Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

The notion of slang in English, Russian and Uzbek languages - файл 1.rtf


The notion of slang in English, Russian and Uzbek languages
скачать (2736.7 kb.)

Доступные файлы (1):

1.rtf2737kb.21.11.2011 09:47скачать

содержание

1.rtf

  1   2   3   4
Ministry of Higher and Secondary Specialized

Education of the Republic of Uzbekistan

II English philology faculty

The chair of English Stylistic

Uzbek State World Language University

Qualification Paper

The Theme: The notion of slang in English, Russian and Uzbek languages

Written by:

Abduvaliev Hikmatillo

Group Number: 419 A

Scientific Advisor: Azizova F.

Reviewer: Umarova M.

Tashkent 2005

Content

1. Introduction………………………………………………………3

2. Chapter one:

§1. History of slang

§2. Slang as phenomenon in modern linguistics.

Slang and Jargon

3. Chapter two:

§1. Youth slang

§2. Slang in English, Russian and Uzbek languages

4. Summary

5. Conclusion

6. Bibliography


Introduction

Slang is an informal kind of language in which words and phrases are used in new or unusual ways. Many slang terms are expressive, humorous and vivid. Some are rude and offensive.

People use slang more often in speaking than in writing and more often with friends than with strangers. Slang thus resembles colloquialisms, which are expressions used in everyday conversation but considered appropriate for formal speech or writing. Unlike colloquialisms, however, most slang lasts only a few years. Also, nearly all colloquialisms are used- or at least understood- by the general population. But many slang expressions are limited to a certain segment of society or to a specific occupational group. For example, some slang is used only by criminals and other members of the underworld. Such slang is called argot and cant. The special slang and technical vocabulary of a profession or trade is known as jargon

Slang expressions change and spread so quickly that many people have difficulty determining what is slang and what is not. Dictionaries and language experts often disagree about whether a particular expression is slang, a colloquialism, or even standard language

The given ^ Qualification Paper is dedicated to one of the main problems of lexicology of the English language.

Slang is a language of a highly colloquial type considered as below the level of educated standard speech and consisting either of new words or current word employed in some special sense.

The aim of the research is based on detailed study of “Slang”, which is the most interesting and important for English Lexicology.

The given purpose follows successive solution of the following tasks:

  • to define the subject of Slang;

  • to study the origin and sources of slang;

  • to present Slang forms and kinds;

  • to reveal slang dominions.

The actuality of the Qualification Paper is that the vocabulary of the English language is increasing. It is necessary to define the role of slang in colloquial speech.

The novelty of the Qualification Paper is that in this investigation we have discussed the spread of slang, its kinds, role and usage among different youth fields of community.

^ The theoretical significance of this Qualification Paper is that the theoretical position can be used in scientific works besides that they may be used in delivering lectures on Lexicology and Stylistics.

The practical value of the Qualification Paper is that the practical results and conclusion can be used in seminars on Stylistics and Lexicology.

^ The content of this qualification Paper is as follows:

Introduction, two chapters, conclusion, summary and the list of used literatures.

Introduction deals with the description of the structure of a qualification paper.

The first chapter consist of two paragraphs;

The first paragraph History of slang.

^ The second paragraph is about Slang a phenomenon in modern linguistics.

The second chapter consists of two paragraph devoted to the study of Youth slang and Slang in English, Russian and Uzbek languages.

Conclusion deals with the theoretical and practical results .

In the Bibliography, it is listed the used literatures in the paper.

Chapter one

§1.1. История Сленга

Десять–двадцать лет — ничтожный срок для развития языка, но в истории бывают такие периоды, когда скорость языковых изменений значительно увеличивается. Так, состояние языков в семидесятые и девяностые годы может служить прекрасным подтверждением этого факта. Изменения коснулись и самого языка, и в первую очередь условий его употребления. Если использовать лингвистическую терминологию, то можно говорить об изменении языковой ситуации и появлении новых типов дискурса. Общение человека из семидесятых годов с человеком из девяностых вполне могло бы закончиться коммуникативным провалом из-за простого непонимания языка и, возможно, несовместимости языкового поведения. В качестве подтверждения достаточно указать наиболее заметное, хотя и не самое интересное изменение: появление огромного количества новых слов (в том числе заимствований) и также исчезновение некоторых слов и значений, то есть изменение узбекского лексикона.
^ 1. К ИСТОРИИ СУЩЕСТВОВАНИЯ СЛЕНГА

Итак, неверно, что русский язык в советскую эпоху был неуклюж, бюрократичен и малопонятен. Таким была только одна из его форм, а именно новояз, но другим новояз быть и не мог. Его устройство определялось его предназначением. Еще А.М. Селищев сформулировал ключевое правило (сославшись, впрочем, на газетный текст): если говорит непонятно – значит, большевик. Здесь надо сказать, что новояз не был чем-то мертвым и неизменным. Сталинский и брежневский новоязы значительно различаются между собой. Во многом языковые различия определяются функциями языка и задачами «пользователя», то есть власти. На смену прямому обману и промыванию мозгов пришли ритуал и забалтывание. В этом смысле оруэлловский новояз списан скорее со сталинского времени. Менялись эпохи, менялись дискурсы. Диглоссия же сохранялась, разве что наметилась определенная экспансия новояза. Сфера его употребления постоянно расширялась. Уже к любой публичной речи властью предъявлялись жесткие требования. Переход на «чтение по бумажке» становился почти обязательным.

Языковая стихия обрушилась и захлестнула весь народ. Оказывается, что почти каждый может выступать публично, а некоторые еще и обязаны. Сегодня политические деятели различаются не только внешностью, взглядами, но и языком. «Языковые портреты» политиков стали обязательной частью их образа, инструментом в политических кампаниях и даже объектом пародирования. Тексты, порожденные Е.Т. Гайдаром, В.В. Жириновским и А.И. Лебедем, никак не перепутаешь, даже если их прочитает диктор. Публичная речь во многом стала отражением индивидуальности, как, вообще говоря, и должно быть.

Таким образом, социальных различий в речи теперь меньше, а индивидуальных больше. Ну а тезис о всеобщей неграмотности, мягко говоря, неверен. Просто та неграмотность, которая существовала всегда, стала отчасти публичной.

Если же обратиться к непубличной речи, то она изменилась несколько меньше, хотя также испытала различные влияния. Правда, это коснулось не самой образованной части народа, а прежде всего тех, кто наиболее подвержен воздействию телевидения и газет. Английский, Русские и узбекские речи вообще стала более разнообразной, поскольку совмещает в себе разнородные элементы из когда-то несочетаемых форм языка. В сегодняшней речи не юного и вполне интеллигентного человека мелькают такие слова и словечки, что впору кричать «караул!». Молодежный сленг, немного классической блатной фени, очень много фени новорусской, профессионализмы, жаргонизмы – короче говоря, на любой вкус.

Вот несколько правил современного культурного человека, сформулированных на современном языке:

^ Не наезжай! Sail into someone

Не грузи! Do not worry

Не гони! Do not lie

Не тормози! Do not stop

Понятно должно быть всем, хотя ни одно из слов не употреблено в своем литературном значении.

Стал ли языки более «криминальными»? Безусловно. Как и все общество в целом. Другой вопрос – почему это так заметно. Раньше на фене «ботал» тот, кому было положено «ботать». Ну, разве что интеллигент мог подпустить что-нибудь эдакое для красного словца. Но это словцо было «красным», то есть резко выделялось на общем фоне. Сейчас же эти слова на устах у всех: профессора, школьника, депутата, бандита...

Из новых речевых жанров, все-таки имеющих игровое начало, следует упомянуть сленг. Новизна его, впрочем, условна и скорее состоит в социализации, выходе на публичную трибуну.

Что же касается других претензий к современному языку, то и здесь не все так просто. Действительно, резко увеличился поток заимствований из английского языка. Влияние Америки очевидно, и не только на русский и узбекиский язык и не только на язык вообще. Эти изменения также связаны с уничтожением границ и перегородок, но только внешних. Наибольшее число заимствований приходится на новые области, где еще не сложилась система русских и узбекиских терминов или названий. Так происходит, например, в современной экономике или вычислительной технике. В ситуации отсутствия слова для нового понятия это слово может создаваться из старых средств, а может просто заимствоваться. Русский язык в целом пошел по второму пути. Если же говорить о конкретных словах, то, скажем, принтер победил печатающее устройство. В таких областях заимствования вполне целесообразны и во всяком случае никакой угрозы для языка не представляют.

Однако одной целесообразностью заимствования не объяснишь. Во многих областях, ориентированных на Америку, заимствования явно избыточны, поскольку в русском языке уже существуют соответствующие слова (иногда старые заимствования). Тем не менее, новые заимствования более престижны и вытесняют русские слова из обращения. Так, бизнесмен борется с предпринимателем, модель – с манекенщицей, презентация – с представлением, имидж – с образом, визажист – с парикмахером и т.п. Появление такого рода заимствований иногда затрудняет общение. Объявление типа «Требуется сейлзменеджер» рассчитано исключительно на тех, кто понимает, а для остальных остается загадкой. Но издержки такого рода временны (только на период борьбы и становления новой терминологии) и тоже особой угрозы для языка в целом не несут. Едва ли мы становимся менее русскими и узбекискими, говоря бухгалтер (звучит-то как, если вдуматься!), а не счетовод. Да и чем уж нам так дорог парикмахер, чтобы защищать его в нелегкой борьбе с визажистом?

Количество заимствований в любом языке огромно, что самими носителями языка не всегда ощущается. Язык – необычайно стабильная система и способен «переварить» достаточно чужеродные явления, то есть приспособить их и сделать в той или иной степени своими. Степень этой адаптации важна, но и она не решает дела. Так, слова типа пальто (несклоняемое существительное) или поэт (отчетливое о в безударной позиции) переварены не до конца, однако русский язык не уничтожили.

В заключение следует сказать, что часто в общественном сознании то или иное состояние языка подвергается оценке, причем обычно отмечается как раз «плохое» состояние языка. Такая критика вызвана, как правило, слишком быстрыми изменениями в языке и возникающим в связи с этим разрывом между дискурсами разных поколений. В подобной ситуации мы сейчас и находимся.

§1.2. СЛЕНГ КАК ЯВЛЕНИЕ В СОВРЕМЕННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ. СЛЕНГ И ЖАРГОН.

В языкознании нет четкого понятия сленга.

Вся лексика того или иного языка делится на литературную и нелитературную. К литературной относятся:

  1. книжные слова

  2. стандартные разговорные слова

  3. нейтральные слова

Вся эта лексика, употребляемая либо в литературе, либо в устной речи в официальной обстановке. Существует также нелитературная лексика, мы делим ее на:

  1. Профессионализмы

  2. Вульгаризмы

  3. Жаргонизмы

  4. Сленг

Эта часть лексики отличается своим разговорным и неофициальным характером.

Профессионализмы – это слова, используемые небольшими группами людей, объединенных определенной профессией.

Вульгаргомы – это грубые слова, обычно не употребляемые образованными людьми в обществе, специальный лексикон, используемый людьми низшего социального статуса: заключенными, торговцами наркоти­ками, бездомными и т.п.

Жаргонизмы – это слова, используемые определенными социальными или объединенными общими интересами группами, которые несут тайный, непонятный для всех смысл.

Сленг - это слова, которые часто рассматриваются как нарушение норм стандартного языка. Это очень выразительные, ироничные слова, служащие для обозначения предметов, о которых говорят в повседневной жизни.

Необходимо отметить, что некоторые ученые жаргонизмы относят к сленгу, таким образом, не выделяя их как самостоятельную группу, и сленг определяют как особую лексику, используемую для общения группы людей с общими интересами.

Сам термин «сленг» в переводе с английского языка (Сов. энц. словарь, под ред. С.М. Ковалева, - М.: «Советская энциклопедия», стр.1234) означает:

  1. речь социально или профессионально обособленной группы в противоположность литературному языку;

  2. вариант разговорной речи (в т.ч. экспрессивно окрашенные элементы этой речи), не совпадающие с нормой литературного языка.

Сленг состоит из слов и фразеологизмов, которые возникли и первоначально употреблялись в отдельных социальных группах и отражал целостную ориентацию этих групп. Став общеупотребительными, эти слова в основном сохраняют эмоционально-оценочный характер, хотя иногда «знак» оценки изменяется. Например, «халтура» (актерская среда употребления) – обозначает «приработок».

На проблему выделения или невыделения сленга из ряда других и как понятия и как термина у отечественных языковедов существует несколько точек зрения:

  1. И.Р. Гальперин в своей статье «О термине «сленг»», ссылаясь на неопределенность этой категории, вообще отрицает ее существование.

Его аргументация основана на результатах исследований английских ученых лексикографов, главным образом на их опыте в составлении словарей английского языка, которые показали, что одно и тоже слово в различных словарях имеет различное лингвистическое признание; одно и тоже дается с пометой «сленг», «просторечие», или без всяких помет, что свидетельствует о соответствии литературной норме языка.

И.Р. Гальперин не допускает существования сленга в качестве отдельной самостоятельной категории, предлагая термин «сленг» использовать в качестве синонима, английского эквивалента жаргона.

  1. Мнение о тождестве двух понятий (сленга и жаргона), но помимо этого - резкое отрицание присутствия подобного явления в русском разговорном языке (Е.Г. Борисова-Лунашанец, А.Н. Мазурова, Л.А. Радзиховский).

Интересно использовать в данном аспекте мнение академика А.А. Шахматова, который предлагал указывать на подобное явление внимание, а не увлекаться пропагандой отрицания сленга и указанием как надо говорить.

Однако не следует подходить к сленгу исключительно с позиции исследователя-лингвиста, так как язык – явление не статичное, но многогранное, и в первую очередь по способу выражения (сленг присутствует преимущественно в устной речи).

С точки зрения стилистики – жаргон, сленг или социолект – это не вредный паразитический нарост на теле языка, который вульгаризирует устную речь говорящего, а органическая и в какой-то мере необходимая часть этой системы.

Береговская Э.М. выделяет более 10 способов образования функциональных единиц сленга, тем самым подтверждая тезис о постоянном обновлении словарного состава сленга. Помимо этого она указывает на доминирование ропрезентативной функции языка, как системного субъекта над коммуникативной путем сравнительного анализа словоупотребления в Москве и Московской области и Ташкент и Ташкентской области, т.е доказывает правомерность высказывания о том, что зарождение новых словарных единиц происходит именно в столицах, а уж потом происходит их перемещение на периферию. При этом в ее исследованиях отмечается, что это перемещение в среднем занимает 6 месяцев, но в связи с научно-техническим прогрессом и появлении более современных средств коммуникации сроки перемещения существенно сокращаются.

Некоторые исследователи полагают, что термин сленг применяется у нас в двух значениях: как синоним жаргона (но применительно к англоязычным странам) и как совокупность жаргонных слов, жаргонных значений общеизвестных слов, жаргонных словосочетаний, принадлежащих по происхождению к разным жаргонам и ставших, если не общеупотребительными, то понятными достаточно широкому кругу. Авторы различных сленг-словарей именно так понимают сленг.

Сленг — пиршество метафор и экспрессии. ^ Крыша поехала — выражение, рожденное в одном из жаргонов и попавшее в сленг. Ни один из наших нормативных толковых словарей его не показывал. Первым это сделал в 1992 году “Толковый словарь русского языка” Ожегова и Шведовой и отнес к разговорному стилю литературного языка. Со временем метафоричность этого выражения тускнеет. Сленг освежает ее: крыша теперь и течет, отъезжает, улетает. Метафорические импульсы, исходящие из этого выражения, проникают в его ассоциативное поле, и вот уже психиатр — это кровельщик, а психиатрическая практика — кровельные работы.

^ Врунок — радиотрансляционная точка; выхлоп — запах перегара, алкоголя изо рта; вратарь — вышибала в ресторане, баре; мять харю — спать; закрыться на просушку, быть на просушке — полностью прекратить пить из-за сильной алкогольной интоксикации; мыслить зеркально — верно понимать что-либо; капнуть на жало — дать взятку; до потери пульса — интенсивно и долго; подфарники — очки; npuгoвop — ресторанный счет; клумба — дура; клиент — простофиля; демократизатор, гуманизатор — милицейская дубинка, и многое другое есть в этом словаре.

Огромный интерес в данном исследовании представляют словари сленга. Интересны показом фактов, не нашедших в подавляющем числе случаев отражения в нормативных толковых словарях. Интересны как документ времени, определенное свидетельство и языкового вкуса эпохи, и социально-психологических процессов, порожденных внеязыковыми обстоятельствами. Говоря об этих процессах и обстоятельствах, авторы подобных трудов отмечают, что тюремно-лагерный жаргон не был подвержен влиянию официальной идеологии. А это в тоталитарном государстве делало его привлекательным “для всех, кого, так или иначе, не устраивала советская действительность: от диссидентов — до любителей джаза и беспредметной живописи”. Кроме этого, “страна, которая в течение многих десятилетий представляла собой практически один гигантский концлагерь, где люди постоянно, прямо или косвенно, сталкивались с тюремным бытом, не могла не усвоить нравов и обычаев этого мира во всех сферах социальной или культурной жизни”. Когда-то Жолио Кюри сказал: “Правда путешествует без виз”. А уж про слова и говорить нечего. В зоне их не удержишь.

^ Chapter two

§2.1. МОЛОДЕЖНЫЙ СЛЕНГ

Молодежный сленг представляет собой интереснейший лингвистический феномен, бытование которого ограничено не только определенными возрастными рамками, как это ясно из самой его номинации, но и социальными, временными пространственными рамками. Он бытует в среде городской учащейся молодежи – и отдельных более или менее замкнутых референтных группах.

Как все социальные диалекты, он представляет собой только лексикон, который питается соками общенационального языка, живет на его фонетической и грамматической почве.

Поток этой лексики никогда не иссякает полностью, он только временами мелеет, а в другие периоды становится полноводным. Это связано, разумеется, с историческим фоном, на котором развивается языки. Но связь эту нельзя трактовать слишком прямолинейно, объясняя заметное оживление и интенсивное словообразование в сленге только историческими катаклизмами. Сначала века отмечены три бурные волны в развитии молодежного сленга. Первая датируется 20-ми годами, когда революция и гражданская война, разрушив до основания структуру общества, породили армию беспризорных, и речь учащихся подростков и молодежи, которая не была отделена от беспризорных непроходимыми перегородками, окрасилась множеством "блатных" словечек;

Вторая волна приходится на 50-е годы, когда на улицы и танцплощадки городов вышли "стиляги". Появление третьей волны связано не с эпохой бурных событий, а с периодом застоя, когда удушливая атмосфера общественной жизни 70-80-х породила разные неформальные молодежные движения, и "хиппующие" молодые люди создали свой "системный" сленг как языковый жест противостояния |официальной идеологии.

Правда, надо ответить одну своеобразную особенность отечественных работ, посвященных этой теме; некоторые лингвисты, словно стыдясь, что взялись за исследование такого ''недостойного", "низкого" предмета, начинают или кончают призывами к борьбе с ним и свое исследование оправдывают необходимостью глубоко изучить зло, чтобы знать, как лучше с ним бороться. Такой подход представляется нам ненаучным: лингвист не может и не должен бороться с языком, задача лингвиста - исследовать его многообразие, в том числе и ненормативные проявления.

Для изучения молодежного сленга 70-80-х годов в нашем распоряжении есть три рода материалов:

  1. дополняющие друг друга словарные списки, вышедшие в последнее десятилетие (как отдельные издания, так и лексиконы, которые включены в работы о молодежи и ее языке);

  2. многочисленные материалы из газет и журналов, в языке которых появляется все больше сленгизмов;

  3. лингвистические анкеты, заполненные информантами-носителями русского языка, которые представляют интересующую нас социально-возрастную группу.

Формирование словаря так называемого "системного" сленга происходит за счет тех же источников и средств, которые свойственны языку вообще и русскому в частности. Разница только в пропорциях и сочетаниях.

а) нa первое место по продуктивности выходит иноязычные заимствования, причем почти исключительно англоязычные заимствования. Зафиксировано лишь два испанских (загордитьтся «растолстеть» и фумарить «курить»"), два немецких (бндеса, бундесовый "немцы из ФРГ", западногерманскяй" и кинд "ребенок") н одно финское (юкс "один рубль"). Этот- способ органично сочетается с аффиксацией, так что слово сразу приходит в русифицированной форме. Как правило, это пародийно русифицированная форма - а 1а Курдюкова: из parents "родители" "- пренты, пэрснты или парснта, из "день рождения" - бёздник или безник и т.п.

Появившись в таком гротескном облике, заимствованный сленгизм сразу активно вступает в систему словоизменения: герла - герлы, гсрлов, стрит ~ на стриту, пэренты - с пэрентами, зиппер "молния" - зиппера, байтовый "белый" - байтового,

И сразу активно включается механизм деривации:

герла, герлёныш, гсрлйцп, гсрлула, герлушкп, герловый,

- дринк (дринч) "спиртные напитки", дринкач, дринкер, дринк-команда, дринчать, дринкать, выдринкать, задринчить, удринчатъся, надринчаться, дринкованный, , дринканутый;

-кантри "дача", кантровый "деревенский", "провинциальный", кунтрумник, кант - рушница.

Интересно отметить, что некоторые иноязычные слова, давно ассимилированные русским языком, как бы заново заимствуются в другом значении (а иногда и с другим ударением) н уже в этом значении образуют дериваты: рекорд (рекорда) "грам-нластинка" - рекордовый "пластиночный"; митинг "встреча" - смитингнуться "встретиться"; ринг "телефон" - - рингать, рингануть "позвонить по телефону", рингушник "записная книжка с номерами телефонов"; спич "разговор" - сличить, спикать "разговаривать".

б) Аффиксация как средство весьма продуктивна и с исконно русскими корнями: - оттяг «наслаждение», оттягиваться «получать наслаждение "получать наслаждение, предаваться веселью;

- приколоться "обращать внимание; цепляться, насмехаться; увлекаться", прикол " то, над чем можно насмехаться, чем можно увлечься", приколист, прикольщик "тот, кто любит придираться, шутить над кем-либо", прикольный "забавный, интересный", приколъно "весело, оригинально".

Молодежный сленг обходится самыми стандартными суффиксами и префиксами. Например, большинство прилагательных, происходящих от английских корней, образованы с ударным суффиксом -ов-: брендовый "совершенно новый", олдовый "старый", янговый "молодой", лотовый "длинный", френдовый "принадлежащий другу", прай-совый "денежный", лэфшовый "левый", еловый "желтый", хитовый "популярный", файновый ''хороший", френчовый ''французский" и т.п. ;

Исключение составляет редкостный в системе русских формантов, которые используется при образовании имен нарицательных, суффикс -лов-о: зависалово "сильное увлечение», глюкалово "состояние галлюцинации", стремалово "ощущение опасности».

в) Следующим мощным источником формирования лексического состава сленга является метафорика. Здесь и собственно метафоры (такие, как киски "узкие треугольные темные очки, заголяк "полное отсутствие чего-либо", гасить убить), и метонимии (такие, как волосатые "хиппи").

Метонимии типа «стекло» лекарства в ампулах, употребляемые как наркотики'', метафоры типа дорога «идущие подряд следы на вене от систематических уколов» носят эвфемистический характер, затушевывают негативную суть называемых денотатов.

В метафорике часто присутствует юмористическая трактовка означаемого. В качестве примера назовем метонимии соплевич "эфедрин, лекарство от насморка, которое используется как наркотическое средство", лохматый "лысый" или метафоры с иронической коннотацией баскетболист "человек маленького роста",

По сравнению с тремя названными (иностранные заимствования, аффиксация и метафорика) удельный вес остальных источников формирования лексического фонда молодежного слёнга незначителен:

г) заимствование блатных арготизмов: беспредел "полная свобода, разгул"» ксива "документы ", мочить "бить», «убивать»;

д) развитие полисемии: кинуть-1) украсть что-либо у кого-либо; 2) взять что-либо у кого-либо и не отдать; 3) смошенничать при совершении сделки; 4) не сдержать, обещание, обмануть»

- ништяк - .1) все, в порядке, 2) это неважно! это несущественно? 3) неплохо, сносно; 4]| великолепно; 5)пожалуйста; 6) ладно, договорились!

с) антономасия (имя собственное как нарицательное): левиса, луисы "Джинсы", машка, ниташа "девушка", слушать мендельсона "присутствовать на акте бракосочетания", гнать муму "врать";

ж) синонимическая или антонимическая деривация (один из компонентой фразеологизма заменяется близким или противоположным по значению словом общенационального языка или сленга): забить косяк "набить папиросу наркотикотиком для курения" - заколотить косяк —> приколотить косяк —> прибить косяк; сесть на иглу "начать регулярно использовать наркотики" —> подсесть ни иглу --> подсадить на иглу "приучить кого-либо к употреблению наркотиков" ~ подсадить на винт —> подсадить на джеф —> слезть с иглы "перестать употреблять наркотики" —> соскочить с иглы - спрыгнуть с иглы;

у) усечение корней (апокопа): юг "югослав", mранк "транквилизатор", фен "фенамин";

и) сложение корней: кайфолом, кайфоломщик "человек, прерывающий своим действием состояние кайфа у друг их людей", рингофон "телефон", чикфаер "зажигалка";

к) телескопия: мозжечокнуться "сойти с ума" (от мозжечок + чокнуться), ландафшиц "учебник физики Ландау и Лифшица";

л) уиивербизация (стяжение): академка "академический отпуск", линейка "линейная алгебра", автомат "зачет, полученный автоматически":

м) аббревиация: чмо "дурак, тупица", чмошный "плохой" (от: человек морально опущенный), клюха "человек, сочувствующий хиппи, хиппи с небольшим стажем" (от: Клуб Любителей Хиппи), зоя "злюка" (от: змея особо ядовитая);

н) замена слова паронимом (так называемая фонетическая мимикрия): салют

"солутан", семочка "семинар", ракетчик "рэкетир", валя "лалюта", шпора "шпаргалка

о) каламбурная подстановка: бухарест "молодежная вечеринка" (от: бух "спиртное"), безбабье "безденежье" (от: бабки "деньги"), лоханка "необеспеченная жизнь" (от: лох "глупый человек), чайковский "чай", Чернышевский "черный хлеб':

л) метатеза (перестановка звуков или слогов): фуфли "туфли", фаршик "шарфик", рукитъ "курить", сабо самой "само собой».

р) энентеза (вставка звука или слога): тачанка «гакси» (от тачка), шпалера "высокий, худой человек" (от шпала).

Сводный словник уже зафиксированный в различных публикациях сленгизмов насчитывает около 1000 единиц. Исследователи, занимающиеся молодежным сленгом, включают в сферу изучения возраст с 14-15 до 24-25 лет. Сравнение показывает, что лексикон разных референтных групп совпадает лишь отчасти. Наиболее развернутый лексикон у хиппи.

Попробуем очертить хотя бы приблизительно портрет типичного носителя сленга. Известны знаковые моменты в облике и поведении у хиппи: у мужчин длинные волосы (недаром хиппи называют себя "волосатыми"). Молодые люди и девушки носят на шее мешочек с документами - "ксивник» а на руке бисерный браслет ~ "феньку". Все они путешествуют автостопом по "трассе", любят собираться в шумные сборища " "тусовки" и "сейшоны" - вечеринки, рок-концерты. Но настоящих странствующих хиппи, порвавших с родителями и не имеющих определенных занятий, в России совсем немного. Основная часть носителей сленга - это "хиппующие" старшеклассники и студенты. Газета "Вечерний Петербург" (6 октября 1992) описывает, например, двух таких юношей - Александра Турунова и Дениса Астахова. Зимой они слушают лекции в институте, сдают зачеты и экзамены, а летом, заранее составив маршрут, отправляются в путь с флейтой и гитарой. На "трассе" голосуют, но сразу предупреждают, что они студенты н денег у них нет. За услуги расплачиваются песнями. В городах ночуют на вокзалах. А если повезет, местные «хиппи» дадут адрес «вписки» - квартиры, где можно остановиться, В такую квартиру вписываются иногда до 10 человек. К началу учебного года Денис и Александр возвращаются домой.

А Запесоцкий и А.Файн в книге "Эта непонятная молодежь" (Запесоцкий, Фаин 1990 :53) рисуют другой портрет: девушка-филолог, закончила Ленинградский университет в 1986г. Училась на вечернем, днем работала в библиотеке. Контактируя с массой людей, познакомилась с хиппи. Почувствовала, что их взгляды ей созвучны, быстро освоила их манеру общения, стала своей в их среде. Дипломную работу она писала по американскому сленгу. Ради собственного удовольствия, составляла "Словарь системного сленга", 3-ю редакцию которого А. Запесоцкий и А.Файн приводят в своей книге.

Еще один портрет, провинциальный: смоленская аспирантка из "глубинки". С первого курса серьезно занимается историей литературы. Речь вполне соответствует норме. На фольклорном фестивале обнаруживается вдруг, что девушка прекрасно смоленским территориальным диалектом. А на межвузовской научной конференции, в перерыве между заседаниями, удивленный профессор случайно слышит, как его подопечная докладчица бойко болтает с коллегами из Москвы и других городов, уснащая свою речь живописными сленгизмами.

Надо четко представлять себе, что во всех случаях, когда мы встречаемся со сленгизмами не в словаре, а в живой речи, это речь не жаргонная, а лишь жаргонизированная — отдельные включения сленгизмов на фоне нейтральной или фамильярной лексики .Самая насыщенная она у московских и петербургских хиппи. В речи молодых людей на периферии концентрация сленгизмов гораздо меньше.

В сленге отражается образ жизни речевого коллектива, который его породил. Наиболее развитые семантические поля – «Человек» (с дифференцией по полу, родственным отношениями, по профессии, по национальности), «Внешность», «Одежда», «Жилище», «Досуг» (вечеринка, музыка, выпивка, курение, наркотики).

Сленгизмы очень интенсивно просачиваются в язык прессы. Почти во всех материалах, где речь идет о жизни молодых, интересах, об их праздниках и кумирах, где содержатся сленгизмы в большей или меньшей концентраций. И не только в молодежной прессе – “Узбекистон овози", "Даракчи", "7х7", “Парвона", "Тасвир" или газете "Санам", но и в таких адресованных читателям всех возрастов популярных газетах, как "Вечерная Ташкент", "Аргументы и факты". Газеты - ценный источник, потому что они оперативно отражают сегодняшнее состояние языка. Распространенная сленговая лексика попадает в них очень быстро, и мы получаем возможность объективно судить об ее частотности.

Предложенный материал по изучению молодежного сленга г. Астрахани позволяет также получить некоторые свидетельства, эволюции молодежного сленга. Например, такое: отошли в прошлое "телки", "чувихи", "герлы". Теперь молодые люди называют девушек "тетки" или "пчелы". Если девушка странная или выпившая, то о ней могут сказать "отъехавшая". Молодых людей; девушки соответственно называют "дядьки". Если молодой человек состоятельный, хорошо одетый ("упакованный", "прикинутый"), имеет машину ("тачку"), то о нем они говорят: "Ну ты просто туз", а также "крутой" или "нешуточный". Молодые люди бывают "повышенной крутизны", но попадаются и "подкрученные", т.е. не очень "крутые". В свете вышесказанного стоит процитировать, наверное, ныне модную поговорку: "Круче тебя только яйца, выше тебя только звезды". Говоря друг о друге,| молодые люди называют себя "чудаками" ("Мы тут с одним "чудаком вчера ..."). Это необидное слово, синоним бывшего "чувака". Если собирается компания, то это называется "тусовка" или "сейшн". "Тусовка" может оказаться "парашливой", т.е. |неудачной, или удачной - "чумовой"» (МК. 1992. № 10).

Русский молодежный сленг клубится главным образом в центре города. Но какие-то его элементы доходят и до периферии, а некоторые и рождаются там.

Молодежный сленг попадает в городской фольклор. Это и распространенный жанр— пародирование классиков ("Кабы я была кингица - спичит ферстая герлица../»), и песня, и анекдот, построенный на каламбурах.

Как экспрессивный элемент, образующий "стилистический слом" (термин Ю.М.Лотмана), сленг эффективно используется в микродозах и в прозе и в поэзии. Такое использование молодежного сленга в стилистических целях является, как заметала Дениза Франсуаза, способом превратить ею из достояния корпоративной группы во всеобщее достояние

Сленг – это универсалия. Многие черты роднят русский молодежный сленг со всяким арго. Это, «во-первых, его депрециативность: он весьма критически, иронически относится ко всему, что связано с давлением государственной машины. Здесь ощущается резко выраженный идеологический момент - "системный" сленг с самого своего возникновения противопоставляет себя не только старшему поколению, но прежде всего прогнившей насквозь официальной системе.

Второй чертой, которая роднит русский молодежный сленг со всяким арго, является его воспаленная метафоричность. Б.Д. Поливанов очень метко назвал арготическое словообразование словотворчеством; "Здесь действительно мы встречаем не индивидуальную выдумку единого организующего приема, а в подлинном смысле слова широкое коллективное, а порой и широко разноообразное по приемам своим языковое творчество» (Поливанов 19316 : 158-159)

Третья черта - это доминирование репрезентативной, а не коммуникативной и тем более не криптолалической ф у н к ц и и. Именно репрезентативную функцию как органичную и важную в данном случае подчеркивал Б.Д. Поливанов, рассматривая жаргон школьников: «Когда ученик говорит "нафик" или "напсик" вместо "зачём» он ведь мыслит в качестве коммуницируемого комплекса идей не одно только переводное значение слова (т.е. значение "зачем" или "почему"), а ещё кое-что. И если попробовать передать это "кое-что", то это окажется следующего приблизительно содержания мыслью <...> - мыслью, содержащей характеристику обоих участников языкового обмена (диалога): "Оба мы с тобой дескать, - хулиганы! или вернее, играем в хулиганов"» [Поливанов 193ta : 163].

Молодежный сленг – это пароль всех членов референтной группы.

Четвертая особенность, характеризующая русский молодежный сленг как универсалию, особенность, которая связывает его с прочими арго и особенно со студенческим арго – французским, немецким, болгарским и другими, - это его людичекая направленность. Молодежный сленг - не просто способ творческого самовыражения, но и инструмент двойного остранения [Радзиховский, Мазурова 198Я: 136]. Если людическая функций, как показал Хейзинга свойственна человеку вообще, то молодому человеку она свойственна тем более.

Наше исследование показывает, что молодежному сленгу, как всякому арго и шире - как всякому субязыку, свойственна некоторая размытость границ. Вычленить его как замкнутую подсистему, как объект наблюдения можно только условно [Скребнев 1985: 22-25]. Постепенное распространение молодежного сленга идет or центра к периферии, и на периферии он укореняется минимально.

Изучение и сравнение системы функциональных стилей разных языков приводит к выводу, что арго, как его ни называй - жаргон, сленг или социолект. - это не вредный паразитический нарост на теле языка, который "иссушает, загрязняет и вульгаризирует устную речь" того, кто им пользуется, а органическая н в какой-то мере, по-видимому, необходимая часть этой системы. Она очень интересна для лингвиста: это та лаборатория в которой все свойственные естественному языку процессы, не сдерживаемые давлением нормы, происходят во много раз быстрее и доступны непосредственному наблюдению. Что ж до ''иссушающего" влияния молодежного жаргона, то надо заметить, что все социальные диалекты, в отличие от территориальных диалектов, никогда не бывают первым и единственным способом коммуникации для тех, кто ими пользуется. Молодежный сленг-это один из функциональных стилей, к которому прибегают носители языка с относительно высоким уровнем образования (его "энглизированность" - веское тому доказательство) только в определенной ситуаций общения. В других ситуациях они пользуются другими стратами шкалы стилей. Химики говорят, что грязь-- это вещество не на своем месте (масляная краска на рукаве пиджака, чернозем на паркете). Пока молодежный сленг используется молодыми, когда ;они общаются между собой в непринужденной, неофициальной обстановке, никакого «загрязнения» не происходит. То же касается и языка художественной литературы: когда сленгизмы входят в него как элементы речевой маски персонажа, это не вызывает никакого протеста, если делается с тактом ; и эстетически мотивированно.

В первую очередь своей выразительностью, озорной и веселой игрой со словом привлекает к себе молодежный сленг, с которым взрослая часть населения начала знакомиться, читая в оттепельные годы молодых прозаиков и поэтов, молодежную прессу и слушая своих детей. На фоне уныло-лживой официальной пропагандистской жвачки сленги привлекали свежей метафоричностью, раскованностью, а порой и краткостью обозначений (например, утюг — “фарцовщик, прохаживающийся по тротуару перед гостиницей, ожидая клиента”). Состав сленга отражает опасный, тревожный факт распространения наркомании: десятки слов и выражений. Сленг свидетельствует и о стойкой бытовой ксенофобии (негатив, копченый, чучмек, чурка, Чуркестан и т.п.)

Главную же роль в языке сленга с нашей точки зрения играют специальные слова или словосочетания-маркеры. Эти слова являлись своего рода универсальными сообщениями, заменявшими длинную последовательность предложений, которые, наверное, было просто лень произносить. Один из профессоров филфака на вводной лекции сказал: "Филолог не должен бояться языка", чем немало развлек аудиторию.

Кроме того, они выполняли функцию кодировок, скрывавших смысл беседы от непосвященных. Допустим, некто из своих упрекает при посторонних в неблаговидном поступке. Можно затеять полемику и ввести публику в курс дела. А можно просто с правильной интонацией процедить сквозь зубы: "Чарльз Дарвин". Фраза является результатом редуцирования известной цитаты: "Кто мне это говорит? Граф Толстой мне это говорит или Чарльз Дарвин?" и означает в примерном переводе на местный "сам такой".

Сленгу характерен скорее семантический юмор. Более всего ценится удачная - порой мрачновато-абсурдная - игра слов: проект диалога "Пидр" - компиляции из "Пира" и "Федра", новое чувство "прусть" или восклицание "босхитительно" и пожелание писать "фростче"; или "дикая охота короля Траха"; философ Белибердяев; шестиногий Вшива; Истерическая родина и пьянка при дворе короля Артура; Или посложнее что-нибудь, требующее определенных умственных усилий, чтобы оценить шутку, например, сочинение Юлии Чезарик "Дебелая Галька"... Мамон Лесков и Ростов на дому, зоб предков и песня о цоколе

Но в чем же отличие молодежного сленга от сленгов других типов?

Во-первых, эти слова служат для общения людей одной возрастной категории. При этом они используются в качестве синонимов к английским словам, отличаясь от них эмоциональной окраской.

Во-вторых, молодежный сленг отличается «зацикленностью» на реалиях мира молодых. Рассматриваемые сленговые названия относятся только к этому миру, таким образом, отделяя его от всего остального, и зачастую непонятны людям других возрастных категорий.

Благодаря знанию такого специального языка молодые чувствуют себя членами некой замкнутой общности.

И, в-третьих, в числе этой лексики нередки и достаточно вульгарные слова:

Таким образом, эти три наблюдения не позволяют причислить молодежный сленг ни к одной отдельно взятой группе нелитературный слов и заставляют рассматривать его как явление, которому присущи черты каждой из них. Это и позволяет определить термин молодежный сленг, как слова, употребляющиеся только людьми определенной возрастной категории, заменяющие обыденную лексику и отличающиеся разговорной, а иногда и грубо-фамильярной окраской.

Кроме того, как выше уже указывалось, большинство слов, относящиеся к молодежному сленгу, являются производными от профессиональных терминов, практически все из которых заимствованы из английского языка. Поэтому необходимо проследить:

  1. за появлением этих терминов и за их переходом в русский язык и в других языках

  2. за процессом образования от этих терминов молодежного сленга.

Первой причиной столь быстрого появления новых слов в молодежном сленге является, конечно же, стремительное, «прыгающее» развитие жизни. Если заглянуть в многочисленные журналы, освещающие новинки рынка, то мы увидим, что практически каждую неделю появляются более или менее значимые явления.

В условиях такой технологической революции каждое новое явление должно получить свое словесное обозначение, свое название. А так как почти все они (за редким исключением) появляются в Америке, Европе, то, естественно получаем его на доминирующем английском языке. Когда же об этом через какое то время узнают в России, то для их подавляющего большинства конечно же не находится эквивалента в русском языке. И поэтому русским приходится использовать оригинальные термины. Происходит так называемое заполнение культурологических лакун при помощи англоязычных терминов. Таким образом, английские названия все больше и больше наполняют русский язык. Отсутствие в русском языке достаточно стандартизированной перевода, значительного числа фирменных и рекламных терминов и повлекло за собой тенденцию к появлению такого числа молодежного сленга.

Многие из существующих терминов достаточно громоздки и неудобны в ежедневном использовании. Возникает мощная тенденция к сокращению, упрощению слов.

В последнее время произошло также повальное увлечение молодежи компьютерными играми. Это опять же послужило мощным источником новых слов. Появились различные слова для тех или иных понятий, к ним относятся «аркада», «бродилка», «босс» (в значении самый главный враг в игре), «думер» (человек играющий в игру 'DOOM'), «квакать» (играть в игру 'Quake') и т.п. Необходимо также отметить тот факт, что большинство непрофессиональных пользователей не владеют достаточным уровнем английского языка. Но, так или иначе, им все равно приходится пользоваться новой английской терминологией, и зачастую происходит неправильное прочтение английского слова и возникающие таким образом слова порой прочно оседают в их словарных запасах. Так, например, от неправильного прочтения сообщения «NO CARRIER» в сленге появилось выражение: ^ «НО КАРЬЕР», причем то и другое означает отсутствие соединения при связи по модему. Вследствие всего этого, пользователи молодежного сленга заговорили на придуманном ими же самими языке.

Пути и способы образования молодежного сленга с английского языка весьма разнообразны, но все они сводятся к тому, чтобы приспособить английское слово к российской действительности и сделать его пригодным для постоянного использования. Вот основные методы образования сленга, которые, по нашему мнению, охватывают большинство ныне существующей сленговой лексики:

  1. Калька (полное заимствование)

  2. Полукалька (заимствование основы)

  3. Перевод

    1. с использованием стандартной лексики в особом значении

    2. с использованием сленга других профессиональных групп

  4. Фонетическая мимикрия

I. Калька. Этот способ образования включает в себя заимствования грамматически не освоенные русским языком. При этом слово заимствуется целиком со своим произношением, написанием и значением. Такие заимствования подвержены ассимиляции. Каждый звук в заимствуемом слове замещается соответствующим звуком в русском языке в соответствии с фонетическими законами. Эти слова кажутся иностранными в произношении и написании, они соответствуют всем нормам английского языка. Вот примеры слов, полностью заимствованных из английского языка:

Кроме «привыкания», здесь, конечно же, сыграла свою роль еще и общая тенденция среди молодежи к привлечению в свою повседневную речь англицизмов. Увлечение англицизмами стало своеобразной модой, оно обусловлено созданными в молодежном обществе стереотипами, идеалами. Таким стереотипом нашей эпохи служит образ идеализированного американского общества, в котором уровень жизни намного выше, и высокие темпы технического прогресса ведут за собой весь мир. И добавляя в свою речь английские заимствования, молодые люди определенным образом приближаются к этому стереотипу, приобщаются к американской культуре, стилю жизни.

Именно в этой группе имеет место русское или просто неправильное прочтение английского слова. Порой ошибка становится привлекательной до того, что овладевает массами: message ® мессаг.

Очень часто встречается просто перенос слова в русский язык с неправильным ударением: label ® лабéль

Поэтому некоторые сленговые заимствования неустойчивы в написании. Например, можно встретить несколько разных заимствований слова keyboard ® кéйборд - кéборд - кúборд.

Примечательно, что стилистически нейтральные в английском языке слова, перейдя в сленг российского молодняка, приобретают иронически-пренебрежительную или просто разговорную окраску.

^ II. Полукалька. При переходе термина из английского языка в русский, последний подгоняет принимаемое слово под нормы не только своей фонетики как в предыдущей группе, но и спеллинга с грамматикой. При грамматическом освоении английский термин поступает в распоряжение русской грамматики, подчиняясь ее правилам. Существительные, к примеру, приобретают падежные окончания: application ® аппликуха (прикладная программа) ® аппликуху (В.п.) аппликухи (Р.п.)

Слова этой группы образуется следующим образом. К первоначальной английской основе определенными методами прибавляются словообразовательные модели русского языка. К ним относятся, прежде всего, уменьшительно-ласкательные суффиксы существительных -ик, -к(а), -ок и других: disk drive ® дискетник, User's Manual ® мануалка ROM ® ромка CD-ROM ® сидиромка и т.д., также встречаются суффикс -юк, характерный в русском языке для просторечий: CD [compact disk] ® сидюк, PC [personal computer] ® писюк.

Вследствие того, что исходный (английский) язык является аналитическим, а заимствующий синтетическим, имеет место добавление флексий к глаголам: to connect ® коннектиться (соединяться при помощи компьютеров), to click ® кликать (нажимать на клавиши мыши).

В соответствие с тем, что одной из причин необходимости сленга является сокращение длинных профессионализмов, существует такой прием, как прием универбизации (сведение словосочетания к одному слову). Вот пример такого явления: strategic game ® стратегия.

Здесь из словосочетания заимствуется данным методом одно слово и при этом оно получает значение всего словосочетания. Довольно большое количество слов этой группы произошли от различных аббревиатур, названий различных протоколов, фирм.

Производные от различных прочтений этих сокращений попадали в русский сленг. Таким путем появилось много слов, вот их примеры:

Norton Utilities ® NU ® нушка; Execution file ® EXE ® экзешник

В результате создается большое количество звуков [э] не характерное для обычной разговорной речи.

^ III. Перевод. Не всегда в русский молодежный сленг попадают слова, заимствованные из английского языка. Очень часто сленговая лексика образуется способом перевода английского профессионального термина. В своей классификации я различаю два возможных способа перевода. Первый способ включает в себя перевод слова с использованием существующих в русском языке нейтральных слов, которые при этом приобретают новое значение со сниженной стилистической окраской: virus ® живность

В процессе перевода работает механизм ассоциативного мышления. Возникающие ассоциации или метафоры могут быть самыми разными: по форме предмета или устройства: disk ® блин; adapter card ® плитка

по принципу работы: matrix printer ® вжикалка, patch file ® заплатка

Многочисленны также и глагольные метафоры: to delete ® сносить

Нужно заметить, что к этой группе относятся лишь те слова, которые ранее не имели никаких сленговых значений. Но гораздо более многочисленна вторая группа – это термины, которые приобрели свой сленговый перевод путем использования лексики других профессиональных групп. В результате значение слова несколько изменяется, приобретая специфический для компьютерного сленга смысл. Чаще всего встречаются слова и выражения из молодежного сленга: incorrect programm ® глюкало, streamer ® мофон

Слово «шофер» - означает магнитофон, но им же словом называют устройство хранения для информации на магнитной ленте – стример.

Многочисленны также переходы слов из водительского, уголовного и т.п. сленга:

В большинстве случаев обозначается только характер действия или явление, и не определяется его специфика. Сравним два эквивалента английскому термину, первое из которых принадлежит к профессиональной лексике, а второе к сленгу:

^ IV. Фонетическая мимикрия. Этот метод, на мой взгляд, наиболее интересен с точки зрения лексикологии. Он основан на совпадении семантически несхожих общеупотребительных слов и английских профессиональных терминов: error ® Егор; jamper ® джемпер; button ® батон; shareware ® шаровары

Слово, которое переходит в сленг, приобретает совершенно новое значение, никаким образом не связанное с общеупотребительным. Возможны как случаи, основанные на фонетическом совпадении всего английского и стандартного слов, так и случаи, основанные совпадении части слов. В этом случае сленговое слово дополняется оставшейся частью слова, заимствованной методом кальки у английского оригинала: break point ® брякпоинт, ARJ archived ® аржеванный, Windows ® виндовоз.

Сплошной линией подчеркнуты слова, взятые на основе фонетического совпадения из стандартной лексики, пунктиром обозначены части слов, которые заимствованы из английских профессиональных терминов. Есть слова, у которых одна часть – фонетическое подражание, другая перевод.

К этому явлению также относятся случаи звукоподражания, без каких- либо сходств со словами из стандартной лексики. Такие слова представляют собой своеобразную игру звуками. Они образуются путем отнимания, прибавления, перемещения некоторых звуков в оригинальном английском термине: interpretator ® интертрепатор, Pentium ® пентюх

В настоящее время словарь молодежного сленга насчитывает сравнительно большое количество слов. Поэтому молодежный сленг содержит слова с тождественными или предельно близкими значениями - синонимы. Естественно, что чем употребительнее слово, тем больше синонимов оно имеет. Такое явление, как появление синонимов связано с тем, что в разных регионах России (а их достаточно много) для одного и того же термина могут появляться разные сленговые соответствия. Они могут быть образованы разными способами, людьми с разным уровнем владения английским языком. А коммуникация между людьми, пользующимися разными словами, пока не слишком развита. Internet еще не получил повсеместного распространения. Поэтому, когда они все-таки встречаются, они порой даже не понимают друг друга. Для создателей словарей молодежного сленга первая проблема - записать как можно больше возможных синонимов каждого термина и выяснить какие-то общеизвестные слова.

Сленг не остается постоянным. Со сменой одного модного явления другим, старые слова забываются, им на смену приходят другие. Этот процесс проходит очень стремительно. Если в любом другом сленге слово может существовать на протяжении десятков лет, то в молодежном сленге лишь за прошедшее десятилетие бурного мирового прогресса появилось и ушло в историю невероятное количество слов.

Но есть и такие вещи, которые не подверглись особым изменениям. Но и их сленговые обозначения не остаются неизменными. Идет процесс смены поколений, и те слова, которые казались модными и смешными пять-семь лет назад, сейчас выглядят устаревшими. Меняется мода, тенденции в обществе, некоторые слова просто надоедают.

Нельзя также обойти стороной и такую проблему, как переход слов из сленга в разряд нормальных. Чаще всего, нормальными становятся достаточно старые, успевшие притереться сленговые слова. Слово при этом теряет свою эксцентричную окраску. Немаловажную роль в этом играют газеты и журналы. Сленговое слово появляется в них в большинстве случаев из-за того, что нормальные слова, им соответствующие неудобны при частом использовании или же вообще отсутствуют. Журналы же, вообще употребляют сленговые слова в изобилии, дабы создать более веселую, молодежную атмосферу. Вот отрывок из журнала «Страна игр» за август 1996 года: «Фанаты быстренько окрестили вышедшую демо-версию Вольфом и принялись килять фашистских солдатов». Но из таких развлекательных журналов сленг нередко перебирается на страницы более серьезных периодических изданий, а иногда и научной литературы. Вспомним хотя бы слово «железо» в значении ‘hardware’, которое некоторое время являлось исключительно сленговым, но со временем перешедшее в профессиональную лексику. Теперь его можно встретить в любом компьютерном журнале.

Проследив путь слова от самого рождения в английском языке до перехода в сленг, нами выяснилось, что сленг в русском языке является своеобразной «отдушиной», облегчающий процесс адаптации англоязычного термина. Сленг помогает ускорить этот процесс, когда язык пытается угнаться за потоком информации.

В этом вопросе русский язык, вне всяких сомнений, находится под непосредственным влиянием английского языка. И мы не сможем остановить этот процесс, до тех пор, пока сами не станем создавать что-то уникальное.

Как мы видим, молодежный сленг в большинстве случаев представляет собой английские заимствования или фонетической ассоциации, случаи перевода встречаются реже, да и то благодаря бурной фантазии молодых. К привлечению иностранных слов в язык всегда следует относиться внимательно, а тем более, когда этот процесс имеет такую скорость.

Развитие этого языкового явления и его распространение среди все большого числа носителей русского языка обуславливается внедрением «забугорности» в жизнь современного общества. И молодежный сленг начинают употреблять не только молодые, но и люди, совсем не имеющие никакого отношения к ним. Однажды одна бабушка в магазине сказала другой: «Вот видишь, какие ХАКНУТЫЕ яблоки продают!» Думается, что молодежнный сленг должен стать объектом пристального внимания ученых-языковедов, ведь, как показывают примеры других жаргонных систем, специальная лексика иногда проникает в литературный язык и закрепляется там на долгие годы.
  1   2   3   4



Скачать файл (2736.7 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации