Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Инки - файл 1.doc


Инки
скачать (11067 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc11067kb.30.11.2011 00:21скачать

Загрузка...

1.doc

  1   2   3
Реклама MarketGid:
Загрузка...
Содержание

  1. Введение 3

  2. Основная часть 4

        1. Территория 4

        2. Происхождение инков 4

        3. Правители. Культура 6

        4. Технологии инков. Чудеса цивилизации 24

        5. Жизнь инков 44

        6. Падение империи инков 66

        7. Потомки древних инков сегодня 73

  3. Заключение 76

  4. Приложения. 77

  5. Использованная литература 101


I. Введение.

Меня интересует история и культура древних цивилизаций. Могущественные государства Востока и Америки, на мой взгляд, довольно увлекательны, особенно последние, потому что империй ацтеков, ольмеков, инков, майя и других народов в современном мире уже, к сожалению, не существует и узнать об этих цивилизациях сейчас трудно. Исторические памятники после захвата этих империй разрушались либо временем, либо интервентами. Традиции древних народов забывались, и сейчас о могущественных империях узнать можно только с помощью археологических раскопок. Но найти уцелевшие города очень сложно.

На эти цивилизации не повлияла культура древних государств Старого Света, и они существенно отличаются, к примеру, от древних Египта, Греции или Рима. И это повлияло на выбор темы для моего проекта. Чтобы узнать больше о цивилизациях народов Америки, я решила посветить эту работу древней империи инков.

II. Основная часть.

1.Территория.

Во время наивысшего расцвета свого могущества в начале XVI века инки, этот аристократический слой, состоявший из нескольких тысяч человек, членов одной этнической группы, правили одной из самых крупных империи этой эпохи. Их владения простирались на расстоянии 2500 миль, почти по всей длине Андских гор, от южных границ сегодняшней Колумбии до того места, где сейчас находится столица Чили — Сантьяго. В их империю входили почти полностью территории нынешнего Эквадора и Перу, а также некоторые районы Боливии и весь северо-запад Аргентины. Центр инкских земель располагался на обрывистом хребте Анд, этой второй по высоте после Гималаев горной цепи в мире. Восточные границы достигали влажных лесов в верховьях Амазонки, а западные — унылых прибрежных песков. Инки называли свои владения Тауантинсуйю, "землей четырех четвертей". Это название отражало официальное разделение их империи с центром в Куско. В ее пределах под пятой инков проживало приблизительно от семи до девяти миллионов человек, составлявших до ста этнических групп.

Отвергая общепринятое мнение о том, в силу каких причин делается возможным появление на земле таких высокоразвитых цивилизаций, эти удивительные инки сумели во многом преуспеть без использования колесного транспорта или письма. Только лишь благодаря проявлению своей силы воли, своего острого ума, раскрепощавшего человеческую энергию, они менее чем за сто лет сумели создать одно из самых сложных по организации обществ, известных миру сегодня. Но за стремительным, словно метеорит, взлетом империи инков последовало не менее стремительное падение.

2. Происхождение инков.

Насколько можно судить по отрывочным историческим хроникам, происхождение инков можно отнести приблизительно к 1200 году н. э. Только это нам и известно из хронологического списка их правителей. Они являлись выходцами из немногочисленной этнической группы горных жителей, облюбовавших долину Куско, но все подробности их первоначального существования вскоре обросли всевозможными мифами. Слово "инка" даже не употреблялось в их собственных устных рассказах до упоминания их местного правителя, который взял себе титул "Сапа Инка". Только значительно позже эти обитатели гор стали называть себя инками.

Но следует признать, что цивилизованная жизнь зародилась в Андах, по крайней мере, 3000 лет назад. Археологам удалось найти высоко в горах храмы и большие города на безводном побережье, которые по времени так же предшествовали величию инков, как Афины Перикла Афинам современной Греции. Но даже если инки были лишь наследниками, они оказались способными наложить отпечаток собственного гения на все предыдущие достижения.

Условия выживания в тех регионах, которым предстояло войти в состав будущей империи, постоянно ставили перед индейцами труднейшие испытания. Например, в долинах, выходивших к морскому побережью, климат был настолько сухим, что в год там выпадало не более дюйма, от силы два осадков. Одни группы местного населения занимались рыболовством, собирая богатый протеином урожай на океанской ниве, обеспечиваемый им более низкими температурами течений, достигавших их берегов от Антарктики; другие в долинах выращивали в своих садиках тыкву и бобы или возделывали крохотные зеленые участки земли, орошаемые бурными потоками, сбегающими с высоких гор. Люди уходили из этой местности в глубь страны, где один за другим возникали поселки, там они сталкивались с новыми трудностями из-за резких перепадов температуры, плохой погоды и разреженного воздуха на высоте. Вокруг центров религиозного поклонения росли города, которые постепенно превращались в большие мегаполисы, в них бурлила жизнь, развивались ремесла и культура. Еще в 2500 г. до н. э., а может, даже и раньше, первобытные перуанцы возводили в разных местах на морском побережье храмы-пирамиды из известняка, которые по своей монументальности вполне могли сравниться с египетскими. Ярким примером подобных сооружений может служить пирамида, возведенная, если верить проведенному углеродистому анализу, в 1800—1500 гг. до н. э., высотой с десятиэтажный дом, на том месте, которое называется Пампа де лас Льямас-Моксеке.

По легендам, которые до сих пор изучают дети в перуанских школах, основателем Куско был Манко Капак, первый правитель. Он вместе со своим народом, как утверждает один из мифов, явился на свет в одной из трех пещер в Пакаритамбо, расположенном в восемнадцати милях к юго-западу от Куско. Другие мифы полагают, что он появился на одном острове на озере Титикака, расположенном значительно дальше к югу. В Куско, говорится в легенде, Манко воткнул в землю золотой посох, где появился сияющий храм Кориканча. Эта плодородная земля приняла в себя посох, а это свидетельствовало о ее согласии с замыслом Манко.

Древние сказания считают инков детьми Солнца, бога Инти, который поручил им приручать и образовывать всех дикарей, с какими им приходилось сталкиваться. Однако, даже при божественном благословении, их подъем к высотам величия оказался медленным и трудным, частично из-за того, что первоначально им удавалось добиться своего превосходства через смешанные браки с другими этническими группами в долине Куско. В течение двух столетий инки подчинили себе некоторых своих соседей и расширили границы своего царства по периметру на дюжину или около этого миль вокруг Куско.

3. Правители. Культура.

Инки не приступали к практическому осуществлению своего высокого предназначения до появления их девятого правителя Пачакути. Трудно себе представить более незаметный старт для такого молодого человека, как он. Он был одним из многих сыновей восьмого правителя; более того, его брат Уркон уже был назначен преемником своего отца. Пачакути мог завершить свою жизнь в полной неизвестности, если бы не внезапно возникший кризис в армии. В 1438 году перед Куско возникла угроза нападения со стороны сильной армии воинов, известных под названием "чанкас". Опасность оказалась настолько реальной, что стареющий отец Пачакути и Уркон, провозглашенный наследником, бежали в расположенную высоко в горах крепость, захватив с собой всех самых лучших воинов.

Пачакути отказался покинуть город. Когда чанкас стали готовиться к штурму Куско, он взял командование на себя. Он усилил свою немногочисленную армию новобранцами из соседних племен. Когда на рассвете начался штурм, Пачакути был готов к его отражению. Набросив на плечи шкуру пумы, животного, считавшегося инками олицетворением силы и мощи, он повел своих воинов в контратаку. В критический момент, как утверждают легенды, он призвал высшую силу. Тогда сами валуны на поле брани превратились в воинов и их призрачные ряды помогли отбить наступление врагов. Куско был спасен.

Теперь Пачакути принудил отца отречься от престола и сам занял его. Потом ему сопутствовала целая серия военных триумфов. С помощью армии, состоявшей из воинов завоеванных им племен, которыми, правда, командовали только офицеры-инки, он постепенно расширил свои владения к северу, к центральным горным перуанским районам, а потом и к югу, к берегам озера Титикака.

Пачакути умел заглядывать в будущее. Целью любой войны в те времена была военная добыча, захватив которую армия отходила на свою территорию. Пачакути воевал по-новому. Он не только получал в результате все необходимые ему ресурсы, но и занимался распространением инкской культуры и религии на завоеванных землях. Он знал, что враги инков считают их могущественным противником. Они обычно отправлялись в новые военные походы, распевая устрашающую победную песнь, слова которой довольно часто отражали ничем не прикрытую правду об этих походах: "Мы будем пить из его черепа. Мы украсим нашу грудь ожерельем из его зубов. Его кости превратим в наши флейты. Кожу его натянем на барабан, под бой которого будем танцевать". Пачакути отлично понимал, что для достижения победы иногда достаточно вселить панический страх в противника, и в таком случае можно обойтись без противоборства на поле брани. Он также имел обыкновение посылать противнику своих эмиссаров, которые расписывали перед ним все преимущества быстрой капитуляции. Испанские летописцы рассказывают, как он призывал своих врагов "признать во имя бога Солнца его власть над собой, после чего с ними будут достойно обходиться, оказывая все положенные им почести, и просто засыплют с головой подарками". Неудивительно, что обещания прочного мира и ценных даров вместе с угрозой кровавой жестокой расправы очень часто приводили к желаемому результату — безоговорочной капитуляции.

Хотя инки не были первыми индейцами, создавшими Андскую империю, они могли, благодаря расширению своей территории Пачакути и его преемником Топой Инка Юпанки, претендовать на самые обширные владения, причем с самыми разнообразными природными условиями, растительным миром, фауной.

Инкам для эффективного управления такой обширной территорией требовались определенные, хорошо разработанные системы. В рамках границ империи, в районах с трудными, экстремальными климатическими и географическими условиями проживали различные этнические группы, имевшие между собой очень мало общего. После их завоевания перед Пачакути встала серьезная задача, каким образом объединить их всех в единую, бурно развивающуюся империю. Далеко не все великие завоеватели в истории обладали талантом управления страной или испытывали к этому большое влечение, но Пачакути хотел посвятить всего себя наведению порядка во вновь приобретенных землях, для чего передал командование армией своему сыну Топа Инке в 1463 году. За несколько лет Пачакути разработал очень простые механизмы государственного управления, позаимствовав некоторые из них у тех андских народов, которые подчинились ему.

Как только Пачакути захватывал новую территорию, он начинал проводить там здоровую политику, рассчитанную на недопущение беспорядков. Например, он позволял завоеванным народам сохранить на местах их вождей и поклоняться своим богам, хотя, конечно, он ожидал, что они наравне с ними будут почитать и бога Солнца. В отличие от испанцев, которые насаждали свою религию за счет вытеснения других верований, он радушно принимал местных идолов в пантеон инков, гарантируя им подобающее место в почитаемом всеми храме Кориканча, что, по сути дела, было его методом удерживания их в заложниках. Если в тех землях, откуда они были доставлены, на самом деле возникали мятежи, то он мог в любой момент приказать вынести из храма изваяния их богов и подвергнуть их общественному бичеванию. Это был акт такого позорного унижения, что люди, почитающие своих богов, в этом случае не имели иного выхода, кроме как подчиниться воле правителя.

Для того чтобы каждый его подданный мог свободно понимать другого и общаться со всеми, Пачакути сделал язык кечуа, на котором говорили только в Куско, официальным языком всей империи. Он не препятствовал людям разговаривать на своих местных языках, из которых самым распространенным был аймара, но от них требовали изучения и кечуа. Язык кечуа сохранился до сих пор, и на нем сегодня разговаривает около 10 миллионов человек, проживающих в Андах. Аймара тоже используется в некоторых районах.

Пачакути был готов идти на все ради того, чтобы утвердить законность империи инков. Большой мастер пропаганды, он однажды вызвал всех своих летописцев и продиктовал им новую, прославляющую его самого историю страны, чтобы таким образом покончить со всеми старыми легендами. Пачакути намеревался запечатлеть в народном сознании свой образ как доброжелательного отца нации, пионера ирригации.

Если его льстивые речи не оказывали должного эффекта и мятеж в той или иной части империи казался неминуемым, Пачакути всегда мог прибегнуть к угрозе переселения. Во время его царствования различные неугодные, склонные к беспорядкам элементы, иногда это были целые этнические группы, "с корнем" вырывались с насиженных мест и отправлялись в другую часть империи, где сливались с населением уже давно созданных провинций. На их место присылались верные Пачакути люди, главная задача которых состояла в том, чтобы подавать пример другим и пропагандировать образ жизни инков. Такие переселения преследовали еще три другие весьма полезные цели: с их помощью удалялся избыток населения в плотно заселенных районах, что снижало царившую там напряженность; предоставлялись для обработки "целинные земли" с доставкой необходимой рабочей силы; а также накапливалась рабочая сила для выполнения особых проектов. Но главной целью оставалось одно — необходимость превратить всю империю в громадный тигель, содержимое которого будут размешивать в Куско.

Принцип иерархии с Сапа Инкой, твердо занимающим ее верхушку, был доминирующим организационным принципом правительства инков. Пачакути постановил, что, являясь прямым потомком бога Солнца, он правит по божественному праву. Личность его была окружена почетом и роскошью. Пищу ему приносили на золотых и серебряных блюдах, которые ставили перед ним на коврик. Во время еды одна женщина все время держала в своих руках его блюдо, другая, стоявшая рядом, была готова в любую секунду поймать в ладонь его отхаркивание, если ему вдруг захочется откашляться или прочистить горло. Личность правителя считалась настолько священной, что остатки его пищи, как и его одежда, которую он не надевал больше одного раза, сохранялись, а потом, в конце года, в торжественной обстановке церемонно сжигались на костре.

Когда Пачакути отправлялся в путь, чтобы проинспектировать свою империю, то не шел пешком, как обычный смертный, — его несли на золотых носилках, украшенных драгоценными камнями, а за ним следовала громадная свита, которая иногда насчитывала до нескольких тысяч человек. Он давал аудиенции, обычно укрывшись за стеной, сидя на низенькой табуретке, поставленной на возвышающейся платформе, это было что-то вроде трона и места верховного судьи. Пачакути изменил традиционную корону своих предков "льяуту", сделанную из красной шерсти повязку толщиной в четыре пальца, четырежды опоясывавшую лоб, с бахромой перед глазами. Представители высшей знати тоже имели право носить льяуту, но у императора она была сверху украшена тремя красивыми большими перьями попугая ара, и он добавил к ней золотую диадему и тяжелые изумруды, а к кисточкам приладил золотые трубочки. Никто не мог находиться в непосредственном присутствии императора и глядеть ему прямо в лицо, нужно было отворачивать голову и плечи в сторону. Даже вельможа должен был приближаться к императорской особе со смиренным видом, босой, с грузом, привязанным к спине.

Будучи Сапа Инкой, Пачакути унаследовал все обычаи своих предшественников на троне, но некоторые он изменил, принимая во внимание свою постоянно растущую значимость как главы расширяющейся империи. Традиционно правителю разрешалось иметь гарем из сотен наложниц, которые считались его побочными женами. Однако императрица, или койя, избиралась из числа родных сестер Сапа Инки. Будучи царских кровей и наследницей Сапа Инки по своему признанному праву, койя тем самым подтверждала законные претензии своего мужа на трон.

Из потомства койи император выбирал себе наследника. Он обычно делал свой выбор на основе личных впечатлений и компетенции, но иногда позже он менял свое решение. У койи был собственный двор, и она пользовалась репутацией женщины, которая играла скромную, неофициальную роль в государственных делах. Ее подданные часто ласково называли ее "маманчик" — "наша матушка".

На вершине трехступенчатой пирамиды власти находилась наследственная аристократия, составлявшая единственную касту, которая могла по праву причислять себя к инкам. Их называли "Капак Инками", и все они были потомками легендарного основателя династии инков, Манко Капака. Под их непосредственным контролем находились все земли в империи, они занимались распределением самых ценных ресурсов, включая такие, как ламы-гуанако, альпаки и викуньи, золото, серебро, листья коки, изделия, созданные самыми лучшими ремесленниками, и самые прекрасные женщины в империи. Они одевались в туники до колен, сотканные из мягкой шерсти викуньи, такую одежду запрещалось носить простолюдинам. В больших дворцах в городах инков их апартаменты обычно украшались декоративными тканями превосходной выделки, а оконные рамы иногда оббивались серебряными пластинами. Жены аристократов носили длинные, до пят, туники, перехваченные на талии поясом с геральдическими знаками, а также мантии, которые прикреплялись золотыми, серебряными или бронзовыми булавками, называемыми "тупу". Каждый день они посвящали несколько часов своему туалету, регулярно принимали ванны и всегда содержали свои длинные неподстриженные черные волосы в чистоте; они их тщательно расчесывали гребнем, придавая особый блеск. Знатная женщина-инка имела признаваемое государством право притязать на часть андских ресурсов, включая долю от результатов наемного труда, а также от дани, выплачиваемой крестьянами.

Самое высокое положение в бюрократической иерархии армии и духовенства занимали взрослые вельможи, число которых никогда не превышало пятисот. Из числа их ограниченных рядов избирались четыре самых важных по должности префекта, или "апус", каждый из которых управлял одной из "четырех четвертей" Тауантинсуйю, а также множеством провинций, входивших в их территориальные рамки. По мере того как Пачакути расширял свою империю, он начал осознавать один изъян в разработанной им системе управления. У него не оказалось в достаточном количестве способных и квалифицированных представителей знати, которых он мог бы послать для управления новыми территориями, чтобы отстаивать там интересы своего Инки и вдохновлять народ своим собственным добрым примером. Прагматист по характеру, Пачакути решил эту проблему, создав новый социальный слой инков по своему указу. Такие назначаемые им лично вельможи назывались "Ауа Инка", что означает инка по привилегии или по соизволению. Часто среди них оказывались вожди из района Куско, чья непререкаемая лояльность была хорошо известна самому Пачакути. Однако многие индейцы весьма скромного происхождения, которые оказали ценные услуги Сапа Инке, тоже могли оказаться в рядах Ауа Инков.

Все привилегированные инки, либо по своему рождению, либо по соизволению императора, носили в мочках уха большие почетные серебряные или золотые диски. Их тяжелый вес растягивал уши, что заставило испанцев прозвать их "большеухими". Ношение в ушах столь драгоценных предметов считалось не только престижным, но еще и большой честью, и такие инки с жалостью смотрели на своего несчастного товарища, которому повредили ухо в бою, ведь теперь он навсегда был лишен привилегии носить эмблему, свидетельствующую о его принадлежности к аристократической элите. За социальным слоем Ауа Инка шли официальные лица, называемые "кураками". Они представляли собой успешно действовавших правителей на своих территориях до их захвата инками. Но их не лишили власти, оставив на прежних местах, что было частью проводимой политики, заключавшейся в том, чтобы предоставить завоеванным народам право хоть на какую-то видимость автономии. Под присмотром губернатора провинции, назначаемого инками, они возглавляли административные общины, состоявшие из "домашних очагов".

Пытаясь добиться точной бюрократической отчетности, инки разбили все семьи в империи на аккуратные десятичные подразделения. Каждые десять "домашних очагов" управлялись главой одного из них. Такие руководители отчитывались во всем перед главами групп, состоящих из пятидесяти семей, а над ними стояли префекты, возглавлявшие более многочисленные подразделения, насчитывавшие 100, 500, 1000, 5000 и даже 10 000 "домашних очагов". Во всех группах, где число "очагов" превышало пятьдесят, пост главы становился наследным.

Благодаря такой установленной десятичной (децимальной) иерархии, управляемой представителями официальной власти, правитель мог осуществлять свой контроль над экономическим состоянием громадного количества неповоротливых общин, как больших, так и малых, как богатых, так и бедных. Поступая довольно разумно, инки сумели превратить всю эту мешанину в относительно однородные экономические объединения, которыми управляли по команде, начиная с самого верха, Сапа Инки в Куско. Таким образом, можно было без особых усилий и трудностей собирать налоги и распределять необходимые ресурсы. Те кураки, которые управляли тысячью или даже более домашних очагов, получали кое-что от щедрот Сапа Инки, предназначаемых для трех высших слоев общества, хотя, конечно, в гораздо меньшем масштабе, чем знатные инки. Предусматривалось выделение для них в дар участков земли, предоставление слуг, лам, одежды из дорогих тканей, жен из высшего общества или наложниц. Кураки пользовались, кроме этого, еще рядом привилегий, например, им было предоставлено право на полигамию, они могли пользоваться носилками, есть на золотой и серебряной посуде, все они освобождались от уплаты налогов. Иногда им даже предлагалась в жены особа королевских кровей. Муж в результате такого брака перескакивал через ступеньку на иерархической лестнице.

Главной обязанностью всех кураков было неукоснительное обеспечение сбора налогов. Для выполнения такой задачи они составляли ежегодный отчет о продукции, произведенной в каждой местности, а также перепись населения с указанием возраста каждого человека и его рода занятий. Такие описи рабочей силы позволяли куракам, как объясняет Гарсиласо, "заниматься разумным распределением заданий, выполнение которых необходимо для общественного благосостояния".

Так как в то время денег не существовало, налоги выплачивались в натуральном виде, плодами крестьянского труда. На территориях, завоеванных инками, все природные ресурсы, а также любая собственность — фермы, стада домашнего и дикого скота — объявлялись собственностью империи, а вся земля делилась на три части. Одну население обрабатывало для собственного пропитания, вторую - для нужд Сапа Инки и его знати, а третью для бога Инти и прочих божеств инков, доходы от которой фактически поступали в распоряжение жрецов и прочих служителей культа, разбросанных по многочисленным священным местам поклонения инков.

Дары обрабатываемой земли распределялись прежде всего между знатными инками, но свою долю получал любой человек, состоявший на государственной службе. Во всей империи каждому мужчине, находившемуся в браке, главе семейного очага, гарантировалось достаточное количество пищи, чтобы прокормить не только своих домочадцев, но даже дальних родственников. "У них ничего не было, — писал Хуан Поло де Ондегардо, служивший в Куско коррехидором (судьей), о положении простолюдинов. —У них не было ни клочка своей земли, но каждый год им предоставлялся участок для обработки и возделывания сельскохозяйственных культур". Хотя такая система обеспечения отличалась определенной щедростью, крестьянам все же приходилось в первую очередь обрабатывать земли, принадлежащие императору и богу Инти, и только потом приступать к работе на тех, которые выделялись для их собственного пропитания. Кроме того, каждый домашний очаг был обязан поставлять государству в качестве налога определенное количество тканей домашней выделки.

В отличие от крестьян специалисты-ремесленники, такие, как ювелиры, мастера по художественной обработке металла, горшечники, проживавшие в больших и малых городах, платили налоги в виде произведенных ими изделий, сырье для которых им обычно поставляли двор и знать. Например, для дворцовых садов Сапа Инки золотых дел мастера выковывали из этого драгоценного металла цветы, травы, стада лам вместе с пастухами, кроликов, мышей, ящериц, змей, бабочек, лис, диких кошек и размещали свои произведения искусства среди живых растений и деревьев. Гарсиласо описывал "блестящих птичек, сидящих на деревьях в такой позе, словно они были готовы вот-вот запеть, другие склонили головки к цветам, словно вдыхая их божественный нектар".

Существовал и еще один вид налогов для населения. Он назывался "мита", дословно — "период, раз". Таким словом обозначался отрезок времени, который члены домашнего очага должны были отработать на государственных предприятиях. Мита мог означать год службы в армии, месяц работы в качестве чернорабочего для приведения в порядок и ремонта местных дорог или определенный срок трудовой повинности на серебряных и медных копях. Некоторые местности облагались особой разновидностью миты, так, провинция Рукана поставляла здоровых, натренированных носильщиков для императора, а Чумбивилька постоянно отправляла в императорский дворец опытных танцоров. В конечном итоге налог мита приносил инкам ежегодный доход, получаемый от более чем одного миллиарда рабочих часов. Привычка платить налоги своим трудом настолько глубоко въелась в сознание инков.

В обмен на свой кропотливый, тяжкий труд простые люди пользовались некоторыми благами этого государства всеобщего благоденствия в зачаточном состоянии, которое всегда приходило им на помощь в трудную минуту. Громадная часть собранного урожая отправлялась на многочисленные склады, или "колькас", расположенные в каждом главном городе провинции. Отсюда каждый день выдавались продовольственные пайки и необходимые для жизни вещи вдовам, сиротам, хронически больным и утратившим трудоспособность людям. А в периоды междоусобной борьбы или стихийных катастроф помощь оказывалась всем поголовно. В этих колькас кроме кукурузы и картофеля лежало еще очень много другого: щиты, железные и кожаные, балки для кровли домов, ножи и другие инструменты, сандалии, кирасы для снаряжения воинов и т.д. Все воины могли получить со складов обмундирование, оружие и необходимые припасы. В ответ на проявляемую о них государственную заботу от воинов требовались надежность и выдержка. Разграбление захваченных городов строго запрещалось, даже если они были завоеваны силой.

Частично из-за существования сети колькас, народы, завоеванные инками во времена правления Пачакути, достигли неизвестного им досель высокого уровня социальной защиты. Из-за мудрой политики, проводимой императором во всех своих владениях, различные культуры народов переплетались: они обменивались не только своими знаниями, но и своими ресурсами, и в результате там возникло такое общество взаимопомощи, подобного которому прежде не бывало. Общины теперь избавились от чумы междоусобных войн, им больше не было нужды ссориться из-за земли или права на воду. Жителей покинул смертельный страх, они не боялись угрозы неурожая или стихийных бедствий, которые прежде могли лишить их крова и пустить по миру. Но за чувство безопасности нужно было платить. И ценой его стал строго регламентированный, бюрократический образ жизни.

После отхода Пачакути от активной деятельности в 1471 году у кормила власти империи встал его сын Топа Инка Юпанки, главнокомандующий армией. Он расширил свои владения до самых дальних пределов. Ко времени смерти Топа Инки империя инков простиралась на расстояние около 2500 миль. В империю со столицей в Куско входили северо-восточная область Чинчайсуйю, в границах которой находилась большая часть территорий Северного Перу и Эквадора, юго-западная провинция Кунтисуйю, Антисуйю, расположенная на густых, лесистых склонах гор, а также самая крупная часть из всех четырех, Кольясуйю, в которую входило озеро Титикака (Приложение №1) и которая захватывала север Чили. В период своего расцвета Тауантинсуйю объединяла, по крайней мере, сто различных этнических групп, и все они были втиснуты в рамки привычного для инков образа жизни.

Больше всего поражает тот факт, что как Пачакути, так и его преемник, управляли этой громадной империей, обходясь без письменного языка. Инки, однако, изобрели замену для письма, так называемое кипу (Приложение №2) — уникальное изобретение, вполне отвечавшее всем их нуждам. Оно состояло из разноцветных шнурков, сплетенных либо из хлопка, либо из шерсти с завязанными на них узелками; иногда число таких скрученных нитей достигало сотни, и все они были различной длины. Название этой замены письменности заимствовано из языка кечуа, на котором слово "кипу" означает "узелок".

Кипу, возникшее еще до инков, в их руках превратилось в идеальный инструмент для осуществления в государстве императорского контроля за всеми областями жизни. Оно кодировало все необходимые для бюрократии статистические данные — от количества работоспособных мужчин, для выплаты налога мита в тот или иной месяц, до количества зерна, имеющегося в наличии в каждом амбаре по всей стране. Благодаря кипу инки могли проводить опись населения и собственности с такой точностью, что, по словам одного испанского очевидца, "от их внимания не ускользала ни одна пара сандалий". "Империей, — писал другой летописец, — управляли с помощью кипу". Крестьяне в Андах до сих пор используют примитивное кипу для подсчета количества домашних животных в стаде, а также размеров собранного урожая.

Пачакути не исключал коррупции. Для того чтобы предотвратить откровенные злоупотребления властью, Сапа Инка содержал целую службу особых инспекторов. Обычно ими назначались люди из числа знатных инков, которые несли ответственность непосредственно перед троном. Они иногда путешествовали инкогнито по обширной империи, проверяя работу местного чиновничества, и следили за тем, чтобы местные склады не пустовали. Такие дотошные инспектора получили кличку, которая вселяла страх в коррумпированных или некомпетентных гражданских служащих, их называли "те, которые видят все" ("токойрикок").

Всю информацию от таких ревизоров, как и от местной бюрократии, доставляли в столицу по разветвленной сети созданных инками дорог. Чудо инженерной техники, эта сеть насчитывала более 15 000 миль широких удобных шоссейных магистралей и стала жизненно важным элементом, связывающим воедино всю империю (Приложение №3, №4). По ним ездили официальные лица и агенты правительства, управлявшие провинциями, останавливаясь на ночлег в расположенных на точно определенном расстоянии друг от друга "дорожных станциях", называемых "тамбо", где они могли найти заранее приготовленные для них съестные припасы.

Эти дороги обеспечивали быструю связь между столицей и районами в глубинке страны. Бегуны, доставлявшие эстафеты, называемые курьерами — часки, располагались на расстоянии нескольких миль один от другого. Можно было быть уверенным в том, что то или иное известие доставят к месту назначения с такой скоростью, с которой не сравниться даже самым быстрым лошадям. Обычный курьер, выбранный для этой цели еще в молодости за его быстрый бег и выносливость, которые он проявлял в разреженной горной атмосфере, пробегал свою дистанцию, выкладываясь до конца. Белые перья на его головном уборе развевались на ветру, а о своем приближении он оповещал, дуя в витую морскую раковину, заменявшую ему
  1   2   3



Скачать файл (11067 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации