Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Андрущенко В.П., Астахова В.І., Бех В.П., Бех І.Д., Лукашевич М.П. Соціальна робота: Хрестоматія. Книга 3 - файл 1.doc


Андрущенко В.П., Астахова В.І., Бех В.П., Бех І.Д., Лукашевич М.П. Соціальна робота: Хрестоматія. Книга 3
скачать (2265.5 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc2266kb.04.12.2011 18:03скачать

1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28
^

1.4.  Співробітництво та партнерство як основні принципи соціальної роботи


«Сотрудничество и партнерство являются ключевыми понятиями в социальной работе. Однако эти понятия трудно определить, и они требуют более глубокого понимания социальной реальности (а не просто оказания услуг) на местном уровне.

^ Контекст сотрудничества

Многие проблемы, с которыми мы сталкиваемся при организации ухода, медицинской помощи и общинной помощи на местном уровне, представляют собой наследие главных, иногда структурных, проблем, существующих сегодня в мире.

Лозунг «Действуй локально — мысли глобально» приобретает сегодня все большую популярность и отражает взаимосвязанные и взаимозависимые проблемные области, сложность ситуации и все растущую сложность понимания существующих взаимосвязей.

Главные же проблемы ставят перед нами серьезные вопросы и требуют «изощренного» вмешательства. В основе этих новых «ответов» лежат сотрудничество со всеми соответствующими партнерами, ведущая роль местного населения как пользователей и потребителей наших услуг и участников процесса планирования, выработки решения и оценки результатов и средств.
^

Некоторые основания сотрудничества


Сотрудничество наряду с прочими принципами является ключевым в обеспечении ухода и оказании помощи. Это одновременно и цель, и средство, не являясь, однако, целью как таковой. Другие принципы в дополнение к понятию сотрудничества могли бы включать корпоративную стратегию, рамки проводимой политики, развитие общины, партнерство, партнеров из числа представителей власти и предоставление полномочий.

Главным основанием для сотрудничества является опережающее эффективное предоставление помощи, зачастую децентрализованное и всегда отвечающее местным запросам. Местные службы как форма сотрудничества отражают понимание того факта, что уход и социальные службы всегда испы­тывают недостаток в ресурсах перед лицом всевозможных общих требований и нужд. Таким образом, в процессе планирования важное место занимает определение приоритетов и целей. Поскольку предоставление помощи на местном уровне должно обеспечить не только индивидуальные возможности и развитие, но и коллективную деятельность и прогресс, то сотрудничество, таким образом, является ядром стратегической концепции.
^

Сотрудничество и партнерство


Поскольку уход и социальные службы имеют дело со структурными вопросами и проблемами, назрела потребность в многоплановых стратегиях и подходах. Это включает широкий спектр интегрированных действий. Многоплановые стратегии невыполнимы без реализации партнерства. На местном уровне это включает сотрудничество между различными руководителями сфер ухода, социальной защиты, здравоохранения, образования, жилищного обеспечения и, прежде всего, местным населением и группами клиентов/потреби­телей.

Главный вопрос — какие партнеры, в какой момент, где и на какой срок. Партнерство имеет важную стратегическую составляющую, требует творчества и открытости на этапе планирования и представляет собой сложный «инструмент» на операционном уровне. Идея партнерского развития является одновременно:

а) рациональным инструментальным процессом решения сложных проблемных задач и работы с изменениями и

б) принципом, обеспечивающим доступ, участие, выработку решения и предоставление полномочий местным группам и инициативам.
^

Принципы участия, организация общины и создание сети


Предоставление ухода и социальной помощи должно обеспечить многообразие возможностей, отражающих потребности, которые выходят за рамки непосредственной работы соответствующих агентств. … Права же, сколь важными и существенными они бы ни были, не обязательно охватывают весь спектр потребностей, желаний и мечтаний (это справедливо для всех стран, а тем более для государств, где социальное обеспечение находится на низком уровне).

Необходимо, чтобы наши услуги входили в целый ряд проектов по сотрудничеству и партнерству, которые превосходят по качеству службы, охраняющие права (уход, помощь, поддержка). Партнерство в рамках общины чрезвычайно важно для развития более целостных структур, отвечающих требованиям и пожеланиям в таких сферах, как образование, культура и местная экономика. Работая на уровне общины, можно обеспечить непрерывное участие местного населения и местных групп в решении определенной проблемы, создание направленных групп самопомощи и групп по интересам. …Местные службы как форма сотрудничества нуждаются в теории, которая рождается из систематизации опыта о формах сотрудничества, его проявлений, пути реализации, его влияния.

Немалую помощь в этом может оказать существующая теория о создании сети в сообществе. Сотрудничество охватывает агентства (или их часть), которые имеют отношение к общей структуре (проблемная сфера). Либо на более официальном уровне отмечалась бы взаимозависимость, представляющая собой результат сотрудничества, направленного на совместное достижение особой цели. Местные службы как форму сотрудничества можно рассматривать в качестве сети, то есть собрания независимых агентств; каждая организация автономна, и поэтому все они равны между собой. Каждая работает на добровольной основе, осознав необходимость своего участия и проанализировав аргументы «за» и «против» на данный момент времени.

Можно рассматривать идею создания сети как арочную концепцию, что способствовало бы приданию смысла и дальнейшему пониманию сложности местных служб как форм сотрудничества и местных реалий как сферы деятельности, особенно, когда предстоит уделить внимание социокультурным и экономическим проблемам».

Родригес Ф. Злободневность социального вмешательства в социальных проектах и социальных службах / Что такое социальная работа. — К., 1996. — 30 с. — С. 16–23.

«Современная история социальной работы постоянно изменяется и подвергается критике. Роль, организационная структура и философия социальной работы — все претерпевает изменение с большой скоростью. За последние двадцать лет произошел сдвиг от работника с конкретными случаями к соци­альному работнику сообщества и менеджеру по уходу; от «специалиста [узкого профиля]» к «универсалу [широкого профиля]» и возврат назад. Критики социальной работы даже подвергают сомнению наличие у нее своего собственного отличительного корпуса знаний. Ее критикуют левые политики за то, что она слабый защитник, правые — за то, что она порождает зависимость, а бульварная пресса — за серию трагедий и скандалов в сфере государственной опеки над детьми, которыми были отмечены 80-е и начало 90-х годов.

В настоящее время социальная работа снова переживает период больших перемен. На этот раз она уже часть гораздо более широких перемен в обществе и государственной системе социальной защиты, отражающихся в переходе к изменившейся «экономике ухода», «расслоению на покупателей — поставщиков» и «контрактной культуре». Теперь ведется полемика о более «сосредоточенных на пользователе» службах, и ключевой идеей, наполняющей ее, является «вовлечение пользователей». Такой поворот событий может иметь много различных причин, но большинство из них могут объясняться неудовлетворенностью послевоенной системой социальной защиты. Они включают:

– подъем правых в политике и выборы консервативных правительств, противостоявших правительственному вмешательству и крупномасштабной общественной системе социальной защиты;

– большая общественная обеспокоенность низким качеством и отсутствием отчетности служб социальной защиты и других;

– возникновение широкого круга организаций и движений людей, пользовавшихся такими услугами социальной защиты и не удовлетворенных ими;

– прогрессивных профессионалов системы социальной защиты, стремящихся работать более самостоятельно;

– возникновение инициатив снизу в предоставлении иных услуг, предполагающих большее участие пользователей и предлагающих новые ролевые модели;

– возрастающий интерес к идеям гражданского общества, гражданских прав и равных возможностей;

– возникновение новых философий, таких как нормализация и социальная модель инвалидности.

Социальной работой, подобно другим службам социальной защиты, руководят «поставщики», то есть ее формируют предоставители услуг, включая политиков, менеджеров, университетских преподавателей, исследователей, плановиков и практических работников, а не люди, для которых она предназначена. С такими службами, которыми управляют предоставители, связано большое число проблем, включая институционализацию, патернализм, неадекватное отстаивание прав пользователей услуг и их нарушение.

Заинтересованность в подходе с более активным участием пользователей в социальной работе не нова (Beresford & Crift, 1980). В Докладе Сибома (Seebohm Report) 1968 года, который привел к учреждению департаментов социальных служб, говорилось о «гражданском участии» и рекомендовалось как индивидуальное, так и групповое участие в предоставлении и планировании служб (Seebohm, 1968). Идеи вовлечения и наделения пользователей большими полномочиями и возможностью реального влияния давно стоят на первом месте в повестке дня прогрессивных практиков социальной работы. Существует история скрытой борьбы клиентов за свое большее влияние в социальной работе. Модели работы в сообществах, связанные с социальной работой, также придают особое значение вовлечению пользователей на местном уровне.

Однако послужной список социальной работы в области участия в ней клиентов был в целом бедным…

Книга Майера и Тимса (Мауег & Timms) «Говорит клиент» («The Client Speaks»), опубликованная в 1970 году — в год, когда, согласно Акту о социальных службах местных органов власти, были учреждены департаменты социальных служб, — запомнилась как впервые предложившая оценку социальной работы ее клиентов. Она выявила массу непонимания между клиентами и работниками с конкретными случаями…

Книга «Говорит клиент» не является руководством по социальной работе, в частности по вовлечению клиентов. Авторы были заинтересованы в клиентах преимущественно как в дополнительном источнике данных для исследований. В ней нет никакого обсуждения того, как мнения потребителей могут быть учтены в процессе практических перемен. Вместо этого книга «Говорит клиент» обозначила другое направление, давшее начало еще одной области научных и профессиональных исследований, которая стала называться «исследования клиентуры», и которая была cul de sac, в той мере, в какой затрагивались вовлечение и наделение пользователей большими полномочиями (Fisher, 1983). И только позднее идеи вовлечения вышли за эти рамки.

В то время как термины «вовлечение» и «участие» стали все чаще использоваться в социальной работе, еще не достигнуто согласие по поводу того, что же они означают. История участнических инициатив также запутана и пестра (Beresford & Croft, 1992). Поэтому, возможно, небесполезно объяснить, что собственно мы подразумеваем под вовлечением.

Когда люди говорят о своем вовлечении, они часто имеют в виду помощь со стороны. Такое вовлечение по существу влечет за собой определенную добровольную работу. Но такие обязательства вовсе не должны сопровождаться и обычно не сопровождаются возрастанием степени влияния или контроля самих людей. Инициативы взаимопомощи иногда заполняют этот пробел. Как говорили Крю и Золя (Crewe & Zola), писавшие об инвалидах:

Группы взаимопомощи... стали мощным источником взаимной поддержки, образования и действия среди людей, имеющих проблемы со здоровьем или инвалидность... Работая и обучаясь вместе, инвалиды могут объединять свои усилия для влияния на социальные и политические решения, воздействующие на их жизнь (Crewe & Zola, 1983: xiii-xiv).

…целью вовлечения, кроме добровольных действий, является внесение перемен. … перемены — это объединяющая цель всех участнических инициатив, за исключением тех, которые являются преднамеренно обструктивными или препятствующими возрастанию реального влияния клиентов.

Сейчас предлагается широкий спектр аргументов в пользу возрастания влияния людей на социальную работу и социальные службы. Эти аргументы подчеркивают его важность как с практической, так и с теоретической точки зрения.

^ Большинство людей хотят быть вовлеченными. Неудивительно, что боль­шинство из нас желает иметь некоторое влияние в агентствах и на принятие решений, которые могут иметь серьезные последствия для нашей жизни. …Ущемление пользователей социальных служб иногда рассмат-ривалось как особая проблема, ограничивающая их заинтересован­ность или способность к вовлечению, …Желание большего вовлечения напрямую отражается и в факте роста, целях организаций защиты прав инвалидов и взаимопомощи. Они охватывают многих пользователей услуг социальной работы.

^ Люди имеют право быть вовлеченными. Существуют различные категории прав. Права, которые особенно уместны здесь, — это права человека, гражданские и юридические. Социальная работа явно может воздействовать на все из них. Ее вмешательство простирается до наиболее интимных и личных сторон нашей жизни. У нее есть сила ограничить права людей, и мы знаем, что в некоторых случаях она не может уважать их. Иметь голос в социальной работе является важным выражением прав. Еще точнее, теперь люди имеют законные права быть вовлеченными. Провозглашенная правительством с 80-х годов приверженность к «власти народа» и выбору потребителей означает, что теперь есть законные требования вовлечения граждан в широкий ряд общественных служб — от здравоохранения до образования, от жилищных вопросов до земельного планирования. Акт о национальной службе здравоохранения и уходе в сообществе и Акт о детях распространили это на социальную работу. Люди теперь имеют право улучшать, комментировать и давать консультации относительно социальной работы.

^ Вовлечение людей в социальную работу отражает демократический характер нашего общества. Реальность этого можно поставить под многочисленные вопросительные знаки. Западная традиция явно состоит скорее в более представительской демократии, чем в демократии соучастия. Однако нет сомнения в том, что демократия является влиятельной и направляющей в Британии и других западных рыночных экономических системах. Очень важным является то, что социальная работа наряду с другими видами государственного вмешательства явно может рассматриваться как согласующаяся с этим. … вовлечение пользователей служб и других граждан является необходимым, если социальная работа стремится быть демократической деятельностью.

^ Вовлечение усиливает подотчетность. Подотчетность означает, что официальные лица и организации не просто откликаются на просьбы людей, но и в ответе перед ними. Люди имеют право знать, что происходит, и на свои вопросы «почему?» и «для чего?», должны получать ответ. … Подотчетность может быть прямой и косвенной. Если она является косвенной или дистантной: больше перед всеми местными избирателями вообще, чем конкретно перед людьми — пользователями служб; больше перед родителями, чем перед самими людьми с трудностями в обучении, то это может показаться чем-то сродни еще одному выражению патернализма, а не эффективной отчетностью, когда одна группа говорит от имени другой. Прямая отчетность требует вовлечения людей или вовлечения их организаций и напрямую избранных представителей. Возрастающее вовлечение ведет в результате к более эффективной отчетности.

^ Соучастие делает службы более эффективными и менее затратными. Аргумент эффективности ныне один из наиболее весомых. Пока что имеется мало четких свидетельств прямой связи между возросшим «вовлечением пользователей» и повышением экономии и эффективности, но это может быть лишь из-за того, что исследований таких проводится очень мало. Может быть и то, что связи между вовлечением и оптимальностью, экономичностью и эффективностью являются более сложными и менее прямыми, чем это предполагалось. … Если социальные работники хотят предоставить поддержку и услуги, в которых люди действительно нуждаются, тогда вовлечение их в этот процесс вероятно позволит избежать дублирования и недостаточного предложения, улучшить «нацеливание» и создать давление, чтобы появлялись более эффективные и отвечающие потребностям системы менеджмента».

Крофт С., Бересфорд П. Соучастие пользователей в социальной работе / Практика социальной работы / Под ред. К. Ханвея, Г. Рилпорта. — К., 1996. — 240 с. — С. 69–73.

«…коммуникация никогда не оказывается просто передачей идеи из головы одного индивида в голову другого; скорее, это процесс, при котором лица, участвующие в диалоге, пытаются каким-то образом воздействовать на поведение друг друга. Поскольку человек никогда не может в полной мере оказаться на месте другого (не потеряв при этом своего собственного), двое собеседников никогда не могут вполне понять друг друга; они лишь частично оказываются удовлетворены взаимными репликами. Каждое высказывание вызывает отклик, таким образом, творческое преодоление каждой пропасти вызывает нужду в дальнейшем отклике, и лингвистическая цепь остается ненарушенной. Применительно к индивиду это означает, что «идея интеринди­видуальна и интерсубъективна... Идея — это живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний».…

Но если связь между мыслью и словами являет собой живой процесс, а не автоматический — в том смысле, что не существует заранее заданного, упорядоченного постоянного соотношения между мыслями и словами, что это соотношение развивается или формируется при нашей попытке выразить их для других, — то где же нам поместить нашу умственную активность, как не в центре себя? Где поместить наше самосознание? М. М. Бахтин отвечает на этот вопрос следующим образом: «Я осознаю себя и становлюсь самим собой только раскрывая себя для другого, через другого и с помощью другого… Само бытие человека (и внешнее, и внутреннее) есть глубочайшее общение. Быть — значит общаться… Быть — значит быть для другого и через него — для себя. У человека нет внутренней суверенной территории, он весь и всегда на границе».

Другими словами, в соответствии со взглядами Л. Витгенштейна, то, что мы называем своими мыслями, приобретает форму только тогда, когда мы говорим или пишем; мы не обладаем уже систематизированными и упорядоченными мыслями где-то в центре нашего существа, только кодирующимися в слова при их произнесении. Начинаясь как смутные (хаотические), неупорядоченно рассредоточенные, хотя и не вполне неопределенные «чувства» или «тенденции», открытые для дальнейшей спецификации, они упорядочиваются только в поэтапном процессе — таком, какой окружающие сочтут понятным и законным. Если нам не удается осуществить такое упорядочение высказываний, если мы не обращаемся к другим так, чтобы это отвечало их ожиданиям, коммуникация теряет всякий смисл, и не приходится ожидать, что последует хоть какая-то реакция на наше высказывание».

Шоттер Дж., М. М. Бахтин и Л.С. Выготский: интериоризация как «феномен границы» / Вопр. психол. — 1996. — №6. — С. 107–117.

«Радикальні перетворення в економіці породжують принципово нові відносини у сфері праці. За умов, коли дедалі більше з’являється колективних та індивідуальних власників, трудові відносини звільняються від жорсткого державного регулювання. Щоб захистити трудові права людини в перехідній економіці, необхідна розгалужена й ефективна система колективних переговорів. Саме тому зараз акцентують увагу на розвитку соціального партнерства.

…Головним здобутком органів виконавчої влади, об’єднань роботодавців і профспілок можна вважати перехід від епізодичного спілкування до постійної співпраці. Відбулися позитивні зрушення в громадській свідомості щодо необхідності розв'язання складних соціально-економічних проблем не шляхом конфронтації, а через співпрацю за принципами партнерства.

Проте слід констатувати, що в Україні досі не створено цілісної багаторівневої системи соціального партнерства. Хиби існуючої значною мірою є наслідком нерозвиненості її правової, нормативної та організаційної баз. Не досить чітко визначені суб’єкти та їхній статус. Нагальними залишаються розробка й упровадження комплексного системного аналізу стану трудових відносин на національному та інших рівнях, підвищення на цій підставі їх керованості.

Практика трипартизму, яка склалася в Україні, неспроможна змінити механізм партнерства на рівні підприємств. Досі не задіяно потенціал трудових колективів у переговорному процесі.

Однією з головних причин нинішньої неповновартості соціального партнерства є слабка правова культура найманих працівників, неусвідомлення ними ролі і значення соціального діалогу, відсутність практики ведення переговорів, а також прихована або агресивна протидія роботодавців.

…У Франції, крім традиційних органів законодавчої, виконавчої й судової влад, функціюють спеціальні державні структури, де репрезентовані робітники, роботодавці й інші категорії активної частини населення. Таким органом, наприклад, є Економічна і Соціальна рада. До її складу входить 230 осіб: 72 підприємці (31%) 69 представників профспілок (30%), 17 членів сільськогосподарських кредитних спілок (2,3%) та ін. Тут працюють 40 експертів, котрих призначає президент країни. Рада складається з дев’яти робочих груп, кожна з яких налічує 27 членів і декілька спеціалістів, запрошених урядом. Головна функція цього закладу — оцінка проектів нормативних актів, які готує уряд, а також розробка власних.

Представники робітників Франції беруть участь у роботі Планової комісії, заснованої ще 1946 року, Національного агентства з поліпшення умов праці, що розпочало діяльність 1976 року, Центральної ради промислових судів та інших органів. На рівні підприємств вони є учасниками представницьких органів профспілок, а також комітетів підприємств, які репрезентують трудові колективи загалом.

У Німеччині склалася ефективна форма участі робітників в ухваленні рішень на виробництві через ради підприємств. Діалог на тристоронній підставі існує і в інших західноєвропейських країнах. Цей механізм запроваджено, наприклад, в Іспанії й Португалії, які нещодавно перейшли до ліберальної соціально орієнтованої економіки».

Новіков В. Соціальне партнерство / Соціальна політика і соціальна робота. — 2000. — №1 (13). — С. 47–52.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28



Скачать файл (2265.5 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации