Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Курсовой проект - Колониальная политика Англии в Османской империи в последней трети XIX века - файл 1.doc


Курсовой проект - Колониальная политика Англии в Османской империи в последней трети XIX века
скачать (166 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc166kb.16.11.2011 14:19скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

Реклама MarketGid:
Загрузка...


План:


Введение………………………………………………………

  1. Причины перехода к политике раздела Османской империи……

  2. Раздел империи:

    1. Подготовка и захват Кипра……………………………

    2. Захват Египта……………………………………….

2.3 Экспансия на Аравийском полуострове и в Персидском за­ливе……

Заключение……………………………………………….

Библиографический список …………………………………………..


Введение

В последней трети XIX в. происходили глубокие структурные изменения в экономике Великобритании и в её положении на мировой арене. К 1870 г. она имела промышленную монополию, была центром мирового капиталистического хозяйства, «мастерской мира», производила треть мировой промышленной продукции. Британские текстильная, угольная, металлургическая отрасли промышленности, судостроение и машиностроение занимали первое место в мире по объему выпускавшейся продукции. Промышленная монополия дополнилась монополией в морском судоходстве, мировых финансах, колониальной монополией. Англия накопила огромные богатства, которые искали прибыльного применения в условиях насыщенности внутреннего рынка. Английский военный флот господствовал на океанских просторах.

В последней трети века Великобритания потеряла промышленную монополию и промышленное превосходство. Более динамичный капитализм США и Германии положил конец исключительному положению Англии. К 1880 г. США превзошли Англию по уровню производства, а в начале XX в. - и Германия, потеряв лидерство в мировой экономике, Англия стала лишь одной из великих держав, борющихся за господство на мировом рынке. Это имело самые серьезные последствия для экономики страны и ее внешней политики.

Объектом моего исследования является колониальная политика Великобритании в последней трети XIX века. Исходя из этого, предмет данного исследования - это те изменения, которые произошли в колониальной политике Великобритании в указанный период.

В условиях современного "передела" мира, когда европейские государства и США борются за сферы влияния на Ближнем Востоке. Когда центр мировой политики смещается в Азию. Данная тема является наиболее актуальной, так как в прошлом зависимые государства устанавливали партнерские отношения со своими бывшими метрополиями, поэтому опыт общения в колониальный период, сегодня крайне важен.

В связи с этим правомерно выявление и изучение особенностей колониальной политики Англии в Османской империи в последней трети XIX века.

Для данного исследования важно определить, как шел процесс перехода к политике раздела Османской империи. Задачами предлагаемой работы являются:

  1. Выявление причины перехода английского правительства к политике раздела Османской империи;

  2. Рассмотрение самого процесса раздела империи;

  3. Изучение процесса подготовки и захвата Кипра;

  4. Анализ этапов захвата Англией Египта в последней трети XIX в.

  5. Характеристика британской экспансии на Аравийском полуострове и в Персидском за­ливе.

В настоящей работе хронологический прослеживается, сравнительно, не большой промежуток времени - последняя треть ХIX века.

При написании работы были использованы работы отечественных историков: О. Б. Шпаро, Н.А. Ерофеев, С. А. Колмаков, В.К. Ломакин, И.Д. Парфенов. В своих работах они рассматривали колониальную политику Великобритании, изучали международные отношения и дипломатическую политику «Великой Империи». Наиболее ценной в этом отношении, на мой взгляд, необходимо считать работу Парфенов И.Д. «Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века», в которой автор опираясь на многочисленные источники, раскрывает причины колониальной политики, её движущие силы и характер проникновения. Кроме этого в работе использовались различные учебники и учебные пособия.

Работа может применяться в ходе учебного процесса в соответствующих учебных курсах.

Моя курсовая работа состоит из введения, основной части и заключения, а также библиографического списка.


^ 1. Причины перехода к политике раздела Османской империи

В 70-х годах XIX в. район Средиземноморья, Ближнего Во­стока занимал особое место в экспансионистских планах пра­вящих кругов. Великобритания осваивала этот регион со второй половины XVIII в. и фактически господствовала на рынках стран Ближнего Востока и Северной Африки. Крупнейшие во­енно-морские базы в Гибралтаре и на Мальте позволяли контролировать важнейшие торговые пути. Еще больше возросло значение этого региона после открытия в 1869 г. Суэцкого канала, создавшего удобный морской путь в Индию и на Даль­ний Восток.

Особенность ситуации заключалась в том, что большинство государств этого региона входило в состав Османской империи. Великобритания, добиваясь монопольного влияния на турецкое правительство, расширяла и укрепляла свои позиции в этих странах.

Уже в 40—50-х годах XIX столетия английский посол в Стамбуле имел огромное влияние на султана. Это позволило усиливать экономическое и политическое влияние в империи. По договору 1838 г. рынки империи были открыты для английских товаров. В 1884 - 1885 г. общая стоимость торговли Великобрита­нии с Османской империей оценивалась в 308 млн. фр., Фран­ции — в 158 млн. и России — в 40 млн. фр1.

Иностранные капиталисты, и прежде всего, английские хозяйничали в Османской империи, боролись за концессии, снижение таможенных пошлин и другие привилегии. Они добивались права экстерриториальности, были неподсудны местным судам. Быстро росла задолженность султанского правительства европейским банкирам к 1870 г. она составила почти 200 млн.фр.2. Назревало финансовое банкротство. «По сути дела, в последней трети XIX в. Турция начинает превращаться в полуколонию великих держав»3.

Этому способствовали углубляющийся политический кризис и экономический упадок. Османская империя сотрясалась под ударами освободительного движения. Уже в начале 60-х годов XIX века многим английским политическим деятелям становилось ясно, что развал империи — вопрос времени. Это очень их тревожила: колониальная монополия Великобритании была в опасности, отдельные части империи могли перейти к другим державам. Главными соперниками Англии были Франция и Россия. Английские историки по традиции пишут о «русской угрозе», которая вынуждала их правительство действовать более актив­но. Конечно, Россия имела свои интересы в этом регионе. Однако надуманными являются обвинения в адрес России, в ее попытках захватить Суэцкий капал, доли­ну Тигра и Евфрата и даже Индию. Разумеется, ни ресурсов, ни намерений подобного рода у царского правительства не было. К тому же нетрудно заметить, что Великобритания обвиняла Россию в экспансии в те районы, которые сама подчинила своему влиянию. Если уж говорить о настоящем «опасном» со­пернике, так это была Франция, имевшая сильные экономиче­ские позиции в этом регионе и державшая в Средиземном море военно-морскую эскадру.

Опасаясь, что призыв к разделу Османской империи вызовет активные действия соперников, Великобритания проводила по­литику «целостности» империи, выступала против раздела и содействовала подавлению Портой освободительных движе­ний, которые представляли главную угрозу единству империи. Этим и объясняется парадоксальное на первый взгляд явле­ние: Англия, которая гордилась своими демократическими цен­ностями, выставляла себя поборником прогресса и борьбы с уг­нетением во всех формах, в то же время поддерживала «на­сквозь прогнивший, коррумпированный режим султанского пра­вительства, удерживавшего свою власть в империи крайне жестокими методами, прибегая иногда и к геноциду»4.

Либералы любили пожурить турецких правителей за жесто­кости на словах, признавали право народов империи на само­определение, но их политика определялась соображениями со­хранения и укрепления позиций в этом важном, в коммерче­ском отношении районе мира, где сосредоточивались мировые торговые пути — «нерв капиталистической экономики»5.

Политические расчеты оказывались важнее «свя­тых» принципов свободы и демократии. И даже призыв спасти христиан от турецкого гнета не действовал на премьера Дизраэли. Ко всему примешивался страх, что пример освободитель­ной борьбы в Османский империи найдет отклик в Британской империи.

Однако проводить курс на сохранение «целостности» было все труднее, и с 1875 г. в правящих кругах обсуждаются раз­личные варианты раздела османских территорий, в частности планы захвата Кипра и Египта. Эти настроения были связаны с новым восточным кризисом 1875 - 1878 гг. Вспыхнувшее вос­стание в Боснии и Герцеговине и последовавшая русско-турец­кая война вновь привлекли внимание к «больному человеку Ев­ропы»6, как называли Османскую империю.

Не подлежит сомнению тот факт, что Великобритания внесла свою лепту в раздувание русско-турецкого конфликта, недвусмысленно демонстрируя поддержку Османской империи. Когда в начале 1876 г. представители Германии, Австро-Венг­рии и России приняли Берлинский меморандум, в котором по­требовали от Порты заключить перемирие с восставшими и провести реформы, то Великобритания стала единственной ве­ликой державой, не подписавшей этот документ. «Дизраэли за­явил, что последний «сводит к нулю авторитет Порты».7 В мае он дал распоряжение английской военно-морской эскадре сле­довать в Безикскую бухту. Когда же летом в Великобритании стало известно о зверствах, которые учинили турецкие власти при подавлении восстания в Болгарии, и когда это вызвало ши­рокое возмущение общественности4, Дизраэли заявил, что он не слышал об этом. Одновременно Англия продавала Турции оружие, а английские офицеры служили в турецкой армии.

В апреле 1877 г. началась русско-турецкая война. Нейтрали­тет Великобритании носил условный характер, благожелатель­ный к Порте. 6 мая 1877 г. министр иностранных дел лорд Дер­би в ноте предупредил, что Россия не должна стремиться к бло­каде Суэцкого канала, захвату Египта, Стамбула и продвиже­нию в Персидский залив. Тем самым была очерчена сфера влияния Великобритании. Горчаков успокоил Дерби, заверив, что Россия подобных целей и не ставит5.

В июле 1877 г., после перехода русских войск через Дунай, последовал ряд новых провокационных жестов со стороны Лон­дона: были выделены 2,5 млн. ф. ст. на дополнительные воен­ные расходы, а на Мальту отправлены военные подкрепления, В январе 1878 г., после новых успехов русских войск, парла­мент выделил еще 6 млн. ф. ст. на военные расходы. Все эти акции были рассчитаны на то, чтобы запугать Россию и внушить султанскому правительству надежды на вступление Анг­лии в войну на ее стороне.

Сан-Стефанский договор (3 марта 1878 г.) Великобритания сочла слишком выгодным для России. 27 марта Дизраэли по­требовал от парламента разрешить призыв резервистов. На следующий день лорд Дерби вышел в отставку и его место за­нял лорд Солсбери, настроенный более решительно. Впоследствии, Англии удалось добиться изменения условий Сан-Стефанского мира на Берлинском конгрессе.

Переход Великобритании к политике раздела Осман­ской империи, был ознаменован оккупацией Кипра.



  1. Раздел империи:

^ 2.1. Подготовка и захват Кипра

Зондаж относительно передачи Кипра Великобритании начался еще в конце 1877 г. в связи обсуждением условий предоставления Порте займа. Одновременно англичане обследовала остров с целью ис­пользования его в качестве военной базы, и пресса готовила об­щественное мнение к этой акции. «В марте 1878 г. обсуждались все аспекты предстоящей оккупа­ции»8. Лорд Дерби выступал против этой акции. Пришедший ему на смену Солсбери стал форсировать осуществление этого плана. В письме английскому послу в Стамбуле Лейрду Сол­сбери 18 апреля 1878 г. советует намекнуть султану, что един­ственный способ спастись от русского влияния - дать Велико­британии плацдарм в Персидском заливе или на побережье Эгейского моря. 2 мая он требует добиться от султана согла­сия на английский протекторат. В инструкции Лейрду от 10 мая изложен проект Кипрской конвенции9. В нем прямо говорилось, что Кипр нужен для военных операций в Малой Азии и Сирии. При этом рекомендовалось оформить сделку не как раздел им­перии, а как соглашение об обороне против возможной агрес­сии России. К тому же англичане дали понять, что в случае от­каза Османской империи Великобритания не поддержит ее на Берлинском конгрессе. Это был уже откровенный шантаж. Лейрд использовал грубый нажим на султана, запугивал его волнениями внутри страны и, конечно, «русской угрозой». Сул­тан оказался в трудном положении. Экономическая разруха, ка­тастрофическое положение финансов, попытка «молодых осма­нов» захватить власть - все это ослабляло его позиции в споре с англичанами.

В июне 1878 г. конвенция была подписана. Накануне анг­лийский посол пригрозил, что в случае отказа подписать этот документ английское правительство оккупирует Кипр без раз­решения Высокой Порты. Это лишний раз свидетельствует о том, что все было решено и мнение султанского прави­тельства, собственно, никого не интересовало.

Как пишет Парфенов И. Д. «На Берлинском конгрессе Великобритания в отношении Ос­манской империи вела себя бесцеремонно, не выполнила дан­ных обещаний и в который раз предала Порту, распоряжаясь ее территориями без ее согласия»10.

Смехотворным выглядело официальное объяснение, что Англия получила Кипр, дабы отразить наступление России со стороны Закавказья. Во-первых, это было совершенно невоз­можно осуществить па практике. Но, главное, Россия дала обя­зательство Великобритании не делать этого. Так что здесь бы­ла беспроигрышная позиция. На практике Англия получила важную базу для дальнейшей экспансии в начавшемся разде­ле империи.

Собственно говоря, Россия спокойно приняла известие о кон­венции: ее интересы не были затронуты. Значительно более опасной могла быть реакция Франции. На всякий случай Ве­ликобритания послала эскадру к берегам Кипра, одновремен­но заверив Францию, что оккупация Египта не планируется. В качестве компенсации Франции был предложен Тунис. Все это позволило снять напряжение, хотя во Франции понимали, что ее позиции как Средиземноморской державы были ослаблены. 17 июля 1878 г. в Ларнаке высадились индийские войска, переброшенные с Мальты, и оккупация острова стала фактом. Верховным комиссаром и главнокомандующим был назначен Г. Уолсли. Власть турецкого султана стала чисто символиче­ской. Англичане управляли Кипром как колонией: все высшие должности занимали английские чиновники.

Прибывшие вместе с Уолсли военные, начали строительство военных укреплений, в Фамагусте и Ларнаке стали расширять гавани для военно-морского флота. На строительстве исполь­зовался труд крестьян. Ежегодно на содержание английского гарнизона и строительство военных объектов Великобритания тратила более 160 тыс. ф. ст., из них 20 тыс. выплачивал Кипр11.

Надежды киприотов на то, что «просвещенная» Великобри­тания покончит с бесправием и угнетением периода турецкого господства, не оправдались. Англичане сохранили большинство налогов, например, на овец и коз, на собственность и торговлю. Десятина стала взиматься деньгами, что вело к разорению кре­стьян, росла задолженность последних ростовщикам. Налоги взимались даже с более строгой регулярностью, чем при турец­ком господстве.

Поразительно, что сохранялась выплата Кипром «турецкой дани», которая составляла более половины всех его доходов (свыше 90 тыс. ф. ст. в год), причем Порта эту «дань» не полу­чала. Она расходовалась на выплату процентов акционерам ос­манского займа 1855 г.

Не оправдались и надежды киприотов на установление демократического режима вместо турецкого деспотизма. Англича­не ввели военно-оккупационный режим. В 1882 г. Кипр получил пародию на парламент, в который вошли девять греков, три турка и шесть английских чиновников. Верховный комиссар имел право вето и мог отменить любые решения Законодатель­ного совета. Таким образом, Великобритания, обещавшая пре­вратить Кипр в «рай Востока», принесла засилье английских чиновников и финансовое ограбление.


^ 2.2. Захват Египта

Если об оккупации Кипра английские историки обычно только упоминают, то о захвате Египта написано больше. Выдвинута даже «египтоцентристская» концепция раз­дела Африки12. Но до сих пор ведущей является другая кон­цепция. Суть ее сводится к тому, что Великобритания не пла­нировала захват Египта и что эта акция была продиктована за­ботой обеспечить свободу судоходства по Суэцкому каналу. По мнению Парфенова И. Д. «Нет ничего более далекого от истины»13 и я полностью согласна с этим утверждением.

Египет занимал исключительно важное место в имперских расчетах Великобритании. Его положение на пересечении важ­нейших торговых путей, особенно после открытия Суэцкого ка­нала, было очевидным. К этому времени он оказался в подчинении иностранного, и прежде всего французского и английско­го капитала. В период гражданской войны в США Египет был основным поставщиком хлопка в Великобританию. 60% всей его внешней торговли контролировалось английским капиталом. На­конец, в 60-х годах стремительно росла задолженность Египта английским и французским банкирам, составившая почти 90 млн. ф. ст. 14. Около 2 тыс. английских рантье получали про­центы с египетских займов. Концессионеры, подрядчики нажива­лись на строительстве железных дорог, каналов, портов.

Формально Египет входил в Османскую империю и подчи­нялся султану, но практически с начала 70-х годов был само­стоятелен в решении своих финансовых вопросов. Это давало колонизаторам большую свободу действий. При этом Велико­британия стремилась не допустить чрезмерного усиления влия­ния Франции.

Экономика, финансовое состояние Египта были расстроены. Находясь в безвыходном положении, хедив решил продать часть акций канала. В 1875 г. 44% акций за 4 млн. ф. ст. купил премьер-министр Дизраэли, взяв эту сумму взаймы у Рот­шильда15. Это был беспрецедентный акт, правительство станови­лось участником частного предприятия, причем без санкции пар­ламента. Сделка носила явно политический характер. Впервые реальной стала идея оккупации Египта.

Вскоре было объявлено о посылке миссии Кейва с целью изучения финансового положения Египта. Франция пыталась помешать английским планам, выдвинув свои проекты стаби­лизации положения в Египте. Тогда Великобритания пригрозила опубликовать результаты расследования. Одного этого оказалось достаточно, чтобы подорвать доверие к режиму хедива, и 8 апреля 1876 г. было объявлено о банкротстве Египта, его неспособности платить по долгам. К тому времени на уплату долгов шло до 80% расходов страны. Крестьяне были задавле­ны налогами.

Франция вступила в переговоры с хедивом и навязала ему соглашение о консолидации долга: все долги были сведены в один с выплатой 7% годовых. Платежи обеспечивались земель­ным налогом с четырех провинций, доходами с таможен Каира и Александрии, табачным акцизом и личными владениями хе­дива. Но английские держатели акций посчитали такое согла­шение невыгодным для себя и даже требовали установления английского протектората над Египтом. Кончилось все компро­миссом, который только усугубил положение. Была создана касса египетского дол­га, учреждены посты контролеров за доходами и расходами страны. Один контролер назначался Францией, другой - Вели­кобританией. Английским контролером стал крупный банкир Э. Баринг (впоследствии лорд Кромер, протектор Египта), по­лучавший от хедива оклад 3 тыс. ф. ст. Министр финансов Египта, выступивший против европейского контроля и за сни­жение процентов по долгу, был убит при невыясненных обстоя­тельствах. Начался период «двойственного» контроля.

Чиновники, действовавшие в интересах займодержателей, бы­ли заняты обеспечением регулярной выплаты долгов.

В апреле того же года была создана комиссия по расследо­ванию положения финансов, которую возглавил английский чиновник Р. Вильсон. Комиссия предложила создать «ответственное министерство». К 28 августа 1878 г. хедив образовал «европейский кабинет», в котором Великобритания получила ключе­вой пост министра финансов. Им, разумеется, стал Вильсон. Европейцы контролировали все расходы Египта, решали вопрос о предоставлении ему новых займов. «Египет фактически потерял независимость, а хедив стал марионеткой в руках колонизаторов»16.

Однако вскоре выяснилось, что такая бесцеремонная поли­тика привела к сужению социальной базы режима. Как извест­но, главной опорой хедива были помещики и армия. Но усиле­ние налогов, сокращение расходов на содержание армии, рас­стройство финансового положения привели к росту оппозици­онных настроений в этих кругах. Либеральные реформаторы требовали ввести конституцию по образцу западных стран. Общим стало требование освободиться от засилья иностранцев, покончить с ограблением страны.

Когда в феврале 1879 г. правительство решило уволить 2,5 тыс. офицеров, которые полтора года не получали жало­ванья, произошел мятеж. Премьер Нубар-паша и министр Вильсон были арестованы военными. Правда, хедив быстро ос­вободил их, но при этом выразил недовольство действиями кре­диторов.

Неожиданно хедив созвал парламент и 7 апреля объявил о создании «туземного правительства». Франция потребовала ок­купации Египта, но Великобритания не хотела совместной ак­ции и предпочитала сохранить здесь прежний порядок.

«Самостоятельность» дорого обошлась хедиву Исмаилу. Под давлением колонизаторов в июне он отрекся от власти. Его сменил более послушный Тауфик, который услужливо отказал­ся утвердить проект весьма умеренной конституции и разогнал палату нотаблей. Вновь был создан проевропейский кабинет. Упрочился статут контролеров. Отныне хедив не мог их смес­тить. Ему также запрещалось самому решать вопрос о займах и отдавать кому-либо территорию Египта.

16 октября 1879 г. Солсбери в секретной инструкции кон­сулу Малетту писал, что главная цель - не допустить преобладания какой-либо державы в Египте. И далее: Великобритания могла бы аннексировать Египет и сделает это, если там возоб­ладает анархия17.

В 1880 г. Египту был предоставлен новый заем под обеспе­чение доходами от железных дорог и четырех провинций. Капи­талисты европейцы брали подряды на ирригационные работы, добились монополии на ввоз соли из Индии. Европейские чи­новники - а их согласно Парфенову И. Д. в 1882 г. насчитывалось 1325 - получили 379 тыс. ф. ст. жалованья18. По мере усиления позиций колониза­торов нарастала и оппозиция. Большим авторитетом пользовал­ся известный деятель Араби-паша, группировавший оппозицию, недовольную засильем европейского капитала, и выступавший под лозунгом защиты ислама, удаления иностранцев и аннули­рования долгов.

Решающие события разыгрались в сентябре 1881 г. Иногда их называют «революцией 9 сентября». Хедив вынужден был уступить: уволить министров в отставку, созвать палату нотаб­лей, ввести конституцию и увеличить армию до 18 тыс.

Увидев массовый характер восстания, англичане поняли, что движение ведет к ослаблению их позиций в Египте. Это и было причиной резко отрицательного отношения англичан к Араби-паше. В отличие от Франции они даже не пытались вступить с ним в контакт. Великобритания выдвинула идею оккупации Египта турецкими войсками. Но это был заведомо неприемле­мый для Франции шаг. Да и сами англичане, в конце концов, воспротивились вмешательству Порты, когда она послала своих комиссаров в Египет, два английских военных корабля проследовали туда же и ушли только после отъезда турецких представителен.

Накануне созыва палаты нотаблей Великобритания и Фран­ция послали совместную ноту правительству Египта. Она была расценена как объявление войны египетскому национально-ос­вободительному движению. Великобритания, похвалявшаяся своими демократическими институтами, возражала против при­нятия конституции и весьма скромных требований вроде конт­роля бюджета со стороны палаты нотаблей: ведь это угрожало интересам кредиторов.

Гренвилл сразу сообразил, что совместная нота была ошиб­кой - только скрепила союз националистов и парламента19. По­ка Великобритания и Франция спорили, какого рода вмеша­тельство требуется и кто наведет порядок в Египте, освободи­тельное движение одерживало всё новые победы. 2 февраля 1882 г. армия свергла правительство. Араби-паша стал военным министром, в его руках сосредоточилась реальная власть. В ап­реле был организован заговор против Араби-паши, но он был раскрыт, и заговорщики были арестованы. Положение колони­заторов явно ухудшилось. Было ясно, что хедив не имеет ре­альной власти в стране. Впервые в Лондоне стал выдвигаться пропагандистский тезис, что может возникнуть угроза для жиз­ни европейцев.

20 мая английский флот прибыл в Александрию, чтобы укрепить «законность и порядок», т. е. власть хедива. Воспользовавшись приходом флота, хедив пытался сместить Араби, но неудачно. Демонстрация флота не только не испугала патриотов, но и, наоборот толкнула их к более решительным действиям. Хедив бежал под защиту английских кораблей. Государственным деятелям Великобритании стало ясно, что необходимо срочное вмешательство. Но нужен был повод. 11-12 июня в Александрии произошли столкновения, в результате которых были убиты несколько десятков европейцев и мусульман. До сих пор неясно, кто спровоцировал эти беспорядки. Некоторые исследователи считают, что это дело рук хедива или английских агентов.

15 июня кабинет министров Великобритании высказался за подготовку экспедиционных сил. Было принято решение об уве­личении контингента войск в Средиземном море до 35 тыс. Франция решительно заявила, что никакой угрозы судоходству по каналу нет, и она как раз возникнет в случае интервенции.

Одновременно была международная кон­ференция в Стамбуле (23 июня - 14 августа) - это было просто представление. Представители ве­ликих держав говорили о том, что никому не следует искать территориальных приобретений и коммерческих преимуществ в Египте. В то же время Великобритания приступила к действи­ям и поставила другие державы перед свершившимся фактом.

Командовал флотом адмирал Сеймур. Он давно предлагал принять решительные меры против строительства укреплений, фортов и батарей. Наконец 9 июля было решено послать Егип­ту ультиматум. Европейцам предложили покинуть Александрию. 11 июля в течение десяти часов военные корабли вели огонь по фортам Александрии20. Эта бомбардировка была вопи­ющим нарушением международного права. Она вызвала возму­щение египетского парода. Араби объявил священную войну против англичан.

20 июля Гладстон дал согласие на военную экспедицию под командованием Уолсли, и 28 июля парламент выделил для этих целей 2 млн. ф. ст. Франция недвусмысленно заявила, что не примет участия в этой операции.

Официальная версия гласила, что экспедиция - единствен­ное средство защитить Суэцкий канал, путь в Индию. Уже со­временникам была ясна абсурдность этого довода: никто свобо­де судоходства не угрожал. Также несостоятельны были объяс­нения, которые давал Гладстон о якобы имевшей место анар­хии в Египте. Как отметил А. Гопкинс, Гладстон, говоря об анархии, имел в виду оппозицию колонизаторам21. Англичане не шли на компромисс с египетскими националистами и реши­ли применить военную силу, чтобы сломить их сопротивление. Идею оккупации поддержали финансисты Сити, торговцы судовладельцы, держатели акций, концессионеры. Египет уже настолько прочно попал в сети экономической зависимости, что лишение его политической независимости было фактически пред­решено. Конечно, учитывалось и стратегическое положение Египта, который мог стать важным плацдармом для новых за­хватов в Африке и на Ближнем Востоке. Это было очень цен­ное приобретение для колонизаторов.

События развивались стремительно. 2 августа английские войска заняли Суэц, 15-го - Каир, а 13 сентября при Тель-эль-Кебире войска египетских патриотов были разбиты. 15 сентября Уолсли послал в Лондон телеграмму, в которой известил, что задание выполнено. За «работу» он получил 30 тыс. ф. ст. Правда, был недоволен тем, что ему не присвоили звание фельдмаршала22.

Британские гарнизоны были размещены в Каире и Алек­сандрии - всего 10 тыс. солдат. Все расходы по их содержанию нес Египет. Было арестовано около 30 тыс. египтян, что говорит о серьезном сопротивлении англичанам. Страна была наводне­на английскими советниками. Порта попыталась протестовать, но на нее не обращали внимания.

Естественно, что акция Великобритании вызвала недоволь­ство других колониальных держав, и в первую очередь Фран­ции. Ее успокаивали тем, что оккупация носит временный ха­рактер и что, как только стабилизируется положение и Египет сможет возобновить выплату долгов, Великобритания выведет свои войска. Вскоре контингент английских войск сократился до 3 тыс. Это косвенно говорило о стабилизации положения, но оккупационный режим сохранялся.

Лорд Дафферин аннулировал конституцию и восстановил власть хедива. Но практически власть находилась в его руках. По сути дела, Египет стал протекторатом. 11 сентября в Каир прибыл Кромер, который правил Египтом 26 лет, получил титул почетного гражданина Сити.

В апреле 1884 г. была созвана международная конференция для решения вопроса о долгах. Англичане много говорили о бедности феллахов, но дальше слов дело не пошло. Конферен­ция ни к чему не привела. Лишь 18 марта 1885 г. в Лондоне была подписана конвенция о новом займе в 9 млн. ф. ст. Не­сколько уменьшились платежи подолгу. Снизился земельный налог. В итоге в 1889 г. бюджет был сбалансирован. Некоторое сокращение феодальных повинностей, налогов и принудительного труда имело целью повышение платежеспособности, а отнюдь не рост благосостояния феллахов.

Быстро росло производство хлопка - с 1884 по 1908 г. в три раза23. Английские промышленники могли быть довольны. В проигрыше остался египетский народ.

Когда Гладстона укоряли, что захват Египта противоречит либеральным принципам свободы наций, он отвечал, что в Египте не было нации, поэтому и сокрушаться ни о чем не следует.

Подсчитано, что за 40 лет своего господства Великобрита­ния 66 раз обещала вывести войска из Египта, да так и не со­бралась. Понятно почему: стабилизировать режим, найти соци­альную опору было невозможно. Оставалось только надеяться на силу, которая кроме всего прочего давала гарантию, что ни Франция, ни Германия не захватят этот важный район Британ­ской империи.

Колонизаторы применили «классические» приемы: финан­систы закабалили, политики подготовили, а военные осуществи­ли захват Египта. Был применен широкий спектр средств коло­ниальной политики: навязывание своих советников, смена не­угодных правителей, подрыв освободительного движения, воен­ные демонстрации, бомбардировка, наконец, вторжение войск.

Египет был рынком сбыта, источником сырья и сферой при­ложения английского капитала. Кроме того, открылась возмож­ность использовать Египет как плацдарм для дальнейшей экс­пансии.

Великобритания требовала от Порты проведения реформ в Сирии с помощью английских чиновников и капиталов. Солсбе­ри предложил заем на строительство железной дороги от Искен-деруиа до Багдада, но выдвинул требование — в качестве га­рантии займа поручить английским чиновникам контроль над всеми доходами и расходами соответствующих районов. Турки отвергли это предложение. Но английские «путешественники», разведчики, торговцы развили бурную деятельность, вызвав обоснованную тревогу Франции.


^ 2.3. Экспансия на Аравийском полуострове и в Персидском за­ливе

Особенность ситуации заключалась в том, что оплачивалась эта экспансия англо-индийским правительством, и порядок наводился его вооруженными силами. Не в последнюю очередь это было свя­зано с тем, что осваивал территорию англо-индийский капитал, концентрировавшийся в основном в Бомбее и крепкими финан­совыми узами связанный с Сити. Однако экспансия не носила сугубо региональный характер. Все принципиальные решения принимались в Лондоне с учетом коммерческих, политических и стратегических интересов английского капитала.

Аден занимал исключительное положение на выходе из Красного моря в Индийский океан, был важнейшей угольной станцией и центром транзитной торговли. Его значение много­кратно возросло после открытия Суэцкого канала. Британский резидент в 70—80-х годах посредством подкупа, а иногда воен­ной силой распространял влияние на близлежащие районы. В 1869 г. был оккупирован султанат Лахдж, и вскоре девять княжеств, территория которых прилегала к Адену, были при­соединены к английским владениям. В 1886 г. англичане при­соединили о-в Сокотра, а в 1888 г. заключили договор с одним из влиятельных султанов Хадрамаута.

Существовало еще одно направление экспансии – Йемен. В ноябре 1870 г. английский резидент пытался заключить до­говор с шейхом Халидом бен Хусейном. Однако эта идея не бы­ла реализована. В 1871 г. турецкие войска вторглись в Йемен, оккупировали Сану, а в 1872 г. страна стала вилайетом Осман­ской империи. Английский посол в Стамбуле требовал вывода турецких войск из тех княжеств, которые имели соглашение с Великобританией. В октябре 1873 г. Нортбрук даже предложил послать экспедиционный корпус в Южный Йемен. Эта идея бы­ла поддержана в Индии, а также в Адене. Но премьер-министр Гладстон не решился на эту акцию, так как был не уверен в ее благополучном исходе, опасаясь сопротивления племен и возможных международных осложнений.

В марте 1874 г. турки оккупировали Далу, которая располагалась на караванном пути из Саны в Аден. В мае 1875 г. британ­ский резидент в Адене предложил освободить Далу военным путем. Но до этого дело не дошло, а в сентябре 1876 г. Осман­ская империя сама вывела войска, чему содействовали восста­ния на Балканах, собственные финансовые трудности, давление Великобритании, да и сопротивление местных племен. В 1878 г, шейхи обратились к Великобритании с просьбой о протектора­те. Лондон решил отказать им, не хотел обост­рять отношения с Портой. Это вызвало недовольство колониаль­ных кругов. В марте 1880 г. турецкие войска вновь появились в этом районе, и Великобритания заключила договор о дружбе с правителем Далы.

Это соперничество Стамбула и Лондона продолжалось и далее. В итоге Великобритании удалось установить протекторат над княжествами, расположенными близ Адена. Кроме того, 90-х гг. она поддерживала многочисленные восстания мест­ных племен против Османской империи, разрешая контрабанду оружия через Аден.

Особое место в планах Великобритании занимал Персидский залив, который она стремилась превратить в «британское озе­ро». Проникновение туда началось с Маската, а к середине XIX в. Англия монополизировала торговлю и судоходство в заливе. Экспансия велась под флагом борьбы с пиратством и работорговлей.

После открытия Суэцкого канала коренным образом изме­нилась роль Персидского залива: коммерция получила новый стимул. Две крупные судоходные компании Англии практически монополизировали перевозки по заливу. Английские предприниматели получали прибыль от займов, тор­говых операций, концессий. Посредническую торговлю вели индийские купцы. К концу XIX в. Бомбей стал финансово-экономическим центром Персидского залива.

Объем внешней торговли стран Персидского залива в 1900 г. составил 8,84 млн. ф. ст. Доля Великобритании и британской Индии в экспорте стран залива составила 40%, в импорте 63% 24.

В 70—80-х годах, когда влияние Великобритании в Стамбу­ле было велико, а позиции других держав в Персидском заливе слабыми, англичане поддерживали турецкие притязания. Но по мере усиления позиций других держав в Заливе делается став­ка на захват этих территорий, разжигаются арабо-турецкие противоречия в Эль-Хасе, Катаре, Кувейте, поддерживаются распри между самими арабскими народами.

В 70-х годах Великобритания продолжала поддерживать султанат Маскат, надеясь не допустить объединения оманских племен и преградить путь турецкому влиянию. В 1871 г. сул­таном Маската стал английский ставленник Турку. Индийское казначейство выплачивало ему 6 тыс. ф. ст. в год на подкуп вождей племен. В значительной мере он держался па англий­ских штыках. В феврале 1886 г. английский резидент Персид­ского залива Росс опубликовал декларацию, в которой прямо заявил, что англо-индийское правительство будет «вооруженной силой поддерживать султана»25. В феврале 1890 г. английский представитель в Маскате высказался за протекторат. 20 марта 1891 г. был заключен секретный аигло-маскатский договор. Султан взял на себя обязательство не передавать иностранцам в аренду какую-либо часть своей территории без согласия Ве­ликобритании. Новый договор о «дружбе, торговле и морепла­вании» от 19 марта 1891 г. установил, что пошлины на ввози­мые товары не должны превышать 5% стоимости товара; сни­мались все ограничения для английских подданных в торговле и передвижении в султанате.

С середины 90-х годов усиливается проникновение Франции в Маскат и борьба оманского народа против английских коло­низаторов. В марте 1896 г. Англия решила подавить восстание в Дофаре, представив это как помощь султану Фейсалу. Но не­ожиданно Фейсал отказался от помощи, заподозрив Великобри­танию в попытке установить в Дофаре свой протекторат. Фран­ция протестовала против посылки британских войск. Это вызва­ло возмущение английских представителей в Персидском зали­ве, и они стали требовать протектората над Маскатом26. В мае 1897 г. конфликт был урегулирован и восстание подавлено с помощью Великобритании.

В то же время, т. е. с середины 90-х годов, ускоряется эко­номическое закабаление султаната посредством предоставле­ния ему займов; новых льгот добиваются для себя индийские купцы. Серьезного накала достигают противоречия с Франци­ей. Из-за попытки последней получить в Маскате угольную станцию разразился громкий скандал. В феврале 1899 г. бри­танские военные корабли бросили якорь в Маскатской бухте. Великобритания потребовала расторгнуть соглашение об уголь­ной станции. Флот навел свои орудия на султанский дворец, и султан капитулировал. Британская пресса была восхищена «энергией и волей» вице-короля Индии Керзона. Конфликт за­вершился компромиссом: Франции был передан один из английских угольных складов. Но ожесточенная борьба двух держав за влияние в Маскате продолжалась.

Одним из пунктов, через который английские агенты прони­кали на западное побережье и в центральную часть Аравии, был п-ов Катар, на который претендовали Османская империя и Бахрейн. Великобритания еще в 1861 г. навязала протекто­рат Бахрейну. Когда в 1867 г. шейхи Бахрейна и Абу-Даби со­вершили нападение на Катар, британский резидент в Персид­ском заливе полковник Пелли обвинил шейха Бахрейна в пи­ратстве и добился его низложения. С одним из шейхов Катара было заключено соглашение, по которому британский резидент был признан посредником в отношениях Катара с Бахрейном.

Однако в 1871 г. турецкие правящие круги резко активизи­ровали экспансию в Восточной Аравии, создали Неджский санд­жак и правители Катара признали суверенитет Османской им­перии.

22 мая 1879 г. лорд Литтон, вице-король Индии, в послании министру по делам Индии предложил раздел сфер влияния с Турцией в Восточной Аравии. По сути дела, предусматрива­лось расширить проникновение Великобритании, включить в сферу английского влияния не только Катар, но и приморские княжества Восточной Аравии — Маскат и Бахрейн. Солсбери не поддержал этот план, понимая, что Порта не согласится на него. В то же время в 1880 г. он предупредил султанское пра­вительство, что Великобритания сама не претендует на соответ­ствующие османские владения, но и не допустит усиления ту­рецкой активности в этом районе.

В 1880 г. англичане навязали Бахрейну соглашение, по ко­торому его правители обязались не заключать с другими дер­жавами какие-либо соглашения без согласия Великобритании. В 1891 г. - добавилось обязательства не уступать в аренду ка­кой-либо части территории другим державам, в 1898 г. - запре­щение покупать и продавать оружие.

В 1882 г. во время столкновения племен Катара и Абу-Даби английские военные корабли подвергли бомбардировке район Дохи.

Порта пыталась протестовать, но Англией было заявлено, что она никогда не признавала суверенитет Османской империи над Катаром.

Вмешательство Великобритании в конфликт Катара и Абу-Даби и ее противодействие попыткам Турции укрепить свое влияние в этом районе продолжались и в дальнейшем.

20 апре­ля 1893 г английский министр иностранных дел Розбери просил Порту воздержаться от посылки войск в Катар и предложил свое посредничество в урегулировании племенных конфликтов27. Турецкое правительство стало требовать отзыва английского резидента из Катара. В результате план посылки ту­рецко-османских войск был сорван.

Весной 1895 г. развертывалось восстание на Бахрейнском архипелаге. Британская эскадра во главе с подполковником Вильсоном, резидентом в Персидском заливе, подвергла бомбар­дировке прибрежные районы архипелага. Одновременно было спровоцировано нападение одного из племен Абу-Даби на Ка­тар. Англичане были довольны: Турция не защитила Катар, и престиж Англии возрос.

После этих событий усилилась зависимость катарских шей­хов от Великобритании. Крупные бомбейские фирмы субсиди­ровали добычу жемчуга, поэтому правители шейхств и эмира­тов были заинтересованы в связях с англо-индийскими властя­ми. К 1899 г. влияние Великобритании значительно возросло. Правителю Катара была обещана помощь против турок-осма­нов. Англичане явно стремились превратить полуостров в плацдарм проникновения в Эль-Хасу и глубинные районы Аравии28.

Британский резидент в Бушире внимательно следил за со­бытиями в Кувейте - важном перевалочном пункте английской торговли, в том числе оружием. Связи с Кувейтом усилились после того, как в 1892 г. здесь к власти пришел новый прави­тель. Было достигнуто соглашение о посещении Кувейта кораб­лями «Бритиш Индия стим навигейшн компани». Сам шейх был пайщиком бомбейской фирмы по торговле жемчугом.

В мае 1896 г. в Кувейте в результате переворота к власти пришел шейх Мубарак. Капитан английской канонерки, посетив­ший Кувейт сразу же после переворота, отметил усиление здесь турецкого влияния: шейх отказывался нанести визит на борт английского «Сфинкса». Англичане активно интриговали против нового шейха, но, убедившись в бесперспективности по­добной политики, вступили с ним в контакт. Шейх боялся уси­ления турецкого влияния и согласился на переговоры. Велико­британия вынашивала замыслы установления протектората. В ноябре 1897 г. в Кувейт прибыла английская канонерка «Пиджин» для защиты «английских интересов», которым ничто не угрожало. В докладных записках англо-индийских властей в Лондон содержался призыв ликвидировать «пиратское гнездо», «центр работорговли». Ко всему прочему они пугали... русской угрозой. Керзон в начале 1898 г. открыто требовал установле­ния протектората над Кувейтом. Солсбери, учитывая возмож­ное противодействие Порты, советовал заключить с шейхом тай­ное соглашении за субсидию - 5 тыс. ф. ст. Мубарак должен взять обязательство никому не уступать своей территории29.

В январе 1899 г. британский консул прибыл на канонерке и Кувейт для заключения соглашения. Мубарак потребовал га­рантии неприкосновенности территории шейхства и увеличения субсидии. Соглашение было подписано, но официального объявления не было.

В середине 90-х годов на Ближнем Востоке вновь назрел по­литический кризис в связи со ставшими известными фактами зверских расправ турецких властей над армянским населением. В 1895 г. Солсбери выдвигает план раздела Османской импе­рии, однако не находит поддержки у других государств, по­скольку по этому проекту львиная доля территорий отходила к Англии. Франция, Россия и Германия сорвали попытки Великобритании утвердить безраздельное влияние в Османской импе­рии, навязать финансовую кабалу Абдул Хамиду. В целом по­литика Англии на Ближнем Востоке содействовала подавлению национально-освободительного движения, сохранению феодаль­ных и полуколониальных режимов в Юго-Восточной Европе и на Ближнем Востоке.


Заключение

В ходе исследования были выявлены объективные причины перехода к разделу Османской империи. Во-первых, в последней трети XIX века Великобритания теряет свои позиции безусловного лидера из-за активной политики более «молодых» держав, и дабы опередить их, её было, просто, необходимо изменить свой внешнеполитический курс.

Во-вторых, менялась ситуация и в самой Османской империи, государства, которые входили в её состав теперь требовали независимости. В этих условиях, со стороны Великобритании, было-бы недальновидно бороться за сохранения единства Османской империи, в противном случае она рисковала потерять контроль над этим территориями.

Так же мною был рассмотрен и сам процесс раздела империи. Захват Кипра положил начало этому процессу. После этого англичане обратили свои взоры на территорию Египта, нужно отметить, что здесь очень сильны были освободительные движения, а после бесцеремонной политики Великобритании, Араби-паша вообще, объявил ей священную войну. Затем англичане ввели в Египет свои войска, и после ряда сражений Египет был полностью оккупирован войсками «Великой Британии». Против этого яро выступали другие европейские державы, а особенно Франция.

Затем настала очередь Аравийского полуострова и территорий Персидского за­лива. На Аравийском полуострове Великобритания оккупировала Аден и еще территории девяти, прилегающих к нему, княжеств. Но затем возникли острые противоречия с Турцией. В 1871 г. турецкие войска вторглись в Йемен и он отошел к территориям Османской империи. Что вызвало недовольство англичан. В марте 1874 г. турки оккупировали Далу, но в 1876 г. они вывели свои войска. В марте 1880 г. турецкие войска вновь появились в этом районе, и Великобритания заключила договор о дружбе с правителем Далы.

Соперничество Стамбула и Лондона продолжалось и далее. В итоге Великобритании удалось установить протекторат над княжествами, расположенными близ Адена. Кроме того, 90-х гг. она поддерживала многочисленные восстания мест­ных племен против Османской империи, разрешая контрабанду оружия через Аден.

Персидский залив, занимал особое место в планах Великобритании. Она стремилась превратить его в «британское озе­ро». Захват этой территории начался с Маската. Но в силу сложной внутриполитической ситуации в этих районах, которая усугублялась вмешательством Франции, были сорваны все попытки англичан утвердить единоличное влияние в этих регионах.

В середине 90-х гг. назрел новый политический кризис на данной территории, Великобританией был выдвинут новый план раздела Османской империи, но его не поддержала ни одна из европейских держав.

Подводя итог экспансионистской политике Великобритании на Ближнем Востоке в последней трети XIX в., следует отметить пере­ход к более жестким мерам политического контроля, вплоть до оккупации ряда территорий и навязывания неравноправных договоров о протекторате. Это было вызвано необходимостью соз­дания более благоприятных условий для английского предпри­нимательства на фоне постоянно растущей конкуренции, усиливающейся борь­бы народов Азии против колонизаторов и попыток других капи­талистических держав бросить вызов англичанам в этих районах.


Библиографический список:

  1. Шпаро О, Б. Захват Кипра Англией. М.. 1974.

  2. История Африки в XIX – начале XX века. М., 1984.

  3. Всемирная история в 3-х частях, часть 3-я. О. А. Янковский, О. В. Бригадина, П. А. Шупляк и др. Минск, ООО «Юнипресс», 2002

  4. Всемирная история: Учебник для вузов/ Под ред. –Г.Б. Поляка, А.Н. Марковой. – М.: Культура и спорт, ЮНИТИ, 1997

  5. Ерофеев Н.А. Очерки по истории Англии. 1815-1917. М. Юристъ, 1959

  6. Колмаков С. А. Идеология и политика либеральной партии Великобритании в 80-е годы XIX века. М., 1985.

  7. Ломакин В.К. Внешнеэкономическая политика Британии. – М.: ЮНИТИ, 2004

  8. http://www.great-britain.co.uk/history.

  9. http://www.unicum-coins.narod.ru/brit/history.html

  10. http://www.diphis.ru/

  11. http://www.2uk.ru/history

  12. Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. М., «Наука»., 1991.




1 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. С. 66.

3 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX век. С. 66.

4 Там же. С. 67.

5 История Африки в XIX – начале XX века. С. 47.

6 Колмаков С.А. Идеология и политика либеральной партии Великобритании в 80-е годы XIX века.

7 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX век. С. 68.

8 Шпаро О, Б. Захват Кипра Англией. М.. 1974. С.25.

9 Там же. С. 30.

10 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. С. 70.

12 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. С.70 .

13 Там же. С. 70.

14 http://www.2uk.ru/history

16 Там же. С. 72.

17 Ломакин В.К. Внешнеэкономическая политика Британии.

18 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. С.73 .

19 Там же. С. 74.

20 Там же. С. 75.

21 Там же. С. 75.

22 Там же. С. 76.

25 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. С.79



26 Ломакин В.К. Внешнеэкономическая политика Британии.



27 Ломакин В.К. Внешнеэкономическая политика Британии.

28 Парфенов И.Д. Колониальная экспансия Великобритании в последней трети XIX века. С. 80






Скачать файл (166 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации