Logo GenDocs.ru


Поиск по сайту:  


Контрольная работа - Этические учения средних веков. Вариант 3 - файл 1.doc


Контрольная работа - Этические учения средних веков. Вариант 3
скачать (87 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc87kb.15.11.2011 21:32скачать

содержание

1.doc

Реклама MarketGid:
МФ НОУ ВПО

«Санкт-Петербургский Гуманитарный университет Профсоюзов»


Контрольная работа


По дисциплине: «Этика»

Тема: «Этические учения средних веков»


Выполнил:

Студент 1 курса

Факультета экономики

Группа ИНФ


Проверила:


Мурманск

2009 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Стр.

1. Кризис античного мировоззрения и возникновение христианства 5

2. Этические учения средневекового Востока 10

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 15

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 17

ВВЕДЕНИЕ


Эпоха средневековья совпадает в Европе с периодом формирования, упрочнения и постепенного разложения феодальных общественных отношений в V-XV вв.

Становление феодального способа производства, основанного на личной зависимости земледельцев-крестьян от феодалов – «держателей земли» и внеэкономическом принуждении к труду, давало больший простор для развития общественного производства, чем при рабовладении. И если раб как «говорящее орудие» не нуждался во внутренней узде, то средневековый крестьянин относительно более свободен.

Поэтому возникает общественная потребность прибавить к механизму поддержания социальной стабильности, основанному на военно-политическом и правовом угнетении народных масс, идеологическую их обработку в духе добродетелей подчинения, смирения и послушания. К силе государственного принуждения необходимо было добавить внутреннюю готовность и согласие народных масс принять земную жизнь со всей её несправедливостью, жестокостью и несовершенством.

Лучше всего этим потребностям отвечала христианская религия, возникшая среди самых угнетённых и обездоленных слоёв населения Римской империи – в Палестине, среди отчаявшихся в реальном избавлении от бедствий и страданий людей, страстно нуждавшихся в утешении. Будучи выражением бессилия задавленных невыносимым гнётом и нуждой людей, христианство стало их духовным убежищем, питательной почвой для иллюзий о чудесном избавлении и спасении от бедствий. Религиозная вера в чудесное избавление и спасение для вечной радостной жизни, надежда на очищающую силу страданий давали им иллюзорное утешение, помогали переносить все невзгоды и отвечали на духовные запросы человека о смысле жизни.

Тем самым христианство обеспечивало в конечном счёте примирение человека с действительностью, что соответствовало интересам высших классов в закреплении своего господствующего положения. Это позволило христианству стать главной и единственной духовной силой средневековой Европы.

Этика средневекового Востока значительно отличалась от европейской и имела особенности в каждой отдельной стране. В данной работе будут рассмотрены этические учения средневековой Индии и Китая.

Итак, целью данной работы является рассмотрение этических учений средних веков.

Поставленная цель реализуется посредством решения следующих задач:

  • раскрыть кризис античного мировоззрения и возникновение христианства;

  • рассмотреть особенности средневекового Востока;

  • описать особенности этических учений средневековой Европы.
^

1. Кризис античного мировоззрения и возникновение христианства



Христианское учение нашло массовый отклик в сердцах людей, ибо давало простой и ясный ответ на вопрос, почему мир так несовершенен и испорчен, жесток и страшен. Оно также обещало радикальное избавление от множества бедствий и зол.

Таким ответом на вызов времени стала идея всеобщей греховности и искупления вины страданием и покаянием, верой и любовью к Богу, готовностью исполнить его волю.

Понятно, что идеи старой, античной этики с её культом природы и разума, естественным и оптимистичным взглядом на человека, учением о его свободе и достоинстве, силе и могуществе, праве на наслаждение и счастье оказались совершенно неуместными. Прежняя мораль и этика были отвергнуты именно из-за их принципиальной «бессовестности» – самонадеянного сознания силы и достоинства свободного человека и гордого презрения к слабым. Нет, человек слишком ничтожен и немощей в силу своей внутренней испорченности и греховности. Поэтому только вера в Бога, надежда на него и беззаветная самоотверженная любовь к нему дают человеку силы и открывают пути к спасению.

