Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  


Загрузка...

Шпоры по Литературе - файл Билеты по литературе 30-50.doc


Загрузка...
Шпоры по Литературе
скачать (270.6 kb.)

Доступные файлы (5):

Билеты по литературе 1-13.doc334kb.09.04.2001 16:36скачать
Билеты по литературе 14-29.doc352kb.10.05.2001 00:24скачать
Билеты по литературе 30-50.doc372kb.20.05.2001 12:16скачать
Билеты по литературе 51-57.doc176kb.20.05.2001 12:17скачать
ПрочТи.txt1kb.05.01.2010 16:27скачать

Билеты по литературе 30-50.doc

1   2   3   4   5
Реклама MarketGid:
Загрузка...
Тема любви в прозе А. И. Куприна (на примере одного произведения).


^ ПЛАН ОТВЕТ»

1. Тема любви — одна из основных в творчестве А. И. Куприна.

2. Сюжет, идея повести «Гранатовый браслет».

3. Великая сила любви.


1. У любви каждого человека есть свой свет, своя печаль, свое счастье, свое благоухание. Любимые герои А. И. Куприна стремятся к любви и красоте, но обрести прекрасное в жизни, где царят пошлость и духовное рабство, они не могут. Многие из них не находят счастья или гибнут в столкновении с враждебным миром, но всем своим существованием, всеми своими мечтами они утверждают мысль о возможности счастья на земле.

Любовь — заветная тема для Куприна. Любовью величественной и всепроникающей, вечной трагедией и вечной тайной наполнены страницы «Олеси» и «Суламифи». Любовь, возрождающая человека, раскрывающая все человеческие способности, проникающая в самые потаенные уголки души, входит в сердце читателя со страниц «Гранатового браслета». В этом удивительном по своей поэтичности произведении автор воспевает дар неземной любви, приравнивая его к высокому искусству.

2. В основе сюжета рассказа лежит курьезный случай из жизни. Единственное, что изменил автор, это финал. Но удивительно то, что анекдотическая ситуация превращается под пером писателя в гимн любви. Куприн считал, что любовь — это дар от Бога. На прекрасное, возвышенное чувство способны далеко не многие. Герой «Поединка» Назанский говорит о любви так:

«Она — удел избранных. Вот вам пример: все люди обладают слухом, но у миллионов он как у рыб, а один из этого миллиона — Бетховен. Так во всем: в поэзии, в художестве, в мудрости... И любовь имеет свои вершины, доступные лишь единицам из миллионов». И такая любовь озаряет «маленького человека», телеграфиста Желткова. Она становится для него великим счастьем и великой трагедией. Он любит прекрасную княгиню Веру, не надеясь на взаимность. Как точно замечает генерал Аносов, «любовь должна быть трагедией. Величайшей тайной в мире! Никакие жизненные удобства, расчеты и компромиссы не должны ее касаться». Для Желткова и не существует ничего, кроме любви, которая «заключает весь смысл жизни — всю Вселенную!» Но трагедия рассказа не только в том, что Желтков и княгиня Вера принадлежат к разным сословиям, и даже не в том, что он влюблен в замужнюю женщину, а в том, что окружающие прекрасно обходятся в жизни без настоящей любви и видят в этом чувстве все что угодно, но только не святую и чистую привязанность.

Существует мнение, неоднократно высказанное критиками, что в образе Желткова есть некоторая ущербность, ибо для него весь мир сузился до любви к женщине. Куприн же своим рассказом подтверждает, что для его героя не мир сужается до любви, а любовь расширяется до размеров целого мира. Она настолько велика, что заслоняет собой все, становится уже не частью жизни, пусть даже самой большой, а самой жизнью. Поэтому без любимой женщины Желткову нечем больше жить. Но Желтков решил пойти на смерть во имя возлюбленной, чтобы не причинять ей беспокойства своим существованием. Он жертвует собой во имя ее счастья, а не умирает от безысходности, лишившись единственного смысла жизни. Желтков никогда не был близко знаком с Верой Шейной, и потому «заочная» утрата Веры не стала бы для него концом любви и жизни. Ведь любовь, где бы он ни находился, всегда была с ним и вселяла в него жизненные силы. Он не так часто видел Веру, чтобы, перестав следить за ней, утратить свое великое чувство. Такая любовь способна преодолеть любое расстояние. Но если любовь может поставить под сомнение честь любимой женщины, а любовь есть жизнь, то нет выше радости и блаженства, чем пожертвовать своей жизнью.

Однако страшное в том, что сама Вера «находится в сладкой дремоте» и еще не способна понять, что «ее жизненный путь пересекла именно такая любовь, о которой грезят женщины и на которую больше не способны мужчины». Куприн создал рассказ не о зарождении любви Веры, а именно о ее пробуждении ото сна. Уже само появление гранатового браслета с письмом Желткова вносит в жизнь героини взволнованное ожидание. При виде «пяти алых кровавых огней, дрожащих внутри пяти гранатов», так не похожих на привычные дорогие подарки мужа и сестры, она ощущает беспокойство. Все происходящее далее обостряет сознание исключительности прошедшей мимо любви, а когда наступает развязка, княгиня видит на мертвом лице Желткова «то самое умиротворенное выражение», как «на масках великих страдальцев — Пушкина и Наполеона». Величие пережитого простым человеком чувства постигается ею под звуки бетховенской сонаты, как бы доносящей до героини его потрясение, его боль и счастье, и неожиданно вытесняет из души все суетное, вселяя ответное облагораживающее страдание. Последнее письмо Желткова поднимает тему любви до высокого трагизма. Оно предсмертное, поэтому каждая его строка наполнена особенно глубоким смыслом. Но еще важнее, что со смертью героя не заканчивается звучание патетических мотивов всевластной любви. Желтков, умирая, завещает свою любовь миру и Вере. Великая любовь безвестного человека входит в ее жизнь и будет существовать в ее сознании как неизгладимое воспоминание о таинстве, с которым она соприкоснулась и значение которого не сумела вовремя понять.

Имя героини Куприн выбирает не случайно — Вера. Вера остается в этом суетном мире, когда умирает Желтков, она познала, что такое настоящая любовь. Но и в мире остается вера в то, что Желтков был не единственным человеком, наделенным таким неземным чувством.

3. Эмоциональная волна, нарастающая на протяжении всего рассказа, достигает предельного накала в заключительной главе, где тема великой и очищающей любви раскрывается полностью в величественных аккордах гениальной сонаты Бетховена. Музыка властно овладевает героиней, и в ее душе слагаются слова, которые как бы нашептывает любивший ее больше жизни человек: «Да святится имя Твое!..» В этих последних словах звучит и мольба о любви, и глубокая скорбь о недостижимости ее. Здесь и происходит то великое соприкосновение душ, из которых одна слишком поздно поняла другую.


^ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. В чем счастье и трагедия Желткова?

2. Когда в рассказе тема великой любви раскрывается полностью?

Поэзия «серебряного века»

Вопрос 38. Поэзия «серебряного века» (общий обзор). Чтение наизусть одного из стихотворений.


^ ПЛАН ОТВЕТА

1. Основные литературные направления на рубеже XIX и XX веков:

а) реализм:

б) модернизм.

2. Символизм:

а) старая школа;

б) новая школа.

3. Акмеизм.

4. Футуризм:

а) кубофутуристы»!

б) эгофутуристы.

5. Значение поэзии «серебряного века».


1. На рубеже XIX и XX веков радикально изменились буквально все стороны жизни России — экономика, политика, наука, технология, культура, искусство. Новая эпоха историко-культурного развития отличалась стремительной динамикой и острейшим драматизмом. Переход от классической литературы к новому литературному направлению сопровождался далеко не мирными процессами в общекультурной и внутрилитературной жизни, неожиданно быстрой сменой эстетических ориентиров, кардинальным обновлением литературных приемов. Особенно динамично развивалась в это время русская поэзия. Позднее поэзия этой поры получила название «поэтический ренессанс», или «серебряный век». Эпитет «серебряный» подразумевает индивидуальность и особое сияние (не блеск!), одухотворенность целого созвездия неповторимых художников слова этого времени. Возникнув по аналогии с понятием «золотой век», традиционно обозначавшим пушкинский период русской литературы, это словосочетание поначалу использовалось для характеристики вершинных явлений поэтической культуры XX века — творчества А. Блока, А. Белого, И. Анненского, А. Ахматовой, О. Мандельштама и других блестящих мастеров слова. Однако постепенно термин «серебряный век» стали относить ко всей художественной культуре России конца XIX — начала XX века: это символизм, акмеизм, «неокрестьянская» и частично футуристическая литература. В писательской среде возникла тяга к объединению между близкими по мировоззрению и эстетике литераторами, художниками, философами. Поэтому новые литературные направления, как правило, развивались из деятельности небольших писательских кружков, объединявших писателей со сходными взглядами на поэзию, искусство. Именно разная оценка возможностей и предназначения человека разводит поэтов по разным руслам единой литературы. Реализм на рубеже веков продолжал оставаться масштабным и влиятельным литературным направлением. Модернистскими принято считать прежде всего три литературных течения, заявивших о себе в период с 1890 по 1917 год. Это символизм, акмеизм и футуризм.

2. Символизм — самое крупное из модернистских течений, возникших в России. Начало его теоретическому самоопределению было положено Д. С. Мережковским. Центральное место в поэзии он отводил символу.

а) На начальном этапе своего существования символизм отражал декадентские тенденции — уныние, страх перед жизнью, неверие в возможности человека:


^ Мы — над бездною ступени,

Дети мрака, солнца ждем,

Свет увидим и, как тени,

Мы в лучах его умрем.

Д. Мережковский


К группе декадентских поэтов принадлежали З. Гиппиус, В. Брюсов, Н. Минский, К. Бальмонт, Ф. Сологуб.

б) Но затем в символизм влились новые поэты, существенно обновившие облик течения: А. Блок, А. Белый, Вяч. Иванов и другие. С их приходом многие из символистов пересмотрели свои взгляды на литературу, и символизм стал важным фактором русской культурно-духовной жизни. Для творчества символистов новой школы характерно стремление к высшему идеалу, вера в высокое предназначение искусства и призыв к объединению людей. Они проповедовали слитность творчества и религии, культ формы (символа), музыкальность стиха:


^ Среди миров, в мерцании светил

Одной Звезды я повторяю имя...

Не потому, что я Ее любил,

А потому, что я томлюсь с другими...

И. Анненский


^ Воплощение мечтаний,

Всемогущего игра,

Этот мир очарований,

Этот мир из серебра!


3. Акмеизм. В литературное объединение «Цех поэтов» вошли Н. Гумилев, С, Городецкий, М. Кузмин, О. Мандельштам, А. Ахматова. Поэты-акмеисты выступали за художественное освоение многообразного и яркого земного мира. Они противопоставляли мистическим устремлениям символизма «стихию естества», декларировали конкретно-чувственное восприятие «вечного мира», возврат слову его изначального смысла.

^ Просторен мир и многозвучен,

И многоцветней радуг он,

И вот Адаму он поручен,

Изобретателю имен.

Назвать, узнать, сорвать покровы

И праздных тайн, и ветхой мглы —

Вот первый подвиг. Подвиг новый —

Живой земле пропеть хвалы.

С. Городецкий

Наиболее авторитетными учителями для акмеистов стали поэты, сыгравшие заметную роль в символизме, — М. Кузмин, И. Анненский, А. Блок. Можно сказать, что акмеисты наследовали достижения символизма, нейтрализуя его крайности. Для акмеистов оказалась неприемлемой излишне настойчивая тенденция к восприятию реальности как знака непознаваемого, как искаженного подобия высших сущностей. Очень большое значение акмеисты придавали категории памяти. Память стала важнейшим эстетическим компонентом в творчестве А. Ахматовой, Н. Гумилева и О. Мандельштама.

^ Я вижу все. Я все запоминаю,

Любовно-кротко в сердце берегу.

Лишь одного я никогда не знаю

И даже вспомнить больше не могу...

А. Ахматова


^ Но вступая, обновленный, в неизвестную страну,

Ничего я не забуду, ничего не прогляжу.

И, чтоб помнить каждый подвиг — и возвышенность,

и степь,—

Я к серебряному шлему прикую стальную цепь.

И. Гумилев


Молись, музыкант встревоженный,

Люби, вспоминай и плачь,

И, с тусклой планеты брошенный,

Подхватывай легкий мяч!

О. Мандельштам

4. Футуризм — это самое крайнее по эстетическому радикализму течение. Футуристы тяготели к формальному экспериментаторству и выступали против выражения общественных тенденций в искусстве. Для их поэзии характерен дух анархического бунтарства. Они могли дробить слово, создавать новое, комбинировать его с другими словами. Дух бунтарства у футуристов присутствовал не только при «освистывании» всего, что не соответствовало нормам футуристического направления, но и в создании стихов.

5. Кубофутуристы (В. Хлебников, Д. Бурлюк, В. Каменский, В. Маяковский) стремились к созданию трудной игры слов:


^ Бобэоби пелись губы,

Вээоми пелись взоры,

Пиээо пелись брови,

Лиэээй пелся облик...

В. Хлебников


6. Эгофутуристы (И. Северянин) выступали как поэты изысканной общедоступности:


^ Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!

Удивительно вкусно, искристо, остро!

Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском!

Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!


7. Русская поэзия «серебряного века» явила блестящее созвездие ярких индивидуальностей. Поэты этой эпохи редко замыкались в пределах литературной школы или течения. Поэтому литературный процесс в большей мере определялся творческими индивидуальностями поэтов, чем историей направлений и течений.

Великие художники своего времени, отличавшиеся друг от друга не только стилем, но и мироощущением, художественным вкусом, поэты «серебряного века» сыграли видную роль в развитии и обновлении русского стиха.


^ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ВОПРОС

Объясните значение термина «серебряный век».

Раздел V

Русская литература первой половины XX века

А. А. Блок

Вопрос 39. Тема Родины в лирике А. А. Блока. Чтение наизусть одного из стихотворений.

^ ПЛАН ОТВЕТА

1. Значение» темы Родины в творчестве А. Блока.

2. Нераздельность судеб поэта и России: «Осенняя воля»; «Русь»; «Стихи о России»; «Новая Америка»; «Россия»; «Коршун».

3. Цикл «На поле «Куликовом»:

— события русской истории - связь прошлого, настоящего и будущего;

— тема и идея цикле;

— композиция;

— символика.

4. Оптимистическое звучание темы Родины в творчестве А. Блока.


1. Тема Родины, России занимала в творчестве Блока особое место и была для него поистине всеобъемлюща. В 1908 году в письме к К. С. Станиславскому он писал: «...Стоит передо мной моя тема, тема о России... этой теме я сознательно и бесповоротно посвящаю жизнь. Все ярче сознаю, что это — первейший вопрос, самый жизненный, самый реальный. К нему-то я подхожу давно, с начала своей сознательной жизни».

2. Особое значение приобретают стихотворения, где поэт развертывает «широкоохватный» образ Родины и подчеркивает свою неразрывную связь с ней. В стихотворении «Осенняя воля» (1905) отчетливо прослеживаются лермонтовские традиции:


^ Выхожу я в путь, открытый взорам,

Ветер гнет упругие кусты,

Битый камень лег по косогорам,

Желтой глины скудные пласты...

………………………………………..

Вот оно, мое веселье, пляшет

И звенит, звенит, в кустах пропав!

И вдали, вдали призывно машет

Твой узорный, твой цветной рукав.

………………………………………..

Над печалью нив твоих заплачу,

Твой простор навеки полюблю...


Лирический герой Блока не случайный прохожий, а один из сыновей России, идущий «знакомым» путем и сопричастный горькой судьбе тех, кто «умирает, не любя», но кто стремится к слиянию с родиной:


^ Приюти ты в далях необъятных!

Как и жить и плакать без тебя!


По-иному раскрывается образ отчизны в стихотворении «Русь» (1906). Русь — это тайна. Сначала кажется, что тайна Руси проистекает из «преданий старины»: «мутного взора колдуна», ведунов с ворожеями, ведьм, чертей… Но постепенно начинаешь понимать, что тайна Руси не в этом. Разгадка – в самой «живой душе» народа, и, чтобы ее постичь, надо жить одной жизнью с народом.


...где разноликие народы

Из края в край, из дола в дол

^ Ведут ночные хороводы

Под заревом горящих сел.

В 1915 году выходит в свет книга Блока с названием «Стихи о России». В лирическом трехтомнике, который автор назвал «романом в стихах», есть цикл «Родина», который объединял написанное с 1907 по 1916 год. Никто до Блока не сказал таких пронзительно-щемящих слов о родине, которые хранятся в душе каждого русского человека. «Родина — это огромное, родное, дышащее существо, подобное человеку...» Что-то древнее, языческое встает в прапамяти художника. Недаром он говорит, что любит родную страну «по-народному, как можно любить мать, сестру и жену в едином лице — России». Смысловое ядро цикла составляют стихи, посвященные непосредственно России. О своей неразрывной связи с Родиной, с ее во многом темной и трудной судьбой поэт говорит в стихотворении «Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться?..»


^ Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться?

Царь, да Сибирь, да Ермак, да тюрьма!

Эх, не пора ль разлучиться, раскаяться...

Вольному сердцу на что твоя тьма?


Возникающий в последней строфе символический образ —


^ Тихое, долгое, красное зарево

Каждую ночь над становьем твоим...

Что же молчишь ты, сонное марево?

Вольным играешься духом моим? —


предвестие грядущих перемен, в которых сам автор пока себя не видит.

Совсем по-иному раскрывается тема России в стихотворении «Новая Америка». Сначала мы видим «убогую» Русь с ее «страшным простором» и «непонятной ширью». Но постепенно облик России проясняется:


^ Нет, не старческий лик и не постный

Под московским платочком цветным!


Поэтический образ будущей России возникает перед нами, и крепнет вера поэта в ее обновленное будущее. Самое значительное стихотворение этого цикла — «Россия». В нем слиты воедино чувство любви к Родине и вера в ее будущее. Поэт принимает ее и «нищей», с «тоской острожной» глухой песни ямщика. В строках этого стихотворения выражено чувство нераздельности судеб поэта и Родины.

Его Россия — прекрасная женщина с сильным характером и нелегкой судьбой.

В заключительных строках Блок обращается к гоголевской теме пути, теме тройки. Она устремлена вперед, в будущее:


^ И невозможное возможно,

Дорога долгая легка,

Когда блеснет в дали дорожной

Мгновенный взор из-под платка,

Когда звенит тоской острожной

Глухая песня ямщика!..


Цикл «Родина» завершает стихотворение «Коршун», где сосредоточены все ведущие мотивы, прозвучавшие в цикле. Тут и приметы неброской российской Природы, и напоминание о подневольной судьбе русского человека, и вехи отечественной истории, и обобщенный образ родины. А коршун — символ тех зловещих сил, которые тяготеют над Россией. В конце стихотворения автор ставит вопросы:


^ Идут века, шумит война,

Встает мятеж, горят деревни.

А ты все та ж, моя страна,

В красе заплаканной и древней. —

Доколе матери тужить?

Доколе коршуну кружить?


3. Цикл «На поле Куликовом» включает пять стихотворений. В примечании к циклу Блок написал: «Куликовская битва принадлежит... к символическим событиям русской истории. Таким событиям суждено возвращение. Разгадка их еще впереди». Таким образом, автор указывает на связь прошлого, настоящего и будущего. «Прошлое страстно глядит в грядущее», — сказал Блок в стихотворении «Художник», и эти слова можно поставить эпиграфом к циклу «На поле Куликовом». Первое стихотворение выполняет роль пролога и вводит в цикл тему России:


О, Русь моя! Жена моя! До боли

Нам ясен долгий путь!..


Поле — место битвы, «вечного боя», который шел, идет и будет идти на необозримых просторах России:


^ И вечный бой! Покой нам только снится

Сквозь кровь и пыль.

Летит, летит степная кобылица

И мнет ковыль...

И нет конца! Мелькают версты, кручи...


В третьем стихотворении перед героем появляется некий символический образ —


^ И с туманом над Непрядвой спящей,

Прямо на меня

Ты сошла, в одежде, свет струящей,

Не спугнув коня.

Серебром волны блеснула другу

На стальном мече,

Освежила пыльную кольчугу

На моем плече.


Кто же это? Может быть, сама Россия? Или Богородица? Ясно одно — это воплощение светлого идеала, который помогает герою выстоять в суровых испытаниях:


^ И когда, наутро, тучей черной

Двинулась орда,

Был в щите Твой лик нерукотворный

Светел навсегда.


В завершающем стихотворении автор верит в будущее своей великой Родины:


^ Но узнаю тебя, начало

Высоких и мятежных дней!

………………………………………..

Не может сердце жить покоем,

Недаром тучи собрались.

Доспех тяжел, как перед боем.

Твой час настал. Теперь — молись.


4. Россия народная, с ее историей, традициями, с нераскрытым, но огромным, непредсказуемым потенциалом ее народа, давала поэту надежду на будущее преображение. Именно она, с ее прекрасными и величественными картинами природы, помогала ему противостоять «страшному миру».


^ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ВОПРОС

С кем неоднократно ассоциируется образ Родины у Блока?

Вопрос 40. Тема революции в поэме А. А. Блока «Двенадцать». Чтение наизусть отрывка из поэмы.


^ ПЛАН ОТВЕТА

1. Творческий путь А. Блока - путь поиска истины.

2. Поэма А. Блока «Двенадцать»:

а) ветер революции;

б) особенности построения сюжета, прием контраста;

в) герой поэмы.

3. Трагические противоречия революции в поэме:

а) Петька и Катька;

б) преобразование буйной вольницы а организованную волю.

4. Символика цвета в поэме.

5. Образ Христа и его значение.

6. Автор и его оптимистическая позиция в финале поэмы.


1. Поэтический мир Блока — это нелегкий путь поиска истины, стремление найти идеал, попытка обрести гармонию земного и небесного. Задолго до революции поэт предчувствовал, «как зреет в сердце гнев», а «злость гнева есть мятеж». Но в блоковском понимании революции отсутствует политическая оценка, он воспринимает ее как стихию, которая должна разжечь «мировой пожар» в душе каждого человека, тем самым очищая ее. Поэт говорил: «Всем телом, всем сердцем, всем сознанием — слушайте Революцию». Поэма «Двенадцать», написанная А. Блоком в январе 1918 года, стала новой и высшей ступенью его творчества. Сам поэт говорил: «...поэма написана в ту исключительную и всегда короткую пору, когда проносящийся революционный циклон производит бурю во всех морях — природы, жизни и искусства». Эта «буря во всех морях» и нашла свое отражение в поэме. Блок в это время искренне верил в «великие цели» революции, в то, что она призвана «переделать все», «устроить так, чтобы все стало новым: чтобы лживая, грязная, скучная, безобразная наша жизнь стала справедливой, честной, веселой и прекрасной жизнью».

2. Революцию с «красным петухом» — поджогами помещичьих усадеб, с насилием, грабежами, самосудами принимает Блок и в поэме «Двенадцать» освящает именем Христа. Он видит революцию как стихийное явление, которое, подобно ветру, метели, буре, не имеет цели и направления. Это природная воля, которая до поры до времени таилась в самых глубинных пластах народной жизни и, подобно огненной лаве, вырвалась из недр, уничтожая все на своем пути. Эта стихия революции изображена в первой части поэмы символически в виде ветра:


^ Ветер, ветер!

На ногах не стоит человек.

Ветер, ветер!

На всем божьем свете!


«Ветер хлесткий» «гуляет», «свищет», «и зол и рад» — «разыгралась чтой-то вьюга», «ох, пурга какая, спасе!» — сметает ненавистные поэту плакатные фигуры «страшного мира», буржуазной пошлости.

Строя сюжет поэмы, Блок широко использует прием контраста: «Черный ветер» — «белый снег». Резкое противопоставление двух миров — «черного» и «белого», старого и нового — противоречия самой истории, ее реалий. Гибнущий мир — это «барыня в каракуле», «буржуй», «товарищ-поп», «писатель-вития», уличные проститутки, которым неуютно под ветром революции.

Мир «новой жизни» Блок нисколько не идеализирует. Выразители народной стихии, двенадцать красногвардейцев, несут в себе крайности. С одной стороны, это люди, сознающие свой высокий революционный долг и готовые его исполнить:


^ Товарищ, винтовку держи, не трусь!

Пальнем-ка пулей в Святую Русь —

В кондовую,

В избяную,

В толстозадую!

С другой — в их психологии еще живы и отчетливо выражены настроения стихийной «вольницы»:


^ Запирайте етажи,

Нынче будут грабежи!

Отмыкайте погреба —

Гуляет нынче голытьба!


3. Блок видит революцию в ее трагических противоречиях и пытается понять ее смысл: несет ли революционная стихия только разрушения или она созидательна. В настоящем автор видит разгул мрачных сил. В Петрухе, как и в остальных красногвардейцах, подчеркнуто разбойное, мятежное начало: «бубновый туз» — знак каторжника. Но темные души Петьки и Катьки в глазах поэта значительнее «среднего человека», лишенного высоких порывов и не способного к страданию. Внутреннее преображение Петьки возможно, но путь к нему не прост. Герой переживает серьезные испытания. Его любимая Катька становится жертвой революции:


^ А Катька где? — Мертва,

мертва!

Простреленная голова!


Блок показывает страдания и боль Петрухи. Личное и общественное приходят в болезненное столкновение. Но красногвардейцы стыдят потрясенного Петьку:


^ Не такое нынче время,

Чтобы нянчиться с тобой!

Потяжеле будет бремя

Нам, товарищ дорогой!


И Петруха понимает свой долг. Его личная трагедия перегорает в огне революции, он впечатывает свой шаг в движение, которое постепенно приобретает направление и цель, что передает автор стихом в ритме марша:


^ В очи бьется

Красный флаг,

Раздается

Мерный шаг.


Таким образом, буйная вольница превращается в поэме в ритмически организованную волю.

4. Красный цвет в поэзии Блока часто соотносится с состоянием тревоги и сомнения, но здесь поэт значительно расширяет его смысловые границы. Красный флаг находится в руках Христа, поэтому он становится символом нового времени, новой веры. В финальной строфе есть важная деталь: красный флаг становится кровавым флагом. Значит, путь к свободной, новой жизни лежит «сквозь кровь и пыль», через смерть человека. И здесь вспоминается убитая Катька, которая погибла не от руки старого мира, а от жестокости людей, идущих в новую эпоху. По-видимому, Блок, отрицая старый мир, не может принять до конца и новый.

5. В финальной главе поэмы возникает образ Христа. Необычно появление такого образа в поэме, где звучит тема революции, где совершается убийство женщины, но в то же время нельзя отрицать логичности и органичности его возникновения. Образ Христа — это прежде всего высокий нравственный идеал, способный привести людей к желанной гармонии. Он несет в себе Добро, Любовь, Красоту. И Блок, руководствуясь именно этими нравственными ценностями, находит воплощение своего идеала в Христе. Блоковский Христос вбирает в себя все многообразие свойств, присущих идеальным образам поэзии Блока:


^ ...Так идут державным шагом

Позади — голодный пес,

Впереди — с кровавым флагом,

И за вьюгой невидим,

И от пули невредим,

Нежной поступью надвьюжной,

Снежной россыпью жемчужной,

В белом венчике из роз —

Впереди — Иисус Христос.


Таков конец поэмы: возвышенный и светлый. Если начало поэмы было представлено в цветовых контрастах, а ее ход был окрашен исключительно черным цветом, то здесь главным цветом становится белый — символ высшей духовности. У Христа «белый венчик из роз». Это необычно, потому что в традиционном изображении Христос являлся в терновом венце, что символизировало его муки и страдания. Для Блока не это главное: поэту важнее, что Христос как высший идеал нравственной чистоты несет в жизнь новую веру. Белый цвет — символ святости, чистоты, непорочности, а ведь именно эти черты воплощает Христос.

6. Таким образом, блоковское понимание революции получило свое завершение: это нелегкий путь из мрака («черная злоба») к свету («святая злоба»), от безверия («Эх, эх, без креста») к вере («Господи, благослови»), от опустошенности, безысходности к обретению высшего идеала. «Сквозь кровь и пыль» революционных бурь Блок увидел впереди воплощение красоты и гармонии.


^ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ВОПРОС

С чем ассоциируется образ Христа в поэме?

А. А. Ахматова

Вопрос 41. Тема поэта и поэзии в лирике А. А. Ахматовой. Чтение наизусть одного из стихотворений.


^ ПЛАН ОТВЕТА

1. Слово о поэте.

2. Образ Музы в лирике А. Ахматовой:

— «Муза» - идея несовместимости женского счастья и судьбы творца;

— неприятие мужчиной женщины-поэта;

— «Все расхищено...»- звучание «мы» как голоса поколения;

— цикл «Венок мертвым»;

— посвящения друзьям:

О. Мандельштаму, М. Булгакову, Б. Пастернаку, М. Цветаевой;

— «Реквием»;

— «Мужество».

3. Ахматова-поэт — голос народа.


1. Анна Андреевна Ахматова — величайшая поэтесса «серебряного века». Современники признавали, что именно Ахматовой «после смерти Блока бесспорно принадлежит первое место среди русских поэтов». До Ахматовой история знала много женщин-поэтесс, но только ей удалось стать женским голосом своего времени, женщиной-поэтом вечного, общечеловеческого значения. Именно она впервые в русской литературе явила в своем творчестве универсальный лирический характер женщины.

Начало творчества Ахматовой связано с Царским Селом, где прошли ее юные годы. Она почти физически ощущала присутствие юного Пушкина в «садах Лицея». Он стал в ее поэзии и судьбе путеводной звездой, он незримо присутствовал в ее стихах. С Пушкиным Ахматова как бы вступает в «особые, именно жизненно-литературные отношения». «Смуглый отрок» в аллеях Царского Села перекликается со смуглой ахматовской Музой:


^ Муза ушла по дороге,

Осенней, узкой, крутой,

И были смуглые ноги

Обрызганы крупной росой...


Ахматову роднит с Пушкиным понимание фатальной трагичности пути русского поэта. На протяжении всей жизни она постоянно будет возвращаться к его судьбе, а в страшном 1943 году напишет в стихотворении «Пушкин»:


^ Кто знает, что такое слава!

Какой ценой купил он право,

Возможность или благодать

Над всем так мудро и лукаво

Шутить, таинственно молчать

И ногу ножкой называть?..


2. Своей поэзией Ахматова, как и Пушкин, показала путь поэта, но поэта-женщины. Этот трагизм был заявлен уже в раннем стихотворении «Музе», где она писала о несовместимости женского счастья и судьбы творца:


^ Муза-сестра заглянула в лицо,

Взгляд ее ясен и ярок.

И отняла золотое кольцо,

Первый весенний подарок.


Творчество требует полной самоотдачи поэта, поэтому «Муза-сестра» отнимает знак земных радостей — «золотое кольцо». Но невозможен и отказ от песни — поэтической судьбы:


………………………………………..

Я, глядя ей вслед, молчала,

Я любила ее одну;

А в небе заря стояла,

Как ворота в ее страну.


Трагизм ее героини усугубляется еще и тем, что мужчина не понимает, не принимает женщины-поэта:


^ Он говорил о лете и о том,

Что быть поэтом женщине — нелепость…


Мужчина не может вынести силы и превосходства женщины-поэта, он не признает в ней творческого равноправия. Отсюда — мотив убийства или попытка убийства любимым ее песни-птицы. В сборнике «Четки» она пишет:


^ Углем наметил на левом боку

Место, куда стрелять,

Чтоб выпустить птицу — мою тоску

В пустынную ночь опять.


Начавшаяся в 1914 году первая мировая война наложила отпечаток на все творчество Ахматовой. Она, прежде всего, изменила суть ахматовской Музы («Все отнято: и сила, и любовь...»):


^ Веселой Музы нрав не узнаю:

Она глядит и слова не проронит,

А голову в веночке темном клонит,

Изнеможенная, на грудь мою.


В стихах о трагическом времени русского XX века, о его войнах и революциях ахматовская Муза все настойчивее заявляет о себе не как «я», а как «мы», видя себя частью поколения. В стихотворении «Все расхищено, предано, продано...» голос лирической героини звучит теперь голосом поэта земли Русской, общим голосом поколения:


^ Все расхищено, предано, продано,

Черной смерти мелькало крыло,

Все голодной тоскою изглодано,

Отчего же нам стало светло?


Ее Муза становится народным воплощением общенациональной скорби: «дырявый платок» Музы, плат Богородицы и высокое самоотречение Ахматовой слились в «Молитве», написанной в Духов день 1915 года:


^ Дай мне горькие годы недуга,

Задыханья, бессонницу, жар,

Отыми и ребенка, и друга,

И таинственный песенный дар —


Так молюсь за Твоей литургией

После стольких томительных дней,

Чтобы туча над темной Россией

Стала облаком в славе лучей.


Трагично сложилась судьба Ахматовой в послереволюционные годы: она пережила гибель мужей от рук режима, репрессию сына, погибли в лагерях ее лучшие друзья... Бесконечный список потерь. Жизнь в те годы увенчала ее Музу венком скорби. Ахматова создает цикл стихов «Венок мертвым», посвященный памяти тех, кто не выдержал пыток режима, своим друзьям-поэтам О. Мандельштаму, М. Булгакову, Б. Пастернаку, М. Цветаевой:


^ Мы с тобою сегодня, Марина,

По столице полночной идем,

А за нами таких миллионы,

И безмолвнее шествия нет,

А вокруг погребальные звоны

Да московские дикие стоны

Вьюги, наш заметающей след.


Ахматовская Муза в те годы становится национальным голосом вдов, сирот и матерей, который достигает вершины в «Реквиеме»:


^ ...О них вспоминаю всегда и везде,

О них не забуду и в новой беде,

И если зажмут мой измученный рот,

Которым кричит стомильонный народ,

Пусть так же они поминают меня

В канун моего погребального дня...


Эпиграфом к «Реквиему» Ахматова взяла стихи, написанные ею позже, в 1961 году:


^ Нет, и не под чуждым небосводом,

И не под защитой чуждых крыл, —

Я была тогда с моим народом,

Там, где мой народ, к несчастью, был.


Путь слияния с участью народа, когда в череде памятных дат «нет ни одной не проклятой», помогает Ахматовой ощутить свою преемственность с великими русскими поэтами, чьи лиры звенели «как колокол на башне вечевой»:


^ Здесь столько лир повешено на ветки...

Но и моей как будто место есть...


Поэтическое своеобразие Ахматовой в том, что она особенно остро ощущала боль своей эпохи, как свою собственную. Отечественная война 1941—1945 годов прервала на время ужас сталинских репрессий, но принесла новую беду:


^ Ленинградскую беду

Руками не разведу...

Я земным поклоном

В поле зеленом

Помяну...

(«Причитание»).


Стихотворение «Мужество» звучит как клятва от имени всего народа:


^ Мы знаем, что ныне лежит на весах

И что совершается ныне.

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет...

………………………………………..

Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесем,

И внукам дадим, и от плена спасем

Навеки!


3. Ахматова стала голосом своего времени, она мудро, просто и скорбно разделила судьбу народа. Она остро ощущала свою принадлежность двум эпохам — той, что ушла, и той, что царствует. Ей пришлось хоронить не только близких, но и свое время, оставив ему «нерукотворный» памятник стихов и поэм:


^ Когда погребают эпоху,

Надгробный псалом не звучит,

Крапиве, чертополоху

Украсить ее предстоит.


Стихотворения Ахматовой — всегда один миг, длящийся, незавершенный, еще не разрешившийся. И этот миг, горестный он или счастливый, — всегда праздник, так как это торжество над повседневностью. Ахматова сумела соединить в себе эти два мира — внутренний и внешний, — связать свою жизнь с жизнью других людей, принять на себя не только свои страдания, но и страдания своего народа. Ее Муза не прячется в комнатный шепот, а рвется на улицу, на площадь, как некогда некрасовская «Муза мести и печали»:


^ Не лирою влюбленного

Иду прельщать народ —

Трещотка прокаженного

В моей руке поет.


В послевоенный период Ахматова продолжала работать, творить: «Я не переставала писать стихи. Для меня в них — связь моя с временем, с новой жизнью моего народа. Когда я писала их, я жила теми ритмами, которые звучали в героической истории моей страны».


^ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ВОПРОС

Какой личностью предстает А. Ахматова в своей поэзии?

М. И. Цветаева

Вопрос 42. Основные мотивы лирики М. И. Цветаевой. Чтение наизусть одного из стихотворений.


^ ПЛАН ОТВЕТА

1. Тема творчестве и судьбы поэта.

2. Тема одиночества.

3. Тема Родины.

4. Тема любви.

5. Мир Цветаевой.


1.
1   2   3   4   5



Скачать файл (270.6 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru