнически, и культурно частью России. Известно, что по решению союзников местное население покинуло эту территорию, унося с собою свои этническую и культурную традиции. Все стороны жизни основаны теперь на нравственных ценностях российского суперэтноса, в чем и убеждаются западные туристы.

В исследованиях по туризму акцент делают на его экономическую функцию. Действительно, туристская деятельность может быть весьма доходной отраслью. Познавательная функция туризма, на первый взгляд, не может конкурировать с функцией экономической — она и мотивируется не материальной выгодой, а идеальными потребностями, которые присущи человеку изначально. Без стремления к знаниям, информации человек не смог бы стать тем, что он есть.

Заимствование чужой культуры носит избирательный характер. Перенимается лишь то, что легко вписывается в традиционный образ жизни, не разрушает его и не требует коренной перестройки. Нам еще предстоит научиться продуктивному заимствованию чужого опыта.

Нужно изменить и наши представления о традиционном образе жизни. Это не закостенелая древность, не испепеленное время, а система сохранения и трансформации нравственного опыта сообщества (этноса), в котором сохраняется и нравственное существо отдельного человека. Например, традиционным является ориентация индивида на материальный успех (для романо-германской цивилизации) и порицание личности к материальному излишеству (для индо-буддистской цивилизации). Формами передачи нравственной информации от поколения к поколению являются обычаи и традиции. Мы забываем, что для немца, англичанина бизнес — занятие традиционное (то есть закрепленное нравственной установкой), а для индийца или русского — нетрадиционное (то есть у этих народов иная нравственная установка). В их шкале ценностей экономическая деятельность не занимает первый порядок.

Академия Туризма — учреждение научное. Исследования Академии должны охватывать весь спектр знаний о туризме и его воздействии на другие стороны общественного развития. Полезно использовать научные разработки экономистов, философов, социологов, этнологов, психологов, географов. Такой подход обусловлен универсальностью данной формы общения. Научные результаты найдут применение не только в самой отрасли — туризм. Они помогут поставить реформирование социальной' и экономической жизни на более прочную, научную основу.
1   2   3   4   5



Скачать файл (237 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru