Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Власть как социально-политический институт - файл Политическая власть КР1.doc


Власть как социально-политический институт
скачать (26.3 kb.)

Доступные файлы (1):

Политическая власть КР1.doc104kb.11.12.2009 17:39скачать

содержание

Политическая власть КР1.doc

Контрольная работа по политологии



Студента 3 курса БГУИР, ФНиДО,

Информатика, группа 702021

Номер зачетной книжки

702021с-04

Дядькина Семена




Минск 2009

Власть как социально-политический институт
1.Происхождение, сущность политической власти.

С момента образования государства, т.е. в течение последних 5 тыс. лет, власть существует и в своей политической, публичной форме. При­чем начальные, патриархальные (традиционные) формы политичес­кой власти серьезно отличались от ее современных форм. В частно­сти, в политическом пространстве того времени отсутствовали ка­кие-либо посредники между населением и государственными структурами, институт разделения властей или какие-либо иные эле­менты организации сложной межгрупповой конкуренции. По сути дела власть, механизмы принуждения в значительной мере основывались на примитивных отношениях «дарообмена», кумов­ства, протекционизма и других аналогичных связях, которые и зало­жили традиции взяточничества и коррупции в развитии государства.

Политическая власть, как и любая другая власть, означает способность и право одних социальных субъектов осуществлять свою волю в отношении других, повелевать и управлять другими, опираясь на силу, авторитет и права. Но вместе с тем она имеет в отличие от других форм власти свою специфику. В своем трактате «Политика» Аристотель впервые разводит господскую и семейную власть с понятием власти общественной или политической. В первобытном обществе власть еще не носила политический характер, так как она принадлежала всему обществу. Еще нет жестких различий между управляющим и управляемым. Универсальными регуляторами поведения выступают вековые обычаи и традиции. По мере углубления социальной дифференциации в обществе появляются противоречия между большими группами людей, возникают разные интересы и неодинаковое социальное положение. Тогда и возникает политическая власть, призванная обеспечить порядок на основе принадлежности человека, группы к данной территории, социальной категории, приверженности идее. Политическая власть осуществляется всегда меньшинством, элитой. Такой вид власти возникает на основе соединения, взаимосвязи двух компонентов: людей, которые сосредотачивают в себе власть, и организаций, через которые власть реализуется.

В настоящее время в научной литературе можно насчитать более 300 определений власти. Большинство из них, трактуя ее как явление соци­альное, тем самым раскрывают и природу политической власти. Многообразные теоретические представления о власти делают акцент на ее разнообразных сторонах и аспектах, то представляя ее как особый тип поведения (бихевиоральные концепции) или способ организа­ции целенаправленной деятельности (структурно-функциональные подходы), то подчеркивая психологические свойства ее носителей, то указывая на функциональное значение принуждения, то выделяя способности власти к силовому воздействию на объект и контролю над ресурсами и т.д. Если попытаться систематизировать все более-менее значимые представления о природе власти с точки зрения ее основополагающих источников, то можно выделить два наиболее об­щих класса теорий, на основе которых удается объяснить все ее атри­буты: основания, объем, интенсивность, формы и методы принуж­дения, а также другие основные параметры.

Первое из этих направлений можно условно назвать атрибутивно-реляционистским. Его сторонники связывают сущность власти с раз­личными свойствами человека и сторонами его индивидуальной (мик­рогрупповой) деятельности. По своей сути такой теоретический под­ход развивает своеобразную «философию человека», заставляя его приверженцев усматривать сущность власти в волевых , си­ловых , психологических и прочих свой­ствах и способностях индивида или в использовании им определен­ных средств принуждения (инструменталистские теории) и поведен­ческого взаимодействия.

Различаясь в деталях, все теории этого типа интерпретируют власть в качестве асимметричного социального отношения, которое складывается и развивается на основе обмена деятельностью между раз­личными субъектами, в результате чего один из них изменяет поведе­ние другого. Представая в качестве определенной формы реализации человеческих свойств и устремлений, формы воплощения интересов (намерений, целей, установок и т.д.) индивидуальных или групповых субъектов, с присущими им разнообразными средствами, ресурсами и институтами властеотношений, политическая власть выявляет свою способность к существованию лишь в определенных точках социального пространства. При этом формируемые ею связи и зависимости господства и подчинения всегда дают возможность ответить на воп­рос: кому принадлежит политическая власть, «для кого», в чьих инте­ресах используются полномочия и возможности субъекта власти?

Вместе с тем указанным позициям противостоит точка зрения, трак­тующая власть в качестве анонимного, надперсонального, безличного свой­ства социальной системы, обезличенной воли обстоятельств, принци­пиально несводимой к характеристикам индивидуального или группо­вого субъекта. И это направление (обозначим его как системное) также представлено многочисленными теоретическими конструкциями.

Наиболее ярко суть системного подхода выражена в постструктуралистских теориях (М. Фуко, П. Бурдье). В крайних вариантах они интерпретируют власть как некую модальность общения, «отноше­ние отношений», изначально присущее всему социальному, не ло­кализуемое в пространстве и не способное принадлежать кому-либо из конкретных общественных субъектов. Как пишет, к примеру, М. Фуко, «власть везде не потому, что она охватывает все, а потому, что она исходит отовсюду». При таком подходе политическая власть, по сути, отождествляется не только со всеми политическими, но и со всеми социальными отношениями в целом. Ни в обществе, ни в по­литике не признается ничего такого, что могло бы выйти за рамки власти. И при этом выходит, что не люди обладают способностью присваивать власть, а сама власть присваивает на время того или иного субъекта (президента, судью, полицейского) для осуществле­ния принуждения.

В рамках системных теорий власть объявляется имманентным свойством любых социальных систем (общества, группы, организации, семьи), внимание сосредоточивается на сложившихся в каждой из систем политических статусах и ролях, механизмах принуждения, при­меняемых позитивных и негативных санкциях. Поэтому авторы и сто­ронники этих теорий легко дают ответы на вопросы «как?» и «над кем?» осуществляется властное доминирование, но , вовсе скрывают источники его происхождения.

Представители двух указанных круп­ных теоретических подходов, делая упор на реально существующих сто­ронах и аспектах власти как общественного явления, исходят из про­тивоположных принципов в объяснениях ее сущности. Признание реальности тех аспектов власти, которые используются в качестве основания для ее концептуальной интерпретации, не устраняет не­обходимости выбора между этими подходами.

При определении сущности политической власти в качестве ис­ходного начала наиболее правомерной следует признать ее инстру­ментальную трактовку, раскрывающую отношение к ней как к опре­деленному средству, которое использует человек в тех или иных си­туациях для достижения собственных целей. В принципе власть вполне можно рассматривать и в качестве цели индивидуальной (групповой) активности. Но в таком случае нужны особые, пока еще отсутствую­щие доказательства, что такое стремление присутствует если не у всех, то у большинства людей.

В качестве средства регулирования социальных взаимоотноше­ний власть может возникнуть лишь в тех типах человеческой комму­никации, которые исключают сотрудничество, партнерство и ана­логичные способы общения, обесценивающие саму установку на превосходство одного субъекта над другим. Более того, в условиях конкуренции власть также может возникнуть лишь в тех случаях, когда действующие субъекты связаны между собой жесткой взаимо­зависимостью, которая не дает одной стороне достичь поставленных целей без другой. Эта жесткая функциональная взаимозависимость сторон есть непосредственная предпосылка формирования власти. В противном случае, когда в политике, скажем, взаимодействуют слабо зависящие друг от друга субъекты (например, партии раз­личных государств), между ними складываются не властные, а дру­гие асимметричные отношения, раскрывающие дисбаланс их ма­териальных ресурсов, не позволяющий обеспечить доминирование одной из них.

Когда же из взаимной конкуренции начинает вырастать домини­рование одного из субъектов за счет навязывания им своих целей и интересов другому субъекту, тогда и возникает новый тип взаимодей­ствия, при котором господствует одна сторона и ей подчиняется дру­гая. Иными словами, власть возникает в результате превращения вли­яния одной стороны в форму преобладания над другой. Поэтому ког­да той или иной стороне удается навязать конкуренту собственные намерения, цели и желания, и формируется власть, знаменующая собой ту асимметричность положения, при которой господствующая сторона приобретает дополнительные возможности для достижения собственных целей.

Таким образом, власть может рассматриваться как разновидность каузальных отношений или, по мысли Т. Гоббса, отношений, в кото­рых «один выступает причиной изменения действий другого». Поэто­му власть выражает позицию субъективного доминирования, возника­ющую при реальном преобладании тех или иных свойств (целей, спо­собов деятельности) субъекта. Следовательно, власть основывается не на потенциальных возможностях того или иного субъекта или его формальных статусах, а на реальном использовании им средств и ресурсов, которые обеспечивают его практическое доминирование над другой стороной. В политике подчиняются не тому, у кого более высокий формальный статус, а тому, кто может использовать свои ресурсы для практического подчинения. Не случайно М. Вебер счи­тал, что власть означает «любую возможность проводить собственную волю даже вопреки сопротивлению, вне зависимости от того, на чем такая возможность основана».

При этом способы принуждения подвластной стороны могут быть весьма различными, это – убеждение, контроль, поощрение, санкционирование, насилие, материальное стимулирование и т.д.

Таким образом, власть исходит из практического умения субъекта реализовывать свой потенциал. Поэтому сущность власти неразрывно связывается с волей субъекта, способствующей перенесению намерений из сферы сознания в область практики, и его силой, обес­печивающей необходимое для доминирования навязывание своих по­зиций или подчинение. И сила, и воля субъекта в равной мере являются ее неизменными атрибутами.

Поэтому, даже заняв выгодную позицию, субъект должен уметь использовать свой шанс, реализовать новые возможности. Таким образом, политическая власть как относительно устойчивое в социаль­ном плане явление обязательно предполагает наличие субъекта, на­деленного не формальными статусными прерогативами, а умениями и реальными способностями к установлению и поддержанию отно­шений своего властного доминирования (со стороны партии, лобби, корпорации и др.) в условиях непрерывной конкуренции.

В зависимости от того, насколько эффективны применяемые субъектом средства поддержания своего доминирования, его власть может сохраниться, усилиться или, уравновесившись активностью другой стороны, достичь равновесия взаимных влияний (состояние безвластия). Достижение такого баланса сил будет стиму­лировать к тому, чтобы заново ставить вопрос либо о переходе сто­рон к формам сотрудничества, кооперации, либо о вовлечении их в новый виток конкуренции для завоевания новых позиций доминиро­вания.

Чтобы удержание власти было более длительным и стабильным, доминирующая сторона, как правило, пытается институпиализировать свою позицию доминирования и превосходства, превратить ее в систему господства. Как самостоятельное и устойчивое политическое явление власть есть система взаимосвязанных и (частично или пол­ностью) институциализированных связей и отношений, ролевых структур, функций и стилей поведения. Поэтому она не может отож­дествляться ни с отдельными институтами (государством), ни с кон­кретными средствами (насилием), ни с определенными действиями доминирующего субъекта (руководством).

Согласно такой интерпретации власти, она не способна распространяться по всему социальному (политическому) пространству. Власть – это некий сгусток социальности, формирующийся лишь в определенных частях общества (политического пространства) и ис­пользуемый людьми наряду с другими средствами достижения своих целей лишь для регулирования специфических конфликтов и проти­воречий. Ее источником является человек с присущими ему умения­ми и свойствами, конкурирующий с другими людьми и использую­щий различные средства для обеспечения своего доминирования над другими.

Учитывая, что в политической сфере главным субъектом власти является группа, политическую власть можно определить как систему институционально (нормативно) закрепленных социальных отношений, сложившихся на основе реального доминирования той или иной груп­пы в использовании ею прерогатив государства для распределения разнообразных общественных ресурсов в интересах и по воле своих членов.

Заключение.

При рассмотрении сущности политической власти мы использовали атрибутивно-реляционистскую концепцию. Точнее инструментальную трактовку власти, что позволило адекватно описать сущность власти на уровне отдельного государства. Однако при рассмотрении власти на межгосударственном и международном уровне более адекватным будет системный подход при рассмотрении властных процессов.