Переход от античности к средневековью ознаменовался в этике переворотом, суть которого состояла в том, что этика стала религиозной. Поэтому вся основная проблематика христианского нравственного учения – об источнике и природе морали, о критериях нравственности, о назначении и смысле жизни человека и его нравственном идеале, о добре и зле – восходит к Священному Писанию. В своём творчестве христианские теологи и философы (Августин, Фома Аквинский, Эразм Роттердамский, Мартин Лютер и др.) стремились раскрыть и растолковать нравственный смысл текстов Священного Писания, обосновать нравственный, праведный образ жизни христианина. Общая основа, на которой строится всё христианское учение о нравственности, состоит в следующем.

Весь мир со всем содержанием создан Богом – абсолютным творческим началом, животворящей сущностью. Сотворив мир, Бог дал ему обеспечивающие порядок и гармонию мироздания устои, поэтому он не только всемогущ, но и всеблаг.

Человек подобен Богу, но не одинаков с ним, ибо обременён своей телесностью, через которую наследует тяжесть первородного греха. В своей плотской телесности он несёт зёрна чувственности, вожделений и страстей, которые отвлекают его от следования воле Бога и губят. Поэтому все его помыслы и побуждения, проистекающие из плотской чувственности и своевольного стремления к мелким и ничтожным перед лицом Господа земным целям – удовольствию, наслаждению, власти, почестям, богатству, являются подлежащей изживанию греховностью.

Греховность здесь является универсально и характеристикой человека, проистекающей из самомнения и гордыни, нарушивших веления Бога первых людей. Она ослабляет душу человека и делает его склонным к злу. Все люди безнадёжно грешны, даже те, за кем снаружи не видно греха, – он глубоко коренится в помыслах и желаниях человека. Его душа становится ареной борьбы греховной чувственности, земных искушений и соблазнов и осознания своего высокого духовного предназначения.

Труднейшая для всякой религиозной этики проблема источника и природы зла в мире, ставящая под сомнение либо всемогущество, либо всеблагость Творца, решается в христианстве за счёт человека.

Только Бог может помочь человеку обрести спасение. В своей бесконечной любви к людям он принимает облик Иисуса Христа, даёт им урок послушания воле Творца и образец нравственно совершенной жизни. Он живёт с людьми, страдает и умирает, как человек, будучи невиновным. Своей жертвой он берёт грехи человеческие на себя и спасает их для вечной жизни. Одновременно его воскресение знаменует торжество Бога над силами зла.

Образ Христа – свидетельство единения человека с Богом и одновременно образец духовного величия и нравственного совершенства. До конца своей короткой земной жизни заботился он не о себе, а о других, – и даже тяжко страдая на кресте под градом насмешек обезумевшей толпы, он ободрял умирающего рядом разбойника и просил Бога-Отца простить тяжкие грехи ослепшим и оглохшим, не ведающим что творят людям.

Христианская этика знаменовала собой значительный шаг в культурном и нравственном развитии человеческого общества. Оно возвысило мораль над всеми другими формами духовного освоения мира, придав ей абсолютный характер и освятив авторитетом Бога. Все явления земной жизни обретали свой смысл только в отношении Царства Божьего в свете исполнения человеком своего призвания – преодоления собственной индивидуальной ограниченности в духовном развитии [5, с. 45].

Христианство впервые отметило равенство и одинаковость всех людей перед Богом, а фактически в своих нравственных возможностях. Оно утвердило благородный, возвышенный и бескорыстный характер нравственности, дало человеку духовные ориентиры и сформулировало нравственный идеал.

Христианская этика утвердила, хотя и в отраженном от Бога свете, ценность каждого человека независимо от его расы, национальности, происхождения и социального положения, независимо даже от его достоинств.

В познавательном отношении христианская этика также вскрыла существенные характеристики морали, не попадавшие прежде в сферу анализа.

Так, последовательно проведенное здесь отождествление морали с любовью оказывается более адекватным природе морали, нежели античные представления о ней как сфере природных склонностей или разумного усмотрения и выбора. Мораль действительно является разновидностью духовной, бескорыстной и самоотверженной связи между людьми, противостоящей более действенным, но отнюдь не самоценным отношениям полезности и целесообразности.

Введение в этическую проблематику категорий греха, вины, страдания, искупления, покаяния, спасения позволило значительно углубить понимание специфики нравственности. Простоватая и самонадеянная языческая мораль не улавливала, что подлинная зрелая нравственность предполагает не просто правильные и хорошие поступки, а мотивированные желанием добра в борьбе с желанием зла, в борьбе с искушением и соблазном.

Появление сознания греховности означало, что моральное сознание поднялось от состояния невинности и неискушённости до сомнений и мучений совести, в то время как представление о собственной непогрешимости всегда свидетельствует о моральной неразвитости субъекта.

Подобно тому, как человек ценен лишь в силу причастности к Богу, так и ценности христианской морали являются нравственными не вследствие своего содержания, а только в силу их божественного происхождения. Воля Бога оказывается выше морали, и в случае их расхождения самое жестокое зверство будет оправдано религиозной моралью, если оно соответствует воле Бога (например, инцидент с Авраамом и Исааком).

Религиозная мораль в конечном счёте оказывается за рамками возможностей человека, ибо никакие его усилия, никакие ухищрения не могут победить склонности к греху без помощи Бога. «Человекам это невозможно, – отвечает Христос на вопрос, – кто же может спастись, Богу же всё возможно». Однако и помощью божьей спасение оказывается весьма условным – за пределами земной жизни человека. Само спасение достигается не практической переделкой жизненных обстоятельств, а более привычным способом – через измерение своего сознания, культивирование в нём веры, надежды, любви, смирения, покорности, самоуничижения – и может быть осуществлено лишь после смерти, в Царстве Небесном, после второго пришествия Христа.

По сути дела христианская этика воспроизвела и обосновала вынужденную аберрацию отчаявшегося сознания, когда в условиях тотального господства в земной жизни безнравственности человеческое стремление к правде и справедливости с необходимостью рождает веру в то, что если нравственность не в мире, то она по ту сторону его. Нужно только найти туда дорогу и твёрдо ей следовать.

Следует также отметить, что и сам Христос не выдерживает характера, которым олицетворяет величие и бескорыстие духовного подвига любви, время от времени разражаясь угрозами в адрес отступников и маловеров и вспоминая геенну огненную, плач и скрежет зубов.

Даже смысл жизни человека в религиозной этике изымается из его личного бытия и приобретает потустороннее значение. «...Никто из нас не живёт для себя и никто не умирает для себя, а живём ли – для Господа живём, умираем ли – для Господа умираем, – всегда Господни», – наставляет апостол Павел [4, с. 25].

Таким образом, достижения и гуманистический пафос христианской этики были исторически обусловлены и ограничены своим временем.
^

2. Этические учения средневекового Востока




Этические учения средневекового Востока весьма специфичны. Следует отметить, что если для Европы характерно наличие христианской этики на всем географическом пространстве, то этика средневекового Востока имела свои специфические особенности в каждой стране.

Этические учения средневековой Индии утверждали, что на долю человека выпадает особая роль агента миропорядка. Он обретает знание дхармы, правил совершения ритуала и приношения пожертвований, опираясь на Веды. Но доступ к Ведам признается не за всеми. Только представители первых трёх варн (каст) считаются «духовно родившимися», то есть дважды рожденными, а потому имеющими доступ к чтению и изучению Вед. Шудрам предписывается служить представителям высших каст, и прежде всего брахманам [1, с. 75].

Выход из одной касты и переход в другую при жизни невозможен. Идеальным поведением является строгое соблюдение соответствующего кодекса («варна-ашрама-дхарма»), способного обеспечить более высокий социальный статус в будущем рождении.

Указанная выше модель поведения является нормативной или «коллективистской», она ориентирована на безусловное выполнение норм и правил, направленных на поддержание определенного мироустройства. Напротив, так называемая индивидуалистическая модель, обычно тяготеющая к мистицизму, ориентирует человека на поиск спасения вне окружающей социальной среды. Его усилия направлены на самосовершенствование, которое бы приблизило, «слило» его с Абсолютом. Так совершается бегство из мира [4, с. 34].

Аскеза и мистический поиск предложены в наиболее развёрнутом виде в буддизме. Бытие, эмпирический мир, рассматривается буддистами как безначальное волнение истинно-сущего: оно не является следствием падения, греха, требующего искупления, но есть безначальное страдание истинно-сущего. Бытие и есть страдание, они тождественны друг другу.

Истинно-сущее разложено на бесконечное число дхарм, каждая из которых испытывает свою долю страдания. Доля эта находится в зависимости от кармы, содеянного в прошлом рождении: каждая данная единичная жизнь связана с предыдущей и виновна в том, что она страдает именно так, а не иначе. Происходит это вследствие того, что единичная жизнь представляет собой не что иное, как временное сочетание безначальных и бесконечных составных частей, это как бы лента, сотканная на определенном отрезке времени из безначальных и бесконечных нитей. Жизнь – это некий узор, смерть же – распадение узора, распутывание нитей и соединение их в ленту с новым узором [6, с. 113-115].

Китайской духовной традиции свойственна не только «нормативная», «коллективистская» модель человека, но и «индивидуалистическая», наиболее полно представленная даосизмом. Согласно даосскому учению, человек обладает как бы двумя натурами. Одна – естественная, порождаемая и определяемая Дао, то есть Единым (а потому истинная), другая – искусственная, порождаемая и определяемая страстями, свойственными человеческому «я» (оттого ложная). Исходя из этого, идеальным человеком считается тот, в котором истинная натура возобладает над ложной. Совершенно мудрому не пристало стремиться «к внешнему украшению, каковым являются милосердие и долг-справедливость», заботиться «о показаниях глаз и ушей», ибо он «внутри себя совершенствует искусство Дао», «странствует в гармонии тела и души».

Нетрудно заметить созвучность даосизма со многими положениями буддизма. Закономерно поэтому, что, когда позже им пришлось встретиться на китайской земле, от этой встречи родилось «общее дитя» – чань (по-японски дзен), школа буддизма, идеал которой состоит в том, чтобы выявить изначальную природу, быть свободным, как рыба в воде, как птица на небе, уподобиться ветру, который дует туда, куда захочет, не ища опоры, пристанища [6, с. 75-77].

3. Этические учения средневековой Европы


Важнейшей особенностью средневековой культуры является особая роль христианского вероучения и христианской церкви. В условиях всеобщего упадка культуры сразу после разрушения Римской империи только церковь в течение многих веков оставалась единственным социальным институтом, общим для всех стран, племён и государств Европы. Церковь была господствующим политическим институтом, но ещё более значительно было то влияние, которое церковь оказывала непосредственно на сознание населения. В условиях тяжёлой и скудной жизни, на фоне крайне ограниченных и чаще всего малодостоверных знаний о мире христианство предлагало людям стройную систему знаний о мире, о его устройстве, о действующих в нем силах и законах. Добавим к этому эмоциональную притягательность христианства с его теплотой, общечеловечески значимой проповедью любви и всем понятными нормами социального общежития, с романтической приподнятостью и экстатичностью сюжета об искупительной жертве, наконец, с утверждением о равенстве всех без исключения людей в самой высшей инстанции, чтобы хотя бы приблизительно оценить вклад христианства в мировоззрение, в картину мира средневековых европейцев [4, с. 190].

Эта картина мира, целиком определившая менталитет верующих селян и горожан, основывалась главным образом на образах и толкованиях Библии. Исследователи отмечают, что в Средние века исходным пунктом объяснения мира было полное, безусловное противопоставление Бога и природы, Неба и Земли, души и тела.

Этика средневековья находилась под влиянием особенностей феодального способа производства. Необходимо отметить, что особенностью религии и морали является способность накладывать на человека обязательства не извне, а изнутри.

В Европе такой религией стало христианство, возникшее в качестве иллюзорной формы выражения интересов униженных и порабощенных классов, но быстро превратившееся в официальную религию господствующих классов, чьим интересам она отвечала в гораздо большей степени.

При этом христианская церковь стала крупным феодалом, а её представители – духовенство образовали второе сословие господствующего класса феодалов. Христианская же религия стала способом осмысления моральных проблем и освящения складывающихся в феодальном обществе нравов.

Сословная структура общества предопределила главную особенность нравственности феодального общества – её сословно-корпоративный характер. Каждое сословие, каждая группа имеет целый набор предписанных и неписанных обязанностей, прав, привилегий, ценностных ориентаций и норм поведения.

По сути дела в феодальном обществе нравственность расслаивается на множество нравственных кодексов, имеющих ярко выраженный сословно-корпоративный характер, несущих на себе печать кастовой замкнутости [4, с. 195].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ



На основании вышеизложенного можно говорить о следующем. Переход от античности к средневековью ознаменовался в этике переворотом, суть которого состояла в том, что этика стала религиозной. Поэтому вся основная проблематика христианского нравственного учения – об источнике и природе морали, о критериях нравственности, о назначении и смысле жизни человека и его нравственном идеале, о добре и зле – восходит к Священному Писанию. Христианская этика знаменовала собой значительный шаг в культурном и нравственном развитии человеческого общества. Оно возвысило мораль над всеми другими формами духовного освоения мира, придав ей абсолютный характер и освятив авторитетом Бога.

Важнейшей особенностью средневековой европейской этики является особая роль христианского вероучения и христианской церкви. В условиях всеобщего упадка культуры сразу после разрушения Римской империи только церковь в течение многих веков оставалась единственным социальным институтом, общим для всех стран, племён и государств Европы. Необходимо отметить, что христианская этика была выгодна господствующим слоям, так как призывала к терпению и смирению.

Весьма специфичной была этика средневекового Востока. Этические учения средневековой Индии утверждали, что на долю человека выпадает особая роль агента миропорядка. Он обретает знание дхармы, правил совершения ритуала и приношения пожертвований, опираясь на Веды. Аскеза и мистический поиск предложены в наиболее развёрнутом виде в буддизме. Бытие, эмпирический мир, рассматривается буддистами как безначальное волнение истинно-сущего: оно не является следствием падения, греха, требующего искупления, но есть безначальное страдание истинно-сущего.

Китайской духовной традиции свойственна не только «нормативная», «коллективистская» модель человека, но и «индивидуалистическая», наиболее полно представленная даосизмом. Другим этическим учением представленным в средневековом Китае был буддизм, также рассмотренный в данной работе.
^

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ





  1. Гусейнов А. А. Этика / А. А. Гусейнов, Р. Г. Апресян – М.: Гардарика, 2008. – 385 с.

  2. Золотухина-Аболина Е. В. Курс лекций по этике / Е. В. Золотухина-Аболина – Р-н/Д: Феникс, 2005. – 415 с.

  3. Иванов В. Г. История этики средних веков / В. Г. Иванов – СПб: Лань, 2002. – 385 с.

  4. Кондрашов В. А., Чичина Е. А. Этика: история и теория. Эстетика: Особенности художественных эпох и направлений / В. А. Кондрашов – Р-н/Д: Феникс, 2004. – 412 с.

  5. Психология. Педагогика. Этика / Под ред. О. В. Афанасьева. – М.: Закон и право. – ЮНИТИ, 2002. – 412 с.

  6. Фролов И.Т. Введение в философию / И. Т. Фролов – М.: Республика, 2003. – 411 с.

Реклама:





Скачать файл (87 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru