Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Современная социальная психология: теоретические подходы и прикладные исследования 2009 №03 - файл 2009-3.doc


Современная социальная психология: теоретические подходы и прикладные исследования 2009 №03
скачать (622.3 kb.)

Доступные файлы (2):

2009-3.doc3053kb.11.06.2011 22:26скачать
содержание.doc82kb.11.06.2011 15:57скачать

содержание
Загрузка...

2009-3.doc

1   2   3   4   5   6   7
Реклама MarketGid:
Загрузка...

^ Социально-психологические механизмы воздействия PR

Деятельность паблик рилейшенз основывается на следующих со­циально-психологических механизмах:

  1. базовых механизмах человеческого восприятия, мышления и па­мяти;

  2. механизмах его социальной ориентации;

  3. механизмах восприятия человеком информации через органы чувств.

Базовые принципы восприятия, обработки и хранения информа­ции человеком заключаются в следующем.

Организм существует в мире сенсорных стимулов, организованных более или менее неоднозначно. То, что видит индивид, что актуально су­ществует в восприятии, — это своего рода компромисс между тем, что определяется автохтонными процессами, и тем, что отбирается процес­сами поведенческими. Этот отбор определяется не только научением, но и мотивационными факторами. Процесс отбора при восприятии назы­вается перцептивной гипотезой, под которой понимается систематиче­ская тенденция к реакциям определенного рода [3]. Такая гипотеза складывается под влиянием потребности в решении той или иной зада­чи или вообще в силу определенных внутренних или внешних требова­ний, предъявляемых к организму. Если данная перцептивная гипотеза подкрепляется, открывая организму доступ к пище, воде, любви, славе и т. д., она фиксируется. Как только происходит фиксация, перцептив­ная гипотеза становится более сильной не только в смысле частоты ее применения при наличии определенных раздражителей, но и в смысле степени ее перцептивного воздействия. Объекты, отбор которых стал привычкой, воспринимаются живее, их отчетливость, яркость, видимая величина возрастают. Данная сторона поведенческого детерминирова­ния называется акцентуацией, и в силу этой тенденции искомые, желан­ные объекты воспринимаются более отчетливо [18]. PR базируются на этом явлении, которое в обычной жизни проявляется в следующем:

  1. чем выше социальная ценность объекта, тем в большей степени вос­приятие его подвержено организующему воздействию поведенческих детерминантов; и такой объект будет избирательно восприниматься среди других объектов, фиксироваться в результате условно-рефлек­торной деятельности восприятия и перцептивно выделяться;

  2. чем сильнее потребность индивида в некотором социально ценном объекте, тем значительнее действие поведенческих детерминантов;

  3. неопределенность объектов восприятия облегчает действие пове­денческих детерминантов лишь в той степени, в какой она препят­ствует действию автохтонных детерминантов, не снижая эффектив­ности поведенческих факторов.

Как следует из вышеизложенного, основными направлениями воз­действия на заинтересованность со стороны человека с помощью PR являются, с одной стороны, формирование представлений о социаль­ных ценностях человека и, с другой — постоянное подкрепление уже сформированных представлений, установок, стереотипов.

Подкрепление понятийных ценностей основывается на взаимоот­ношениях эмоций с потребностями, которые проявляются двояко — в соответствии с двойственностью самой потребности, которая, будучи испытываемой индивидом нуждой его в чем-то, ему противостоящем, означает одновременно и зависимость его от чего-то, и стремление к нему. С одной стороны, удовлетворение или неудовлетворение потреб­ности, которая сама не проявилась в форме чувства, а испытывается, например, в элементарной форме органических ощущений, может по­родить эмоциональное состояние удовольствия/неудовольствия, радо­сти/печали ит. п.; с другой стороны, сама потребность как активная тенденция может испытываться как чувство, так что и чувство выступа­ет в качестве проявления потребности. То или иное чувство к опреде­ленному предмету или лицу формируется на основе потребности по мере того, как мы осознаем зависимость удовлетворения потребности от этого предмета или лица, испытывая те эмоциональные состояния удовольствия, радости или неудовольствия, печали, которые они нам доставляют. Выступая в качестве проявления потребности, в качестве конкретной психической формы ее существования, эмоция выражает активную сторону потребности [6]. Истоки у воли и потребности об­щие — в потребностях: поскольку мы осознаем предмет, от которого зависит удовлетворение нашей потребности, у нас появляется направ­ленное на него желание; поскольку мы испытываем саму эту зависи­мость в удовольствии или неудовольствии, которое предмет нам до­ставляет, у нас формируется по отношению к нему то или иное чувство. В то же время эмоции не только обусловливают деятельность, но и сами обусловливаются ею. Сам характер эмоций, их основные свойства и строение эмоциональных процессов зависят от нее [19].

Кроме того, в соответствии с концепцией К. Г. Юнга [21], челове­ческая психика включает в себя две сферы бессознательного: сверх­личное (коллективное) и личное.

Мы полагаем, что PR в своей деятельности в большей степени апеллирует к коллективному бессознательному. Содержание коллек­тивного бессознательного не приобретается в течение жизни одного человека, оно суть прирожденные инстинкты и первобытные формы постижения — так называемые архетипы или идеи. Содержание лич­ного бессознательного представляется частью собственной психики, содержание же коллективного бессознательного представляется ей чуждым, привходящим. Вторжение комплекса коллективного бессоз­нательного часто есть неприятное или даже опасное явление (что мы и можем наблюдать во влиянии на молодежную культуру культа наси­лия, воспринимаемого ими из ежедневно демонстрируемых по теле­видению программ и компьютерных игр).

Анализируя систему «человек — среда» с точки зрения обеспече­ния эффективности PR-деятельности, можно отметить, что целена­правленность поведения можно объяснить, подобно М. Мюррею, исходя из представления о саморазвитии цепочки эпизодических от­ношений «индивид — среда» как «равнодействующей непрерывного взаимодействия личностных и ситуационных факторов: поскольку в каждый момент организм находится в некотором окружении, кото­рое в основном и детерминирует его поведение, и поскольку это окружение меняется, поведение индивида не может быть обозначено без характеристики каждой из противостоящих ему ситуаций, физи­ческих или социальных. Многое из того, что находится внутри орга­низма, раньше было вне его. По этим причинам организм и его окру­жение следует рассматривать вместе» (цит. по: [18]). Аналогично классик советской психологии А. Н. Леонтьев, анализируя процессы формирования психики, отмечал: «Внутреннее проявляет себя через внешнее и этим само себя доопределяет» [14].

Содержание понятия «потребность» (формированием, структуриро­ванием и поддержанием чего занимается PR) определяется через желае­мое целевое состояние отношения «индивид — среда» посредством «дав­ления» — целевого состояния ситуации, на которое можно надеяться или которого нужно опасаться. Потребность и давление содержательно соот­ветствуют друг другу: давление актуализирует соответствующую потреб­ность, потребность ищет соответствующее ей давление [ 18].

Формирование потребностей в приобретении товаров, услуг и т. п., а также презентация, позиционирование и продвижение фирмы или политического деятеля на рынок являются основной задачей марке­тинга и рекламы и основываются на коммуникациях с потенциальны­ми клиентами или избирателями.

Мифологичность мышления, свойственная человечеству во все времена, позволяет паблик рилейшенз использовать в PR-коммуни­кациях уже существующие в обществе мифы и придумывать новые (например, «американская мечта», использование лунарных и соляр­ных мифов и т. п.) [2]. Миф — многоуровневая система. Среди множе­ства функций мифов основными с точки зрения выстраивания связей с общественностью являются следующие [12]:

  1. аксиологическая, или ценностная (социальная ориентация), — вы­ражает качественное состояние предмета или идеи;

  2. семиотическия, или знаковая, — чтение текстов на специфическом языке символов;

  3. гносеологическая, или познавательная, — опыт человеческих поко­лений, способность накапливать знания о мире;

  4. коммуникационная, или функция трансляции, — механизм переда­чи опыта от поколения к поколению, т. е. социальная память чело­вечества.

Как уже говорилось выше, апеллирование к бессознательному (ар­хетипам) осуществляется в ритуале. «Ритуал — крылья власти» — гла­сит восточная мудрость. Именно широкое использование ритуалов и опора на традиции применяются в паблик рилейшенз (особенно в со­циальных и политических PR) для структурирования общества и под­держания ценностного стандарта групп, имеющих сходные интересы и идеалы (это использование символических рождения и смерти, а также календарных культов).

Наиболее перспективным в контексте изучения технологии паблик рилейшенз представляется анализ социально-психологических моти­вов, ведущих к генерализации общественного мнения и поведения, на­пример тоталитаризма в политике и монополии в торговле, по сути имеющих сходные механизмы формирования и управления: «Поли­тика — это концентрированная экономика», — утверждал В. И. Ле­нин, а любое человеческое существо — это, по мнению Аристотеля, «зоополитикус», т. е. политическое животное. «Тот, кто овладевает символами, определяющими в настоящий момент общественные чув­ства, в значительной мере торит дорогу в политику», — пишет Уолтер Липпманн [27], американский журналист и социолог.

В качестве символа общественного мнения в 20-х гг. XX в. У. Лип­пманн вводит понятие «стереотип», соединяющее в себе когнитивный (познавательный), эмоционально-оценочный и нормативно-регули­рующий компоненты. Таким образом, стереотипы играют роль за­щитного механизма, позволяющего не прилагать дополнительных усилий, чтобы понять отдельного человека, группы или явления. Сле­довательно, стереотипы, бытующие в той или иной социальной среде, определяют объем и направленность внимания членов этого сообще­ства, задают систему ценностей, правила социальной игры и восприя­тия социальных ролей, образуя «моральный кодекс», на основании которого формируются стандарты поведения. У. Липпманн подчерки­вал, что людям свойственно благоговейное отношение к стереотипам как «...к гарантии незыблемости нашего положения в обществе».

Именно на формирование системы ценностей и выражающих их стереотипов общественного сознания направлено действие паблик рилейшенз. И в этом состоит принципиальное различие между PR и рек­ламой: реклама «продает» товары и услуги, а паблик рилейшенз «про­дают» хорошие отношения, основанные на единых принципах интер­претации и оценки окружающих событий и явлений, между челове­ком, целевой группой, обществом в целом, с одной стороны, и лиде­ром, организацией, политической, экономической, социальной, ад­министративной системами, государствами — с другой. Иными сло­вами, хорошо налаженная система PR, конечно, способствует увели­чению объема продаж, но только посредством создания доверитель­ных отношений, ведь с друзьями всегда приятнее иметь дело, а что-ли­бо покупать у них — надежнее.

А вот насколько это истинные друзья и куда они намеренны приве­сти отдельного индивида или народ — зависит от этической позиции и заказчиков, и исполнителей PR-акций: в краткосрочной перспективе искажение информации или замалчивание отдельных негативных фактов может дать позитивный эффект на рынке или принести поли­тической партии победу на выборах, но при долгосрочном планирова­нии, как показывает практика, такая социальная и экономическая по­литика не оправдывают себя.


^ Заключение: от различий к сотрудничеству

Подводя итоги, подчеркнем несколько основополагающих моментов.

Итак, реклама — это линейная управленческая функция, которая вы­являет человеческие потребности или желания, предлагая продукты или услуги для удовлетворения этих потребностей, и порождает транс­акции, в результате которых продукты и услуги поставляются в обмен на что-либо, представляющее ценность для поставщика. Входя в мар­кетинговый комплекс организации, включающий скоординирован­ную программу исследований, проектирование продукта, упаковки, политику ценообразования, меры по стимулированию сбыта и собст­венно сбыт, реклама имеет в качестве своей фундаментальной задачи формирование и поддержание на долгосрочной основе рынка для продуктов или услуг, предлагаемых данной организацией [10].

^ PR же действуют как функциональное управление, предоставляя ре­комендации и другие услуги в поддержку линейных функций, и охва­тывают широкий спектр целей и взаимоотношений со многими груп­пами людей — служащими, инвесторами, партнерами, группами осо­бых интересов, государственными органами и т. п. [8]. Эффективные паблик рилейшенз благоприятно сказываются на маркетинговой дея­тельности, поддерживая доброжелательную социальную среду; также успешный маркетинг и высокий уровень удовлетворенности клиентов помогают формировать и поддерживать хорошие отношения с други­ми категориями общественности; впрочем, верно и обратное.

Суммируя вышеизложенное, можно составить следующую табли­цу, отражающую сходства и различия паблик рилейшенз и рекламы.



Сравнительная таблица паблик рилейшенз и рекламы




^ Критерии Паблик рилейшенз Реклама

сравнения

Заказчи- Правительство, администрация, руко- Производители и продавцы ки, поста- водство партий, промышленных и тор- продукции, исполнители услуг новщики говых компаний, общественных и ре-

задач лигиозных организаций, спецслужбы

Целевая Все члены общества Потребители товаров
аудитория и услуг

Деятельность PR обозначается такими терминами, как «работа с об­щественностью», «информирование общественности», «связи с обще­ственностью», «коммуникационный менеджмент», «корпоративные коммуникации», «общественная деятельность», «социальная информа­ция». Однако, каково бы ни было название, функции и цели PR неиз­менно состоят в том, чтобы устанавливать и поддерживать отношения, важные для выживания и развития организаций, различных социаль­ных структур, общества в целом, осуществляя эту деятельность этичны­ми способами, соответствующими современным представлениям о социальной ответственности бизнеса и процессах демократизации общества, поскольку процветающая компания, по мнению Д. Р. Сте-фенсона [30], одного из крупнейших американских экономистов, долж­на обладать не только экономическим, но и нравственным смыслом.

Особенности практики PR состоят в том, что эта работа ведется не на сиюминутный результат, а на процесс; эффект от нее имеет стра­тегический характер, способствуя формированию достойного имид­жа, репутации фирмы, становящейся одним из основных активов ее капитализации. Так, по данным, приводимым Ф. Котлером [10], за последние 20 лет доля стоимости репутации в общей стоимости ком­пании выросла с 15 до 82 %; при этом снижение репутации на 1 % дает падение рыночной стоимости компании на 3 %. Тогда справедливо утверждать, что без реализации принципов, лежащих в основе совре­менной концепции PR, невозможно достичь успеха в долгосрочной перспективе, — организации и системы, пренебрегающие эффектив­ными связями с общественностью, рано или поздно окажутся не в со­стоянии реагировать на происходящие изменения и утратят способ­ность нормально функционировать из-за нарастающего несоответст­вия своему внутреннему и/или внешнему окружению [24].

Однако, по мнению экспертов [8; 29], сегодняшнее состояние паб­лик рилейшенз не вполне отвечает требованиям современности. Это происходит по следующим причинам:

1. Влияние PR на конечный результат деятельности компании не слиш­ком конкретно и не всегда хорошо понимается и воспринимается ее руководством и топ-менеджментом.







  1. Решение многих проблем требует реорганизации, а не только ин­формирования; следовательно, специалистам по PR надо выйти за рамки своей традиционной сферы коммуникаций и выработать другую стратегию и методы деятельности.

  2. Управление проблемами — это функция управления высокого уровня, которая требует зрелости суждений, большого опыта, все­стороннего понимания природы бизнеса, социально-политичес­ких проблем и позиций всех заинтересованных сторон.

  3. Слабо разработано методологическое обеспечение деятельности паблик рилейшенз по управлению организационной культурой, формированию корпоративной философии и трансляции ее основных принципов своему собственному персоналу.

  4. Профессия PR-специалиста доныне не предполагала умения зани­маться менеджментом проблем и вопросами корпоративного управления, а существующая система образования не готовит спе­циалистов к восприятию и воплощению новых функций PR.

  5. Материалы в прессе редко ассоциируют понятие «паблик рилей­шенз» с позитивной и достоверной информацией о компаниях и их достижениях, тем самым заранее настраивая общественное мне­ние на негативную оценку любой активности в сфере PR.

В итоге на сегодняшний день, особенно на российском рынке, PR преимущественно используется в трех типах ситуаций:

  1. постоянное напоминание о существовании компании (пресс-ре­лизы, буклеты, выставочная деятельность и т. д.);

  2. урегулирование конфликтных ситуаций (публикации, выступле­ния первых лиц, пресс-центры по связям с общественностью в кризисных ситуациях, «горячие линии»);

  3. кратковременное интенсивное воздействие на общественное мне­ние во время политических выборов или выхода на рынок новой компании/товара/услуги (формирование предвыборных штабов, агитационные «кампании насыщения», презентации, специаль­ные акции, СМИ).

Безусловно, все перечисленные средства входят в арсенал паблик рилейшенз, однако возможности и функции современных PR гораздо шире, и они способны принести реальный вклад в развитие и процве­тание организаций, используя к тому же значительно более эффектив­ные и гуманные стратегии, технологии и подходы.

The article is dedicated to the study of advertising and PR (public relations), to the analy­sis of their activity. The author gives special attention to definitions of advertising and PR. Besides the article examines the practical application of the activity in sphere of public relati­ons, considers communications in marketing and social-psychological mechanisms of PR influence.

Keywords: advertising, public relations, marketing, marketing communications, market space.

Литература

  1. Блэк, С. Введение в паблик рилейшенз / С. Блэк. — Ростов н/Д: Феникс, 1998.

  2. Борисов, Б. Л. Реклама и паблик рилейшенз. Алхимия власти / Б. Л. Борисов. — М.: ИНФРА-М, 1998.

  3. Брунер, Дж. О перцептивной готовности / Дж. Брунер // Хрестоматия по ощу­щению и восприятию. — М., 1975.

  4. Веригин, А. Русская реклама / А. Веригин. — СПб., 1898.

  5. Волкова, В. В. Дизайн рекламы / В. В. Волкова. — Ростов н/Д : Феникс, 1999.

  6. Джемс, У. Что такое эмоция? / У. Джемс //Психология эмоций : тексты / под ред. В. К. Вилюнаса, Ю. Б. Гиппенрейтер. — М., 1984.

  7. Зверинцев, А. Б. Коммуникационный менеджмент / А. Б. Зверинцев. — М. : СОЮЗ, 1997.

  8. Катлип, С. М. Паблик рилейшенз. Теория и практика / С. М. Катлип, А. X. Сен-тер, Г. М. Брум. — М. : Вильяме, 2000.

  9. Котлер, Ф. Основы маркетинга / Ф. Котлер. — СПб. : Питер, 1998.




  1. Котлер, Ф. Маркетинг. Менеджмент / Ф. Котлер. — СПб. : Питер, 1999.

  2. Крымчанинова, М. В. Стратегии внутренних PR в управлении организацион­ной культурой / М. В. Крымчанинова // Современный кадровый менеджмент / под ред. Т. Ю. Базарова. — М., 2002. — Вып. 2.

  3. Крымчанинова, М. В. Мифы в системе управления корпоративной культурой / М. В. Крымчанинова// Психология бизнеса: Москва — Питер : матер. 6-й ежегодной Всерос. науч.-практ. конф. — СПб., 2003.

  4. Лебедев, А. Н. Экспериментальная психология в российской рекламе / А. Н. Ле­бедев, А. К. Бовиков. — М. : Academia, 1995.

  5. Леонтьев, А. Н. Деятельность. Сознание. Личность / А. Н. Леонтьев. — М. : Политиздат, 1975.

  6. Музыкант, В. Л. Теория и практика современной рекламы : в 2 ч. / В. Л. Музы­кант. — М: Компания «Евразийские регионы», 1998.

  7. Нордстрем, К. А. Бизнес в стиле фанк / К. А. Нордстрем, И. Риддерстрале. — СПб. : Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2000.

  8. Реклама // Энцикл. словарь : в 82 т. / Э. А. Брокгауз, И. А. Ефрон; под ред. И. Е. Андриевского. - СПб., 1890-1907. - Т. 52.

  9. Рубинштейн, С. Л. Теоретические вопросы психологии и проблема лично­сти / С. Л. Рубинштейн // Психология эмоций : тексты / под ред. В. К. Вилюнаса, Ю. Б. Гиппенрейтер. — М., 1984.

  10. Симонов, П. В. Информационная теория эмоций / П. В. Симонов // Психоло­гия эмоций : тексты / под ред. В. К. Вилюнаса, Ю. Б. Гиппенрейтер. — М., 1984.

  11. Синяева, И. М. Паблик рилейшенз в коммерческой деятельности / И. М. Си-няева. - М.: ЮНИТИ, 1998.

  12. Юнг, К. Психика с энергетической точки зрения / К. Юнг // История зарубеж­ной психологии : тексты / под ред. П. Я. Гальперина. — М., 1986.

  13. Arnold, J. IMC: Much Ado about Little / J. Arnold // The Public Relations Strate­gist. - 1995. - Vol. 1,№3.

  14. Goffman, E. Presentation of Self in Everyday Life / E. Goffman. — N. Y.: Doublea-day Anchor, 1959.




  1. Gruning, J. E. Communication, Public Relations and Effective Organizations / J. E. Gruning. — N. J. : Lawrence Erlbaum Associates, 1992.

  2. Harlow, R. F. Building a Public Relations Definition / R. F. Harlow // Public Rela­tions Review. — 1976. — Vol. 2, № 4.

  3. Lauzen, M. M. Understanding the Relation between Public Relations and Issues Ma­nagement / M. M.Lauzen // J. of Public Relations Research. — 1997. — Vol. 9, № 1.

  4. Lippmann, W. Public Opinion / W. Lippmann. — N. Y.: Harcourt, Brace and Com­pany, 1927.

  5. Popoff, F. The Incredible Shrinking World / F. Popoff. - Midland, MI, 1989.

  6. Public Relations Colloquium 1992 — Issues Management. — Northwestern Univer­sity, 1992. — January.

  7. Stephenson, D. R. Internal PR Efforts Further Corporate Responsibility / D. R. Stephen­son // Public Relations Quarterly. — 1983. — Vol. 28, № 2.

  8. Young, D. Building Your Company's Good Name / D. Young. — N. Y. : Amer. Ma­nagement Assoc., 1996.

Современная социальная психология:

теоретические подходы и прикладные исследования 2009, № 3 (4)


Вопросы социальной педагогической психологии


Г. В. Акопов, Т. К. Рулина

Социально-психологический опыт модернизации образования как открытой системы

В статье авторы рассуждают о тесной связи развития общества и образования, а также о подходе социологической социальной психологии, который они применяют к анализу образования и образовательной системы. Рассматривается социальная психология образования как научно-прикладное направление и научная школа Са­марского педагогического университета по исследованию группового сознания субъектов образования (студенты и школьники).

^ Ключевые слова: социологическая социальная психология, социальная психоло­гия образования, целеполагание, субъекты образования.

Череда реформ и модернизаций образования последних десятиле­тий в России обусловлена не только изменением политического строя и экономической системы постсоветского государства, но и, главным образом, социально-историческими и культурно-психологическими императивами нового времени. Сегодня уже вполне очевидно, что по­терпели крушение обе, казалось, незыблемые модели экспансивного мироустройства, апробированные в системах необозримо расширяе­мого капиталистического и коммунистического порядка. Крайности теории регулируемого («плановое хозяйство») и «саморегулируемого» (рынок) развития для постиндустриальных систем преодолены сегод­ня как в естественно-научном мышлении — релятивизм, различные проявления принципа дополнительности, синергетизм, теория би­фуркаций и др.; так и в гуманитарном — контекстуализм, конвенцио­нализм, различные типы рациональности, социальный конструкцио-низм и т. д.

Нет сомнений, что развитие общества и образование теснейшим образом взаимосвязаны. Однако каков характер этой взаимосвязи? Как считает Б. Саймон, детерминация связи в ту или иную сторону не отражает сложной картины связей между изменениями в образо­вании и изменениями в общественной жизни, социально-экономи­ческого и политического состояния последней. Главным в образова­нии, по мнению Б. Саймона [14], является субъективный опыт учаще­гося, его личная деятельность и ее влияние на сознание. Однако следует заметить, что образование в любой педагогической системе всегда про­цесс двусторонний, поэтому важнейшая, психологическая сторона де­терминации взаимосвязи общества и образования в полном объеме проявляется как социально-психологическая. И независимо от того, переведены или нет в план осознания цели (задачи, этапы, процедуры и т. д.) реформации, неизбежно и подспудно или явно обозначает этот процесс (реформ, модернизаций) дилемма сохранения-преодоления традиций и/или внедрения-сопротивления инновациям. Открытость образования как педагогической системы (Н. В. Кузьмина, В. А. Яку­нин, К. Е. Клочко и др.) как раз и предполагает социально-психологи­ческое «измерение» этих процессов [8; 9; 15].

Речь идет о той ветви социальной психологии, которую Т. М. Нью-ком [10] назвал «социологической социальной психологией», в рам­ках которой последовательно рассматриваются условия среды (соци­альные институты) и используется соответствующая система катего­рий (социальные нормы, статус, роли, социальные установки). Значе­ние этого подхода возрастает сегодня в связи с резким расширением спектра учреждений образования разного типа (лицеи, колледжи и т. д.) и с непрерывными модернизационными практиками институциональ­ного характера.

Другим основанием для актуализации новой отрасли знания яв­ляется значительное расширение круга и числа соответствующих ис­следований, обретающих в своем разнообразном множестве некото­рую целостность. Первые работы восходят к именам В. М. Бехтерева (влияние группы на познавательные процессы личности), А. С. За-лужного (исследование детских коллективов), А. Н. Нечаева (психо­логия школьного коллектива) и др. И сегодня в рамках традицион­ной педагогической психологии выполняется достаточно много ра­бот социально-психологического характера. Наиболее представле­ны исследования учебных групп и коллективов, построенные как на эмпирических обобщениях, так и на разнообразных теоретических платформах (Б. Д. Парыгин, А. В. Петровский и В. В. Шпалинский, А. Н. Лутошкин и др.). Особо в этом списке можно отметить исследо­вания лидерства (И. П. Волков, Л. И. Уманский и др.) и статусной де­терминации процесса социализации (А. С. Чернышев и др.), а также работы по «педагогической социальной психологии» Н. В. Кузьми­ной и «социальной педагогической психологии» А. А. Реана.

Социальная психология образования как научно-прикладное на­правление и научная школа проектируется в работах научного коллек­тива Самарского педагогического университета по исследованию группового сознания субъектов образования (студенты и школьники) более 20 лет. Программные продукты исследований обеспечивают развитие компетентности социального психолога в сфере обновления образовательных и профессиональных установок субъектов образова­ния, определяющих вектор их поведенческой динамики. Самоопре­деление субъектов образования в социальной действительности об­щества во всей полноте его культурной многомерности предлагается в качестве целезадающей идеи обновления образования как откры­той системы. Идеальной ценностью обновления образования «заяв­ляется» образованность как обязательный телеологический атрибут субъекта образования.

С позиции социально-психологических принципов «общности», семиотичности, опосредствованности сознания субъектов образова­ния моделируется процесс образования как вовлечение в познание че­рез опосредствованное отражение действительности, аккумулирован­ное в различных знаковых системах. Образованность выступает как «владение» языком предметных областей, т. к. порождение социаль­ной психики связано с соответствующим социальной ситуации обра­зовательным инструментарием, обеспечивающим культивирование атмосферы творчества и либерализации социальных отношений.

Факторами субъектного включения учащихся в образовательный процесс являются:

  1. фактор смыслового порядка личностно-профессионального само­развития субъекта образования (авторская позиция в познании);

  2. фактор персонализации профессиональной подготовки препода­вателя высшей школы (преодоление прагматизма и утилитаризма в профессиональном образе преподавателя, развитие широкой эру­диции в понимании основ психологической феноменологии, при­знание субъекта образования основной ценностью образователь­ного процесса и структурирование его образовательного опыта че­рез согласование с социально требуемым);

  3. фактор развития метаобразовательных сфер в социальной среде образования для решения жизненно важных проблем субъектов образования (коммуникативная культура, культура эмоций, куль­тура отношений, культура познания и мышления, культура поведе­ния), обеспечивающих процесс саморазвития, поиска смыслов и реализации собственной индивидуальности, возможности отве­чать современным требованиям общества, общекультурным и про­фессиональным нормам.

В совокупности трудов научного коллектива представлена теоре­тическая разработка проекта обновления социальной психологии об­разования как достижения следующих целей:

  1. превращения образовательного процесса и образовательной прак­тики в предмет социально-психологического анализа и социали­зирующего обновления образовательного процесса (проектирова­ния моделей, программ обучения);

  2. обобщения опыта развития исследовательской, прикладной, про­ектной и практической деятельности по модернизации социаль­ной психологии образования;

  3. разработки динамической концепции уровневой природы группо­вого сознания субъектов образования, выделения методологичес­ких положений, выступающих в качестве оснований для практиче­ской реализации комплекса составляющих проекта: критериальной базы становления новой социальности образовательной среды, ее функционального, процессуального и продуктивного состава; ин­новационных факторов (культуральных, экзистенциально-гумани­стических, мотивационных, практико-ориентированных), обуслов­ливающих проявление потенциала субъектной самореализации личности в образовании и обществе;

  4. разработки и внедрения концепции социальной персонализации образовательной среды (теория психологического обеспечения субъектной позиции учащегося и студента (Г. В. Акопов);

  5. разработки и интегративного внедрения методологических подхо­дов к социальной персонализации образовательного процесса: мо-тивационного (Г. В. Акопов, Т. П. Варфоломеева), личностного (А. Л. Бусыгина, Г. В. Акопов), культурологического (Т. К. Рулина), аксиологического (Н. Л. Быкова, Т. В. Семенова), мониторингово­го (Т. Н. Клюева);

  6. апробирования и научной популяризации объяснительной модели социально-психологических исследований в сфере образования, целевая конструкция которых структурирована целями — ценно­стями смысловой субъектности личности, социальной автономией и интерактивностью в группе, культурным потенциалом в широ­кой гуманитарной парадигме исторического опыта общества;

  7. технологизации подготовки высококвалифицированных специали­стов в сфере социальной психологии образования в рамках новых идеалов общественной рациональности и перспективных тенден­ций развития образовательной системы [1; 2; 3; 4; 5; 6; 7; 11; 12; 13].

Факторы влияния социальной психологии на образование пред­ставлены тремя уровнями значимости: личность (установки и атрибу­ции учащихся); взаимодействие субъектов образования и учащихся; влияние общества (социальные и культурные особенности). Соответ­ственно полагается, что социальная психология образования изучает личность и группы, а также массовые психологические явления в сис­теме образования.

Внешние детерминанты полноты функций субъекта образования обусловлены их (функций) большей или меньшей представленностью в массовом сознании, в сознании ассоциированных с образованием групп, а также реальными возможностями осуществления этих функ­ций в сложившихся условиях. Целеполагание институтов образования вынесено за их пределы; этот процесс составляет прерогативу государ­ства и соответствующих министерств. Учащийся, студент, овладевая готовыми целями и своими субъектными правами, может безусловно принять, либо интернализовать цели, либо достигнуть их «отстранен­ие», «внешним образом». Целевая функция как функция субъекта об­разования в «когнитоцентричном» образовании не представлена. В то же время в групповом сознании учащихся, студентов, преподавателей, менеджеров образования, родителей и других ассоциированных участников присутствует и может быть выявлена в актуальном или потенциальном плане определенная система целей-ожиданий, моти­вов и ценностей образования. Между образовательными установками различных носителей выявляется мощная смысловая дисперсия вплоть до диссонанса, что, естественно, отражается как на процессах образования, так и на его результатах.

Не менее актуальным в сложившейся ситуации интенсивного формирования новых образовательных учреждений различного типа является социально-психологический анализ содержания образова­ния. Предлагаемая в проекте матричная модель содержания профес­сиональной подготовки в вузах включает взаимосвязи структурных и функциональных компонентов образовательной системы. Все раз­нообразие содержания образования и процедуры его трансформа­ции, в частности организация, конструирование, проектирование и рефлексия знания в различных его аспектах, определяются механиз­мом коммуникации. Объемы, структуры, закономерности нисходя­щей, горизонтальной и восходящей образовательных коммуникаций в отдельном образовательном учреждении составляет доминирую­щий предмет социально-психологического развития субъектов об­разования. В условиях новой образовательной ситуации в России остается недоопределенной специфика взаимодействий учащихся и педагогов, что предусмотрено предлагаемой в проекте многоуровне­вой концепции общения.

В исследованиях, ведущихся с 1986 г. и охватывающих большой кон­тингент учащихся разных городов, выявлена устойчивая эмпирическая структура учебного (профессионального) сознания учащихся и буду­щих специалистов. Показана ее инвариантность и определены периоды нарушения инвариантности. Определены количественные характери­стики различных компонентов структуры группового сознания уча­щихся, а также соотношение и количественное расхождение в структу­pax целеполагания, планирования, прогнозирования, самоконтроля, рефлексии и других субъектных функций. Полнота этих психологичес­ких функций субъекта не инициируется автоматически действиями или операциями, составляющими основное содержание учебной активно­сти. Необходимы дополнительное, совмещенное действие либо особая коммуникация — диалог, дискуссия, творческие инициации и др.

Процесс формирования образовательных (профессиональных) установок учащихся в системе образования как внешне организован­ная система учебных коммуникаций находит свое отражение в реле­вантной структуре (когнитивный компонент) группового сознания. Различие выражается в количественной «наполненности» структуры установки и отражает, с одной стороны, внешние условия (специфи­ка образовательного учреждения, планы, программы, этапы и т. д.), с другой — степень субъектной «включенности» учащихся в учебный процесс.

Не менее значимой проблемой является проблема социально-пси­хологического управления и самоуправления усвоением знаний. Концепция сознательности учения А. Н. Леонтьева («не понимание, не знание значения изучаемого характеризует сознательность, со­знание как отношение, а тот смысл, который изучаемое приобретает для ребенка») отражает общественную роль познания. Сознатель­ность усвоения связана с типом ориентировочной основы действия. Другим «внешним» фактором решения проблемы с этой стороны яв­ляется рассмотрение образования в контексте историко-эволюци­онного подхода как механизма социогенеза, «поддерживающего или элиминирующего проявления индивидуальности личности», где ва­риативность образования, по мнению авторов, «выступает как спо­соб расширения возможностей развития личности в ходе ее жизнен­ного пути».

Преобразования, осуществляемые в связи с модернизацией обра­зования, существенно изменяют все компоненты сложившейся (тра­диционной) системы, в том числе и качество как учебной активности учащихся и студентов, так и обучающей деятельности педагогов и преподавателей. Каков характер этих изменений, в какой степени малодинамичный процесс внешнего оформления целей (образова­тельный стандарт) позволяет активизировать «человеческий фак­тор» в образовании: выбор типа, уровня и т. д. образовательного уч­реждения и планирование этапов; учет преподавателями исходной мотивации учащихся, степень их подготовленности, индивидуаль­ные различия и особенности групповых процессов и др. для проекти­рования оптимального взаимодействия — ответы на эти вопросы яв­ляются социологизированными, т. е. общественно значимыми.

Целеполагание, на наш взгляд, более широкое понятие, включа­ющее как процесс, так и результат обретения цели; как порождение заранее не определенной для субъекта цели, так и принятие или вы­бор из множества известных целей. Несомненно, что степень осоз­нанности «целевых действий» субъектов образования может быть различной — от не вполне осознаваемой целенаправленной актив­ности или отчетливо осознаваемого принятия или выбора той или иной целевой установки до мучительного порождения (конструи­рования) субъективно или объективно новой цели. Тем не менее длительное время в нашей стране цели образования определялись как «социальный заказ», т. е. как определенные требования к чело­веку, желающему получить образование, независимо от его устано­вок, желаний, возможностей в усвоении содержания образования и организации учебного процесса. Достаточно отметить, что и сегод­ня в отечественных школах и вузах возможность выбора учащимися не только основных, но и дополнительных учебных курсов весьма проблематична или ограничена, что сказывается на деформации целевых установок субъектов образования.

Избегая оценочных подходов, можно считать, что технократичес­кий подход к целям был оправдан сложившейся ситуацией в стране, системой государственного устройства, общественными установка­ми и т. д. Алгоритмичность, соподчиненность, исполнительность, «внешняя» надежность и другие свойства систем и людей ценились прежде всего. Теоретическая мысль психологов также отчасти способствовала (или отвечала) социальному заказу формирования исключительно репродуктивных способностей. Нельзя утверждать, что технократическая традиция в определении целей отошла в про­шлое или характерна только для нашей страны. И сегодня можно встретить «внеличностные» формулы, выражающие назначение об­разования. Однако социоцентричность образовательных установок, социологичность содержания образования, гуманитаризованность и конвенциональность образовательных коммуникаций — тот вектор движения, без которого технологичное образование отчуждено от са­мого объекта образования. Последовательное использование кон­цепции группового сознания в приложении к процессам среднего и высшего образования позволило нам прийти к следующим выводам:

1. Целевые установки в массовом восприятии и понимании педаго­гической деятельности у школьников, студентов и учителей могут су­щественно расходиться. Это расхождение, как можно предположить, вносит диссонансные явления (внутренний конфликт) в процессы общей социализации школьников, профессиональной социализации студентов и профессиональную деятельность учителей.

  1. Старшеклассники, прежде всего, ценят методические способ­ности учителя, его личностную привлекательность, а уже затем спе­циальные знания по предмету и психолого-педагогические умения. Ценностные профессиональные ориентации учителя имеют проти­воположный порядок в отношении личностной специфики (послед­нее место). У учителей доминирует представление о важности психо­лого-педагогической компетентности и методических умениях. С точки зрения возрастной психологии в связи с глубокой перестрой­кой юношеского сознания полученные выводы не являются неожи­данными. Действительно, подросток видит, оценивает, симпатизиру­ет или ненавидит в учителе, прежде всего, человека, личность, а уже затем знающего специалиста, педагога и т. д. В то же время объектив­ные требования социальной роли ученика вынуждают школьника особо относиться к той стороне работы учителя, которая обеспечивает успех в учебной работе, т. е. методике преподавания. Широко распро­страненное стереотипное представление учителей о важности психо­лого-педагогической подготовки требует корректировки в направле­нии личностного своеобразия учителя, т. е. развития его личностной индивидуальности, субъектности.

  2. Выбор вуза для обучения обусловлен изначально существующими стереотипными представлениями или близостью позиций, установок, ожиданий выпускников школ пропагандируемым взглядам специали­стов той или иной сферы деятельности. Так, у абитуриентов пединсти­тута мы находим соединение ценностных позиций школьников (прио­ритет личностной привлекательности учителя) и стереотипного пред­ставления о важности психолого-педагогической подготовленности. В то же время важнейшая технологическая составляющая педагогичес­кой деятельности — методология и методика преподавания — оттесне­на в групповом сознании абитуриентов на последнее место, что де-структурирует систему профессиональных целеполаганий.

  3. Ценностные профессиональные ориентации старшекурсников существенно отличаются от аналогичных у работающих учителей как по структуре, так и в количественном измерении (объем сознания). Это значительно усложняет адаптационные процессы как в начальной фазе, так и на вторичном этапе при смене структурной адаптации и от­работке профессиональных навыков.

  4. Анализ групповых представлений о трудностях работы учителя у школьников, студентов и учителей показывает значительное сходство ранжированных по количественному признаку компонентов структу­ры группового сознания. Причем у школьников и учителей выявлены практически эквивалентные структуры. Это прежде всего организа­ционно-педагогические, психолого-педагогические и методические трудности. Учителя, в отличие от школьников, «нечувствительны» к личностной составляющей. Названные три аспекта более всего пред­ставлены и в групповом сознании студентов, однако порядок несколь­ко иной. Студенты-первокурсники педвуза более всего предполагают в деятельности преподавателя трудности психолого-педагогического характера, в то время как старшекурсники — трудности методическо­го характера. К стереотипам можно отнести значительную представ­ленность в прогнозах первокурсников трудностей в построении взаи­моотношений с коллегами и администрацией, что сказывается на ослаблении целевых установок.

6. Образовательные и профессиональные установки студентов
педвузов структурно «богаче» и динамичнее по сравнению с аналогич-
ными у студентов технических вузов.

  1. Выявленные в массовом сознании школьников, студентов и учи­телей существенные различия в полноте, порядке и количественной представленности компонентного состава функций целеполагания и прогнозирования доказывают методическую неразработанность во­просов проектирования и организации образования. Современное образование невозможно без учета специфики явлений социального сознания, его форм, свойств, структурных составляющих, весьма спе­цифичных для тех или иных образовательных систем.

  2. Соотнесение массовых представлений о цели образования таких социальных групп, как школьники, абитуриенты, студенты вузов уни­верситетского, инженерно-технического и педагогического профиля, учителя и преподаватели вузов — специалисты различных сфер трудо­вой деятельности, доказывает актуальность и важность социально-психологических исследований учебно-профессионального сознания в сфере образования. Функции группового сознания в процессах це­леполагания и прогнозирования в проектировании и содержании об­разования отражают социально-ценностные значения, что редко учи­тывается при существующей безальтернативной системе учебных дис­циплин и препятствует свободному (субъектному) развитию личности профессионала.

  3. Негативно-проблематичным представляется совпадение мало­го количества примеряемых в период самоопределения учащейся молодежи ролей, видение мира через призму негативной системы оценок, стремление к приукрашиванию действительности с преоб­ладанием заданной значимыми взрослыми (будь то родители или пе­дагоги), «предрешенной» профессиональной идентичности. Образо­вательная среда может поддерживать, усугублять либо компенсиро­вать личностные проблемы учащихся, но, к сожалению, далеко не всегда педагогами собственная работа понимается как системный процесс. При низком уровне реализации субъектности педагога осу­ществляется не продуктивная, а репродуктивная схема профессио­нальной подготовки учащейся молодежи.

10. Стандартизированное когнитивным модернизмом образова­ние обрекает общество жить вчерашней заданностью, усваивая моти­вации, навязываемые устаревающими коммуникациями. Мыслить в постгуманистической стратегии — доверять свободным эвристикам ауторазвития и «самосборки» рефлексирующей личности, фундамен­тальными ценностями которой становятся субъектность, аутентич­ность, культурная синтонность, пластичность межкультурной «веге­тации». Альтернативность стратегий обязывает теоретиков разви­тия пристальней всматриваться в процессы культурной гибридиза­ции сознаний. К этому подталкивают инерционность националь­ных форм воспроизводства психики, вытеснение коллективист­ских эмоций в сферу рессентиментности, в обывательский гедо­низм личного существования, во вненаходимость личности. Имен­но реализация целостного развития человека отвечает историчес­кой природе русского образования. А это означает, что в системе об­разования должны артикулироваться культурная позиция и ценно­сти собственной культуры, собственной истории, собственной по­вседневности, в которых происходит социальная культурация субъ­екта образования, в которой культура общности превращается в со­знание субъекта и становится его уникальной чувственно-менталь­ной матрицей.

Подводя итоги многолетнего опыта по разработке и исследованию социально-психологического подхода к модернизации образования, можно заключить, что данный подход отвечает отечественной модели субъектности, «общности», семиотичности, опосредствованности развивающегося сознания. Образованность выступает языком «овла­дения» предметных областей знания через культивирование атмосфе­ры социокультурного творчества и либерализацию социальных отно­шений.

Представленные методологические положения способны стать основаниями для практической реализации научных проектов: разра­ботки критериальной базы становления новой социальности образо­вательной среды, ее функционального, процессуального и продуктив­ного состава; внедрения инновационных факторов (кулыуральных, экзистенциально-гуманистических, мотивационных, практико-ори-ентированных), обусловливающих проявление потенциала субъект­ной самореализации личности в образовании и обществе. Факторами социальной интеграции субъектов образования в образовательный процесс служат:

  1. факторы смыслового порядка саморазвития субъекта образования;

  2. факторы персонализации профессиональной подготовки препо­давателя;


— факторы развития метаобразовательных сфер в социальной среде образования для решения жизненно важных проблем субъектов об­разования.

Практическая значимость локального опыта модернизации со­циальной психологии образования заключается:

  1. в научной апробации и общественной популяризации объяснитель­ной модели социально-психологических исследований в сфере об­разования, целевая конструкция которых структурирована новыми целями-ценностями смысловой субъектности личности, автоно­мии и интерактивности личности в группе, ее культурным потенци­алом в широкой гуманитарной парадигме исторического опыта об­щества;

  2. разработке и внедрении технологий подготовки высококвалифици­рованных специалистов в сфере социальной психологии образова­ния в рамках новых идеалов общественной рациональности и тен­денций развития образовательной системы;

  3. методологии лонгитюдных мониторингов образовательной среды, эффективности деятельности учреждений образования разного типа и вида с опорой на критерий состояния и динамики социально-психологического развития и психологического здоровья субъектов образовательного процесса.

The authors discuss the close connection of society's and education's development, as well as the approach of sociological social psychology they apply to the analysis of education and educational system. The social psychology of education is examined as a scientifical­ly-applied direction and Samara Pedagogical University scientific school on study of sub­jects' of education (students and schoolchildren) group consciousness.

Keywords: sociological social psychology, social psychology of education, targeting, sub­jects of education.
1   2   3   4   5   6   7



Скачать файл (622.3 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации