Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Словарь мифологических и сказочных персонажей - файл 1.doc


Словарь мифологических и сказочных персонажей
скачать (114 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc114kb.17.11.2011 03:48скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

Реклама MarketGid:
Загрузка...
Словарь

мифологических и сказочных персонажей


АЛАТЫРЬ-КАМЕНЬ (латырь) — в русских средневековых легендах и фольклоре камень, «всем камням отец». В сказках говорится, что лежит он на океане-море или на острове Буяне и обо­значается постоянным эпитетом «бел-горюч» или «кип-камень» (от глагола «кипеть»). На этом камне восседает красная дева Зоря и зашивает раны кровавые; «под тем камнем сокрыта сила могучая, и силы конца нет»; «кто камень-алатырь изгложет (дело — трудное, немыслимое), тот мой заговор превозможет». Вероятно, что с уподоблением солнца белому горючему камню уже в древности сливалось представление грозо­вого облака скалою или камнем, эпитет «бел-го­рюч» мог указывать, с одной стороны, на заклю­ченное внутри этого камня грозовое пламя, а с другой — на белоснежные и розовые цвета, ка­кими окрашивают облака яркие лучи весеннего солнца. Стих о Голубиной книге в одном из мно­гих своих вариантов говорит: среди моря синего лежит латырь-камень; «Идут по морю много ко­рабельщиков. /У того камня останавливают­ся; /Они берут много с него снадобья, /Посы­лают по всему свету белому».

АМАЗОНЫ — фантастические персонажи. Изображения этих персонажей встречались в рус­ских лубочных картинках. В мифах этот образ не получил развития. Можно предположить, что к амазонам славяне относили народы, живущие в Далеких сказочных странах, прежде всего в Ин­дии. Рассказы о таких людях связаны с повестями об Александре Македонском или со сказаниями об Индийском царстве. «...Тепло у старой, уютно. Стены в картинках; картинки шелками да бисерами шиты: тут и цветочки, и лютые звери, и монастыри, и китайцы, амазоны на конях и так амазоны, лебеди, замки и опять китайцы» (А.М. Ремизов. «Чертик»).


АРКОНА — северный мыс острова Рюгена. Название древнее славянское от слова «ар» - земля, поверхность земли и «кон» - место сбора славян для принятия решений, как и само обязательное правило поведения. Отсюда, «искони», «испокон», «жить по кону» - правила поведения в пределах рода-племени; «закон» - правила поведения в других землях «за коном». В Арконе находился один из последних известных языческих пантеонов бо­гов славян. В 1168 г. его сжег датский король Вольдемар I вместе с епископом Абсалоном.


БАДНЯК — мифологический персонаж, вопло­щаемый «рождественским поленом», пнем или веткой, сжигаемой в сочельник. У сербов канун Рождества называется «бадний день» (от слова «бадняк»). В этот день пекут праздничный пре­сный хлеб, с золотой или серебряной монетою внут­ри, называемый боговица (у сербов — чесница). Иногда Бадняка называют старым богом, в проти­воположность Божичу, соотносимому с молодос­тью, новым годом. Бадняк связан с образом змея у корней дерева. Сожжение его в конце старого года эквивалентно, таким образом, поражению огнем змея, воплощения нижнего мира, вредоносного на­чала и знаменует начало нового сезонного цикла, гарантирует плодородие и т.п. Ритуал выбивания искр из горящего Бадняка сопровождается поже­ланием умножения скота по числу искр: «Сколько искр, столько бы коров, коней, коз. овец, свиней, ульев, счастья и удачи!» Возжжение Бадняка из­вестно и в Черногории и у болгар, и везде оно сопровождается семейным пиршеством.

БАЛДА — мифологизированный персонаж рус­ских волшебных сказок о батраке и черте. При развитии основной мысли таких сказок, фантазия допускает два главных видоизменения: в одном разряде вариантов герой сказки не отличается осо­бенною крепостью мышц, и если берет верх над чертом, то единственно хитростью; в других же вариантах он наделен сверхъестественной силой. Русское предание дает этому герою имя Балда, что прямо свидетельствует за его близкое родство с Перуном и Тором. Слово «балда» — разить, уда­рять, рубить; от того же корня происходят «болт» и «булава». Понятна поэтому та великая бога­тырская мощь, какою наделен Балда в сказках: он может давать такие щелчки, что от них падают мертвыми бык и медведь.

БЕЛОВОДЬЕ — другое имя Ирия-рая. Ирий получил это имя из-за молочной реки, текущей по небесному Ирию из вымени небесной Коровы Земун.

БЕРЕЗАНЬ — райская местность, одна из Рипейских гор, также — название острова, подобно­го острову Буяну, либо — Атлантиде. На острове (горе) Березани растет солнечная береза «вниз ветвями и вверх кореньями».

^ БЛАЖЕННЫЕ ОСТРОВА МАКАРИЙСКИЕ — круглая равнина земли, омываемая со всех сторон рекою-океаном; на восточной стороне означен-лежит «остров Макарийский, первый под самым востоком солнца, близ блаженного рая; потому его тако нарицают, что залетают в сии остров птицы райские Гомаюн и Финикс и благоухание износят чудное... тамо зимы нет» (Книга, глаголемая Козмография, переведена бысть с римского языка). На Руси ходит сказание о бла­женных островах Макарийских, где реки медовые и молочные, а берега кисельные; по указанию ста­ринных апокрифов, райские реки текут млеком, вином и медом (метафорические названия дождя).

БОЖИЧ — потомок богов, младший бог; в южнославянской мифологии пер­сонаж, упоминаемый в колядках наряду с символа­ми (златорогий олень, ворота, свинья) и обрядами, обозначающими начало весеннего солнечного цик­ла. Соотносится с молодостью, рождеством, но­вым годом, в противоположность Бадняку, старо­му году. Связь имен Бога и Божича делает возможным сопоставление Божича с восточносла­вянским Сварожичем — сыном Сварога: оба име­ют отношение к почитанию солнца. Старый Бадняк и молодой Божич скрывают под своими именами Деда-Перуна, возжигателя небесного пламени, и просветленное этим пламенем Солнце. Божич — святой всякого семьянина, особенно ему покровительствующий.

БОЯН — эпический поэт-певец. Известен по «Слову о полку Игореве» (его имя встречается также в надписях Софии Киевской и в Новгородс­ком летописце): «Боян бо вещий, аще кому хотяше песнь творити, то растекашется мыслию по древу, серым волком по земли, шизым орлом под облакы». В песнях Бояна, таким образом, ска­зались славянская традиция, связанная с представ­лением о мировом дереве, и навыки ранней славян­ской поэзии, восходящей к общеиндоевропейскому поэтическому языку.

БУРЯ-КОНЬ — конь Перуна: «У коня Перуна жемчужный хвост, его гривушка золоченая, круп­ным жемчугом вся унизанная, а в очах у него камень Маргарит, куда взглянет он — все огнем горит».

БУЯН-ОСТРОВ — поэтическое название ве­сеннего неба; чтобы достигнуть царства солнца, луны и звезд, надо было переплывать воздушные воды. Остров этот играет весьма важную роль в наших народных преданиях; без формулы «на море-­на окияне, на острове-на Буяне» не сильно ни одно заклятие. На острове Буяне сосредоточены все могучие силы весенних гроз, все мифические олицетворения громов, ветров и бури; на этом же острове восседают и дева Зоря, и Перун. «Ветер весело шумит, /Судно весело бежит /Мимо ос­трова Буяна, /К царству славного Салтана, / И желанная страна /Вот уж издали видна» (А.С. Пушкин. «Сказка о царе Салтане»).

БЫСТРОЗОРКОЙ — мифологизированный персонаж сказок. У чехов и словаков — это вели­кан, от всевидящих и острых взглядов которого воспламеняется огнем все, что только может го­реть, а скалы трескаются и рассыпаются в песок. У русских — могучий старик с огромными бровя­ми и необычайно длинными ресницами; брови и ресницы у него так заросли, что совсем затемнили зрение. Чтобы он мог взглянуть на мир, нужны несколько силачей, которые бы смогли под­нять ему брови и ресницы железными вилами. Он страшный истребитель, который взглядом своим убивает людей. Олицетворение бога-громовника.


ВОЛК-САМОГЛОТ — волк-туча, пожиратель небесных светил, в народных сказках носит харак­теристическое название волка-самоглота. Он живет на море-окияне (т.е. на небе), пасть у него страш­ная, готовая проглотить всякого супротивника, под хвостом у волка — баня, а в заду — море: если в той бане выпариться, а в том море выкупаться, то станешь молодцем и красавцем. Он добывает ска­зочному герою гусли-самогуды. Волк-туча хранит в своей утробе живую воду дождя, с которою нераздельны понятия силы, здоровья и красоты. Соглас­но с метафорическим названием дождя молоком, этот сказочный волк заменяется иногда молочною рекою с кисельными берегами, которая всех питает и всем дарует красоту и силу.

^ ВОЛХ ВСЕСЛАВЬЕВИЧ (Волх, Вольга) — мифологизированный персонаж русских былин, обладатель чудодейственных оборотнических свойств: «...Ударился Вольга оземь, обернулся серым волком, побежал в леса. Выгнал он зверя из нор, дупел, из валежника, погнал в сети и лисиц, и куниц, и соболей... Молодой Вольга до­гадался, обернулся малой мошкой, всех молодцов обернул мурашами, и пролезли мурашки под воротами. А на той стороне стали воинами» (Рус­ская былина). Чудесно его рождение: мать его, обычная женщина, случайно наступила на змея, и вскоре появился Волх. Сюжет о Волхе Всеславьевиче и его походе на Индию принадлежит к наибо­лее архаичному слою в русском былинном эпосе с широко представленной стихией чудесного, волшеб­но-колдовского, магического, слиянностью челове­ческого и природного начал.

^ ВОЛЧЕЦ — колючая сорная трава, напоминаю­щая своими иглами острые стрелы (т.е. растение, способное всполошить, испугать чертей).

ВЫРИЙ (вирий, ирий, урай) — в восточносла­вянской мифологии древнее название рая и райс­кого мирового дерева, у вершины которого обита­ли птицы и души умерших. В народных песнях весеннего цикла сохранился мотив отмыкания клю­чом вырия, откуда прилетают птицы. Согласно украинскому преданию, ключи от вырия некогда были у вороны, но та прогневала бога, и ключи передали другой птице. С представлением о вырии связаны магические обряды погребания кры­ла птицы в начале осени.

ГЕРМАН (Джерман) — в южнославянской ми­фологии персонаж, воплощающий плодородие. Во время болгарского обряда вызывания дождя пред­ставляется глиняной куклой с подчеркнутыми муж­скими признаками. В заклинаниях говорится, что Герман умер от засухи (или дождя): женщины хо­ронят его в сухой земле (обычно на песчаном берегу реки), после чего должен пойти плодоносный дождь.

^ ГОГИ И МАГОГИ — библейские народы, живущие на севере от мест проживания: « Сын человеческий! обрати лицо свое к Гогу в земле Магог, князю Роша, Мешеха и Фувала, и изреки на него пророчество и скажи: так говорит Господь Бог: вот, Я – на тебя, Гог, князь Роша, Мешеха и Фувала...от пределов севера.» (Иез.38: 2,3,6). Стараниями христианских проповедников мы узнали, что такие народы, свирепы пуще лютых зверей и едят живых людей; у иного один глаз — и тот во лбу, а у иного три глаза; у одного одна только нога, а у иного три, и бегают они так быстро, как летит из лука стрела. «...И лицо разбойничье! — сказал Собакевич. — Дайте ему только нож да выпустите его на большую дорогу — зарежет, за копейку заре­жет! Он да еще вице-губернатор — это Гога и Магога!» (Н.В, Гоголь. «Мертвые души»).

^ ГОМИЛЕ СЛАМЕ (олелии, ойлалия) — риту­альный большой костер. Большие костры палили из соломы, а также жгли огни в особой решетке, высоко поднятой четырьмя мужчинами на четырех длинных шестах.

^ ГРОМОВЫЙ ЖЕРНОВ — жернов, который мелет людское счастье и богатство. У белорусов сохранилось поверье, что горные духи, подчиненные Перуну и вызывающие своим полетом ветры и бурю, возят на себе громовый жернов, на котором воссе­дает сам Перун с огненным луком в руках.


^ ДАСУНЬ — темное царство, населенное дасу — демонами или представителями неарийских, несла­вянских племен; антипод ясуней.

ДВОЕГЛАЗКА — черношерстная собака, имеющая над глазами два белые пятна, которыми и усматривает она всякую нечистую силу.

^ ЖИВАЯ ВОДА (амрита, нектар, амброзия) — бессмертный напиток, возвращающий жизнь убитому после окропления ран мертвой водой.

ЗВЕЗДА — душа человека; падающая звезда уподобляется смерти. В народе верят, что на небе столько же звезд, сколько на земле людей. Сверх того, на Руси утверждают, что падающая звезда означает след ангела, который летит за усопшею душою, или след праведной души, поспешающей в райские обители; если успеешь пожелать что-ни­будь в тот миг, пока еще не совсем сокрылась звезда, то желание непременно дойдет до Бога и будет им исполнено.

^ ИВАН БЫКОВИЧ (Иван-коровьин или кобы­лий сын, Милош Кобылич, Буря-богатырь) — мифологизированный образ героя русских народ­ных сказок, победившего многоголовых змеев. Победивши их, он должен бороться с их сестра­ми или женами, которые превращаются одна в золотую кроватку, другая в дерево с золотыми и серебряными яблоками, а третья в криницу. Дол­жен состязаться богатырь и с их матерью, ужас­ною змеихою, которая раззевает пасть свою от земли до неба. Быстрота полета бурной дожденосной тучи олицетворялась в образе быстрого коня; проливаемые ею потоки — к сближению ее с дойной коровой, — поэтому Иван-коровьин сын есть собственно сын тучи, т.е. молния или боже­ство грома Перун.

^ ИВАН ДУРАК (Иванушка Дурачок) — изначально мифо­логизированный персонаж русских волшебных ска­зок. Воплощает особую сказочную стратегию, исходящую не из стандартных постулатов библейского адепта, а практического разума, но опирающегося на поиск собствен­ных решений или божественных подсказок (в старославянском эпосе означало «вернувшийся от бога»), часто противоречащих «здравому» смыс­лу, но, в конечном счете приносящих успех: «Наш Иван тут стал не Иван-дурак, а Иван — цар­ский зять; оправился, очистился, молодец мо­лодцом стал, не стали люди узнавать!» (А.Н. Афанасьев. Народные русские сказки). Социальный статус его обычно низкий: он — крестьянский сын или просто сын старика и старухи, или старухи-вдовы. Нередко подчеркивается бедность, которая вынуждает его идти «в люди», наниматься на служ­бу. Но в большей части сказок ущербность его не в бедности, а в лишенности разума, наконец, в том, что он последний, третий, самый младший брат, чаще всего устраненный от каких-либо «по­лезных» дел. Алогичность Ивана Дурака, его от­каз от «ума», причастность его к особой «заум­ной» (соответственно — поэтической) речи напоминает ведущие характеристики юродивых, яв­ления, получившего особое развитие в русской ду­ховной христианской традиции.

^ ИВАН ЦАРЕВИЧ (Иван Королевич) — ми­фологизированный образ главного героя русских народных сказок. Его деяния — образец достиже­ния наивысшего успеха. Универсальность образа в том, что он — «Иван», т.е. любой человек, не имеющий каких-либо сверхъестественных исходных преимуществ; одновременно «Иван» и «первочеловек», основатель культурной традиции. В целом Иван Царевич может быть соотнесен с образом мифологического героя, прошедшего через смерть, обретшего новую жизнь, с сюжетом глубинной связи умирания и возрождения.

КАРАВАИ (коровай) — в восточнославянской мифологии и ритуалах обрядовый круглый хлеб с украшениями и мифологическое существо, символ плодородия. По словам белорусской песни, «Сам Бог коровай месить»: пекущие просят Бога спус­титься с неба, чтобы помочь им месить и печь.

КИЙ — в восточнославянской мифологии герой. Согласно легенде (в «Повести временных лет»). Кий с младшими братьями Щеком и Хоривом — осно­ватель Киева: каждый основал поселение на одном из трех киевских холмов, что имеет подтверждение в топонимике города. Возможно, имя его проис­ходит от обозначения божественного кузнеца, со­ратника громовержца в его поединке со змеем.

^ КИСЕК — один из мифологических прародите­лей русских.

КИТЕЖ (Китеж-град, Кидиш) — в русских ле­гендах город, чудесно спасшийся от завоевателей во время монголо-татарского нашествия XIII века. При приближении Батыя Китеж стал невидимым и опустился на дно озера Светлояр. Легенда о Китеже, по-видимому, восходит к устным преда­ниям эпохи доордынского ига. Впоследствии была «скорректирована» и привязана к поздним событиям. В пользу этого говорит то, что она особенно распространена у старообрядцев, причем Китежу придавался характер убежища последова­телей старой веры. В утопических легендах Китеж считался населенным праведниками, нечестивцы туда не допускались, в городе царила социальная спра­ведливость. «Сказания о Китеже включали рассказы о людях, давших обет уйти в Китеж и писавших оттуда письма о колокольном звоне, который можно услышать на берегу озера. Ки­тежу придавался характер убежища последова­телей старой веры» (А.В. Чернецов).

КИТОВРАС — персонаж древнерусских книж­ных легенд эпохи распространения христианства, скорее всего, производное от греко-семитского кентавра. Упоминается в XIV веке в рукопис­ных текстах как чудовище-кентавр, иногда с кры­льями. В большинстве случаев Китоврас, по желанию, помогает царю Соломону строить храм, состязает­ся с ним в мудрости. В некоторых вариантах ле­генд Китоврас наделен чертами оборотня — днем он правит людьми, а ночью оборачивается зверем и становится царем зверей. «Легенды о Соломоне и Китоврасе получили на Руси самостоятель­ное развитие. В них о Китоврасе рассказывает­ся, что он был родным братом Соломона. По­имка Китовраса связывается с предательством его неверной жены, которую он носил в ухе» (А.В. Чернецов).

КИТ-РЫБА — прародитель всех рыб, всем ры­бам мать. Он держит на себе Землю. Когда же повернется, тогда Мать-Земля всколыхнется. Счи­тали, что если Кит-рыба уплывет, то конец белому свету настанет. Многие древние народы верили, что Земля лежит на спинах китов (кита) или сло­нов. Существовало такое поверье и у древних сла­вян. «И куда-то нырнул Кит-рыба. Кит-рыба — мать рыбам — покинул землю. А когда-то любил свою землю: когда строили землю, лег Кит в ее основу и с тех пор держит все на своих плечах» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»). «Вот въезжает на поляну /Прямо к морю-окияну; /Поперек его лежит /Чудо-юдо рыба-кит...» (П.П. Ершов. «Конек-горбунок»).

^ КНЯЗЬ СЛАВЕН — историческое лицо, сла­вянский вождь, время правления неизвестно. Древняя летопись донесла до нашего времени такие слова: «В лета 3113 великий князь Словен поставиша град и именоваша его по имени своем Словенск, иже ныне зовется Великий Новгород, от устие великого езера Ильмеря по реце Волхову полтретья поприща».

КОНЕК-ГОРБУНОК — персонаж русских ска­зок, относится к полуконям, по внешнему виду впо­ловину или намного меньше героических коней бога, невзрачен, иногда даже уродлив (горб, длинные уши и т.д.): «Да еще рожу конька /Ростом только в три вершка, /На спине с двумя горбами /Да с аршинными ушами» (П.П. Ершов. «Конек-горбу­нок»). В метафорическом смысле это именно полу­конь-получеловек: понимает дела людей (богов и бесов), говорит человеческим языком, различает доб­ро и зло, активен в утверждении добра (это оста­лось от берегинь). «Но конька не отдавай /Ни за пояс, ни за шапку, /Ни за черную, слышь, бабку. /На земле и под землей /Он товарищ будет твой» (П.П. Ершов. «Конек-горбунок»).

КРАДА — жертвенный алтарь, горящий жерт­венник, костер. На нем сжигали мертвых, чтобы душа быстрее достигла небес, и прино­шения. Христианский монах-летописец Нестор называл их «крады и требища идоль­ские». Вероятно, существовало и божество, охранявшее жертвенный алтарь. Рыба под его нога­ми означает подземное царство; чаша с плодами — обильную земную жизнь; колесо — солярный знак — символизирует вечное обновление жизни на зем­ле, зиждящейся на прочной нерушимой основе (оси). Этот жертвенник четырехугольный, а возле храма Световида, по описанию очевидцев, было множе­ство треугольных жертвенников, где одновременно каждый мог принести жертву Творцу — солнцу и небу; Матери-жизни, земле; предкам.

КРИВ — в восточнославянской мифологии родо­начальник племени кривичей. Предполагается связь имени с обозначением кривого и левого; левое, кривое и т.п. характеризует земных персонажей, людей, в противоположность небесным богам.

^ КРИВДА — олицетворение всех темных сил, противница Правды.

КРОК — мифический герой, от которого чехи вели свой княжеский род.

КУДЕЯР — полумифический разбойник, зарыв­ший во многие места награбленные сокровища. Гово­рят, что над камнями, прикрывающими эти сокро­вища, не только вспыхивают огоньки, но два раза в неделю, в полночь, слышен бывает даже жалоб­ный плач ребенка. Этот Кудеяр до некоторой сте­пени предвосхищает славу самого Степана Разина. Прообраз этого разбойника родился от реального исторического лица боярского сына Кудеяра Тишенкова, который помог татарам взять Москву в 1571 году, а затем ушел с отрядом в места на границе современных Ростовской и Воронежской областей.

КУКЕР — в южнославянской мифологии вопло­щение плодородия. В весенних карнавальных об­рядах Кукера изображал мужчина в особой одеж­де (часто из козьей или овечьей шкуры) с зооморфной рогатой маской и деревянным фалло­сом. Во время кукерских обрядов изображались грубые физиологические действия, обозначавшие брак Кукера с его женой, которая обычно предста­валась затем беременной и симулировала роды; совершались ритуальная пахота и посев, также при­званные обеспечить плодородие. Кукерское действо, кроме главного действующего лица, включало мно­гочисленные персонажи, среди которых был царь и его помощники.

^ КУРИЛКА — означает лучину, которая живет, пока горит, а погасая — умирает; «жил-был ку­рилка, да-й помер!».

ЛИЛЫ (олеле, олала) — ритуальные костры. Сербские «лилы» явно связаны с магией плодоро­дия и со скотоводством — во время горения кос­тра разбрасывали горящую бересту («лилу») и пели: «Лила, гори, жито, роди! /...Весело нам, лиле, горе /да нам краве добре веде!»

^ ЛЮДИ ДИВИЯ — в древнерусских книжных легендах периода распространения христианства - монстры, обитатели далеких сказочных земель, прежде всего Индии (в русских сказаниях Индея – дальняя страна). Среди них упоми­наются многоглавые, люди с лицом на груди, со звериными (в частности, псоголовцы) или птичь­ими головами и ногами, с крыльями, люди, живу­щие в воде, и т.п. Эти сказания навеяны или искусственно созданы на основе борьбы христианства с язычеством и изображением многоголовых истуканов (высеченных или выстуканных из камня) у староверов. Рассказы о таких людях связа­ны или с повестями о походах Александра Македонского, или со сказаниями о государстве индейского (далекого) царя и попа Иоанна («Сказание об Индийском царстве», XV век). Люди дивия яв­лялись образом неверных, «нечистых» народов. Наиболее опасные народы были, по преданию, «заклепаны» Александром Македонским в ска­лах, и им приписывалась важная роль в грядущих событиях накануне конца света, когда они выйдут на свободу. Наряду с образами, восходящими к переводным источникам, в русской книжной традиции известны оригинальные, относимые к си­бирским народам.

ЛЯХ (или Лех) — в западнославянской мифологии генеалогический герой, предок поляков (ляхов), брат Чеха и Руса, согласно польской хронике XIV века. Вероятно, имя образовано от слов «пустошь», «новь», «необработанная земля».


МСТИСЛАВ — Мстислав Владимирович, князь Тмутараканский и Черниговский, брат Ярослава Хромого, победитель касожского князя.


НЕВЕГЛАСИ — недовольно просвещенные хри­стианским учением люди.

НЕСМЕЯНА-ЦАРЕВНА — персонаж сказ­ки. Небо, затемненное тучами, называется «хму­рым» («смотреть хмуро» — смотреть невесело, сердито), согласно с этим тускло светящее, зимнее солнце представляется в сказках Несмеяною-царевною. При восходе своем солнце озаряет небос­клон розовым светом и, отражаясь в каплях утрен­ней росы, как бы претворяет розовые краски в блестящие бриллианты и жемчуг, что на языке метафорическом перешло в сказание о красавице, которая улыбаясь — рассыпает розы, а проливая слезы — роняет самоцветные камни. «В царских палатах, в княжьих чертогах, в высоком терему красовалась Несмеяна-царевна. Какое ей было житье, какое приволье, какое роскошье! Всего много, все есть, чего душа хочет; а никогда они не улыбалась, никогда не смеялась, словно сердце ее ничему не радовалось» (А.Н. Афанасьев. «На­родные русские сказки»).

НЕТОПЫРЬ — летучая мышь, которая обыкновенно прячется днем и показывается уже после заката солнца.

^ ОГНЕННАЯ СОРОЧКА — волшебная сороч­ка, наделяющая того, кто ее носит, необычайною богатырскою силою. Приобретается она сказоч­ным героем от змея или птиц, этих мифических представителей бурь и грозы, и только облекаясь в нее, он в состоянии бывает владеть мечем-кладенцом. сказание о ней восходит к древнейшим славянским обрядам очищения огнем.

ОДНОГЛАЗКА — сказочный персонаж в рус­ском фольклоре, противопоставляемый Двуглазке (которой не хватает обычно двух глаз для решения чудесной задачи) и Трехглазке (у которой третий глаз все видит, когда два других спят; архаический мотив преимущества числа три, известный в индо­европейской мифологии). Одноглазка — один из вариантов мифологического образа Лиха, изобра­жаемого у восточных славян в виде одноглазой женщины, встреча с которой приводит к потере парных частей тела.

ОДОЛЕНЬ-ТРАВА — названа так потому, что одолевает всякую нечистую силу; этим словом в некоторых местностях называют белую и желтую кувшинку. Кто найдет одолень-траву, тот «вельми себе талант обрящет на земли»; отвар ее помо­гает от зубной боли и отравы (растительного яда), и сверх того признается за любовный напиток. «А во тьме белые томновали по лугу девки-пустоволоски да бабы-самокрутки, поливали одолень-траву» (А.М. Ре­мизов. «Сказки»).

ОКРУТНИКИ — люди, наряженные по свя­точному, одетые в мохнатые шкуры или выворо­ченные тулупы.

ОЛЕГ — первый исторически достоверный ки­евский князь. С 879 г. правил в Новгороде, с 882 г. — в Киеве. С именем Олега связан удач­ный поход в Византию 907 г. и выгодный дого­вор с греками 911 г. Вскоре после подписания договора Олег умер по одной версии в Киеве, по другой — на Севере, по третьей, привлекавшей впоследствии внимание писателей, — за морем от укуса змеи. Повествование об Олеге помещено в «Повести временных лет». «Так вот где таи­лась погибель моя! /Мне смертию кость угро­жала!» /Из мертвой главы гробовая змея / Шипя между тем выползала; /Как черная лен­та, вкруг ног обвилась, /И вскрикнул внезапно ужаленный князь» (А.С. Пушкин «Песнь о ве­щем Олеге»).

^ ОРЕЙ — мифологический прародитель русских; возможно, его имя происходит от «арий» — «землянин, па­харь». Отец Кия, Щека и Хорива.

ПЕКЛО (преисподняя) — в славянской мифологии периода раннего христианства - ад, преис­подняя (от глагола «печь», «пеку» и равно озна­чает и «смолу», которая гонится через жжение смолистых деревьев, и «геенское пламя»). Христиане полагают пекло под землею, куда надо спус­каться через разинутую адскую пасть, подобную глубокому, извергающему страшное пламя колод­цу. Простолюдины считали, что душа во время «обмиранья» (летаргии) странствует по пеклу и видит там адские муки. В народных сказках ге­рои, отправляясь на тот свет, нисходят туда через глубокую яму. «Раз, за какую вину, ей-богу, уже и не знаю, только выгнали одного черта из пек­ла». — «Как же, кум? — прервал Черевик. — как же могло это статься, чтобы черта выг­нали из пекла?» — « ...Вот черту бедному так стало скучно, так скучно по пекле, что хоть до петли» (Н.В. Гоголь. «Сорочинская ярмарка»).

ПЕРЕЛЕТ-ТРАВА — одно из названий Перунова цвета; оно придано ему ради той неуловимой быстроты, с которою ударяет молния. Цвет ее си­яет радужными красками, и ночью в полете своем он кажется падучей звездочкой. Счастлив, кто су­меет добыть этот прекрасный цветок: все желания его будут немедленно исполнены.

ПЕСИГОЛОВЦЫ (песьи головы) — исполины с человеческими телами и собачьими головами. Часто эти одноглазые чудовища встречаются в славянских сказках и легендах христианского периода. Можно предположить, что воины некоторых славянских и прибалтийских племен во время сражений надевали волчьи и собачьи шку­ры с головами поверх шлемов, для устрашения своих врагов. Оттого и неприятелей-кочевников на Руси назы­вали песиголовцами. «На лугу, на лужайке схо­дились в хороводы Ведьмины детки — куцые курочки в острых хохолках. И, сцепившись но­гами-руками, покатились клубком, как гаденыши, за Окаяшкой косматым одноглазые Песьи головы» (А.М. Ремизов).

ПЛАКУН-ТРАВА — весною, когда золотой ключ-молния отопрет замкнутое небо, появляются росы и дожди; Перунов цвет как низводитель этих дождей-слез получил название плакун-травы. До­бывается она в Иванов день на ранней утренней заре; корень и цвет ее обладают великою силою: они смиряют нечистых духов, делают их послушными воле человека, уничтожают чары колдунов и ведьм, спасают от дьявольского искушения и всяких недугов. Плакун открывает клады и зас­тавляет демонов плакать, т.е. заставляет тучи про­ливать дождь.

ПОЛАЗНИК (положайник, палезник) — пер­вый гость, который войдет в избу на Рождествен­ский праздник, называется положайником; ему при­писывают и все радости, и все беды, какие выпадают на долю хозяев и их семьи в течение целого года. Этот гость является таинственным представителем самого божества. Всякий хозяин заранее выбирает в положайники такого знакомо­го, о котором думает, что он наверняка принесет ему счастье.

ПОЛУЧЕЛОВЕКИ (оплетай, половайники) — баснословные люди об одном глазе, одной руке и одной ноге, которые, чтобы двинуться с места, принуждены складываться по двое, и тогда бегают с изумительной быстротою; они плодятся, по рус­скому поверью, не вследствие нарождения, а выде­лывая себе подобных из железа. Дым и смрад, исходящие из их кузниц, разносят по белому свету повальные болезни: мор, оспу, лихорадки и пр. В Томской губернии они назывались оплетаями, у хорутан — половайниками; происхождение половайников приписывается дьяволу. Ясно, что они родственны одноглазым кузнецам-циклопам.

ПОПЕЛЬ — мифическая личность, происшедшая от древесного обрубка; по польским и чешским пре­даниям — родоначальник славянского племени. В женском олицетворении Пепелюга.

ПРАВДА — олицетворение всех светлых сил, противница Кривды. «Однажды спорила Кривда с Правдою: чем лучше жить — кривдой или прав­дой? Кривда говорила: лучше жить кривдою, А Правда утверждала: лучше жить правдою. Спо­рили, спорили, никто не переспорит.» (А.Н. Афанасьев. Народные русские сказки).

ПРАВЬ — верхний небесный уровень в славянском миропонимании трехуровнего устройства мира Правь-Явь-Навь, одно из основных понятий славянс­кой философии. Понимается как всеобщий закон, установленный Дажьбогом. Согласно этому спра­ведливому закону существует мир.

ПРЕМЫСЛ — чешские легенды рассказывают о пахаре Премысле: призванный на княжение, он покинул плуг, а два пегих быка его поднялись в воздух и скрылись в расщелине скалы, которая тотчас же сомкнулась.

РА — река Волга. Различают Ра-реку, текущую по Земле, и небесную Ра-реку, отделяющую Явь от небесного царства. Сюда же относится понятие «речение» - движение в едином информационном пространстве, реке жизни. Соответственно, «отречение» - изгнание из речения.

РАЗРЫВ-ТРАВА (спрыг-трава, прыгун или скакун-трава, расковник) — листы ее имеют фор­му крестиков, а цвет подобен огню. Отыскивается в ночь на Ивана Купалу, но где она растет — никому неведомо; достать ее весьма трудно, и со­пряжено с большою опасностью, потому что вся­кого, кто найдет ее, черти стараются лишить жиз­ни. С ее помощью можно ломать все замки, сокрушать все препоны и разрушать все преграды. Но так как она, подобно папоротнику, держит цвет не дольше того времени, которое полагается для прочтения символа веры и молитв Господней и Бо­городичной, то имеется, следовательно, достаточное основание считать ее просто сказочным зельем.

^ РИПЕЙСКИЕ ГОРЫ — мифологические горы, где находится сад Ирия.

РЮРИК. СИНЕУС И ТРУВОР — в древне­русских легендах генеалогические герои, первые русские князья. Согласно легенде о призвании ва­рягов, приходившие «из-за моря» варяги собира­ли дань с племен чуди, веси, словен и кривичей, чинили им насилие и были изгнаны ими. Из-за возникших усобиц эти племена решили поискать себе князя, который владел бы ими «по праву». Они отправились к варягам, звавшимися русь, и призвали их на княжение. На княжение избрались три брата: Рюрик, Синеус и Трувор «с родами своими» и, взяв с собой «всю русь» (весь народ), утвердились в городе — старший Рюрик в Новго­роде, Синеус в Белоозере, Трувор в Изборске. Братья Рюрика вскоре умерли, он же стал основа­телем династии Рюриковичей.

РЯЖЕНЫЕ (Окрутники) — поселяне, облачен­ные в звериные шкуры. В таких нарядах окрутники бегают по улицам шумными вереницами, пля­шут и кривляются, распевают громкие песни и бьют в тазы, заслонки и бубны, — чем обозначался тот неистовый разгул, с каким являлись весною облач­ные духи.

САВА (Савва) — персонаж южнославянской мифологии (образ восходит к реальному истори­ческому лицу, жившему в ХII-ХIII веках). Ему при­писывается оживление мертвых, исцеление слепых, несгораемость собственного тела, способность превращать борзых в волков, людей в животных, ис­сечение железом воды из камня. Сава создает кошку для борьбы с мышами. Сава отнимает солнце у дьявола, предводительствует тучами, несущими град. Связь Савы со скотом и тучами объясняет, в час­тности, представление о тучах как о скоте Савы. Роль Савы как покровителя животных связывает его с общеславянским богом скота Велесом.

САДКО — русский былинный герой, сохраняю­щий мифологические черты. Его образ восходит к новгородскому купцу Сотко Сытиничу. Согласно новгородским былинам, гусляр Садко, игра кото­рого полюбилась Морскому царю, бьется об заклад с новгородскими купцами о том, что выловит рыбу «золотые перья» в Ильмень-озере, с помо­щью Морского царя выигрывает заклад и стано­вится «богатым гостем». Садко снаряжает тор­говые корабли, но те останавливаются в море: гусляр должен спуститься, по жребию, на морское дно. Оказавшись в палатах Морского царя. Садко иг­рает для него, тот пускается в пляс, отчего волну­ется море, гибнут мореплаватели. Садко прекращает игру, обрывая струны гуслей. Морской царь предлагает Садко жениться на морской девице, и гусляр вы­бирает, по совету Миколы, Чернаву. Садко засы­пает после свадебного пира и просыпается на бере­гу реки Чернава. Одновременно возвращаются его корабли, и Садко в благодарность возводит церк­ви в Новгороде. (Последняя часть сюжета, наверное, дописана в христианский период, при котором не могло быть никаких богов, кроме «единого». Потому и морской повелитель выступает в роли царя.)

САПОГИ-СКОРОХОДЫ (самоходы) — ска­зочные сапоги, которые могут переносить своего владельца и через огонь, и через воду, и скорость которых так велика, что с каждым шагом он дела­ет по семь миль. Это — поэтическая метафора бурно несущегося облака или умения перемещаться с большой скоростью, когда еще не все знания были уничтожены.

^ САРАЧИНСКОЕ ПОЛЕ (сарацинское) — поле, отделяю­щее Русь от стран Востока, за которыми располо­жен Океан, а за Океаном — сад Ирия, который посажен на Земле. В отличие от земного — небесный Ирий в Рипейских горах и мир Яви разде­ляет небесная Ра-река.

СВЕТИ-ЦВЕТ (огненный цвет папоротника, жар-цвет) — этот фантастический цветок — метафора молнии, что очевидно из придаваемых ему назва­ний и соединяемых с ним поверий. У хорватов он прямо называется Перуновым цветом, у хорутан — солнечник, ибо, по их рассказам, он расцветает тогда, когда весеннее солнце победит черного вол­ка (демона зимы). На Руси его называют свети-цвет, народная сказка упоминает о жар-цвете. О папоротнике рассказывают, что цветовая почка его разрывается с треском и распускается золотым цвет­ком или красным, кровавым пламенем; показыва­ется этот цветок в то же время, в которое и клады, выходя из земли, горят синими огоньками. На смель­чака, который решится овладеть этим цветком, не­чистая сила наводит непробудный сон или силится оковать его страхом. Но овладев им, «все узна­ешь, что где есть или лежит, или делается, и как, куда и в коем месте; просто сказать — все будешь знать». «А сия трава самая наисиль­нейшая над кладами — царь над цветами».

^ СВЯТОВИТОВ КОНЬ — по известиям Гельмгольда и Саксона-грамматика, при арконском хра­ме содержался в большой холе и почете белый конь, посвященный Святовиту, а возле истукана этого бога висели седло и удила. Ездить на Святовитовом коне было строго воспрещено, вырвать хоть один волосок из его хвоста или гривы при­знавалось за великое нечестие, только жрец мог выводить и кормить его. Народ верил, что Святовит садился ночью на своего коня, выезжал против врагов славянского племени и поражал их полчища.

СИВКА-БУРКА — персонаж русских сказок, относится к полуконям. В метафорическом смысле это именно полуконь-получеловек: понимает дела людей, богов и бесов, говорит человеческим язы­ком, различает добро и зло, активен в утверждении добра. «Сивко бежит, только земля дро­жит, из очей пламя пышет, а из ноздрей дым столбом. Иван-дурак в одно ушко залез — на­пился, наелся, в другое вылез — оделся, молодей, такой стал, что и братьям не узнать!» (А.Н. Афанасьев. «Народные русские сказки»).

СКАТЕРТЬ-САМОБРАНКА (или самоверт­ка) — мгновенно расстилается, по желанию сво­его владетеля, и наделяет его вкусными яствами и питьями; это метафора весеннего облака, прино­сящего с собой небесный мед или вино, т.е. дождь, и дарующего земле плодородие, а людям хлеб на­сущный. Она соответствует громовому жернову, который мелет людские счастье и богатство, и рогу изобилия, из которого древние богини рассыпали на смертных свои благодеяния. «Видит дурак, что время гостей потчевать, вынул ска­терть и сказал: «Развернись!» Вдруг развер­нулась скатерть, и на ней всяких закусок и напитков наставлено великое множество. Гос­ти начали пить, гулять и веселиться. Как все удовольствовались, дурак сказал: «Свернись!» И скатерть свернулась» (А.Н. Афанасьев. «На­родные русские сказки»).

^ СКОМОРОХИ И ГУСЛЯРЫ — в весьма раннее время образовался особенный класс музы­кантов, певцов, поэтов, словом людей вещих, ко­торые хранили в своей памяти эпические сказания старины, пели их под звуки гуслей и других инст­рументов и играли главную роль в народных праз­днествах. Название «скоморохи» остается пока необъясненным филологами. По свидетельству памятников, скоморохи являлись на игрища с музы­кою, наряжались в маскарадные платья, пели, пля­сали, кривлялись и творили разные «глумы». Важное значение гусляров и скоморохов у славян-язычников доказывается и участием их в религиоз­ных обрядах (на праздниках, свадьбах, поминках), и сильными нападками на них христианского духо­венства — оно справедливо видело в них не одну простую забаву, но языческий обряд: «Дьявол соблазняет народ всяческими льстъми, превабляя ны от Бога трубами и скоморохы, гусльми и русальи. Видимъ бо игрища утолчена и людий множьство, яко упихати начнуть друг друга, позоры деюще от беса замышленаго дела, а цер­кви стоять (пусты)».

СМОРОДИНА — огненная река между свет­лым и темным царством. Видимо, соответствует Москве-реке.

СНЕГУРОЧКА (Снегурка, Снежевиночка) — названа так потому, что родилась из снега. В этом персонаже слышится отголосок предания о проис­хождении облачных духов из тающих весною льдов и снега. Не было, говорит сказка, у старика и старухи детей; вышел старик на улицу, сжал комо­чек снега, положил его на печку — и явилась пре­красная девочка. Пошла она на Иванов день с молодежью через костер прыгать, но только под­нялась над пламенем, как в ту же минуту потяну­лась вверх легким паром и унеслась в поднебесье.

ТАРТАР — подземная пропасть в христианской мифологии, никогда не ос­вещаемая и несогреваемая солнцем, куда будут по­сланы души грешников: «а се есть тартар — зима несогреема и мраз лют».

ТМУТОРОКАНЬ — древнерусский город на берегу Черного моря в районе нынешней Тамани; входил в состав Черниговского княжения. Тмуторокань играла выдающуюся роль в русской истории Х-Х1 вв., но в конце XI в. была отрезана от остальных русских княжеств. принявших христианство, движением степных языческих народов.

ТРИЗНА — день, установленный в память умер­шего, включал несколько ритуальных действий. Погребальные игры воинов, тоже называвшиеся «тризна», напоминали о земных делах умершего и о том, что человек одинаково принадлежит трем мирам: небесному, земному и подземному (отсюда сакральное число «три»). В их составе было три вида единоборства (бег, кулачный бой и плавание) и завершалось «потешным боем» трех конных групп молодежи с пиками, на которую одевали мягкий наконечник. В христианский период этот обряд был отменен, а затем незаслуженно ругаем (« ...и справил кровавую тризну...»), как и многие иные обряды и обычаи. Затем была страва — поминки (которые иногда неправильно называют «тризна»). Корень «три» связан с отрицанием неблагоприятного признака — «нечета» как сим­вола несчастья, именно поэтому он часто встреча­ется в заклинаниях. Так, например, в плаче Ярос­лавны есть обращение: «Светлое и тресветлое солнце!»

^ ХВАНГУР — одна из Рипейских гор Ирия, упо­минается в стихе о Голубиной (Глубинной) книге.

ХОРИВ (Горовато) — брат Кия, прародитель племени хорват.

ЧЕРТОПОЛОХ (дедовник, бодяк, волчец, иголчатка, колючка) — разные виды цепкого репейни­ка. По народным рассказам, чертополох прогоняет колдунов и чертей, оберегает домашний скот, вра­чует болезни и унимает девичью зазнобу; ружье, окуренное травой колкою, стреляет так метко, что ни одна птица не ускользнет, и ни один кудесник не в состоянии заговорить его.

ЧУДЬ — в северно-русских преданиях древний народ, населявший север Восточной Европы (Чюдьская земля, Чудьское озеро) до времени русской колонизации христианами. Чудь изображается как дикий народ («белоглазые племена»), жив­ший грабежом, иногда как великаны (на месте битв с чудью находят огромные кости) и людоеды, что не ново для христианской идеологии. В одной из былин «белоглазая чудь» осаждает Иеру­салим при царе Соломоне. Скрываясь от преследования, чудь живет в ямах в лесу (исчезает в ямах), прячет там свои сокровища (клады), кото­рые невозможно добыть, т.к. они «закляты» чу­дью. Земляные бугры и курганы называются «чудьскими могилами». Из этого следует, что чудь – народ, живший до христианизации. Видимо, чтобы не остаться в долгу перед иноверцами за свое прозвище, родили ответное – «чудо-иуда», искаженное в «чудо-юдо».

ЩЕК (Чех, Пащек) — брат Кия и Хорива, сын Орея, прародитель чехов.

^ ЮРОВА СОБАКА — в Малороссии так назы­вают волка. Любопытны славянские предания о волчьем пастыре. На Руси христианской таковым считается Егорий Храбрый (позже - Георгий Победоносец), унаследовавший функции древнего громовника, а в Малороссии — это св. Юрий, про которого говорят, что он «звиря пасе».

ЯВЬ — светлая сила, управляющая миром, одно­временно — сам этот светлый (явный) мир, «белый свет», место обитания людей. Находится между миром Прави и Нави.

ЯСУНЬ — понятие противоположное «дасуни». В зависимости от контекста может означать Ирий, Небо, небесных богов, славян-ариев.

^ ЯРИЛИНА ПЛЕШЬ (Лысая гора, Воробьевы, Девичьи, Девины горы) — ритуальный холм, поляна без леса. Ярилина плешь расположена возле Переславля Залесского, Лысая гора — близ Саратова и в других областях. Славяне приходили на ритуаль­ные холмы или на поляны у рек, жгли костры, пели, водили хороводы, ручейки. Прыжки через костры были одновременно испытанием ловкости и судьбы: высокий прыжок символизировал удачу в замыслах. С шутками, притворными плачами и песнями сжигали соломенные кук­лы Ярилы, Купалы, Кострубоньки или Костромы. На рассвете все участвующие в празднике купа­лись, чтобы снять с себя злые немощи и болезни.

ЯРЧУК — собака, у которой будто бы во рту волчий зуб, а под шкурою скрыты две змеи-гадю­ки, она чует черта и наносит ведьмам неисцелимые раны. Мифологический персонаж, видимо, плавно перешел из мифов староверов в поздние времена.


Скачать файл (114 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru