Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Лекции - Юридичеcкая психология - файл 1.rtf


Лекции - Юридичеcкая психология
скачать (1139.5 kb.)

Доступные файлы (1):

1.rtf1140kb.17.11.2011 13:11скачать

содержание
Загрузка...

1.rtf

1   2   3   4   5   6   7   8
Реклама MarketGid:
Загрузка...

Лекция 17. Психология следственных действий: психология допроса (коммуникативный контакт, приемы правомерного психологического воздействия, основные стадии, психологический анализ результатов)


Все следственные действия, как известно, являются нормативно обусловленными, владение ими обязательно для соответствующих специалистов правоохранительных органов. На деле профессиональные юридические действия выполняются, все знают, что надо делать, но результат получается разный. Причина в том, что один специалист ограничивается нормативным, процессуальным выполнением, а другой обогащает его вспомогательными действиями, создающими благоприятные условия выполнения основных. В юридической деятельности психологические действия чаще всего имеют характер вспомогательных действий. Их использование существенно повышает вероятность достижения высокого результата. Использование их или пренебрежение ими, умелость или безграмотность их выполнения как раз и определяют те кардинальные различия в результатах, которые имеют место у разных специалистов, казалось делающих одно и то же. Подлинный профессионализм юриста, несомненно, предполагает качественное и преднамеренное использование психологических знаний, осуществление разнообразных психологических действий.

Мы начнем рассмотрение психологии следственных действий с психологии допроса. Во-первых, потому что это наиболее психологически насыщенное следственное действие. Во-вторых, в работе следователя допрос занимает более четверти его рабочего времени. Как пишет Васильев В.Л., «умение использовать диалог для поисков и установления истины можно считать признаком высокой культуры расследования».

Итак, допрос при производстве расследования – это процесс получения показаний от лица, обладающего сведениями, имеющими значение для расследуемого дела. Центральными психологическими проблемами допроса являются установление коммуникативного контакта, система приемов правомерного психического воздействия с целью получения правдивых показаний, диагностика показаний в плане их истинности/ложности.

Психология допроса представляет собой, прежде всего, ситуацию профессионального общения, которая предполагает осуществление ряда требований. Эти требования – основа установления коммуникативного контакта. Коротко рассмотрим их.

Существует понятие личностного резонанса, который следователь оказывает на допрашиваемого и наоборот. Отсюда правило – заботиться об оказании благоприятного впечатления на собеседника: опрятный внешний вид, корректность, внимательность, т.е. все то, что необходимо входит в понятие профессиональной культуры. Первые впечатления и оценки нередко являются доминирующими в последующем общении. Помимо этого создание исходных обстановочных условий общения – психологически важно, чтобы следователь и допрашиваемое лицо оставались наедине (явления социальной ингибиции и фасилитации).

В число первостепенных задач для установления коммуникативного контакта входят также диагностика индивидуально-психологических особенностей, в связи с чем следователь должен владеть элементарными навыками визуальной психодиагностики; преодоление психологической защиты, снятие психического напряжения. В отношении последнего, например, можно заметить, что система предупреждений может значительно снизить психическую активность допрашиваемого. Поэтому она должна быть в начале допроса быть предельно ограничена. В ходе самого допроса следователю крайне необходимо владение техниками активного слушания [конспект «Перцептивная сторона общения», с.12-13]. Все сказанное можно суммировать в требование индивидуального подхода к допрашиваемому.

Следует сказать, что одна из наиболее сложных ситуаций, с которой может столкнуться следователь в рамках установления коммуникативного контакта, касается психологического отчуждения личности. Отчужденность личности выражается в нарушении механизма ее социализации – идентификации, благодаря которой индивид осознает себя как часть социума. Доминирующим способом поведения становится негативизм – установка на глобальное несогласие с партнером по общению, а часто и отказ от общения. При чем отчужденным может быть не только отдельный человек, но и та группа, в которую он входит. И развенчание ценностей этой группы в ряде случаев способствует созданию возможностей для контактных взаимодействий.

Хорошо, когда следователю удается предварительно оказать какую-то посильную и отвечающую нормам права помощь гражданину (в решении какого-то служебного, квартирного вопроса, в получении паспорта, иного документа или материальной помощи, положенной по закону, юридическом консультировании и пр.). В этом случае гражданин психологически испытывает обязательство перед следователем.

Следователь должен опираться на положительные моменты в поведении и личности допрашиваемого, открыто признавать правоту в его позициях и словах, выражать понимание. Это немного успокаивает, повышает чувство уверенности, формирует образ справедливого и благожелательного следователя. Здесь также присутствует расчет на психологическое обязывание собеседника к подобному ответному поведению.

Широко известен и успешно применяется прием накопления согласий. Он заключается в изначальной постановке таких вопросов собеседнику, на которые он естественным образом отвечает «да». Как правило, это констатация фактов по делу, не вызывающих сомнения. Для чего это нужно? Если человек сразу отвечает «нет», то ему психологически трудно сказать потом «да». Кроме того, если человек несколько раз подряд сказал «да», то формируется своего рода слабая, но установка на согласие.

Следует помнить, что ущерб коммуникативному контакту может быть нанесен односторонним повышенным вниманием следователя к уличающим, обвинительным обстоятельствам и невниманием, безразличием к оправдывающим, смягчающим ответственность обстоятельствам, обоснованным ходатайствам допрашиваемых лиц.

В целом, «золотое правило» поведения следователя на стадии установления коммуникативного контакта не допустить ничего, что может вызвать негативное к нему отношение. Наряду с этим следует категорически пресекать проявления со стороны отдельных допрашиваемых лиц недисциплинированности, бескультурья, речевой распущенности.

Установление коммуникативного контакта – исходное условие проведения допроса. В юридической литературе широко распространен термин «психологический контакт». Однако ряд исследователей (Еникеев, Антонян и др.) считают такое определение расширительным. Психологический контакт предполагает общую эмоциональную настроенность на основе единых целей и интересов. Поскольку в условиях судопроизводства у участников уголовного дела нет постоянного единства целей и интересов, то целесообразнее будет использовать термин коммуникативный контакт.

Коммуникативный контакт – это система приемов оптимизации отношений между общающимися лицами, выражаясь словами Станиславского «внутренние и внешние ухищрения, с помощью которых люди примеряются друг к другу в общении»; это взаимоактивизация общения с целью его дальнейшего развития. Сущность установления коммуникативного контакта заключается в актуализации эмоционально значимого предмета общения, вызывающего психическую активность общающихся лиц. В большинстве случаев коммуникативный контакт в предварительном следствии создается на основе информации, способной вызвать повышенную ориентировочную реакцию. У каждого обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего и свидетеля имеются свои животрепещущие проблемы, жгучие вопросы, концентрирующиеся вокруг рассматриваемого дела, и в рамках своего отношения к делу они строят свои контакты со следователем. Поэтому М.И. Еникеев категорически возражает против таких приемов, когда с любителем шахмат устанавливается «психологический контакт» разговором о тонкостях ферзевового гамбита, а с рыболовом – об особенностях клева. Уже изначально имеет место тот факт, что допрос – это официальная, процессуально регламентированная ситуация, с неравными статусно-ролевыми позициями собеседников. Это неизбежно сказывается на ограничениях т.н. «психологического контакта».

Установление коммуникативного контакта при допросе зависит от типа исходной ситуации – конфликтной или бесконфликтной. В случае противодействия возникает необходимость использования психологических приемов воздействия.

Центральная проблема большинства дискуссий о психологическом воздействии в юридической практике заключается в их правомерности и неправомерности. Что можно, а что нельзя? Каковы правовые и моральные границы их применения?

Мы знаем, что закон запрещает использование насилия, угрозы, шантажа. Преодолевая противодействие, следователь не должен ставить задачи сломить противодействующую личность, принизить ее, победить в борьбе с ней. Он не имеет права вымогать показания с помощью наводящих вопросов, необоснованных обещаний, манипуляции ложной информацией, использования низменных побуждений, малокультурности допрашиваемого, незнания им своих прав, религиозных предрассудков и т.п. Все это свидетельство низкой квалификации следователя, его безграмотности психологической и профессиональной, не говоря уже о нарушении законности.

Исследователи спорят о принципах приемов воздействия и фактически выделяют три основных: принципы законности, научности, целесообразности.

Некоторые исследователи (Еникеев, Антонян идр.) формулируют главный критерий правомерности следующим образом: средство достижения истины допустимо, если лицо, дающее показания, остается свободным в выборе линии своего поведения. Психический прием не должен основываться на неосведомленности обвиняемого (подозреваемого) или иных лиц в правовых вопросах; не должен унижать достоинства личности и ограничивать свободу ее волеизъявления; не должен насильственно влиять на позицию виновного, побуждать его к признанию несуществующей вины, к оговору невиновных, к даче ложных показаний.

Следователь воздействует не на содержание показаний, а на мотивационную сферу допрашиваемого, преодолевая установку на противодействие посредством убеждения в необходимости правдивого поведения. Основное назначение приемов психологического воздействия – демонстрация ненадежности ложных показаний, их обреченности на изобличение.

Приемы преодоления противодействия следствию, как правило, рассчитаны на развитие критического мышления допрашиваемого, на его внутренний анализ хода следствия. Поэтому успех допроса зависит от превосходства рефлексирующей деятельности следователя над рефлескирующей деятельностью допрашиваемого.

Несколько слов о рефлексии. Рефлексия - это воссоздание, предвосхищение позиций и действий противодействующей стороны в ответ на свои действия или, говоря простым языком, это думание за другого. Рефлексия может быть осуществлена на разных уровнях, она имеет свои ранги. Первый ранговый уровень рефлексии – предвидение субъектом поведения противодействующей стороны в ответ на свои действия. Более высокий ранг рефлексии – предвидение самой предвосхищающей деятельности другой стороны. Формируя ложное алиби, опытный преступник может предвидеть, как будет думать следователь, анализируя действия преступника.

В качестве иллюстрации часто приводится известная загадка о колпаках, надетых на мудрецов. Наиболее простой вариант таков: есть три колпака – два белых и один красный. В игре принимают участие двое. Ведущий объясняет им, что у него есть три колпака, и показывает их. Далее он говорит: «Я вам сейчас надену каждому белый или красный колпак так, что вы не будете знать, какой именно. Но постарайтесь ответить, какой колпак на вас надет». На обоих надеваются белые колпаки. Один рассуждает: «На нем белый, значит, на мне может быть белый или красный». Другой тоже видит белый и рассуждает точно также. В данный момент времени ни один, ни другой ничего о своем колпаке сказать не могут и молчат. Дальше любой из них может рассуждать так: «Если другой молчит, значит, он видит на мне не красный колпак. А раз так, то он видит на мне белый». Юрист, конечно, рассуждает не о колпаках, но принцип тот же.

Пример. Находясь в нетрезвом состоянии, С. не справился с управлением автомобиля и ночью врезался в стоящий у обочины грузовик. Четверо пассажиров погибли, а сам С. получил ушибы. Стремясь избежать ответственности, С. перенес один из трупов с заднего сиденья автомобиля на место у руля, а сам занял его место на заднем сиденье и симулировал потерю сознания. Прибывшему сотруднику милиции С. рассказал, что вместе с друзьями был на свадьбе, выпил и прилег на заднем сиденье автомобиля, и, видимо, уснул. Что было дальше, не знает. Преступник здесь рефлексировал следующий ход рассуждения следователя: кто-то из пострадавших, посадив еще троих подгулявших товарищей, повез их домой и, наехав на грузовик, погиб вместе с тремя спутниками. Эта версия привела к прекращению уголовного дела, хотя и была, наконец, опровергнута через несколько лет.

Все приемы психологического воздействия можно условно разделить на три группы: 1)приемы, содействующие распознанию ложности показаний; 2)приемы преодоления лжи и получения правдивых показаний; 3) приемы оказания мнемической помощи.

Рассмотрим основной ряд приемов психологического воздействия.

Ñознакомление противодействующего лица с системой имеющихся доказательств, раскрытие их юридического значения, убеждение в бесполезности противодействия следователю; разъяснение преимуществ чистосердечного раскаяния;

Ñсоздание у подследственного лица субъективных представлений об объеме доказательств, оставление его в неведении относительно фактически имеющихся доказательств;

При осмотре магазина, из которого была совершена кража, следователь обнаружил на полу под окном шерстяное одеяло. На одеяле имелось несколько вмятин, характер которых позволял предположить, что его несколько раз пытались повесить на забитый в верхнюю часть оконной рамы гвоздь в связи с тем, что уличный фонарь хорошо освещал внутреннюю часть помещения магазина. Подозрение пало на некоего П. Во время допроса ему был задан вопрос «Как вы думаете, был ли виден прохожим преступник, который пытался занавесить окно магазина?» Помня о том, что одеяло неоднократно падало и его пришлось вновь вешать, стоя у ярко освещенного окна, П. Решил, что его увидел и опознал кто-то из знакомых. Считая себя разоблаченным, П. признал свою вину.

Классический случай – прием косвенного допроса. Проявляя повышенный интерес к второстепенным деталям события, следователь косвенно дает понять, что основное ему уже известно. Он задает вопросы, существенные для расследования, маскируя их среди внешне «безопасных». При этом важно, чтобы допрашиваемому лицу не поступила информация о неосведомленности следователя по тому или иному вопросу, а сам допрашиваемый постоянно допускал «утечку» информации, проявляя информированность о тех обстоятельствах, которые могут быть известны лишь лицу, причастному к расследуемому преступлению. Подобная тактика имеет большое значение в допросе подозреваемого, когда существует острый дефицит исходной информации. При этом, перед подозреваемым ставятся прежде всего те вопросы, ответы на которые уже известны следователю. Это также создает ощущение информированности и позволяет выявить позицию подозреваемого в отношении дела.

Ñисправление ошибочных представлений о неосведомленности следователя;

Например, при отсутствии или наличии доказательной информации в полном объеме могут неожиданно сообщаться отельные, достоверные сведения, пусть незначительные, но указывающие на наличие информации. Или, например, можно сообщить о большом объеме проделанной работы (где побывал, с кем говорил, какие документы собрал и т.д.) Обычно это оказывает сильное впечатление на запирающееся лицо.

Ñсоздание условий для действий подследственного лица, ведущих к его разоблачению; временное попустительство уловкам, совокупность которых может иметь разоблачающее значение;

Этот прием часто основан на принципе контраста. Иногда бывает полезно допустить версию события, излагаемую допрашиваемым лицом. Тогда в совокупности изложенных обстоятельств легче выявить логические несоответствия на фоне имеющихся доказательств. Чем больше лжи, тем легче ее диагностика.

Ñсистема предъявления улик по возрастающей их значимости, внезапное предъявление наиболее значимых, изобличающих доказательств;

Здесь важно отметить, что внезапное и безмолвное предъявление вещественного доказательства может порой оказать влияние, превышающее любые словесные ухищрения следователя. Перед предъявлением доказательства необходимо предварить возможные уловки, задав соответствующие вопросы. Например, найденная при обыске у подозреваемого ценная вещь, принадлежавшая убитому, может быть объяснена подозреваемым как купленная им у неизвестных лиц. Если же вначале будет задан вопрос о покупках подозреваемого в последнее время и в перечне покупок данная вещь не будет указана подозреваемым, то такой косвенный вопрос предупредит его возможное ложное утверждение.

Ñсовершение следователем действий, допускающих их многозначное толкование подследственным лицом;

Например, следователь может организовать допрос данного подследственного таким образом, чтобы тот столкнулся у входа в кабинет с человеком, который, как известно подследственному, обладает определенной информацией.

Или такой пример. Допрашивая К., подозреваемого в убийстве, следователь рассматривал фотографии, которые были видны К. лишь с обратной стороны. Конверт, из которого были извлечены фотографии, с надписью «Лично прокурору» лежал на столе. Допустимо ли это действие следователя, даже если на фотографиях были изображены пейзажи или популярные актрисы? Допустимо, поскольку они ни к чему не обязывали подозреваемого. Однако, именно после этого К. признался в совершении преступления, интерпретировав фотографии как уличающие его обстоятельства.

Ñиспользование внезапности, дефицита времени и информации для продуманных контрдействий противодействующего лица;

Например, неожиданный вопрос как в случае с одеялом в магазине. Но внезапность происходящего часто может вести к нарушению коммуникативного контакта. Только в совокупности с предъявлением веских улик это может быть эффективным приемом психологического воздействия.

Ñдемонстрация возможностей объективного установления скрываемых обстоятельств независимо от его показаний (разъяснение возможностей экспертиз);

Расследуя дело о получении взяток за продажу импортной бытовой техники, следователь установил два факта получения продавцом А. взяток от В. и С.. Ознакомившись с порядком установления этой техники на дому, следователь узнал, что она требует специального монтажа работником соответствующей мастерской. Следователь сообщил подследственному, каким путем он может выявить всех лиц, которым А. продавал технику, но предложил ему чистосердечно признаться в своей вине, что буде квалифицироваться судом как смягчающее обстоятельство. После этого А. назвал еще пять покупателей, от которых получал взятки.

Ñсистема вопросов следователя;

Психологически воздействует не только содержание, но и последовательность вопросов. Вопросы следователя должны быть обоснованными, не носить характера «ловушек» (типа «где спрятаны вещи?», если не установлено, что вещи похищены данным лицом). Вопросы не должны быть наводящими. Существенное для следствия обстоятельство целесообразно выяснять посредством системы варьирующих вопросов.

Ñсистема приемов оказания мнемической помощи.

Мнемическая помощь – содействие восстановлению в памяти допрашиваемого лица забытого им материала. Мнемическая помощь легко может перейти грань процессуальной дозволенности и оказаться средством внушения, средством запрещенного законом вымогательства показаний. Квалифицированная же мнемическая помощь допрашиваемому лицу может стать решающим средством получения достоверной информации. Она основана на оживлении смысловых и пространственно-временных связей, ассоциаций.

Оживление ассоциаций по смежности, сходству, контрасту, логическим связям явлений, по структурно-функциональной объединенности – основные приемы мнемической помощи. Исход расследования часто зависит от правильного воспроизведения допрашиваемым лицом какого-либо ключевого обстоятельства – времени встречи с определенным лицом, момента совершения события, временного промежутка между событиями и др.

Для мобилизации памяти допрашиваемого могут быть применены следующие мнемические приемы: предоставление возможности свободного рассказа, повторение рассказа с различных стадий повествования (с середины, конца событий, изложения отельных эпизодов); допрос о фактах, сопутствующих преступлению (ассоциации по смежности, сходству, контрасту, причинно-следственные ассоциации); предъявление вещественных доказательств, находящихся в прямой или косвенной связи с забытым фактом; допрос на месте происшествия; ознакомление допрашиваемого с показаниями других лиц; применение на допросе планов, схем, рисунков, фотоснимков, моделей, макетов.

Психологически обоснованный тактический прием, в условиях противодействия, должен отличаться избирательной направленностью – оказать наибольшее воздействие на психическое состояние виновного и быть нейтральным в отношении невиновных, обладать «шоковым» воздействием – быть неожиданным, заранее нерасшифрованным допрашиваемым лицом. Шаблонные приемы, примитивные «хитрости» не только не имеют тактической действенности, но и раскрывают перед допрашиваемым лицом тактическую беспомощность следователя.

Кроме того, нельзя забывать, что тактика допроса в значительной степени зависит от процессуального положения допрашиваемого лица.

Несколько слов о допросе рецидивиста. Рецидивист, имея опыт поведения на допросах, в известной мере владеет тактикой противодействия следователю. Он, как правило, имеет некоторые правовые познания, правильно оценивает уличающие доказательства и во многих случаях после их предъявления не ведет бессмысленного противодействия следствию. Допрос рецидивиста нужно начинать сразу с существа дела, неожиданно предъявляя наиболее значимое для него основное доказательство. В случаях специального рецидива следователь может использовать архивные дела и изучить тактику поведения данного субъекта при расследовании его прежних преступлений. Следует также тщательно изучить его биографию и личностные особенности, выявить взаимосвязи в микросреде (до и после ареста). В ряде случаев допрос целесообразно проводить в присутствии прокурора, руководителя следственной группы или начальника следственного отдела. Одно из средств предупреждения возможного последующего отказа рецидивиста от ранее данных показаний – собственноручное написание обвиняемым показаний и использование видеомагнитофонной записи.

Что касается стадий допроса, то здесь можно говорить о двух аспектах. Первый аспект – процессуальный. Процессуальная характеристика стадий допроса описана в многочисленных учебниках криминалистики. Поэтому мы отметим кратко:

1)вводная. Сбор анкетных данных и в подтексте определение собеседниками линии своего дальнейшего поведения по отношению друг к другу.

2)стадия перехода к коммуникативному контакту или психологическому, как все-таки чаще отмечается в литературе. Обычно здесь задаются незначительные для существа дела вопросы.

3)получение от допрашиваемого основной информации по делу.

4)сопоставление полученной информации с уже имеющейся в деле, устранение всех неясностей и неточностей.

5)фиксация информации в протоколе, согласие/подпись допрашиваемого.

Психологический аспект стадий допроса имеет несколько отличную динамику, которую мы подробно рассмотрим.

^ 1)подготовительная стадия. Эта стадия предшествует непосредственной встрече следователя и допрашиваемого.

Не существует подготовки к «допросу вообще» - подготовка осуществляется к допросу конкретных лиц. Поэтому следователь должен, прежде всего, владеть алгоритмом допроса по делам определенных категорий. Так, при расследовании убийств выявляются в первую очередь свидетели, которые могут дать показания об обстоятельствах преступления. При расследовании краж личного имущества к первоочередным действиям относятся, как правило, допрос потерпевшего и т.д.

^ Основная задача следователя при подготовке к допросу – создать информационную базу допроса. По материалам дела следователь определяет, кого и по каким вопросам следует допросить. Он определяет цель допроса и его план (обязательно!), в котором фиксируются вопросы, требующие выяснения, их содержание и последовательность. Система вопросов должна тщательно прорабатываться, поскольку она может создать впечатление о мере информированности следователя по расследуемому делу и вообще является основным средством воздействия. Первоначально целесообразно задавать вопросы по таким фактам, которые не могут быть опровергнуты допрашиваемым.

Основные требования, предъявляемые к вопросу следователя: смысловая однозначность, простота конструкции, лаконичность, отнесенность к предмету допроса, системность – вопросы следователя должны быть выстроены в соответствии с логическими этапами разрешения следственно-познавательной задачи; отсутствие внушения. Вопросы по возможности должны быть нейтральными (кто, где, как, почему, когда и т.д.).

При подготовке к допросу следователь решает и такую тактически значимую проблему, как время, место допроса, последовательность допроса различных лиц, учитывая психологию отдельных лиц, их позицию в отношении правосудия, групповой статус, динамику групповых отношений, взаимоотношения с другими участниками процесса.

Готовясь к допросу, необходимо предвидеть все, что может нарушить процесс общения: сделать закладки на нужных страницах дела, выписать нужные при допросе фактические данные, подготовить необходимые схемы, фотографии, вещественные доказательства, подобрав их в определенной последовательности.

Психологически важная часть подготовительного этапа – это наличие максимально полной информации о допрашиваемом, что крайне важно для установления коммуникативного контакта с ним. К такой информации можно отнести: особенности личности, привычки, интересы, увлечения, пороки, жизненные цели, ценности, убеждения, профессиональные умения и навыки и т.д. Эти сведения можно почерпнуть из протоколов допросов и объяснений других лиц, других материалов уголовного дела, данных оперативных служб, служебных характеристик, публикаций в прессе и т.д. Предварительное изучение личности допрашиваемого направлено на определение наиболее эффективных приемов психологического взаимодействия с данным лицом, построение моделей наиболее вероятностного поведения лица на допросе.

Еще один необходимый аспект психологической подготовки к допросу – это поведение самого следователя (продуманные невербальные реакции, характеристики речи и т.д.).

Таким образом, основная часть подготовки следователя к допросу – систематизация исходной информации и определение критериев оценки показаний. Подготовка к допросу, его планирование – моделирование предстоящей деятельности, формирование ее ориентировочной основы.

^ 2)начальная стадия (некоторые исследователи, например, Васильев В.Л. подразделяют эту стадию на вводную как обеспечение эффекта первого впечатления и стадию установления психологического контакта).

Действия следователя, предшествующие получению показаний, заключаются в удостоверении личности допрашиваемого, разъяснении его прав и обязанностей. Они вводят допрашиваемое лицо в процесс официально-ролевого общения.

Поскольку обстановка формализма усугубляется и первоначальным заполнением в протоколе допроса анкетных данных допрашиваемого, то рекомендуется эту формальную сторону оживить более подробными расспросами о жизненном пути допрашиваемого, наиболее значимых его биографических эпизодах. Интерес к личности допрашиваемого находит обычно соответствующий эмоциональный отклик. Во многих случаях желательно специально подчеркнуть положительные стороны в биографии допрашиваемого, привлекательные стороны его характеристики, отдельные проявления порядочности и т.п. Большие возможности для общения дают профессия допрашиваемого, его личные интересы, служба в армии и т.д.

Установление коммуникативного контакта, а еще лучше психологического имеет огромное значение для последующего хода допроса.

^ 3)стадия свободного рассказа (главная).

В психологическом отношении свободный рассказ исключает какое-либо внушающее воздействие со стороны следователя, минимизирует возможность формирования у допрашиваемого лица предвзятых установочных ориентаций, облегчает свободное течение ассоциативных процессов.

Тактически целесообразно ориентировать некоторых допрашиваемых на первоначальное изложение наиболее расследованного эпизода, что облегчает оценку следователем позиции допрашиваемого лица.

На этой стадии следователю нередко требуется терпение, связанное с необходимостью учета особенностей допрашиваемых лиц. Часто именно на стадии свободного рассказа в наибольшей степени проявляется своеобразие проходящих по делу лиц. Те сложности воспроизведения, о которых мы говорили в психологии свидетельских показаний, становятся предметом активного анализа следователя.

Кроме того, на этой стадии проявляется и специфика процессуального положения допрашиваемого. Ситуация допроса обвиняемого или подозреваемого, в отличие от допроса свидетеля или потерпевшего, чаще носит конфликтный характер. Это требует соответствующей коррекции со стороны следователя (приемы воздействия).

^ 4)детализирующая стадия допроса.

Основными задачами здесь являются: 1)восполнение пробелов свободного рассказа, уточнение неопределенности высказываний, выяснение противоречий; 2)оказание мнемической помощи для более полного воспроизведения отдельных эпизодов события; 3)получение контрольных данных для оценки проверки показаний; 4)диагностика причин умышленного умолчания допрашиваемого лица об отдельных обстоятельствах событий, психическое содействие преодолению допрашиваемым лицом «барьеров умолчания», нейтрализация мотивов умолчания; 5)диагностика и изобличение ложных показаний; 6)оказание правомерного психологического воздействия с целью получения правдивых показаний (при полной уверенности в ложности показаний).

^ 5)заключительная стадия допроса

Основная задача следователя на этой стадии допроса состоит в полной и объективной фиксации полученных показаний. Здесь необходимы точные формулировки, адекватные ранее данным устным показаниям. Уже в процессе допроса следователь должен направлять речь допрашиваемого, просить излагать факты более точно и определенно. Всевозможные интонационные выделения, жесты, мимические выражения необходимо по возможности переводить в речевые выражения.

Наиболее важные показания должны быть продублированы другими словами, а для этого и вопросы должны быть сформулированы в иной речевой конструкции.

Протокол допроса должен отразить весь процесс допроса: вопросы следователя, предъявление документов, вещественных доказательств, речевые особенности ответов допрашиваемых лиц.

Учитывая т.н. «эффект края», когда начало и конец всегда запоминаются лучше, следователю важно психологически грамотно окончить допрос, особенно в преддверии других допросов того же лица.

Целесообразно эмоционально положительно фиксировать исполнение долга свидетелем. В ситуации с обвиняемым (подозреваемым) можно поставить акценты, предвосхищающие темы следующих встреч, или подчеркнуть правильность позиции на правдивую линию поведения.

^ 6)стадия психологического анализа и оценки результатов допроса.

После окончания допроса у следователя имеется протокол с изложением процессуально значимых фактов, сообщенных допрашиваемым. Наряду с этим у следователя, как правило, имеется масса невербальной информации, полученной в ходе допроса, которая нигде процессуально не зафиксирована. Значение же она может иметь гораздо большее, чем сказанное допрашиваемым. Анализ этой информации может создать опорные точки для выработки тактики последующих допросов и стратегии расследования в целом.

Говоря о психологическом анализе результатов допроса, мы вплотную подошли к центральной проблеме допроса – оценке истинности/ложности показаний. Оценка показаний – одна из основных профессиональных обязанностей следователя.

Как мы помним, цель допроса состоит в получении полных и объективно отражающих действительность показаний. Эти показания служат источником доказательств, а содержащиеся в них фактические данные – доказательствами. Закон обязывает свидетеля давать правдивые показания. Но что такое правдивые показания? В юридической литературе существует такое определение: «правдивые показания – это такое сообщение лица об обстоятельствах преступления, которое соответствует объективной реальности». Однако, из изложенного в прошлой лекции о психологии свидетельских показаний явствует, что погрешности в сообщении (не только сознательные искажения, но и неполнота, излишества, неточности) – обычное, а не исключительное явление (Штерн, «верное показание является только исключением, а ошибочное и ложное – правилом»). Искажения могут быть продуктом заведомой лжи и результатом добросовестного заблуждения. В чем может выражаться добросовестное заблуждение? В ошибочном объединении несвязанных между собой фактов; преувеличении или наоборот преуменьшении реальных размеров, длительностей, интенсивностей проявлений чего-либо; в смещении или перемещении отдельных сторон исходного события, в иллюзорной конкретизации, детализации; в замене одного содержания другим сходным содержанием и т.д. и т.п. Добросовестное заблуждение не может караться законом. Поэтому получение сообщения должно сочетаться с его анализом, установлением истинного и искаженного в нем, проверкой и уточнением, что только и позволяет дать окончательную оценку сообщению и с уверенностью использовать его в дальнейшей работе.

Особого внимания заслуживает диагностика ложных показаний. Как отмечал еще Лурия: «Ложь, как и всякое мышление, построенное по другому принципу, имеет свои формы, свои правила, свои приемы. Человек, который лжет, прибегает всегда к определенным законам мышления, к определенным формам логики». Ложь – это средство управления поведением другим людей путем их дезинформации. В сознании лгущего конкурируют две психические модели – модель подлинного события и псевдомодель, он постоянно находится в состоянии психического напряжения. Это обуславливает и определенные срывы – проговорки, неадекватные действия.

Диагностируя ложность показаний, следователь может избрать одну из двух тактических возможностей: 1)изобличить лжеца при его первых попытках ввести следствие в заблуждение; 2)позволить лжецу дать ложные показания и затем изобличить его. Как известно, чем больше лжи, тем легче ее диагностика.

Разновидностями дезинформации являются: сокрытие, маскировка, инсценировка, демонстрация, ложное алиби. Конкретными приемами, используемыми лгущим лицом на допросе, могут служить:

—умолчание, исключение из сообщения отдельных элементов описываемого события, собственных действий или действий иных лиц;

—дополнение описания вымышленными деталями или элементами, при помощи которых событию придается нужный характер;

—перестановка и смещение в описании отдельных фрагментов события по их месту, времени, последовательности, взаимосвязи и т.д.;

—замена отдельных элементов события иными, вымышленными обстоятельствами и деталями (по Ратинову, «Феноменология лжи»).

Каковы критерии оценки искренности и неискренности человека (см. таблицу)? Если правдивые показания основаны на образах, которые несут избыточную информацию и позволяют осуществить многостороннее «вычерпывание» информации, то ложные, базируясь на вымышленной схеме, информативно ограничены, они не имеют первосигнальной (сенсорно-перцептивной или впечатления) полноты, разносторонности. Отсюда затверженность, заученность, ригидность, непластичность ложных показаний, их эмоциональная индифферентность. В правдивых показаниях очень часто встречаются неточности, некоторые неясности и даже несоответствия. В тщательно продуманных ложных показаниях обычно все хорошо подогнано, состыковано (конечно, в меру интеллектуальных способностей того или иного лица). Есть старая притча: «Ты сказал мне первый раз – я тебе поверил. Ты сказал мне второй раз – я усомнился. Ты сказал третий раз, и я понял, что ты лжешь».

Помимо указанных критериев, очень важный источник для определения ложности показаний - это невербальные реакции. В психологии (исследования А. Мейерабиана) установлено, что передача информации происходит за счет вербальных средств (только слов) на 7%, за счет звуковых средств (включая тон голоса, интонацию звука) на 38% и за счет невербальных средств на 55% (!). Психологи ввели понятие «конгруэнтности», т.е. сочетанности, совпадения вербальной и невербальной информации. Именно на основании их несовпадения, отсутствия конгруэнтности можно говорить о ложности сообщения. Другими словами, человек говорит одно, а невербально, мимикой, жестами, позой, сообщает другое.

В связи с нашей темой интерес представляют т.н. «жесты неискренности». Простые примеры: защита рта рукой, прикосновение к носу, потирание века, частое поглаживание волос и др. (пример с пенсне - Глазырин Ф.В., Шиханцов Г.Г). Но необходимо предостеречь от поспешной оценки полученного показания по невербальному каналу. Невербальная информация всего лишь индикатор и требует хорошего знания психологии невербальной коммуникации и просто жизненного опыта. К тому же, вы знаете, она не обладает доказательственным значением.

В связи с последним интересно заметить, что в истории известны процедуры уличения человека во лжи и изобличения его в неблаговидном поступке или преступлении на основе предположения, что человек, скрывающий какую-либо информацию, в значимых для него обстоятельствах будет поступать иначе, чем другие люди. Так, у эскимосов подозреваемые в преступлении (например, воровстве) должны были поодиночке заходить в темный чум и прикасаться к перевернутому горшку, под которым, со слов шамана, сидела вещая ворона. Шаман говорил, что в случае прикосновения к горшку преступника ворона подаст голос. После выхода из чума у каждого подозреваемого осматривали кисти рук и точно указывали на преступника, т.к. у него руки были чистые, а у остальных замазаны сажей (горшок перед испытанием был незаметно покрыт сажей). Преступник, пытаясь избежать наказания, заходил в чум проходил мимо горшка, не касаясь его. Вот пример, когда невербальное поведение человека служит доказательством его вины.

Существуют ли научно апробированные методы диагностики ложных показаний? Первый такой научный метод получил название метода ассоциативного эксперимента. У него достаточно противоречивая судьба становления. Уже Фрейд и Юнг указывали на то, что когда больному невротику предъявляется какое-либо слово, имеющее отношение к бывшему у него сильному переживанию, у него тотчас нарушаются все его психические процессы: его ассоциации резко тормозятся, задерживаются, качество его психической деятельности понижается, наступают заметные изменения в дыхании, пульсе и т.д.

На основании этого факта другие исследователи Вертгеймер, Клейн, Гросс ставили опыты, суть которых сводилась к следующему. Испытуемому прочитывался рассказ, знание которого испытуемый должен был скрывать. После этого другой экспериментатор последовательно предлагал ему целый ряд слов, на которые испытуемый отвечал первым пришедшим в голову словом. Каждый раз, когда слово оказывалось имеющим отношение к рассказу, ассоциации испытуемого резко затруднялись.

Важным моментом, объясняющим такое явление, стало то, что аффективные следы в психике связываются не только с самим преступлением, но и с его отдельными деталями, которые оказываются резко аффективно-окрашенными для преступника и остаются неизвестными для ошибочно подозреваемого. Например, испытуемый В. подозревался в убийстве своей жены. По сведениям, полученным от соседки убитой, выяснено, что убийство произошло в полутемном коридоре квартиры. Женщина была тяжело ранена ножом в живот; на ее крик поспешила соседка и успела лишь довести ее до комнаты, где та упала на пол и вскоре умерла. В. указывал, что уже давно не был в квартире своей жены, с которой он был разведен, и что об убийстве ничего не знает, предполагая, что оно совершено с целью грабежа. Когда в ряду других слов его вниманию было предложено слово «коридор», - его поведение резко изменилось, он затормозил ответ, у него появились резко нарушенные двигательные реакции.

Вопросами ассоциативной диагностики в правовой сфере занимались и наши, отечественные ученые, например, Лурия. Вместе с тем, обозначились и недостатки этого метода. Во-первых, чистый ассоциативный эксперимент учитывает лишь состояние высшей ассоциативной деятельности, не включая моторную сферу и т.п.. Во-вторых, конечный этап ассоциативного процесса – слово-реакция, а что делается в том периоде, когда человек молчит? А если выдает после бурной аффективной реакции правильное слово? А что, если у испытуемого вообще проблемы с ассоциативными реакциями (особенно при психических аномалиях)? К тому же, его ассоциативная реакция может быть не первой, а второй или третьей, или четвертой. Одним словом, этот метод требует участия специалиста и крайне ограничен в использовании.

Несколько разрешить недостатки первого в плане учета более объективных показателей – реакций организма, нежели субъективной речевой продукции - удалось методу полиграфа. Полиграфическое тестирование строится на основе той же закономерности, что и метод ассоциативного эксперимента: аффективные следы в психике, связанные с тем или иными словами, относящимися к преступлению, дают эмоциональные реакции, которые выражаются и на уровне организма. Что фиксирует полиграф? Например, изменение пульса, дыхательного ритма, КГР и т.п. В настоящее время существуют различные модификации полиграфов. Основная область применения – определение степени причастности к событию преступления (виновности/невиновности), установление скрываемых обстоятельств и степени искренности человека при отборе его на работу в ряд государственных и коммерческих организаций. В ряде стран прохождение данного теста признается доказательством в уголовном процессе (США). Полиграфы широко применяются также в Великобритании, Германии, Японии, Польше и др. странах. В России опыт применения полиграфов невелик, в основном связан с деятельностью Министерства обороны, ФСБ, МВД и некоторых коммерческих структур.

Подведем итог нашему разговору о психологии допроса. Допрос представляет собой процессуально сложный, психологически напряженный и многообразный по применяемым приемам и методам процесс взаимодействия допрашивающего и допрашиваемого. Он основан на знании психологических закономерностей формирования показаний, оперирования доказательствами, выдвижения и реализации следственных версий, преодоления лжи и запирательства, психологического воздействия и психологической защиты, расшифровки «языка тела», психологического анализа и оценки результатов. И все это подчинено основной цели – получению объективной, процессуально значимой информации о событии преступления, механизме совершения и лицах, к нему причастных. Современное развитие психологии предоставляет юристам широкий спектр психотехнологий, владение которыми становится обязательным условием успешной деятельности.

^ Лекция 18. Психология следственных действий: психология осмотра места происшествия, очной ставки, следственного эксперимента, обыска и опознания

1   2   3   4   5   6   7   8



Скачать файл (1139.5 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации
Рейтинг@Mail.ru