^ 2.Социальные носители политической власти.

Политическая власть включает государственную власть, власть органов регионального и местного самоуправления, власть партий, групп давления, политических лидеров. Высшим уровнем, ядром политической власти является государственная власть. Специфика государственной власти состоит в том, что, во-первых, осуществляется специальным аппаратом, имеющим на это полномочия от всего общества; во-вторых, она реальна на территории, на которую распространяется государственный суверенитет; в-третьих, прерогативой государства является законодательство, правосудие, использование в случае необходимости институализованного принуждения. Изложенное выше соотношение политической и государственной властей не всегда может выдерживаться. Политическая власть может расширяться и за границы компетенции государственных органов. Скажем, власть политической оппозиции или мафиозных структур при определенных обстоятельствах становится более влиятельной, чем официальная государственная власть, и оказывает решающее воздействие на принимаемые решения и поведение граждан. В современном правовом государстве уместно и совмещение понятий государственной и политической власти, так существуют надежные механизмы предотвращения формирования нелегальных центров власти, а политическая власть в наиболее полной форме реализует социальные и групповые интересы через государственные органы управления. Таким образом, политическая власть выражает реальную способность субъектов политики проводить свою волю по отношению к другим социальным общностям во имя различных целей (как социально значимых, так и личных).

Процесс осуществления власти включает несколько этапов. Во-первых, этап представления политических интересов, когда власть накапливает и обобщает требования и запросы граждан. Второй этап – принятие решений. Власть выделяет наиболее значимые проблемы, рассматривает возможные альтернативы решений, выбирает порядок действий. Третий этап – реализация политической воли. Теперь власть добивается реализации принятого решения. Она как бы превращает его в ряд конкретных управленческих решений. Их реализация требует определенного механизма, основными элементами которого являются субъект и объект власти, ресурсы, методы и формы. Сама власть ничего делать не может, действуют люди, обладающие властью или подчиняющиеся, отношения власти предполагают наличие субъекта и объекта (или второго пассивного субъекта).

Субъект (актор) воплощает активное, направляющее начало власти. Им может быть отдельный человек, организация, общность людей, например, народ, или даже мировое сообщество, объединенное в ООН. Для возникновения властных отношений необходимо, чтобы субъект обладал рядом качеств. Прежде всего, это желание власти, появляющееся в распоряжениях или приказах. Для многих, однако, стремление к власти имеет инструментальный характер, т.е. служит средством достижения других целей. Помимо желания руководить и готовности брать на себя ответственность субъект власти должен быть компетентен, знать суть дела, обладать авторитетом и т.д. Реальные носители власти в разной степени наделены этими качествами. Субъекты политической власти имеют сложный многоуровневый характер. Её первичными акторами являются индивиды и социальные группы, вторичными – политические организации, субъектами наиболее высокого уровня, непосредственно представляющими во властных отношениях различные группы и организации, – политические элиты и лидеры. Связь между этими уровнями может прерываться, так, например, лидеры нередко отрываются от масс и даже от собственных партий.

Дадим краткую характеристику основным акторам власти.

Роль индивида в политике крайне специфична. Он может повлиять на характер развития абсолютно любой полити­ческой системы. Будучи исходными социальными атомами, из совокупности дей­ствий и отношений которых складывается самое общество, индиви­ды способны выступать особой целью деятельности любой системы правления и власти. По сути дела, олицетворяя статус человека как относительно самостоятельного и свободного существа, чьи интере­сы и возможности, так или иначе, противостоят обществу и государ­ству, индивид (личность) символизирует смысл и ценность любой коллективной деятельности.

^ Социальная группа с политической точки зре­ния – это только потенциальный субъект отношений в сфере государ­ственной власти. Становление ее реальным, действующим субъектом политических отношений, практически использующим свои ресурсы в целях изменения характера функционирования государственной вла­сти и управления, представляет собой длительный и сложный про­цесс, который зависит от многих внутренних и внешних для группы причин. Действие причин, побуждающих по­литическое участие группы, влечет за собой создание необходимых меха­низмов и институтов, обеспечивающих ее реальное вступление в по­литическое пространство. Основными составляющими этого сложно­го и многогранного процесса являются процедуры и технологии ар­тикуляции и агрегирования интересов, а также формирование представительных структур. Процесс артикуляции представляет собой преобразование исхо­дящих от принадлежащих к группе граждан социальных эмоций и ожи­даний в четкие и определенные политические цели и требования. Итак, задача усиления внутренней сплоченности, интеграции группы предполагает дополнение артикуляции механизмами и про­цедурами агрегирования, которое выступает как процесс координации и согласования частных внутригрупповых требований, установления между ними определенной иерархии и выработки на согласованной основе единых общегрупповых целей, обеспечивающих целостность группы и повышение ее политического влияния на власть.

^ Политическая элита – это группа лиц, профессионально занимающаяся деятельностью в сфере власти и управления государ­ством (партиями, другими политическими институтами). На государ­ственном уровне она концентрирует в своих руках высшие властные и управленческие прерогативы в обществе, предопределяя за счет этого пути и формы его политического развития.

Важнейшим элементом политической элиты является поли­тический лидер. Персонализируя си­стему власти и управления, он олицетворяет собой эту власть в глазах всего общества или групп граждан. Лидерство является способом внутреннего структурирования со­циальной группы, выделения тех основополагающих элементов, ко­торые способствуют реализации ими своих общих интересов. В этом смысле лидерство характеризует не только персональные качества осуществляющего эти функции лица (группы лиц), но главным об­разом их отношения с основной частью населения. Лидер – это эле­мент поддержания отношений «верхов» и «низов», их институциализации в целях самосохранения общности и осуществления ею своих интересов. По сути дела, лидер – это институт, связанный отноше­нием ответственности перед населением. Все названные общие свойства лидерства присущи и его полити­ческой форме. Однако для характеристики сущности собственно по­литического лидерства наиболее важное значение имеют два компо­нента: статусный и нравственно-этический. Первый предполагает на­личие формальных (официальных) возможностей, позволяющих тому или иному лицу (группе лиц) устойчиво влиять на власть, возглавлять реальный процесс принятия решений, осуществлять определенные должностные обязанности и нести в их рамках определенную ответ­ственность. Второй, нравственно-этический компонент, демонстрирует лишь моральную ответственность руководителей перед населением как условие сохранения и стабильности политической власти.

Специфическим субъектом политики, придающим процессам форми­рования и распределения государ­ственной власти исключительную сложность и своеобычность, является нация. Связанные с нею образы Отечества, Родины, патриотизма присутствуют сегодня в требованиях практически любых – левых или правых – партий, инициируя существенные изменения в полити­ческих процессах. В то же время, как показал практический опыт, характер формулируемых в данном аспекте целей, а также осознание способов их достижения непосредственно зависят от понимания на­ции как специфической общественной группы.

Власть всегда двустороннее, асимметричное, с доминированием воли властителя взаимодействие её субъекта и объекта. Она невозможна без подчинения объекта. Границы отношения объекта к субъекту властвования простираются от ожесточенного сопротивления, борьбы на уничтожение (в этом случае власть отсутствует) до добровольного, воспринимаемого с радостью повиновения. Готовность к подчинению зависит от ряда факторов: от собственных качеств объекта властвования, а также от восприятия руководителя исполнителями, наличие или отсутствие у него авторитета. Качества объекта политического властвования определяются, прежде всего, политической культурой населения.

Заключение.

Государство – это символ повиновения и принуждения человека к обязательному для него поведению и в этом смысле является агентом неизбежного ограничения его свободы и прав. Со своей стороны, индивид выступает как начало свободного и естественного волеизъ­явления. Имея определенные притязания к государству, связывая с ним возможности реализации своих интересов и перспективы, чело­век все же остается тем существом, которое обладает собственной программой жизнеутверждения и самовыражения. И если государ­ство способно избрать любой путь своей эволюции, то человек все­гда будет стремиться к защите собственного достоинства и свободы, счастья и жизни.

Наличие этих неистребимых человеческих стремлений, неизмен­ность жизнеутверждающих потребностей личности к свободе и счас­тью составляют стержень гуманизма. Приобретая характер высших мо­ральных принципов, данные требования становятся источником гу­манности законов, поднимаясь по своему значению выше социальных отношений в конкретной стране, выше потребностей различных групп. Они не меняются в зависимости от этапов и типов развития обще­ства, становясь мерой человечности всех социальных образований, критерием, используемым при оценке всех социальных явлений, в том числе универсальной мерой оценки человечности любой поли­тической системы. Так что, оценивая человека как «меру всех вещей» (Протагор), эти гуманистические принципы способны задать совер­шенно определенные цели и принципы государственной политике, выступив гуманистическим ориентиром саморазвития власти.

^ 3.Формы политической власти.

Политическая власть типологизуется по самым разным основаниям. Так, в зависимости от характера изменения принуждения различают полицейско-репрессивное государство или правовое; по степени публичности  – прозрачная, теневая и криптократичная (тайная) власть; по механизму формирования – династическая, узурпаторская, избранная, назначенная и делегированная власть; по степени институализации – абсолютная или конституционно-ограниченная, централизованная или децентрализованная, концентрированная или с разделением власти; по способам и методам – демократическая, авторитарная, тоталитарная власть; по типу властного субъекта – национальная, партийная, корпоративно-клановая, мафиозная.

Возможности власти зависят от её ресурсов. В широком смысле ресурсы власти представляют собой «все то, что индивид или группа могут использовать для влияния на других». Ресурсы власти так же разнообразны, как многообразны средства удовлетворения различных потребностей и интересов людей. Для выделения различных видов ресурсов власти широко распространена классификация её ресурсов в соответствии с важнейшими сферами жизнедеятельности: экономические ресурсы, социальные ресурсы, культурно-информационные ресурсы, принудительные (силовые) ресурсы.

Использование ресурсов власти приводит в движение все её компоненты, делает реальностью её процесс, который происходит по следующим этапам (формам); господство, руководство, управление, организация и контроль. Господство основано на разделении общества на управляющих и управляемых, т.е. тех, кто осуществляет политическую власть и тех, по отношению к кому она осуществляется. Это отношение предполагает определенную дистанцию между ними и подчинение одних другим. В господстве всегда присутствует приказ, предполагающий его выполнение. Господство обычно получает законодательное оформление в государственно-правовых актах. Руководство заключается в выработке и принятии принципиально важных для общества в целом решений, в определении его целей, планов и стратегических перспектив. Управление осуществляется через непосредственную практическую деятельность по реализации принятых руководством решений. Конкретной управленческой деятельностью занят обычно административный (бюрократический) аппарат, чиновничество. Организация предполагает согласование, упорядочение, обеспечение взаимосвязи отдельных людей, групп, классов, других общностей людей. Контроль обеспечивает соблюдение социальных норм, правил деятельности людей и социальных групп в обществе. Контроль также выполняет роль обратной связи, с помощью которой власть следит за тем, какие последствия имеют её управленческие воздействия.

В реальном политическом простран­стве власть выражается в различных формах обеспечения группового до­минирования. В связи с этим итальянский ученый Н. Боббио выделил три формы политической власти, которые в той или иной степени присущи всем политическим режимам.

Так, власть в виде видимого, явного правления представляет со­бой форму деятельности структур и институтов, ориентированных на публичное взаимодействие с населением или другими политически­ми субъектами. Власть в этой форме осуществляется в виде действий государственных органов, которые вырабатывают и на виду у всего общества применяют определенные процедуры принятия и согласо­вания решений; политических лидеров, которые обсуждают с обще­ственностью принятые меры; оппозиционных партий и СМИ, кото­рые критикуют действия правительства, и т.д. Таким образом, поли­тическая власть публично демонстрирует свою заинтересованность в общественной поддержке собственных решений, она принципиально повертывается к обществу, демонстрируя, что политические реше­ния принимаются во имя интересов населения и под его контролем. Публичная форма властвования характеризует политику как взаимо­действие властвующих (управляющих) и подвластных (управляемых), наличие у них определенных взаимных обязательств, действие вза­имно выработанных норм и правил соучастия элит и неэлит в управ­лении государством и обществом.

Наряду с этим в политическом пространстве складываются и фор­мы полускрытого (теневого) правления. Они характеризуют или при­оритетное влияние на формирование политических целей каких-либо структур (отдельных органов государства, лобби), формально не об­ладающих такими правами и привилегиями, или доминирование в процессе принятия решений различных неформальных элитарных группировок. Наличие такого рода властных процессов показывает не только то, что толкование государственных задач или выработка пра­вительственных решений на деле является процессом значительно менее формализованным, чем это объявляется официально или ви­дится со стороны. Теневой характер данного профессионального про­цесса демонстрирует и то, что он открыт влиянию разнообразных центров силы и зачастую в принципе ориентируется на отстранение общественности от обсуждения тонких и деликатных проблем, которые не нуждаются в широкой огласке.

Третья форма политической власти обозначается итальянским ученым Боббио как скрытое правление, или криптоправление. Оно демонстрирует те способы властвования, которые практикуются либо органами тайной политической полиции, либо армейскими группи­ровками и другими аналогичными структурами, которые де-факто доминируют в определении политических целей отдельных государств. К этому же типу властвования можно отнести и деятельность крими­нальных сообществ, поставивших себе на службу государственные институты и превративших их в разновидность мафиозных объедине­ний. Эти примеры показывают, что в структуру политической власти отдельных государств могут входить институты и центры влияния, которые действуют против самого государства.

В настоящее время в обществе складываются формы надгосударственной политической власти, сосуществующие с аналогичными способами регулирования социальных отношений отдельными (национальными) государствами. Так, ООН формирует всемирную сис­тему международных, а Евросоюз – региональную систему властных отношений, в рамках которых отдельные государства несут опреде­ленную ответственность за соблюдение ими прав человека, выполне­ние межгосударственных договоренностей, за охрану природы и т.д. Их соответствующие институты – Совет Безопасности и Европарламент – контролируют исполнение отдельными государствами и час­тными организациями обязательных для них решений, применяя для этого систему конкретных мер воздействия: от торговых санкций и приостановки членства в международных организациях до экономи­ческой блокады и проведения военных акций в отношении отдель­ных государств.

Заключение.

Дееспособность и эффективность власти во многом зависят от её легитимности. Как отмечалось ранее, это понятие тесно связано с моральной оценкой власти и означает доверие и оправдание её гражданами. М.Вебер определил три основные принципа легитимности: традиция, харизма, легальность. Традиционная власть основана на вере в священный характер обычаев, традиций. Они выступают основой управления и послушания в обществе, ибо так было всегда. Подобные общества статичны и могут веками существовать без изменений. Харизматическая власть распространена в обществах, переживающих коренные изменения. Харизма означает особый дар, которым обладает лидер. Для возникновения харизматической легитимности важно не само обладание харизмой, сколько вера в особые качества вождя со стороны последователей. Со своей стороны лидер полагает, что выполняет «историческую миссию» и поэтому требует поддержки. Харизматическая власть является относительно нестабильной, ибо лидеру необходимо постоянно демонстрировать свою исключительность. Легальная или рационально-правовая легитимность основана на признании юридических норм, конституции, которые регулируют отношения управления и подчинения. Она характерна для демократических государств и предполагает строгое соблюдение законов всеми структурами общества, в том числе и государственными органами, доверие граждан к государственным институтам, а не отдельным лидерам, подчинение законам, а не личности руководителя.

Литература

  1. Политология: Конспект лекций / Сост.: Забродский Э. А., Синяков Л.К., Никитин В.П., Кравченко В.И., Карейша С.П., Потапейко П.О., Борисов Е.А., Галицкая Е.М.- Мн.: БГУИР, 2003.

  2. А.И.Соловьев. Политология: Политическая теория. Политические технологии: Учебник. – М.: Аспект Пресс, 2000.



Скачать файл (26.3 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации