Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Дипломная работа - Юридическая практика - файл дип.раб. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА..DOC


Дипломная работа - Юридическая практика
скачать (91.4 kb.)

Доступные файлы (1):

дип.раб. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА..DOC992kb.01.08.2005 05:17скачать

содержание
Загрузка...

дип.раб. ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА..DOC

  1   2
Реклама MarketGid:
Загрузка...






СОДЕРЖАНИЕ


ВВЕДЕНИЕ


4

1. ГЛАВА 1. Понятие и сущность юридической практики.


7

1.1. Понятие и сущность юридической практики.

7

1.2. Структура юридической практики.

14

1.3. Виды и функции юридической практики.


24

^ 2. ГЛАВА 2. Субъекты юридической практики


30

2.1. Субъекты законодательной практики.

30

^ 2.2. Субъекты судебной практики.

35

2.3. Субъекты прокурорско-следственной практики.


43

^ 3. ГЛАВА 3. Проблемы юридической практики, пути их разрешения.


51

3.1. Проблемы юридической практики, их виды.

51

^ 3.2. Понятие и сущность конкуренции норм уголовного права. Причины их возникновения.

59

3.3. Способы разрешения коллизий норм уголовного права.


64

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

70


^ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

72

ПРИЛОЖЕНИЯ:

  1. Схема №1 «Структура юридической практики».

  2. ^ Таблица №1 «Субъекты юридической практики».

  3. Таблица №2 «Проблемы юридической практики».





78

79

80


ВВЕДЕНИЕ
Анализ юридической практики - необходимое условие правильного решения правотворческих проблем, укрепления законности в процессе правоприменения и правореализации.

Именно понятие ''юридическая практика'' дает возможность уяснить связи юридических норм с жизнью и их взаимозависимость. Ориентировка в той или иной степени на практику помогает законодателю осуществлять эффективное использование юридических средств в управлении обществом.

Понятие юридической практики позволит полнее и глубже уяснить само право. Юридическая практика в ее обобщенном виде может быть использована как способ проверки эффективности норм права, полноты правового регулирования, выявления качественных характеристик права. В итоге юридическая практика окажется эффективным способом критической оценки законодательства, что приведет к воздействию на процесс формирования права. Изучая юридическую практику, можно увидеть, какие именно нормы реально функционируют, ибо закон живет и действует лишь тогда, когда он исполняется.

Актуальность темы исследования объясняется еще и тем, что именно в юридической практике происходит апробирование и синтезирование правовых норм, включенных в систему законодательства и получивших статус самостоятельных элементов в системе права. Юридическая практика - это своеобразный полигон, на котором происходит проверка жизнеспособности и надежности действующего законодательства. В случае обнаружения его недостатков юридический опыт или сигнализирует о необходимости правотворческого вмешательства, либо сам формирует собственные механизмы (прецедент, правоположение) корректировки правового регулирования.

Именно накапливаемый в ходе многократного правоприменения динамичный и прагматичный опыт довольно эффективно включается в процесс правового регулирования, тем самым становится составной частью нормативного звена механизма правового регулирования. Обобщение теоретических и эмпирических знаний об основных тенденциях и структуре юридической практики как накопленного опыта регулирования динамично развивающихся общественных отношений в сфере властной правореализации позволяет выявить место и роль юридической практики в механизме правового регулирования, ее внутреннюю структуру.

Значение юридической практики особенно велико в сфере уголовного права и процесса, где любая ошибка, любое неправильное применение или толкование нормы права приводит к серьезным последствиям, изменениям в судьбах людей. Поэтому юридическая практика в этой сфере позволяет выявить ''слабые места'' уголовного законодательства и принять меры к их преодолению.

Исключительно важное теоретическое и практическое значение данной проблемы оказало непосредственное влияние на цели и задачи исследования. Настоящая дипломная работа ставит своей целью комплексное исследование сущности, понятия, структуры, функций, субъектов и проблем юридической практики как правового явления.

Для достижения поставленных целей решается комплекс исследовательских задач, включающий:

1) изучение понятия и сущности юридической практики;

2) определение отличительных (специфических) черт данного правового явления;

3) анализ структуры и функций юридической практики, определение ее видов;

4) характеристика субъектов законодательной, судебной и прокурорско-следственной видов практики, определение их уголовно-правового статуса;

5) формулирование основных проблем юридической практики, осуществляемой в сфере уголовного права;

6) изучение проблематики коллизии и конкуренции уголовно-правовых норм.

Структура данной дипломной работы соответствует цели и задачам работы и состоит из введения, трех глав (каждая глава включает три раздела), заключения, списка использованных источников и приложений.

При написании данной дипломной работы использовались научные труды отечественных и российских ученых в области общей теории права, конституционного права, уголовного права – С.С.Алексеева, Е.В. Богданова, С.Н. Братуся, Г.А. Василевича, Н.Н. Вопленко, М.Г. Жука, Л.В. Иногамовой-Хегай, В.Н. Карташова, В.Н. Кудрявцева, В.И. Леушина, В.П. Малкова, А.П. Рожнова, Ю.А.Тихомирова и др.

Кроме того, были использованы статистические данные о практической деятельности судов и органов дознания и предварительного расследования, а также материалы судебной практики по уголовным делам.

При проведении дипломного исследования использовались в качестве основных сравнительно-правовой и формально-юридический методы. В дипломной работе были использованы и другие научные методы – анализа и синтеза, логический, системно-структурный.

Таким образом, данная дипломная работа представляет собой попытку комплексного исследования такого правового феномена как юридическая практика.


        1. ^ ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ

ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ


    1. Понятие и сущность юридической практики.


В философской литературе имеются несколько различающихся между собой определений понятия практики. Философы определяют практику как активную деятельность конкретно-исторического субъекта, в ходе которой он осуществляет материальное преобразование объекта в соответствии со своими целями, идеальной моделью действительности и знаниями о свойствах этого объекта, а также развивается и изменяется сам благодаря постоянному чередованию и связи процессов опредмечивания и распредмечивания [15, с.9]; как специфически человеческую, сознательную, целеполагающую, целесообразную, чувственно-предметную деятельность [48, с.358].

Все это позволяет выделить сущностные признаки данного понятия.

Во-первых, практика - это прежде всего деятельность, включающая в себя как практическое, так и теоретическое отношение человека к миру.

Во-вторых, практика есть единство двух составляющих - субъекта и объекта, отношение (связь) субъекта и объекта, при котором субъект преобразует объективный мир, но меняется в ходе этого двустороннего взаимодействия и сам.

В-третьих, практика есть первичное, исходное отношение человека к миру.

В-четвертых, практика не просто деятельность, а сознательная, целеполагающая деятельность.

В-пятых, практика всегда носит общественный характер. Человек вынужден производить необходимые для себя средства к жизни, в том числе производить и свою материальную жизнь, что возможно только в коллективе, в сотрудничестве и в обмене между людьми продуктами своего труда. Отсюда и необходимость общения и взаимопонимания, потребность в обмене информацией. Из-за данной потребности в общении и возникают такие средства общения, как человеческая речь, язык, абстрактное мышление, а уже затем научное познание.

На наш взгляд, юридическая практика является особой разновидностью практической деятельности, наряду с такими ее видами, как экономическая, политическая, производственная и т.п. виды практики. Поэтому все отмеченные общие признаки практики характерны также и для практики юридической.

Сгруппировав существующие в правоведении взгляды на понятие юридической практики можно выделить три их группы. Одни авторы отождествляют практику с юридической деятельностью (И. Я. Дюрягин, В. П. Казимирчук, Ю. И. Гревцов) [23, с130; 27, с.193]. Вторая группа авторов, стремясь отграничить юридическую практику от юридической деятельности и представить ее в качестве относительно самостоятельного явления, относит к ней лишь определенные итоги, объективированный опыт правовой деятельности (С. С. Алексеев, С. И. Вильнянский и др.) [13, с.340-341]. И, наконец, третья позиция, которая представляется наиболее предпочтительной, – когда любой вид юридической практики рассматривается в неразрывном единстве правовой деятельности и сформированного на ее основе социально-правового опыта (В. К. Бабаев, В.Н. Карташов, В. И. Леушин, В. П. Реутов и др.) [38, с. 31; 43; 32, с.44; 42, с.388].

Ошибочность первых двух точек зрения, на наш взгляд, состоит в том, что в первом случае из практики исключается такой ее важный элемент, как юридический опыт, во втором допускается другая крайность – результаты деятельности, объективированный вовне опыт отрываются, противопоставляются самому процессу деятельности и не учитывается тот факт, что практическое преобразование общественной жизни происходит не только с помощью решений и положений, выражающих итоговую сторону юридической деятельности, но и непосредственно в ходе этой деятельности, при осуществлении организационно-конструктивных правовых действий и операций.

Что же касается третьей точки зрения, то она позволяет точнее определить природу юридической практики и основные элементы ее структуры, правильнее отразить диалектику прошлой (ретроспективной), настоящей (актуальной) и предстоящей юридической деятельности, понять значение социально-правового опыта в механизме правового регулирования. Этот опыт как важнейший компонент практики представляет собой коллективную, надындивидуальную социально-правовую память, обеспечивающую накопление, систематизацию, хранение и передачу информации (знаний, умений, оценок, подходов и т.д.), позволяющую фиксировать и в определенной степени воссоздавать весь процесс деятельности или отдельные его фрагменты. Без социально-правового опыта (памяти) невозможны эффективное правотворчество и толкование, конкретизация и правоприменение, систематизация и восполнение пробелов в праве.

Под юридической деятельностью В.Н. Карташовым предложено понимать опосредованную правом трудовую, управленческую, государственно-властную деятельность компетентных органов, которая нацелена на выполнение общественных задач и функций (создание законов, осуществление правосудия, конкретизацию права и т.п.) и удовлетворение тем самым как общесоциальных, групповых, так и индивидуальных потребностей и интересов [32, с.31]. Юридическая практика с юридической деятельностью в данной концепции находятся в отношениях пересечения.

Достоинства описанных определений юридической деятельности и юридической практики очевидны. Так, юридическая деятельность рассматривается как разновидность социальной деятельности, как упорядоченное, целесообразное, предметное, избирательное, системное и планомерное взаимодействие индивидов в сфере правотворчества и применения права. Необходимым субъектом такой деятельности является государственный орган или должностное лицо. Такая деятельность направлена на преобразование социальной реальности в соответствии с требованиями правовых норм.

Ретроспективное изучение определенных этапов в развитии социальной (и юридической в т.ч.) практики и перспективное прогнозирование тенденций ее развития возможны благодаря фиксации у субъекта изменений, приобретенных в результате предметно-преобразующей практической деятельности. Поэтому познание государственно-правовых закономерностей осуществляется именно через изучение отраженного в итоге практической деятельности опыта. Тем самым строгое разграничение деятельности и практического результата возможно, как нам представляется, только лишь в умозрительном плане.

Однако это не означает, что надлежит полностью игнорировать саму деятельность как предпосылку накапливаемого в ходе практики опыта. Данной крайности не избегает, в частности, С.С. Алексеев, который утверждает, что под юридической практикой надо понимать объективированный опыт индивидуально-правовой деятельности компетентных органов (судов, других органов применения права), складывающийся в результате применения права при решении юридических дел [13, с.340-341].

Представляется неверным и подход тех авторов, которые даже опыт практической деятельности толкуют чрезмерно узко, включая в практику только те итоги практической деятельности, которые становятся своеобразными дополнительными, по сравнению с нормативными актами и заключенными в них правовыми нормами, компонентами регулирования общественных отношений. Например, С.Н. Братусь и А.Б. Венгеров полагают, что необходимо со всей решительностью отвергнуть мысль о том, что к судебной практике относится любое решение народного суда, определение кассационной или надзорной судебной инстанции или даже сумма решений по конкретной группе дел [46, с.8]. По их мнению, о становлении судебной практики как компонента и результата судебной деятельности можно говорить только тогда, когда суду для применения закона к конкретному случаю и для вынесения правосудного решения необходимо истолковать закон, уяснить его смысл, конкретизировать выраженные в словесной формуле закона понятия и в результате этого создать правоположение, позволяющее познать смысл закона и применить его к конкретному случаю. Таким образом, С.Н. Братусем и А.Б. Венгеровым сами итоги, результаты, опыт судебной деятельности видится только в форме праволожений, созданных при помощи конкретизации посредством толкования содержащихся в словесной формуле закона абстрактных, общих понятий. Однако итоги практической деятельности только правоположениями не исчерпываются, что более подробно будет рассмотрено в разделе о структуре юридической практики.

Едва ли верно видеть в практике как реальный процесс юридически значимой деятельности субъектов, так и обобщающий итог, результат этой работы в виде определенных правовых актов, выражающих некую тенденцию, политику в сфере правотворчества, воспитательной работе или реализации права.

Вероятно, доминирующая тенденция в данных сферах юридической деятельности может складываться не только из актов правотворчества и актов применения права, которые венчают собой результат, опыт или итог юридической деятельности. Во-первых, возможны ситуации, когда опыт юридической деятельности передается в силу существующей традиции, преемственности между поколениями практикующих юристов. Во-вторых, в юридической практике ценен не только сам по себе опыт, накапливаемый в итоговых правотворческих, правоприменительных, праворазъяснительных и прочих решениях о правах и обязанностях субъектов правоотношений, но и процессуальный, своего рода промежуточный, служебный опыт юридической деятельности, который также должен быть отнесен к юридической практике.

Следует согласиться с В.И. Леушиным, который определяет юридическую практику как деятельность субъекта по принятию решений правового содержания, не ограничивая при этом практику только деятельностью, но и указывая, что юридическая практика представляет собой единство юридической деятельности и объективированного опыта этой деятельности [38, с.26]. Такую деятельность следует видеть там, где человек принимает решение о правах и обязанностях, внешне выраженное, документально оформленное.

К формам юридической практики, в которых человек принимает решение о правах и обязанностях, следует отнести, сообразно делению правового регулирования на нормативное и индивидуальное, правотворческую сферу и сферу применения норм права. В рамках индивидуального регулирования В.И. Леушиным выделяется такой самостоятельный вид практики, как юридическая деятельность участников правоотношений, или т.н. договорная практика [38, с.27].

Таким образом, если говорить кратко, то юридическая практика – это деятельность компетентных субъектов по изданию (толкованию, применению и т.п.) юридических предписаний, взятая в единстве с накопленным социально-правовым опытом.

Характеризуя юридическую практику, необходимо иметь в виду следующее.

Во-первых, ей как одной из основных разновидностей социально-исторической практики свойственны черты, присущие любой практике. Однако вовлеченная в правовую систему общества, в процесс правового регулирования, социальная практика получает некоторые новые, в частности юридические, качества, позволяющие рассматривать ее как относительно самостоятельный тип практики.

Во-вторых, при этом действия субъектов и участников юридической практики, использование ими определенных средств и методов, способы оформления вынесенных решений и закрепление накопленного опыта урегулированы, упорядочены правовыми нормами и иными юридическими предписаниями. Тем самым ограничивается субъективизм и волюнтаризм участников, обеспечивается ее стабильность.

В-третьих, юридическая практика образует существенную часть культуры общества. Изучение, например, материалов юридической практики Древнего Рима (законов, судебных решений и т.д.) дает представление не только о тех или иных конкретных правовых ситуациях, но и об экономике и политике этой страны в разные периоды ее развития, о социальном и правовом положении населения, государственном и общественном устройстве.

В-четвертых, без этого вида социальной практики немыслимо возникновение, развитие и функционирование правовой системы общества. Именно она играет существенную интегрирующую роль в указанной системе, связывая в единое целое правовые нормы и индивидуально-конкретные предписания, субъективные права и юридические обязанности, правовые идеи и принимаемые на их основе решения [42, с.390].

В-пятых, она же способствует целенаправленному юридическому изменению общественной жизни. Это достигается при помощи издания новых или изменения уже существующих норм права, их толкования и конкретизации, использования и применения.

В-шестых, большинство практических действий и вынесенных в ходе рассматриваемого вида практики решений требует закрепления в строго определенных официальных актах – документах.

В-седьмых, общественная, коллективная природа юридической практики проявляется в том, что, во-первых, она обусловлена другими типами социальной практики. Во-вторых, любая юридическая деятельность предполагает соответствующие формы сотрудничества между ее субъектами и участниками, обмен информацией и результатами. В-третьих, накапливаемый социально-правовой опыт является совокупным продуктом совместной деятельности.

В-восьмых, в отличие от теоретической (научной) деятельности, где вырабатываются гипотезы, идеи, понятия, юридическая практика направлена на объективно-реальное изменение окружающей действительности. Сознание, которое опосредует любые практические действия, служит внутренней детерминантой юридической практики. Оно присутствует здесь во внешне выраженном, опредмеченном виде.

В-девятых, в процессе юридической практики возникают разнообразные материальные, политические, социальные и иные изменения. К ее особенностям следует отнести то, что она всегда порождает и соответствующие юридические последствия.

В-десятых, юридическая практика в той или иной степени влияет на все стороны жизни общества, способствуя развитию происходящих в нем процессов либо тормозя их. Это методологически важное положение следует иметь в виду при формировании и реализации любых планов и программ экономического, политического, социального и иного переустройства общества.

Анализ отмеченных черт и особенностей юридической практики показывает, что она занимает относительно самостоятельное место в правовой, системе общества и играет существенную роль в механизме правового регулирования.

Таким образом, под юридической практикой необходимо понимать единство юридической правотворческой, правореализационной и особенно правоприменительной деятельности субъектов правовых отношений, в ходе которой осуществляется процесс и накапливается опыт нормативного и индивидуального регулирования публично-правовых, социально-значимых общественных отношений, и накопленного социально-правового опыта.


    1. ^ Структура юридической практики.


Под структурой юридической практики понимается такое ее строение, расположение основных элементов и связей, которые обеспечивают ей целостность, сохранение объективно необходимых свойств и функций при воздействии на нее разнообразных факторов действительности [42, с.391].

Юридическая практика – образование полиструктурное, включающее, в частности, логическую, пространственную, временную, стохастическую и иные структуры.

Рассмотрение логической структуры позволяет отразить взаимосвязи частей и целого, элементов и системы, содержания и формы юридической практики. Последняя, как уже отмечалось, охватывает два основных компонента – юридическую деятельность и социально-правовой опыт. Динамичная сторона практики выражена преимущественно в деятельности, статическая – в правовом опыте. Каждый из этих компонентов также структурирован.

Структурный анализ предполагает исследование юридической практики в диалектическом единстве ее содержания и формы. Содержание позволяет раскрыть систему образующих такую практику внутренних свойств и элементов, форма – показать способы организации, существования и внешнего выражения ее содержания.

Конституирующими элементами содержания юридической деятельности выступают ее объекты, субъекты и участники, юридические действия и операции, средства и способы их осуществления, принятые решения и результаты действий.

Объекты практикиэто то, на что направлены юридические действия и операции ее субъектов и участников. Ими могут быть материальные и нематериальные блага, общественные отношения и конкретные действия (бездействия) людей, другие предметы и явления, включенные в соответствующий юридический процесс и служащие удовлетворению общественных и личных потребностей и интересов [32, с. 60].

В качестве носителей, управляющих «центров» практической деятельности выступают ее субъекты и участники. Субъектосновной, ведущий носитель правовых отношений, без которого немыслимо существование практики (суд, арбитраж и т.п.). От него непосредственно зависит разрешение юридического дела по существу. Участники юридической практики – это отдельные лица (организации), которые так или иначе содействуют субъектам в выполнении правовых операций. В качестве участников следственной практики выступают, например, свидетели и потерпевшие.

Юридические действия представляют собой внешне выраженные, социально-преобразующие и влекущие определенные правовые последствия акты субъектов и участников (например, подпись документа). Совокупность взаимосвязанных между собой юридических действий, объединенных локальной целью, составляет операцию (например, осмотр места преступления включает самые разнообразные правовые действия).

В качестве средств выступают допускаемые законом предметы и явления, с помощью которых обеспечиваются достижение цели и необходимый результат. Они составляют как бы инструментальную часть практической деятельности и используются для установления и фиксации фактов, анализа юридической «материи», вынесения и оформления решений, организации контроля за их исполнением. В некоторых случаях определенные средства жестко «привязаны» к конкретным видам практики и юридическим операциям. Так, в соответствии со ст. 181 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь, обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими средствами доказывания.

Все средства можно подразделить на общесоциальные (например, нравственные и иные социальные нормы), специально-юридические (договоры, нормы и принципы права) и технические (приборы и инструменты). В своей совокупности они составляют юридическую технику (правотворческую, судебную и т.п.).

Одни и те же средства могут быть использованы по-разному, различными способами. Так, важным средством фиксации материалов осмотра места происшествия является фотосъемка, позволяющая запечатлевать расположение предметов, их специфические черты, состояния, детали. Способы использования фотосъемки зависят от характера происшествия (преступления), места и времени съемки, множества других обстоятельств.

Способэто конкретный путь достижения намеченной цели (результата) с помощью конкретных средств и при наличии соответствующих условий и предпосылок деятельности. Способы накладывают отпечаток на выбор средств и характер их использования, в известной степени определяют стиль деятельности субъектов и участников.

Интегрированные в единое целое родственные способы образуют тот или иной метод воздействия. Система способов и методов составляет в своей основе юридическую тактику (праворазъяснительную, следственную и т.п.).

Результат воплощает в себе итог юридических операций, позволяющий удовлетворить индивидуальную или общественную потребность. Для установления результативности практической деятельности он соотносится с целями (задачами), которые ставятся в конкретной социально-правовой ситуации. В зависимости от степени их совпадения решается вопрос о том, достиг ли субъект (участник) поставленной цели, насколько эффективны были его действия, используемые средства, способы и методы.

Особое место в содержании практики занимает юридический опыт, который может отражать как совокупный итог всей практической деятельности, так и отдельные ее моменты. Он формируется в процессе выделения (отбора, селекции) в юридических действиях и операциях, принятых решениях, результатах деятельности наиболее рационального, целесообразного, передового, общего и полезного, имеющего важное значение для правового регулирования общественных отношений и дальнейшего совершенствования юридической практики.

По мнению В.Н. Карташова, составными элементами социально-правового опыта являются правоположения, т.е. такие достаточно устоявшиеся, выработанные в ходе многолетней практики предписания общего характера, которые аккумулируют социально ценные и стабильные фрагменты (стороны, аспекты) той или иной практической деятельности. Правоположения бывают правотворческими и правоприменительными, регулятивными и охранительными, обязательными и рекомендательными.

Другие авторы (Н.Н. Вопленко, А.П. Рожнов) предлагают рассматривать в качестве элементов накопленного социально-правового опыта следующие: прецедент толкования, прецедент толкования, правоположение, деловое обыкновение [21, с.116]. Рассмотрим данные элементы более подробно.

Прецедент толкования является, как правило, результатом казуального толкования подлежащей применению при разрешении конкретного правоприменительного дела правовой нормы или норм, регулирующих сходные правоотношения, которое делается уполномоченным на разрешение управленческого дела правоприменительным (чаще судебным) органом. То есть прецедент толкования - это продукт правоприменительного толкования, рожденный из него и обусловленный им [22, с.19].

Следует подчеркнуть, что прецедент толкования складывается побочно основной деятельности субъекта юридической практики. Например, у суда при разрешении конкретного дела нет задачи создать прецедент толкования. Более того, данный прецедент создается, как правило, попутно, спонтанно и осознание прецедентности единожды состоявшегося казуального толкования закона правоприменительным органом происходит несколько позднее: во-первых, после одобрения (оставления в силе) вынесенного по делу решения вышестоящими кассационной и надзорной судебными инстанциями, если прецедент толкования первично содержался в решении суда первой инстанции; во-вторых, после обсуждения и закрепления прецедента толкования, доведения его до сведения и своего рода популяризацию в ведомственных средствах массовой информации - обзорах практики, журналах, справках и обобщениях.

Как справедливо указано А.Б. Венгеровым, С.Н. Братусем, обязательным признаком прецедента толкования, раскрывающим его информационный характер, является опубликование прецедента. Только таким способом, как считают данные авторы, прецедент толкования получает внешнее выражение [46, с.62].

Следует заметить, что даже самое оригинальное и правильное толкование закона, содержащееся только в вынесенном по первой инстанции судебном акте, не может быть прецедентом толкования, если данное решение не прошло проверку в ревизионном порядке по кассационным и надзорным жалобам или протестам.

Прецедент толкования - это новое понимание правовой нормы, которое содержится во вступивших в законную силу, не отмененных и не измененных кассационных и надзорных постановлениях судов, а также в принятых по первой инстанции судебных актах, также не отмененных впоследствии вышестоящими судебными инстанциями.

С учетом вышеизложенного, прецедент толкования есть состоявшийся в деятельности органов применения права случай нормативного или казуального толкования норм права, направленный на их конкретизацию или же их новое актуальное понимание и применение с учетом познанной на момент разрешения юридического дела государственной воли, привносящий элемент новизны в правовое регулирование однородных общественных отношений.

Вторым важным элементом практики является прецедент применения правовой нормы, который логически вытекает из ранее состоявшегося нового, нестандартного толкования нормы, имевшего место в связи с рассмотрением другого дела, совпадающего, однако, в своих существенных признаках (юридически значимые обстоятельства) с делом, содержащим в себе прецедент применения.

Итак, прецедент применения правовой нормы - это получившее широкое распространение и признание в практике работы правоприменительных органов (преимущественно судебных) использование ранее состоявшегося прецедента толкования. Иначе говоря, прецедент применения - это критерий проверки жизнеспособности прецедента толкования и его регулятивных качеств.

Прецедент применения может состоять в выработке практикой так называемых стандартов доказывания, или стандартов решения дел в суде [21, с.144]. Суть стандарта доказывания заключается в том, что практика вырабатывает определенные унифицированные требования к доказыванию юридически значимых для разрешения сходных дел обстоятельств, устанавливает критерии достаточности доказательств для формулирования правоприменителем определенных выводов, которые выполняют роль юридического факта для вынесения по разрешаемому делу итогового решения. Так, в сфере уголовной юрисдикции сформулированные практикой эталоны, стандарты, образцы доказывания касаются именно совокупности доказательств, только при наличии которой делается вывод об установленности или неустановленности юридически значимого фактического обстоятельства. Например, получение взятки не может быть основано только на устных доказательствах (показания свидетелей, потерпевших и др.)

Таким образом, в обобщенном виде прецедент применения правовой нормы - это выработанное в юридической практике стандартизированное правило понимания и применения определенных норм права.

Следующим звеном формирования юридической практики выступает правоположение. Природа правоположений неоднозначно определяется в науке как с точки зрения их местонахождения, так и с точки зрения качества и содержания объективированного в них опыта.

Спорным считается мнение о том, являются ли правоположения опытом обобщенной конкретизации закона, либо же его толкования, или же правоположения имеют и определенное правотворческое значение и тем самым не являются ни результатом конкретизации, ни результатом толкования закона, а выходят за рамки как первого, так и второго и представляют собой фактически созданную субъектом практики правовую норму.

Можно выделить следующие черты правоположений.

Во-первых, правоположения являются одним из элементов накопленного в ходе многократного правоприменения опыта. При этом правоположения являются третьим элементом практики, их возникновение следует за прецедентом толкования и прецедентом применения правовой нормы [21, с.157]. Правоположение представляет собой устоявшееся типовое решение по применению юридических норм, которое в реальности приобретает черты общего правила.

Во-вторых, правоположения вызываются к жизни нестандартными ситуациями правоприменения: а) неясностью, абстрактностью и чрезмерной обобщенностью норм действующего позитивного права; б) пробельностью права и закона; в) наличием в тексте чрезмерно абстрактных правовых норм, излагаемых в формально-юридических традиционных источниках, так называемых оценочных понятий.

В-третьих, правоположения есть правила поведения, обладающие юридической обязательностью. При этом их обязательность покоится на силе авторитета создающих их органов и на авторитете традиции или в силу закрепления их в нормативно-правовых актах, обладающих юридической силой.

В-четвертых, правоположения составляют собой внутренне упорядоченную иерархическую систему. Первый уровень системы составляют правоположения, которые вырабатываются низшими звеньями конкретной системы органов применения права. Применительно к судам общей юрисдикции, это будут правоположения, которые вырабатываются районными судами и закрепляются во вступивших в законную силу судебных решениях по конкретным делам.

Второй уровень системы правоположений представлен уже правоположениями, содержащимися в решениях, определениях и постановлениях судебных коллегий и Президиума Верховного Суда Республики Беларусь, которые хотя и были приняты по конкретным делам, но в силу своей принципиальности для упорядочения и единообразия правоприменительной деятельности были опубликованы в специализированном информационном журнале - Судовом вестнике, и тем самым доведены до массового сведения.

Так, в практике применения уголовного закона спорным являлось понятие бесспорного состояния как квалифицирующего признака убийства (п.2 ч.2 ст. 139 Уголовного кодекса Республики Беларусь) (далее - УК Республики Беларусь). Неясность данного понятия вытекала из того, что практика не могла найти ответ на вопрос - можно ли относить к беспомощному состоянию сон и состояние сильного алкогольного опьянения? Верховный Суд Республики Беларусь не разъяснил с достаточной полнотой понятие беспомощности как отягчающего убийство обстоятельства в Постановлении Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 17.12.2002 N 9 '' О судебной практике по делам об убийстве (ст. 139 УК)'' [11]. Тем не менее, в судебной практике, исходя из рассмотрения конкретных дел было сформулировано определенное правоположение. В соответствии с ним ни сон, ни состояние алкогольного опьянения не свидетельствуют сами по себе о том, что лицо находится в беспомощном состоянии. Это правоположение выражено, например, в кассационном определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Беларусь по обвинению С. Этим определением был изменен приговор в отношении С., который первоначально был осужден по п.2 ч.2 ст. 139 УК Республики Беларусь за убийство Ш., находившегося заведомо для виновного в беспомощном состоянии. Определением кассационной инстанции от 20.12.2003 г. осуждение С. по п.2 ч.2 ст. 139 УК Республики Беларусь исключено, так как сон и алкогольное опьянение потерпевшего не могут быть расценены в качестве его беспомощного состояния. По мнению коллегии, сон - это не болезненное состояние, а обычный (нормальный) физиологический процесс [58, с.27].

Третий уровень системы правоположений представлен уже правоположениями, которые вырабатывались специально высшим звеном судебной системы - Пленумом Верховного Суда Республики Беларусь, и не в связи с разрешением конкретных дел, а на основе анализа ранее разрешенных дел. Правоположения Пленума Верховного Суда Республики Беларусь являются нормативными и закрепляются в постановлениях, которые являются нормативными правовыми актами в соответствии с Законом Республики Беларусь ''О нормативных правовых актах Республики Беларусь '' [5].

Заключительным элементом социально-правового опыта выступает деловое (правоприменительное) обыкновение - сплав обыденного и профессионального (судейского, правоприменительного) мировоззрения в специфической разновидности обычая, получившего фактическое признание нетрадиционного источника права во властной правореализационной деятельности уполномоченных компетентных органов и должностных лиц.

Обыкновение юридической практики представляет собой типичное, стереотипное, многократно повторяющееся поведение суда (судьи), иного органа применения права или должностного лица, связанное с реализацией правовых норм для разрешения типичных, совпадающих в своих существенных признаках правоприменительных ситуациях.

Форма юридической практикиэто способы организации, существования и внешнего выражения содержания последней.

Говоря о форме, целесообразно выделить в ней внутреннюю и внешнюю стороны. Внешней формой здесь выступают разнообразные юридические акты-документы (нормативные и индивидуальные, судебные и следственные, нотариальные и пр.), в которых закрепляются правовые действия, методы и средства их осуществления, вынесенные решения. К внутренней форме, т.е. к способу организации, внутренней связи элементов содержания, относится процедурно-процессуальное оформление практики, которое определяет круг ее субъектов и участников, объемы их процессуальных прав и обязанностей, условия вступления в правовой процесс и выбытия из него, порядок оперирования средствами и методами, сроки и время совершения действий, процессуальные гарантии, условия и процедуру принятия и исполнения решений, порядок их закрепления и опротестования (обжалования) и другие процедурные требования, связывающие в единое целое разнообразные свойства и элементы осуществляемой специфической деятельности.

Структура юридической практикиэто не только состав определенных элементов содержания и формы. Взаимообусловленность развития всех компонентов практики обеспечивается генетическими и функциональными, внутренними и внешними, прямыми и обратными, правовыми и неправовыми связями и отношениями, с помощью которых совершается перенос энергии, информации, свойств и т.д., осуществляются взаимный обмен результатами деятельности, контроль, помощь в реализации разнообразных полномочий и функций. В этом легко убедиться, если рассмотреть взаимодействие органов следствия, прокуратуры, суда.

Главное место среди этих связей и отношений занимают правовые отношения, которые в силу своей нормативной заданности, персонифицированности, гарантированности в каждой социально-правовой ситуации определяют индивидуализированные правомочия и обязанности, конкретную направленность юридических действий субъектов и участников практики.

Таким образом, юридическая практика, являясь комплексным правовым явлением, обладает сложной структурой, состоящей из взаимосвязанных между собой элементов. Наглядное представление о структуре юридической практика можно получить по схеме ''Структура юридической практики'' (Приложение 1.)


    1. ^ Виды и функции юридической практики.


Для правовой системы общества характерно одновременное функционирование разнообразных типов, видов и подвидов практики. В зависимости от характера, способов преобразования общественных отношений различают правотворческую, правоприменительную (правореализационную), распорядительную, интерпретационную и другие ее типы [42, с.394]. В процессе правотворческой практики формируются нормативно-правовые способы (нормы, принципы и т.п.) воздействия на общественную жизнь. Правоприменителъная практика представляет собой единство властной деятельности компетентных органов, направленной на вынесение индивидуально-конкретных предписаний, и выработанного в ходе такой деятельности правового опыта. Распорядительная практика складывается из распорядительной деятельности управомоченных на то субъектов и накопленного в процессе этой деятельности юридического опыта. Суть интерпретационной практики сводится к формулированию правовых разъяснений и правоположений.

В функциональном аспекте можно выделять право-конкретизирующую, контрольную, правосистематизирующую и иные типы практики. Особенность этих типов заключается в том, что изменения общественных отношений возможны здесь с помощью правотворческих, правоприменительных, распорядительных и праворазъяснительных средств и способов.

Любой тип юридической практики можно подразделить далее на определенные виды и подвиды. Так, в правоприменительной практике (тип) различают оперативно-исполнительную и юрисдикционную (виды), а последняя в свою очередь подразделяется на превентивную, карательную и др. (подвиды).

По субъектам юридическая практика разграничивается, как правило, на законодательную, судебную, следственную, нотариальную и т.п. По этому же критерию возможна и более детальная классификация. Так, к судебной относится практика Верховного Суда Республики Беларусь, областных, городских, районных судов. А приняв за основание классификации объекты практики и категории разрешаемых юридических дел, можно говорить о судебной практике, например, по гражданским и уголовным делам.

Каждый из типов, видов и подвидов юридической практики специфичен по своей природе, элементам содержания и формы, функциям и другим важным аспектам. Все это важно учитывать как в научном и учебном познании, так и в конкретной практической деятельности.

Функции юридической практики – это относительно обособленные направления гомогенного (однородного) ее воздействия на объективную и субъективную реальность, в которых проявляются и конкретизируются ее природа, творчески-преобразующая роль и социально-правовое назначение в жизни общества [32, с.35].

Функции – это всегда целенаправленное влияние юридической практики на общественную жизнь. Поэтому они непосредственно связаны с задачами (целями) практики.

В функциях выражаются сущность юридической практики, особенности ее сторон и свойств. Вместе с тем, изменение функций влияет на структуру практики, элементы ее содержания и формы. Именно в функциях особенно четко проявляются организационно-конструктивный и динамичный характер юридической практики, ее способность связывать воедино разнообразные элементы правовой системы общества, формировать нормативную базу этой системы, объяснять и конкретизировать правовые предписания, обеспечивать их реализацию. Следует особо подчеркнуть: о функционировании любых правовых явлений можно говорить лишь в том случае, если иметь в виду, что за ними стоят действующие субъекты и участники практики.

Правоведами выделяются различные функции юридической практики. С. С. Алексеев, например, считает, что таких функций три: правонаправляющая (ориентирующая), правоконкретизирующая и сигнально-информационная [13, с. 348-350]. В. И. Леушин рассматривает функции формирования права, совершенствования правоприменительной деятельности, воспитательную и правоконкретизирующую [38, с.50]. Особенно большое внимание в литературе уделяется правотворческой функции судебной и иных разновидностей практики.

Анализ отмеченных и других выделяемых в литературе функций показывает, что принятые подходы не всегда достаточно полно и всесторонне раскрывают творчески-преобразующий характер юридической практики, не охватывают многие ее созидательные аспекты и направления, опуская важные критерии классификации. Не обращается внимания, скажем, на тот факт, что практически в каждой подвергнутой рассмотрению функции целесообразно выделить ряд подфункций, обозначающих (в отличие от функций, отражающих наиболее общее, ведущее направление, в котором прежде всего выражаются сущность, природа и роль практики в правовой системе общества) некоторые особые, специфические стороны влияния юридической практики на социальную действительность. Например, в правотворческой функции практики вычленить правообразующую, правоизменяющую и правопрекращающую ее подфункции.

Одним из существенных критериев классификации рассматриваемых функций является сфера общественной жизни, которая подвергается практическому воздействию. По этому основанию можно выделить экономическую, политическую, социальную, воспитательную, экологическую, демографическую и другие функции. Общесоциальные функции предметно раскрывают управленческую природу юридической практики в обществе.

Наиболее ярко сущность и правовое назначение практики проявляются в ее специфических функциях, где за основу классификации приняты способы действий, характер деятельности и осуществляемых юридических преобразований либо полученный результат. К такого рода функциям в первую очередь относятся те, которые определяют конкретный тип (вид, подвид) практики – правотворческой, правоприменительной, праворазъяснителъной и др. Это, однако, не означает, что та или иная из обозначенных функций присуща только одноименной разновидности практики: она характерна и для всех других разновидностей. Правоприменительная практика, например, сигнализирует правотворческим органам о неполноте законодательства, его противоречиях и неэффективности, становясь таким образом необходимой основой для создания норм права и даже нормативных актов.

По способам воздействия на реальную действительность можно выделять регистрационно-удостоверительную (закрепительную), регулятивно-ориентационную и правоохранительную функции практики. Регистрационно-удостоверительная функция предполагает юридическое закрепление существующих и вновь появляющихся общественных отношений, конкретных социальных ситуаций, удостоверение прав и законных интересов, договоров и сделок, имеющих правовое значение, официальное регистрирование и свидетельствование фактов общественной жизни, официальное оформление и закрепление сложившегося правового опыта (так, ежегодно только нотариат удостоверяет несколько десятков миллионов сделок, обязательств и документов). Регулятивно-ориентационная функция выражается в осуществлении централизованного и автономного, нормативного и индивидуального упорядочения общественных отношений.

Содержание правоохранительной функции практики нагляднее всего можно раскрыть через ее подфункции: правообеспечительную, превентивную, правовосстановительную, компенсационную, карательную. Правообеспечительная подфункцияодно из важных, но не единственных направлений правоохраны. Поэтому их отождествление, допускаемое порой в литературе, не совсем верно. В данном случае с помощью конкретного типа (вида, подвида) юридической практики создаются определенные условия, предпосылки, средства и способы, обеспечивающие нормальное функционирование общественных отношений, достижение поставленных целей, осуществление требований правовых предписаний. Эта подфункция обычно связана с обязывающими и запрещающими методами воздействия на общественную жизнь.

Юридическая практика – важный канал общесоциального, специально-криминологического и индивидуального предупреждения правонарушений, осуществляемого с помощью правотворческих, правоприменительных, пра-воразъяснительных, контрольных, распорядительных и других юридических средств и мер.

Правовосстановителъная подфункция связана с разработкой и закреплением в законодательном или ином порядке мер правовой защиты, отменой неправомерных действий, решений и актов-документов, фактическим и юридическим восстановлением правопорядка, правоотношений, прав и законных интересов граждан и организаций.

Значение компенсационной подфункции заключается в том, что все разновидности юридической практики должны быть нацелены на возмещение любого материального, имущественного или морального вреда (ущерба), который причинен противоправными (а иногда и правомерными) действиями отдельным лицам, социальным группам, организациям или обществу и государству в целом.

Суть карательной подфункции юридической практики проявляется в формулировании и закреплении санкций правовых норм, в разъяснении, конкретизации, в применении к правонарушителям таких мер юридического воздействия, которые связаны с лишениями материального, личного, организационного и иного характера.

По времени действия функции юридической практики можно подразделить на постоянные и временные. Определенное значение имеет и классификация ее функций на основные, главные и неосновные. Такое разграничение необходимо и важно, во-первых, для выделения соответствующих подфункций. Во-вторых, в определенные периоды развития общества акцент может быть сделан на одной или нескольких важнейших сторонах юридической практики (например, на экологической функции). В-третьих, в силу специфической природы конкретного типа (вида, подвида) практики одни направления воздействия на общественную жизнь (например, для правоприменения – правообеспечительное и индивидуально-регулятивное) выступают в качестве главных, а другие (влияние на правотворчество правоприменительной практики) являются производными, сопутствующими.

Таким образом, если каждая функция (подфункция) показывает отдельное направление, сторону, аспект социально-преобразующей природы юридической практики, то взятые вместе они дают более или менее цельное представление о месте и роли этой практики в правовой системе общества.
^ 2. ГЛАВА 2. СУБЪЕКТЫ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ
2.1. Субъекты законодательной практики.
Одним из видов юридической практики, как уже отмечалось, является законодательная практика, то есть юридическая деятельность, связанная с подготовкой проекта и принятием нормативного правового акта, содержащего нормы права, а также сами нормативные правовые акты как итог, результат данной деятельности.

Законодательная практика делится на два вида:

1.) Законотворческая практика, то есть практика, связанная с подготовкой и принятием законов, то есть нормативных правовых актов, закрепляющих принципы и нормы регулирования наиболее важных общественных отношений.

2.) Иная нормотворческая практика, то есть практика, связанная с подготовкой и принятием иных нормативно-правовых актов.

Особенностью законодательной практики является то, что сам законодательный (нормотворческий) процесс строго регламентирован и состоит из расположенных в определенной последовательности стадий. Субъекты законодательной практики, виды и иерархия по юридической силе нормативных правовых актов как результатов (итогов) этой практики, процедура осуществления нормотворческой деятельности определены в Законе от 10.01.2000 N 361-З ''О нормативных правовых актах Республики Беларусь'' [5]. Так, в соответствии со ст. 1 данного Закона под нормотворческой деятельностью понимается научная и организационная деятельность по подготовке, экспертизе, изменению, дополнению, принятию (изданию), толкованию, приостановлению действия, признанию утратившими силу либо отмене нормативных правовых актов. Субъектами нормотворческой деятельности являются физические или юридические лица, принимающие участие в нормотворческой деятельности. Нормотворческая деятельность осуществляется в рамках нормотворческого процесса - нормотворческой деятельности нормотворческих органов (должностных лиц) по разработке и принятию (изданию) нормативных правовых актов, введению их в действие. Нормотворческим органом (должностным лицом) считается государственный орган (должностное лицо), уполномоченный (уполномоченное) принимать (издавать) нормативные правовые акты.

Закон выделяет следующих субъектов нормотворческой практики (нормотворческих органов) и принимаемые (издаваемые) ими нормативные правовые акты как результаты практики:

1) Парламент Республики Беларусь - Национальное Собрание Республики Беларусь (Палата представителей и Совет Республики) - законы Республики Беларусь, постановления Палаты Представителей, постановления Совета Республики.

2) Президент Республики Беларусь - декреты и указы. Декрет - нормативный правовой акт Главы государства, имеющий силу закона, издаваемый в соответствии с Конституцией Республики Беларусь на основании делегированных ему Парламентом законодательных полномочий либо в случаях особой необходимости (временный декрет) для регулирования наиболее важных общественных отношений. Указ - нормативный правовой акт Главы государства, издаваемый в целях реализации его полномочий и устанавливающий (изменяющий, отменяющий) определенные правовые нормы.

3) Совет Министров Республики Беларусь - постановления. Данными постановлениями утверждаются также иные нормативные правовые акты (положения, уставы, правила и т.п.).

4) Министерства, иные республиканские органы государственного управления Республики Беларусь - постановления и приказы. Иные нормативные правовые акты (инструкции, положения, уставы, правила) утверждаются постановлениями или приказами.

5) Национальный банк Республики Беларусь - постановления Правления Национального банка и постановления Совета директоров Национального банка.

6) Местные Советы депутатов, исполнительные и распорядительные органы - решения.

7) Конституционный Суд Республики Беларусь - заключения и решения.

8) Верховный Суд Республики Беларусь и Высший Хозяйственный Суд Республики Беларусь - постановления пленумов.

9) Генеральный прокурор Республики Беларусь - приказы, указания, распоряжения.

Деятельность указанных субъектов должна осуществляться в строгом соответствии с принципами нормотворческой деятельности, которые закреплены в ст. 7 Закона Республики Беларусь ''О нормативных правовых актах Республики Беларусь'': а) конституционности; б) соответствия актов нижестоящих государственных органов (должностных лиц) актам Главы государства и вышестоящих государственных органов; в) приоритета общепризнанных принципов международного права; г) защиты прав и свобод, законных интересов граждан и социальной справедливости; д) научности.

Нормотворческая деятельность субъектов законодательной практики осуществляется в форме нормотворческого процесса с соблюдением установленной процедуры, которая, как правило, состоит из следующих стадий нормотворческого процесса:

1) планирование нормотворческой деятельности, которое включает в себя разработку государственных программ и ежегодных планов подготовки проектов нормативных правовых актов;

2) нормотворческая инициатива - официальное направление субъектом нормотворческой деятельности в нормотворческий орган (должностному лицу) проекта нормативного правового акта или мотивированного предложения о необходимости принятия (издания), изменения, дополнения, толкования, приостановления действия, признания утратившими силу, отмены нормативного правового акта либо его части;

3) подготовка проекта нормативного правового акта, включающая: а) рассмотрение нормотворческого предложения и принятие решения по подготовке проекта; б) организационно-техническое и финансовое обеспечение его подготовки; в) сбор необходимых материалов и информации; г) разработку концепции проекта; д) составление текста проекта; е) согласование проекта; ж) проведение юридической и иных необходимых экспертиз;

4) принятие (издание) нормативного правового акта;

5) включение нормативного правового акта в Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь;

6) опубликование нормативного правового акта - доведение его до всеобщего сведения путем воспроизведения текста нормативных правовых актов в издании Национального реестра правовых актов Республики Беларусь и иных официальных изданиях, определяемых Президентом Республики Беларусь.

Следует отметить, что некоторые ученые (Г.А. Василевич) считают, что к стадиям нормотворческого процесса следует также отнести прогнозирование последствий принятия нормативных актов, а также обсуждение проекта нормативного правового акта, так как нормотворческая инициатива должна реализовываться в виде внесения соответствующего проекта [18, с.122].

В настоящее время в республике приняты меры по обеспечению единства нормотворческого процесса, повышению его эффективности. Сюда следует отнести принятие Закона Республики Беларусь "О нормативных правовых актах Республики Беларусь", других нормативных правовых актов, предусматривающих комплекс мер по упорядочению процесса подготовки, рассмотрения проектов нормативных правовых актов, взаимодействия различных субъектов в ходе этой работы.

Важным шагом в определении стратегии нормотворчества на современном этапе, усилению эффективности нормотворческой практики стало принятие Концепции совершенствования законодательства Республики Беларусь, одобренной Указом Президента Республики Беларусь от 10 апреля 2002 г. № 205. Данная Концепция устанавливает долгосрочные перспективы развития законодательства как правовой основы построения демократического правового социального государства.

Кроме того, она является научной основой определения основных направлений и способов совершенствования законодательства, необходимых для защиты прав и свобод гражданина, государственного суверенитета, решения задач интеграционных процессов, происходящих на постсоветском пространстве. Данный документ имеет значение и для практики нормотворчества в Республике Беларусь, поскольку в его основе лежит правовой опыт, накопленный нормотворческими органами Республики Беларусь.

Концепция воплотила в себе последние достижения белорусской правовой науки и нормотворческой практики. Именно соединение достижений юридической мысли и опыта практического нормотворчества, полученных за последнее десятилетие, их совмещение с задачами, которые решает наше государство в социальной, экономической и культурной сферах, должны заложить прочный фундамент для создания законодательства, отвечающего интересам общества в целом и каждого его члена в отдельности.

Вместе с тем необходимо отметить, что процесс нормотворчества протекает еще недостаточно эффективно, в законодательной практике имеют место определенные недостатки. К их числу можно отнести: ненадлежащее качество нормативных правовых актов, множественность действующего законодательства в конкретных сферах его применения, наличие пробелов и коллизий, отсутствие взаимосвязи и согласованности нормативных правовых актов, наличие фактов неоправданного расширения ведомственного нормотворчества, которое зачастую изменяет смысл актов, обладающих большей юридической силой, игнорирование научной технологии подготовки нормативных правовых актов и т. п. [29, с.38].

Наличие вышеперечисленных недостатков вызывает необходимость их глубокого всестороннего анализа и определения правовых средств, позволяющих их преодолевать. Концепция совершенствования законодательства Республики Беларусь способствует решению этой важнейшей практической задачи.

Таким образом, реализация положений Концепции в повседневной нормотворческой деятельности позволит обеспечить повышение эффективности деятельности субъектов законодательной практики, будет способствовать согласованности действий всех нормотворческих органов страны, системно и на научной основе решать проблемы совершенствования национального законодательства, способствовать его стабилизации.


^ 2.2. Субъекты судебной практики.
Судебная практика занимает важное место среди других видов юридической практики. Она выступает относительно самостоятельным объективным явлением. И как каждое объективное явление, она имеет свое, только ей присущее содержание, свои, только ей присущие формы, а также своих субъектов практики. Судебная практика представляет собой единство того вида судебной деятельности по применению правовых норм и разрешению юридических дел, который связан с выработкой правоположений и специфического результата, итога этой деятельности, закрепленного в судебных актах.

Субъектами судебной практики являются суды, входящие в судебную систему Республики Беларусь.

В системе органов Республики Беларусь суды занимают особое положение. Они являются органами управления правосудием и обладают компетенцией, соответствующей статусу самостоятельной ветви государственной власти.

Правовой статус судов определен главой 6 Конституции Республики Беларусь, Законом Республики Беларусь от 13.01.1995 N 3514-XII ''О судоустройстве и статусе судей'', Законом Республики Беларусь от 09.12.1998 N 217-З"О хозяйственных судах в Республике Беларусь'', Законом Республики Беларусь от 30.03.1994 N 2914-XII ''О Конституционном суде Республики Беларусь''.

Судебную власть можно определить как полномочия, предоставленные законом специальным государственным органам - судам и осуществляемые путем конституционного, гражданского, уголовного, административного и арбитражного судопроизводства [17, с. 22].

Судебная власть обладает рядом признаков, прямо вытекающих из закона:

1. Судебная власть осуществляется специальными государственными органами - судами (ст. 109 Конституции Республики Беларусь). Важность задач, возложенных на суды, характер деятельности, существенно затрагивающей права и свободы граждан, интересы различных органов и организаций, определяют особое положение суда в государственном механизме. Непосредственными носителями судебной власти являются судьи. В связи с этим к ним предъявляются повышенные требования относительно и профессиональной подготовки, и моральных качеств.

2. Исключительность судебной власти - признак, тесно связанный с предыдущим. Судебную власть вправе осуществлять только суды. Никакой другой государственный орган, должностное лицо не имеют права присваивать себе судебные функции. Судоустройство в Республике Беларусь определяется законом. Образование чрезвычайных судов запрещается.

3. Независимость, самостоятельность и обособленность судебной власти. При выполнении своих полномочий судьи подчиняются только закону, не испытывая давления или влияния со стороны кого-либо (ст. 110 Конституции Республики Беларусь). Никто не имеет права давать судье рекомендации, как разрешить то или иное дело. Судьи, рассматривая дело, не связаны позицией и мнением сторон в процессе. Даже вышестоящий суд может отменить решение нижестоящего, но не вправе дать указания о квалификации, мере наказания. Вмешательство в судебную деятельность является преступлением против правосудия и влечет уголовную ответственность. Одновременно с этим независимость судей означает, что судьи сами не имеют права подчиняться чьему-либо мнению при рассмотрении дел. Самостоятельность судебной власти означает, что суды осуществляют свои полномочия самостоятельно. Никто, кроме вышестоящего суда, не контролирует и не проверяет судебные решения. Решения суда не требуют какого-либо утверждения. Суды образуют свою обособленную систему, не входящую в другие государственные структуры. Организационно они никому не подчинены. Конечно, суды имеют определенные взаимоотношения с органами законодательной и исполнительной власти, но они осуществляются в рамках закона, гарантирующего независимость судей и подчинения их только закону [24, с.12].

4. Судебная власть осуществляется путем судопроизводства. Судопроизводство представляет собой деятельность, которая начинается при наличии определенных законом поводов и оснований (например, поступление в суд уголовного дела и достаточность содержащихся в нем доказательств для разрешения уголовного дела), протекает в определенной законом последовательности и форме. Закон выделяет следующие виды судопроизводства: конституционное - разрешение дел о соответствии Конституции Республики Беларусь законов Республики Беларусь, нормативных актов Президента Республики Беларусь, палат Парламента и других актов; уголовное - разрешение уголовных дел; гражданское - рассмотрение и разрешение дел, вытекающих из гражданских правоотношений; административное - рассмотрение и разрешение дел об административных правонарушениях; хозяйственное - разрешение хозяйственных дел.

5. Судебная власть осуществляется на основе и в строгом соответствии с процессуальным законом. Детальная регламентация судебного процесса, судебных документов и точное выполнение судами всех процессуальных требований гарантирует правильное установление всех фактических обстоятельств дела и вынесение обоснованного и законного решения, охрану прав лиц, чьи интересы затронуты в ходе судопроизводства. Конституционное судопроизводство осуществляется в соответствии с Законом Республики Беларусь "О Конституционном Суде Республики Беларусь". Уголовное, гражданское и хозяйственное - по правилам, установленным соответственно Уголовно-процессуальным, Гражданско-процессуальным и Хозяйственным процессуальным кодексами.

6. Властный характер полномочий суда - один из самых существенных признаков судебной власти. Все требования и распоряжения суда обязательны для всех без исключения государственных органов, организаций, должностных лиц и граждан. Суд применяет такие меры процессуального принуждения, как привод, наложение ареста на имущество, арест и т. д. Решение суда носит характер закона и подлежит обязательному исполнению на всей территории государства. В случае невыполнения органы, исполняющие судебные решения, могут применить принудительные меры для реализации судебных решений [16, с.32].

Суд, осуществляющий государственную власть, является государственным органом. Конституция Республики Беларусь и Закон "О судоустройстве и статусе судей'' предусматривают следующие виды органов, которым принадлежат полномочия по осуществлению судебной власти: Конституционный Суд Республики Беларусь, суды общей юрисдикции, хозяйственные суды.

Суд представляет собой учреждение, где обычно работают не один, а несколько судей. Судебная власть осуществляется по конкретным делам не всеми судьями одновременно, а так называемыми судебными составами. Рассматривать дело по существу могут судья единолично, коллегия из трех судей, судья и два народных заседателя.

Каждый суд осуществляет судебную власть в пределах компетенции, определенной законом. Районный (городской) суд рассматривает уголовные и гражданские дела по существу, а областной суд не только рассматривает уголовные дела, но и проверяет обоснованность и законность решений районного.

Судебная система - это совокупность всех судов, действующих на территории Республики Беларусь. Систему судов составляют:

1) Конституционный Суд Республики Беларусь;

2) суды общей юрисдикции, возглавляемые Верховным Судом Республики Беларусь;

3) хозяйственные суды во главе с Высшим Хозяйственным Судом Республики Беларусь.

И Конституционный Суд Республики Беларусь, и суды общей юрисдикции, и хозяйственный суды представляют собой три абсолютно независимых друг от друга части общей судебной системы. Все они имеют общие задачи по охране конституционного строя, политической и экономической систем, обеспечению законности и правопорядка, защите прав и интересов граждан. Каждая из этих трех частей судебной системы имеет свою компетенцию и не вмешивается в деятельность других.

Система судов общей юрисдикции состоит из Верховного Суда Республики Беларусь, областных и Минского городского суда, районных (городских) судов. В систему судов общей юрисдикции входят также специализированные военные суды, возглавляемые Белорусским военным судом.

Система хозяйственных судов включает Высший Хозяйственный Суд Республики Беларусь и хозяйственные суды областей и города Минска.
Осуществление правосудия является главным содержанием судебной власти, важнейшей судебной функцией. Первое свойство правосудия - осуществление правосудия только судом.

Вторым свойством правосудия является рассмотрение дел в определенной форме, в соответствии с установленными законом правилами. Рассмотрение дела происходит в форме судебных заседаний, которое происходит непрерывно, устно и открыто. В судебном заседании участвуют стороны, наделенные равными правами для защиты своих интересов. Ведущее место принадлежит суду. При разрешении дела суд применяет норму материального права к конкретному правоотношению. Осуществляющие правосудие судьи и народные заседатели независимы и подчиняются только закону. Завершается судебное заседание вынесением приговора (по уголовным делам) или решения (по гражданским). Приговор или решение должны быть законны и обоснованны, иначе они могут быть отменены кассационной или надзорной инстанциями.

Третьей характерной чертой правосудия является то, что оно осуществляется определенными способами, указанными в законе. Такими способами являются:

1) рассмотрение и разрешение в судебном заседании гражданских дел по спорам, затрагивающим права и интересы граждан, государственных предприятий, учреждений, организаций, колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений, других общественных организаций;

2) рассмотрения в судебных заседаниях уголовных дел и применения установленных законом мер наказания к лицам, виновным в совершении преступления, либо оправдания невиновных;

3) рассмотрение хозяйственных (экономических) споров;

4) осуществление контроля за конституционностью нормативных правовых актов в государстве.

Рассмотрим более подробно основные особенности судебной практики по уголовным делам. Прежде всего, обратимся к статистическим данным о деятельности судов в 2002 и 2003 гг.

Статистические данные показывают, что в 2003 году в производстве судов находилось 64577 уголовных, 184991 гражданское и 328258 административных дел [26, с.18]. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года число поступивших в суды дел увеличилось: уголовных – на 8803 (17,1%), гражданских – на 4903 (3%), административных – на 39387 (13,6%).

Окончено производство по 59589 уголовным, 169275 гражданским и 328258 административным делам (в 2002 г. – 51789, 163012 и 288871 соответственно).

Рост числа поступивших в районные (городские) суды дел повлек увеличение среднемесячной нагрузки на судей по рассмотрению уголовных, гражданских дел и материалов. Среднемесячное поступление дел на одного работающего судью районного (городского) суда возросло с 35 до 37,1 дела (8,4 уголовных дел, 23,0 – гражданских и 5,7 – материалов). Больше всего нагрузка возросла на судей г. Минска – с 37,3 до 41,8 дел в месяц на одного судью, Минской области – с 33,8 до 36,6 [45, с. 8].

Работа судов в 2003 году проводилась в сложной криминогенной обстановке. Рост числа зарегистрированных в республике преступлений составил 13,8%.

Основную категорию оконченных судами республики уголовных дел, как и в предыдущие годы, составляют преступления против собственности – 28219, или 47,4% дел, из них кражи – 17947 (63,6%). Уголовные дела о совершении преступлений против уклада семейных отношений и интересов несовершеннолетних составили 14,3% (8540 дел); 8,7% (5161 дело) – преступления против жизни и здоровья граждан; 7,9% (4699 дел) – преступления против общественного порядка и общественной нравственности, из них 98,6% – хулиганство; 5,5% (3290 дел) – преступления против правосудия; 4,9% – преступления против здоровья населения, из которых 97,4% приходится на незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров.

Районными (городскими) судами рассмотрено с вынесением приговоров 56560 уголовных дел, что на 18,8% больше, чем в 2002 году. В кассационном порядке областными, Минским городским судами рассмотрено 9547 уголовных дел. Обжалованы приговоры (определения) районных (городских) судов в отношении 10374 человек, или 14,9% от числа привлеченных судами к ответственности. В отношении 8325 лиц приговоры оставлены без изменения (80,3% обжалованных).

В надзорном порядке областными, Минским городским судами рассмотрено 4875 надзорных жалоб, изучено 2497 дел в порядке надзора, по которым принесено 772 протеста. Рассмотрено с протестами 1183 уголовных дела.

Вышестоящими судами в кассационном и надзорном порядке отменены приговоры районных (городских) судов в отношении 618 лиц (0,9%), изменены – в отношении 1292 (1,9%) лиц.

Статистика свидетельствует, что качество вынесенных районными (городскими) судами судебных постановлений по уголовным делам несколько улучшилось. В 2002 году приговоры отменены в отношении 851 лица (1,4%), изменены – 1517 (2,5%).

В 2003 году судами республики осуждено 65383 человека, что на 21,9% больше, чем в 2002 году. Число осужденных за убийство возросло на 4,5%, за нанесение тяжких телесных повреждений – на 14,6%, за преступления, связанные с наркотиками, – на 14,1%, за хулиганство – на 32,8%. По-прежнему наибольшее число лиц осуждается за преступления против собственности, их удельный вес составляет 50,2% (в 2002 г. – 49,6%).

Таким образом, статистические данные показывают, что с ростом преступности возрастает и количество рассматриваемых уголовных дел, а соответственно, и нагрузка на судей. Повышается роль и значение судебной практики по уголовным делам.

Судебная практика вскрывает недостатки уголовного законодательства, указывается те его ''слабые места'', которые могут быть по-разному истолкованы. Именно поэтому большую роль играет обобщение и анализ судебной практики, проводимый Верховным Судом Республики Беларусь, на основании которого Пленум Верховного Суда принимает постановления. При анализе практики Верховный Суд стремится выявить все вопросы неоднозначного применения закона и обеспечить единство подходов судов к их решению [28, с.3].

Формирование и направление судебной практики, обеспечение высокого профессионализма в деятельности судов по осуществлению правосудия требует соответствующего уровня аналитической работы во всех звеньях судебной системы, особенно в судах областного уровня.

В заключение необходимо отметить, что практика рассмотрения судами уголовных дел и практика назначения наказаний как ее составляющая является фактором, прямо влияющим на состояние правопорядка в стране.
  1   2



Скачать файл (91.4 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации