Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Лекции - Юридичеcкая психология - файл 1.rtf


Лекции - Юридичеcкая психология
скачать (1139.5 kb.)

Доступные файлы (1):

1.rtf1140kb.17.11.2011 13:11скачать

содержание
Загрузка...

1.rtf

1   2   3   4   5   6   7   8
Реклама MarketGid:
Загрузка...

^ Примеры анализа преступлений:

  1. Карандышев из «Криминальной сексологии», с.236;

  2. Мотив самоутверждения -хрестоматия по юридической психологии изд-ва «Питер», с.128;

  3. символический суицид – «Психология преступника и расследования преступлений», с.88-92;

4) преодоление социально-психологического отчуждения – там же, с.97-99.

^ Психология личности преступника. Рассмотрев необходимость установления подлинной мотивации, мы вплотную подошли к психологии личности преступника, поскольку задачи исследования психологии личности преступника прежде всего заключаются в исследовании мотивации. Помимо этого, с психологией личности преступника связаны такие задачи как:

3выяснение вопросов, способствующих правильной квалификации совершенного преступления: определение психического состояния в момент совершения преступления (например, состояние аффекта), установление вменяемости (т.е. способности быть виновным), формы вины (умысел или неосторожность), установление роли, которую обвиняемый играл в группе и т.п.;

3выбор тактических приемов, которые в наибольшей степени способствуют успешности при производстве следственных действий (особенно это касается допроса). Следователь должен знать об обвиняемом намного больше того, что может иметь доказательственное значение и что в силу этого обычно отражается в следственном производстве. Некоторые данные, не имеющие процессуального значения, чрезвычайно важны в тактическом отношении;

3задача воспитательного воздействия на личность правонарушителя с целью его ресоциализации должна ставиться уже на первом допросе и опираться на знание индивидуально-психологических особенностей данного обвиняемого;

3работа по выявлению причин данного преступления.

В юридической литературе термин «личность преступника» употребляется в различных значениях. Имея в виду, что в соответствии с законом никто не может быть объявлен преступником иначе, чем на основании приговора суда, предлагается разграничивать понятия «личность подозреваемого», «личность обвиняемого», «личность подсудимого», «личность осужденного». В этом контексте понятие «личность преступника» приложимо лишь к осужденному за конкретные преступления. В большей части случаев словосочетанию «личность преступника», естественно, придается более широкий смысл, в известной мере обобщающий, психологический, имеющий целью определить значение индивидуальных особенностей личности в причинно-следственных связях механизмов преступления.

Как уже было указано в первой части лекции, непосредственные причины и истоки виновного поведения всегда лежат в личности человека, совершившего преступление. Методологическое основание здесь положение о том, что никакие внешние обстоятельства не могут являться непосредственными причинами противоправного деяния, если они не стали побуждениями воли самого человека, обладающего способностью к волевому поведению. Генезис преступного поведения заключается в формировании у индивида состояния психологической готовности к поведенческому акту в форме общественно опасных действий либо бездействия.

Раскрытие психологии личности преступника предполагает создание модели психологической структуры личности преступника, и здесь разные исследователи обращаются к различным сочетаниям психологических свойств. Резюмируя многочисленные исследования личности преступника, проводимые с позиций изучения ее отдельных характеристик, В.Н. Кудрявцев отмечает, что все эти исследования были направлены на то, чтобы выявить, чем преступник отличается от человека, соблюдающего закон. При этом молчаливо предполагалось, что такие отличия существуют, т.е. предполагалось существование нечто специфического, присущего исключительно преступнику. Однако постепенно выяснилось, что изучаемые особенности личности (например, демографические данные) не являются такими, которые бы отличали преступников от лиц, соблюдающих закон.

Большое значение придавалось степени знания личностью социальных норм, ее правосознанию. Но как оказалось в результате исследований основные деформации правосознания, которые служат источником отклоняющегося поведения, лежат не в познавательной сфере, а на уровне оценочных суждений права и практике его применения. Кроме того, сами по себе дефекты правосознания не ведут к преступному поведению.

В итоге, многочисленные исследования констатируют, что существуют некоторые комплексы черт личности, характерные для разных типов правонарушителей, но нет таких черт, которые бы фатально предопределяли социальные отклонения.

Для иллюстрации сказанного мы рассмотрим два больших исследования.

Первое проводилось А.Р. Ратиновым и его сотрудниками с помощью разработанного ими теста «Смысл жизни», содержащего 25 пар противоположных суждений. По мнению Ратинова, структура личности представляет собой планетарно-атомарную модель. В центре модели расположено личностное ядро, а вокруг в различных плоскостях и на разноудаленных «орбитах» находятся другие образования. Образно говоря, в центре находятся самые значимые и поэтому наиболее стабильные ценности сознания, а по мере «удаления» от них – подчиненные первым более лабильные и ситуативные ценности.

Базовым ядерным образованием личности является, таким образом, мировоззрение в его нравственно-психологической модификации, выраженной в категории смысла жизни. Мировоззрение – это «мир во мне и я – в мире». Оно включает миросозерцание, миропонимание и миросозидание (проектирование своей жизнедеятельности, определение ее смысла и перспектив).

Ратинов предположил, что структура личности по своим содержательным характеристикам будет различаться у отдельных лиц и иметь своеобразную конфигурацию. Различия в смысле жизни у разных людей заключаются не в том, что одни что-то ценят, а другие это отвергают. Базовые общечеловеческие ценности признают все, но по-разному их предпочитают. С целью эмпирической проверки и был разработан тест «Смысл жизни». Пример одной пары полярных суждений:

Семья для меня

имеет большое значение, и 3 2 1 0 1 2 3 не имеет решающего значения,

мне было бы трудно жить одному важней другие интересы


Контингент испытуемых был представлен тремя выборками: первая – «преступники» (300 чел), вторая – из представителей различных групп населения (200 чел) и третья – работники правоохранительных органов (200 чел). Исследование выявило существенные различия между преступниками и законопослушными гражданами по всем шкалам теста. Анализ показал, что законопослушные испытуемые намного превосходят преступников по социально-позитивному отношению по всем базовым ценностям, по общему самоощущению, по оценке смысла своей жизни. Преступники оказались более фаталистичными и меланхоличными, крайне отрицательно оценивающими прожитую жизнь, повседневные дела и жизненные перспективы, у них снижена потребность в самореализации. Вместе с тем обнаружилось и определенное сходство и, кроме того, неоднородность различных категорий преступников по мировоззренческим позициям.

Таким образом, проведенное исследование доказывало специфику содержания личностного ядра, заключенной так сказать в «житейской философии» как психологической детерминанты преступного поведения. Исследование экспериментально подтвердило, что существует определенная реальность, соответствующая понятию «личность преступника». Очевидно, что различает преступников от непреступников не одно какое-то свойство или их сумма, а неповторимое сочетание и особый «удельный вес» каждого из личностных свойств, которые и образуют новое качество.

Приведенное исследование характеризует, главным образом, ценностно-нормативную систему личности преступника, ее нравственные стороны. В исследовании же, о котором я расскажу далее, сделаны попытки более конкретно обозначить психологические особенности личности преступника и ее отдельных категорий.

Итак, исследование Ю.М. Антоняна, В.П. Голубкова и некоторых других, проведенное с помощью известной методики многостороннего исследования личности (у нас адаптированный вариант СМИЛ, на западе – MMPI). В этой методике имеется 13 шкал, из которых 3 – оценочные и 10 – основных. Исследование показало наличие у преступников в существенной массе типичного повышения по шкалам 4, 6, 8, которые несут характеристики импульсивности, агрессивности, асоциальности, гиперчувствительности к межличностным взаимоотношениям, отчужденности и плохой социальной приспособляемости.

Относительное число лиц, имеющих типичные особенности преступника, зависит от вида совершенного преступления. Максимальное число лиц с типичными психологическими особенностями отмечается среди тех, кто совершает грабеж или разбойное нападение (44,4 %), а также изнасилование (41 %); минимальное – среди тех, кто совершает кражи (25 %) и хищения имущества (22 %). Лица, совершившие убийства и нанесшие тяжкие телесные повреждения, занимают промежуточное положение (36 %). Однако независимо от вида совершенного преступления количество преступников, имеющих типичные психологические особенности, значительно превышает относительное число подобных типов личности среди законопослушных граждан (5 %). Несколько слов в отношении конкретных категорий преступников.

Убийц отличает от всех других категорий прежде всего чрезмерная стойкость аффекта, повышенная чувствительность, повышенное осознание своей ценности, трудности в установлении контактов. Их поведение направляется в основном аффективно заряженными идеями. Такие люди совершают преступления чаще всего в связи с накопившимися отрицательными эмоциями в отношении того или иного человека или ситуации, не видя при этом (или не желая видеть) другого способа разрешения конфликта.

Лица, совершившие изнасилования, в меньшей степени отражают сексуальные мотивы и в большей – самоутверждение себя в мужской роли. Кроме того, у них самая низкая чувствительность в межличностных контактах (черствость) и низкая склонность к самоанализу. Этот вид преступлений, так же как и другие, связан с такими личностными свойствами, как импульсивность, ригидность, социальная отчужденность, нарушение адаптации, дефекты правосознания и возможности регуляции поведения.

Поведение корыстно-насильственных преступников определяется тенденцией к непосредственному удовлетворению возникающих желаний и потребностей, что сочетается с нарушением общей нормативной регуляции поведения, интеллектуального и волевого контроля. Другими словами, корыстно-направленные преступники отличаются от всех других наибольшей неуправляемостью поведения и внезапностью асоциальных поступков.

Профиль воров имеет сходство с корыстно-насильственными, но имеет значительно меньшую степень выраженности. Воры более социально адаптированы, менее импульсивны, более лабильны и подвижны, у них меньше выражена тревога и общая неудовлетворенность актуальным положением, т.е. в целом воры характеризуются наиболее гибким поведением. Для них характерна, в отличие от предыдущих двух категорий, хорошая ориентация в нормах и требованиях, несмотря на их внутреннее неприятие и сознательное нарушение.

Категория расхитителей обладает наиболее высоким интеллектуальным контролем поведения, хорошо адаптирована. В целом расхитители не имеют существенных отличий от нормативной группы и как и законопослушные обладают различными личностными свойствами.

Таким образом, обнаруженная связь между психологическими особенностями и преступной деятельностью позволяет рассматривать первые как один из потенциальных факторов преступного поведения, который при определенных воздействиях среды может становиться реально действующим, причем среда может оказывать как усиливающее, так и тормозящее влияние на проявление этого фактора.

Подведем основной итог. Личность преступника отличается от личности законопослушного прежде всего негативным содержанием ценностно-нормативной системы, т.е. направленностью, а также устойчивыми психологическими особенностями, сочетание которых имеет криминогенное значение и специфично именно для преступников, но при этом мы не должны забывать об отсутствии фатального предопределения противоправного деяния.


^ Лекция 14. Криминальная психология: типологии личности преступников


Прежде чем перейти к типологии личности преступников, вспомним основной вывод прошлой лекции. Он заключался в том, что сама личность преступника в целом представляет собой социальный и психологический тип, отличающийся от других личностей. Преступник как социальный тип личности отличается от представителей других социальных типов тем, что он общественно опасен. Но не только эта черта отличает преступников от других лиц.

В прошлой лекции мы говорили о том, что психологическое исследование значительной группы лиц, виновных в убийствах, грабежах, кражах и других общеуголовных преступлениях, показало, что им в гораздо большей степени, чем законопослушным гражданам, свойственны такие особенности, как слабая адаптированность, отчужденность, импульсивность, агрессивность. Они в целом хуже учитывают прошлый опыт, плохо умеют или вообще не умеют прогнозировать будущее. Другими словами, в личностной структуре преступника как типа личности имеются элементы, являющиеся психологическими предпосылками преступного поведения. Указанные черты типичны для подавляющего большинства преступников, но не обязательно должны быть у каждого из них.

От анализа личности преступника в целом как типа, как носителя наиболее общих, устойчивых социально-психологических черт и качеств можно перейти к анализу ее разновидностей. Именно своеобразные модели личности, создаваемые посредством типологизации, серьезно облегчают решение целого ряда практических задач. Соответствие конкретного лица уже созданной модели, т.е. определенному типу личности, позволит сделать весьма обоснованное предположение о субъективных причинах преступного поведения, поскольку они уже известны как свойственные данному типу личности. Учитывая данный тип преступника, можно разработать соответствующую последовательность шагов предупредительной работы с ним, определить тактику следствия или отдельных следственных действий в случае возбуждения уголовного дела.

Существует несколько типологических схем личности преступника с разными критериями положенными в основу типологии. В общем смысле, в основе криминально-психологической типологизации личности преступников лежат доминирующие позиции личности, ее побуждения, мотивы, устойчивые цели и способы совершения преступления, мера десоциализированности личности, характер ее антисоциальной направленности.

Рассмотрим некоторые типологии.

Мы уже говорили о психологической готовности индивида как генезисе преступного поведения.^ Психологическая готовность проявляется в принятии криминальной цели и способ, а в свою очередь, важнейшим психологическим атрибутом приемлемости совершения преступного деяния является позитивное самовосприятие себя как субъекта такого деяния. Психологическая приемлемость преступного деяния как способа удовлетворения потребности или разрешения проблемной ситуации представляет собой важнейшую отличительную особенность личности, обладающей склонностью к противоправному поведению. Психологическая приемлемость преступного способа поведения может иметь различную степень потенциальной готовности к его использованию и проявляться различно. Отсюда соответственно можно выделить ряд общих типов криминогенности личности.

3первый тип характеризуется тем, что готовность к преступлению обусловливается наличием определенной криминальной потребности (или криминального влечения), предметом которой является не только получаемый результат, но и в значительной мере (а порой в определяющей) сами преступные действия – процесс их совершения. Такая потребность может актуализироваться независимо от внешних условий и побуждать поиск объекта и возможность совершения преступления. Криминальное влечение может приобретать доминирующий характер в поведении человека, и тогда оно становится психической аномалией, не исключающей вменяемость. Как правило, криминальное влечение носит индивидуально специфический характер, т.е. имеет индивидуально своеобразное содержание, касающееся вида и способа совершения преступного посягательства, его объекта и приемлемых условий.

3второй тип криминогенности выражается в субъективно непротиворечивом принятии преступного способа удовлетворения некоторой потребности или разрешения проблемной ситуации как наиболее предпочтительного по сравнению с правомерным или наряду с использованием правомерного. Для такого индивида не стоит вопрос принципиального выбора. Преобладающее положительное отношение к преступному способу связано с его освоенностью, привычностью использования, уверенностью в «благоприятном» результате.

3третий тип личностных предпосылок преступного поведения выражается в том, что субъект принимает преступный способ удовлетворения определенной потребности лишь при исключительно благоприятных условиях с учетом максимальной безопасности. В обычных условиях для него более приемлем правомерный способ.

3четвертый тип проявляется в вынужденном, внутренне противоречивом принятии преступного способа действий. Это происходит, например, когда субъект считает, что реально отсутствует возможность обеспечить правомерным способом удовлетворение потребности (разрешение проблемной ситуации) и в то же время невозможно оставить эту потребность без удовлетворения. Приемлемость преступного способа действия связана здесь с вынуждающими обстоятельствами, субъективно безвыходным положением (рискованно, но допустимо).

3пятый тип криминогенности личности характеризуется наличием склонности к импульсивному совершению противозаконных действий, проявляемой в форме реакции на некоторые обстоятельства ситуации. Психологические предпосылки такого поведения выражаются в наличии криминальных поведенческих установок и стереотипов.

3шестой психологический тип личности преступника проявляется в принятии преступной цели-способа под решающим влиянием внешнего криминогенного воздействия иных лиц либо в результате его конформного поведения в группе, обусловленного готовностью идентифицировать с ней свое поведение. В данном типе налицо отсутствие антикриминальной устойчивости личности.

Наряду с мерой социальной опасности преступника, выражающейся в ее криминогенности, можно выделить характер этой опасности, определяемый объектом преступного посягательства. Это классическая типология, которая, в принципе, вам должна быть известна. Здесь выделяются три основные группы направленности преступника: насильственная, корыстная и корыстно-насильственная. Отдельно мы рассмотрим группу лиц, совершивших так называемые неосторожные преступления.

Итак, насильственный тип преступника.

Как известно, около 85 % преступлений против личности совершается лицами, связанными с потерпевшими деловыми, родственными, интимными и другими отношениями, и преступление является конечной фазой конфликта, возникшего в результате этих отношений. Психологический «корень» насилия в том, что преступник (во многом неосознанно) приписывает жертве способность удовлетворить его потребности или вести себя в соответствии со своим представлением о должном поведении, а затем в той или иной форме требует их удовлетворения и соответствующего поведения.

Изучение лиц, совершивших убийства, выявляет у них сильную психологическую зависимость от другого лица. Убийцы в целом относятся к такой категории людей, для которых свободная и самостоятельная адаптация к жизни всегда проблема. Выход из контакта с жертвой – для них практически невозможный способ поведения.

Мы уже говорили об отчуждении, которое у агрессивных преступников формирует хроническую неудовлетворенность жизненно важных (витальных) потребностей, поэтому и возникает столь же хроническая зависимость от объектов, которые могут их удовлетворить. Если указанная ситуация сложилась в самом раннем периоде жизни человека, то с течением времени (с возрастом) она не исчезает, а лишь переходит в другие формы. Место матери как основного жизнеобеспечивающего фактора может занять другое лицо, но отношение полной зависимости будет сохранено.

Это отношение зависимости имеет весьма значимые последствия. Прежде всего задержка процесса приобретения способности к независимому, самостоятельному существованию приводит к задержке в целом психического и социального развития личности. Недаром почти все исследователи личности убийц отмечают у них низкий, примитивный, в среднем, уровень развития, невысокую общую культуру, узкий круг знаний и интересов. Этим создается основа для слабого развития приспособительных возможностей этих лиц, в результате чего они реагируют на внешние события на низком и примитивном уровне – эмоциональном и ограничены в возможностях интеллектуальной переработки воспринимаемой информации. В связи с общим низким уровнем психического развития и ограниченными адаптивными возможностями для насильственных преступников резко увеличен круг тех внешних событий и ситуаций, которые они воспринимают как угрожающие.

Другим следствием отчуждения является основная характерная черта насильственных преступников – дефектность социальной идентификации.

Что касается основных психологических черт, то мы их рассмотрели в предыдущей лекции.

^ Корыстный тип преступника. Как известно, корысть считается одним из самых устойчивых и трудноискоренимых пороков. Однако, если открыть толковый словарь русского языка, то там под корыстью понимается «выгода, материальная польза». Как видите, это определение не содержит негативного подтекста, намека на порок. Для этого в том же словаре есть другое слово – корыстолюбие, стяжательство. Корыстные побуждения присущи подавляющему большинству людей. Преступными они становятся лишь тогда, когда образуют корыстную направленность личности.

У корыстного преступника обычно сформирован особый тип поведения – ситуативная зависимость поведения – установка на совершение криминальных действий в любой ситуации ослабленного социального контроля. Как отмечают исследования, преступники этой категории относятся к наиболее социально запущенной части правонарушителей. Их преступное поведение возникает раньше, чем у преступников других категорий.

Какие дефекты семейного воспитания здесь можно обозначить? Есть такое понятие «десоциализирующая семья», т.е. семья, не выполняющая функции социализации своих членов и прежде всего, конечно, детей (в сущности, мы уже говорили об этом, рассматривая отчуждение). «Десоциализирующее» влияние может, например, проявляться в непротиводействии тем негативным поведенческим проявлениям, которые ребенок приносит извне. Или, например, многие родители, удовлетворяя любые желания своих детей, воспитывают у них склонность к приобретательству, а не к духовным ценностям. В целом, источник будущей корыстной направленности, как правило, коренится в нарушении баланса между духовным и материальным в человеке в пользу последнего.

^ Корыстно-насильственный тип преступника включает в себя характеристики насильственных и корыстных преступников, поэтому мы не будем его рассматривать. Важно подчеркнуть лишь одну особенность. Насилие здесь при ведущей корыстной направленности обычно носит инструментальный характер, как средство достижения цели, допустимое или необходимое. У насильников в этом контексте насилие, как правило, имеет характер «самоцели».

Несколько отдельно мы рассмотрим категорию лиц, совершивших преступления по неосторожности. В неосторожных преступлениях нет прямых побуждений к совершению преступлений – преступный результат здесь не совпадает с мотивами и целями действия. Но преступления по неосторожности не являются «безмотивными».

Согласно упомянутому в прошлой лекции исследованию под руководством Антоняна, лица, совершившие неосторожные преступления, имеют принципиальные отличия по своим психологическим особенностям от совершивших умышленные преступления. Среди неосторожных преступников, по данным исследования, нельзя выделить преимущественно распространенный тип личности (как и среди законопослушных граждан и расхитителей), но у них существует фундаментальное психологическое качество, встречающееся практически у всех, совершивших неосторожные преступления. Это качество – повышенная тревожность, выражающаяся в мотивации избегания неудач, склонности брать вину на себя, склонности к образованию реакции тревоги на различные ситуации, неуверенности в себе. В экстремальных ситуациях такие люди легко поддаются страху и склонны к шаблонным действиям.

В неосторожных преступлениях более существенной чем при других преступлениях становится роль криминогенной ситуации. В трудных поведенческих ситуациях проявляются такие негативные качества личности как самонадеянность и небрежность (í сознательное нарушение правил безопасности), ситуативная зависимость, дефекты предвидения результатов поведения. В тех случаях, когда экстремальная ситуация предъявляет требования, превышающие психофизиологические возможности человека, должна быть назначена судебно-психологическая (инженерно-психологическая) экспертиза.

Итак, мы рассмотрели типологию на основе деяния, которое само по себе не раскрывает полностью субъективных сторон личности преступника. Деяния, одинаковые по юридическим признакам, могут быть обусловлены разными мотивами и психологическими факторами. Кража, например, в одном случае обнаруживает хищническую приобретательскую направленность виновного, а в другом – слабоволие и внушаемость. От первого скорее всего можно ожидать повторного хищения, от другого – самых разнообразных действий. Чтобы достичь достаточного объяснительного уровня субъективной стороны преступления, необходимо, по всей видимости, разработать типологию преступников по мотивационным критериям. Такие попытки уже предпринимались, но, к сожалению, они не вполне удались. Тем ни менее, используемая вкупе с вышерассмотренными типологиями, типология по мотивационным критериям значительно выигрывает в своей практической ценности. Поэтому мы и ее рассмотрим.

Ранее мы говорили о двух уровнях мотивации: о той, которая лежит на поверхности и о мотивации более глубокого уровня, мотивации субъективного смысла. Недостаточно просто отметить, что насилие совершается по приступу агрессии, хотя вполне возможно, что в некоторых случаях такое поведение действительно продуцируется психологической структурой личности данного преступника и его явная опосредованная причина – социальная дефектность (несформированная или искаженная социальная идентичность). Корыстное преступление также далеко не всегда следствие корыстной направленности. Чтобы разобраться в часто сложно мотивированном человеческом поведении, необходимо учитывать мотивацию субъективного смысла. На это и ориентирована предлагаемая типология. Итак,

(1).«Утверждающийся» («самоутверждающийся») тип.

К нему относятся лица, смыслом преступного поведения которых является утверждение себя, своей личности, на социальном, социально-психологическом или индивидуальном уровне. Среди корыстных преступников простой пример, когда подросток совершает кражу или принимает участие в групповых хулиганских действиях для того, чтобы быть принятым в определенную неформальную группу. Владение и распоряжение похищенным выступают в качестве средства утверждения личности, «своего я». При чем не только в статусе «я такой» (как определенная референтная группа), но и в существовании – «я есть» (человек чувствует себя значительным и значимым, обладая чем-то). Разумеется, здесь присутствует и корыстный мотив, который выступает как параллельный, а впоследствии может превратиться и в корыстную направленность.

Среди насильственных преступников есть движимые потребностью доказать ценность своего «я» и добиться ее признания. Это навязывание нередко носит ярко демонстративный характер, используются все способы втянуть другого человека в сферу своего влияния, по существу подчинить его себе. Рано или поздно другой человек стремится разорвать эту связь, и тогда возникает ситуация насилия, т.к. насильник утрачивает своего «донора», без которого существование невозможно.

По мотивам утверждения себя в глазах других и самоутверждения нередко совершаются изнасилования, например, для того, чтобы закрепить свой авторитет среди сверстников-подростков или подтвердить свой биологический статус мужчины в собственных глазах. Следует сразу отметить, что среди лиц, совершивших изнасилования, часто встречаются лица, страдающие дебильностью, слабоумием, которые попадают соответственно в «отвергаемый» тип, и их насилие часто является попыткой удовлетворить сексуальные нужды.

Мотив самоутверждения тесно граничит с мотивом, связанным с блокированием возможности проявления своей личности в определенном поведении при наличии высокой субъективной необходимости таких проявлений, проще говоря, с комплексом неполноценности. Например, среди насильственных преступников существуют люди, движимые потребностью утвердиться в собственном мнении о себе как о лице, способном на решение, поступок, необычное, рискованное действие. Их наиболее характерной личностной особенностью является постоянная неуверенность в себе. Они испытывают более-менее осознаваемое изматывающее чувство неполноценности, своей никчемности. Своим преступлением они достигают чувства уверенности в собственном существовании, праве на существование, не как «тварь дрожащая, а как право имеющее» существо. Классический пример – Раскольников.

С мотивом самоутверждения связано также гипертрофированное чувство должного. Такие люди предъявляют очень высокие и жесткие требования к окружающим с позиций собственных представлений о нормах поведения. В сущности, они зависимы от своих представлений о должном, находятся в плену идеального. Незначительные отклонения поведения других людей от этих представлений вызывают у них чувства эмоционального дискомфорта, более значительные – внутреннего негодования и действия по корректировке ситуации. Нередко это так называемые борцы за справедливость, основным способом установления которой становится насилие, принуждение. Среди корыстных преступников подобного типа классический пример – Деточкин из фильма «Берегись автомобиля».

(2).«Игровой» тип личности преступника.

Весьма сложен с психологической точки зрения. Представителей игрового типа отличает постоянная потребность в риске, поиске острых ощущений, связанных с опасностью, включение в эмоционально возбуждающие ситуации и т.п.. В целом всю совокупность этих ситуаций можно условно обозначить как «криминальное влечение» (условно, поскольку игровая мотивация присуща не только преступникам). Этот тип достаточно часто встречается среди преступников и особенно среди воров (вспомним Шуру Балаганова из «Золотого теленка»). Корыстные побуждения при этом, как правило, действуют наряду с «игровыми», поскольку для них одинаково значимы как материальные выгоды в результате совершения преступлений, так и те эмоциональные переживания, которые связаны с самим процессом преступного поведения.

Среди насильников примечательной чертой некоторых из них является склонность к очень глубоким и сильным переживаниям, сходных с экстазом. В момент совершения насильственных действий возникает чувство духовного освобождения, представляющее исключительную ценность для данного лица. Но в его основе лежит неосознаваемое стремление к выходу из состояния зависимости.

Среди лиц, совершивших изнасилования, могут быть лица пассивно-игрового типа, пассивного потому, что (чаще бессознательно) игру затевают женщины, своим поведением создающие видимость возможности вступления с ними в половую близость. Насильники же, не понимая сущности возникших ситуаций и действительного отношения к ним будущих потерпевших, вступают с ними в такие отношения, которые можно назвать игрой. Опыт изучения подобных преступников показывает, что значительное большинство из них искренне верит в то, что женщины были согласны на все, и поэтому они ни в чем не виноваты.

Хорошо известно, что среди насильников изредка встречаются изощренные интеллектуалы, превращающие процесс своего преступления в игру, кульминацией которой становится само насилие.

(3).«Дезадаптивный» (или «асоциальный») тип.

Включает в себя лиц, у которых нарушена социальная адаптация, т.е. приспособляемость к условиям социальной среды. Основная их тенденция выражается в неосознаваемом избегании социальной идентификации и социального контроля. Это, как правило, лица, ведущие бездомный, паразитический образ жизни. Соответственно они не имеют законных источников получения средств к существованию; кражи и другие имущественные преступления дают им эти средства.

Вопрос к аудитории: как отражается этот тип среди насильственных преступников? Нередко это молодые люди, с хорошими внешними данными, эгоистичные, черствые, расчетливые, не приспособленные к жизненным трудностям и труду, выбирают себе будущую жертву, способную обеспечить их безбедное существование. Понятие «дезадаптивный» применяется к ним с определенной долей условности, но в основе их лежит неспособность к самостоятельному существованию.

(4).«Алкогольный» тип.

Очень близок к дезадаптивному, но не сливается с ним. Алкоголь здесь становится самостоятельным, смыслообразующим мотивом поведения, мерилом всех ценностей и отношений. Среди корыстных преступлений критерий его выделения это совершение корыстных преступлений ради получения средств для приобретения спиртных напитков. Преступления совершаются примитивными способами, обычно заранее не готовятся, не принимаются меры к уничтожению следов, а похищенное тут же чаще всего сбывается.

Среди насильственных преступников подобного типа преступление является следствием специфической жизненной ситуации, которую можно свести к постоянному третированию этих людей домашним или ближайшим окружением. Обычно это преступления, совершаемые на так называемой «бытовой» почве. Перед судом нередко предстает в таких случаях опустившийся, несчастный человек, переживающий свою вину и безразличный к наказанию.

Перечисленный перечень далеко не полный, но главное, он демонстрирует нам невозможность создать типологию личности и поведения всех преступников в зависимости от мотивов их уголовно наказуемых действий. Понятно, что ценность попыток создать такие типологии не исчезает, поскольку в сочетании с более четкими классификациями и они приносят свою реальную, практическую пользу. При всем сказанном мы помним, что остается единый знаменатель – отчуждение личности, основы которого закладываются путем ее психологического и эмоционального отвергания в детстве.

1   2   3   4   5   6   7   8



Скачать файл (1139.5 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru