Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Курсовая работа - Русско-иранские войны первой трети XIX века - файл 1.doc


Курсовая работа - Русско-иранские войны первой трети XIX века
скачать (1263 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc1263kb.18.12.2011 17:13скачать

содержание
Загрузка...

1.doc

Реклама MarketGid:
Загрузка...
СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………….……………….3-6

Глава 1. Причины и результаты первой русско-иранской войны

1804-1813 гг…………………………….…………………………....7-16

Глава 2. Причины и результаты второй русско-иранской войны

1826-1828 гг………………………………………………………...17-25

Заключение………………………………………………………………...…26-27

Список использованных источников……………………………………….28-29

Приложение 1. Кавказ в начале XIX века……………………………………...30

Приложение 2. Общий ход второй русско-иранской войны………………….31

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы. В настоящий момент происходит борьба за сферы влияния на Кавказе между теми странами, которые еще в XIX веке соперничали в регионе. Таким образом, история повторяется и ситуация, наблюдавшаяся в начале XIX века, имеет место и сейчас, в иных сложившихся геополитических реалиях, с участием главной военно-политической силы современного однополярного мира – США и НАТО.

Кавказ всегда являлся стратегически важным регионом, к военно-политическому и экономическому присутствию в котором стремились мировые державы. Первая треть XIX века явилась одной из важных вех этой борьбы, которая велась не только на дипломатическом уровне, но выливалась в жесткое военное противостояние. Европейские события: войны, дипломатическая борьба – находили свое отражение в важнейших принципах политики России и Персии, которыми эти государства руководствовались при выборе для себя вариантов решения кавказской проблемы.

Вышеуказанные обстоятельства обуславливают необходимость исследования военно-дипломатической деятельности Российской империи и Ирана в контексте международных отношений в первой трети XIX века.

^ Источниковую базу курсовой работы составляют тексты документов Гюлистанского и Туркманчайского договоров, опубликованные в работе Т. Юзефовича «Договоры России с Востоком. Политические и торговые».

Большое значение имеет многотомная публикация документов Российского министерства иностранных дел «Внешняя политика России XIX начала XX века». Привлекались материалы, содержащиеся в первой и второй сериях собрания. Они позволяют понять цели и методы политики России в отношении шахского Ирана. Данные документы позволяют анализировать как внешнеполитические перипетии, так и внутриполитические события и процессы исследуемого периода.

Немалое значение имеет мемуарная литература. Можно отметить мемуары российских военных Ф.Ф. Торнау, А.П. Ермолова, и другие.

Отдельно выделим мемуары таких иностранных авторов, как Г.Киссинджер, и др. Общей чертой последних является ярко выраженная антироссийская направленность, и в этом проявляется их слабая объективность как источников.

Отдельные аспекты исследуемого вопроса нашли отражение в отечественной и зарубежной историографии.

Рассматривая дореволюционную историографию, необходимо остановится на исследованиях российского военного писателя, геополитика Р.А. Фадеева. В трудах «Шестьдесят лет Кавказской войны» и «Письма с Кавказа» и др. он определял нижнюю границу начала Кавказской войны временем присоединения Грузии и обосновывал жизненную для России необходимость присутствия на Кавказе, при этом отмечая невозможность применения одних лишь военных методов для достижения этой цели.

Во второй половине XIX века появляются фундаментальные для того времени исследования о «Кавказской войне» Н.Ф. Дубровина и В.А. Потто, которые ввели в научный оборот большое число архивных материалов. Их труды содержат огромный фактический материал, полезный при рассмотрении и российско-персидских отношений первой трети XIX века. Исследования Н.Ф. Дубровина и В.А. Потто имели недостатки, адекватные уровню развития исторической науки в России.

В работе Б.П. Балаяна исследуется политика Ирана на Кавказе, выясняются причины и ход персидско-российских войн 1804-1813 и 1826-1828 годов, дается подробный анализ русской дипломатии и договоров России с Ираном.

Знаковым моментом в развитии отечественного кавказоведения стало появление монографии М.М. Блиева и В.В. Дегоева «Кавказская война», в которой подводится итог многолетним изысканиям авторов. На основании исторических документов и свидетельств они приходят к важным выводам относительно влияния горцев на степень военно-политической активности России в регионе.

В первой трети XIX века международные соглашения и договоры были важнейшими регламентаторами взаимоотношений между странами. Большая работа по анализу и сопоставлению договоров и соглашений, в том числе и русско-иранским, проводилась В.В. Дегоевым, Б.В. Виноградовым.

В.В. Дегоев в одной из своих последних работ проанализировал и методологию изучения дипломатической истории кавказских событий первой трети XIX века, что открывает новые горизонты для объективного и разностороннего исследования российско-иранских взаимоотношений.

Отдельные аспекты политики Российской империи в регионе освещены в ряде диссертационных исследований Е.А. Пасько, Э.Г. Джахиевой, А.Н. Рябикова.

Проблема военно-политических отношений Российской империи и Ирана первой трети XIX века нашла свое отражение в исследовании зарубежных авторов, большинство из которых носят общий характер. За их обвинениями России в колониальной экспансии стоит стремление прикрыть явный колониализм своих держав в тот же период времени.

Целью исследования является изучение военно-дипломатических отношений Российской империи и Ирана в контексте международных отношений в первой трети XIX века.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1. Определить причины, повлекшие начало первой русско-иранской войны 1804-1813 гг. и проанализировать ее результаты.

2. Определить причины и результаты второй русско-иранской войны 1826-1828 гг.

Структура работы обусловлена целью и задачами курсовой работы, которая состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и приложений. Во введении обосновываются актуальность темы, формулируются цели и задачи работы, рассматривается источниковая база и историография вопроса. В первой главе «Причины и результаты первой русско-иранской войны 1804-1813 гг.» определяется важность геополитического положения Кавказа, рассматриваются причины экспансии российской империи и Ирана в регионе, дается краткое описание военных действий и анализируются положения Гюлистанского мирного договора. Во второй главе «Причины и результаты второй русско-иранской войны 1804-1813 гг.» изучаются причины реваншистских настроений в Персии и иностранное влияние на ее вешнюю политику, дается краткое описание хода войны, а также анализируется Туркманчайский мирный договор, отдельные статьи к нему и трактат о торгово-экономических отношениях. Выводы о причинах и итогах русско-иранских войн первой трети XIX века изложены в заключении.

^ ГЛАВА 1. Причины и результаты первой русско-иранской войны 1804-1813 гг.

На протяжении всей своей истории Россия всегда стояла особняком. Постоянно меняя очертания по мере присоединения ее правителями сопредельных территорий, Россия была империей, несравнимой по масштабам ни с одной из европейских стран. Разрываясь между навязчивой идеей незащищенности и миссионерским рвением, между требованиями Европы и искушениями Азии, Российская империя всегда играла определенную роль в европейском равновесии, но в духовном плане никогда не была его частью. Аналитики часто объясняют русский экспансионизм как производное от ощущения отсутствия безопасности. Однако русские писатели гораздо чаще оправдывали стремление России расширить свои пределы ее мессианским призванием [14;16].

Издревле Кавказ являлся важным для граничащих с ним стран стратегическим и экономическим регионом. Через него проходили важнейшие торговые пути из Европы в Азию с Ближнего на Средний Восток. Закавказье расположено между Черным и Каспийским мо­рями, что также повышало его значение как района, удобного для транзитной торговли. В стратегическом плане обладание террито­рией Кавказа позволяло не только контролировать транзитную тор­говлю, но и прочно утвердиться на Черном и Каспийском морях. В течение многих веков территория Закавказья оставалась ареной разорительных войн, переходя из рук в руки. Она была расчленена на множество мелких владений с большим этническим и социально-экономическим разнообразием [13;185].

Экономические и политические факторы, побудившие царизм установить свое владычество над Южным Кавказом наиболее обстоятельно и четко были разработаны товарищем министра финансов графом Д. А. Гурьевым, в 1810 г., занявшим пост министра. В своей записке он указывал, что главной причиной застоя каспийской торговли «являются омуты в Персии». Ему представлялось, что у России нет другого средства исправить положение «...как занять все восточное побережье Каспийского моря». В принципе, он выступал за перенесение государственных границ Российской империи к южным «естественным пределам Кавказа» [1;35].

Ещё в результате Персидского похода 1722—23 Россия присоединила часть Дагестана и Азербайджана, однако ввиду обострения отношений России с Турцией русское правительство, стремясь получить поддержку Ирана, а также из-за недостатка сил в 1732—35 отказалось от занятых территорий в Дагестане и Азербайджане [10;119].

Во второй половине XVIII века активность политики России в Закавказье была связана в основном с настойчивыми просьбами Грузии о защите от турецко-иранского натиска [31].

В 1783 г. Россия и грузинское царство Картли-Кахети (Восточ­ная Грузия) заключили договор. Этот договор, называемый Георги­евским трактатом, был подписан 24 июля (4 августа). Грузинский царь Ираклий II признавал протекторат России, а императрица Екатерина II ручалась за сохране­ние целостности владений Ирак­лия. Согласно трактату, Россия обязывалась оказывать военную помощь Грузии. Эта помощь пона­добилась в 1795 г., когда иранские войска под командованием Ага-Мохаммед-хана вторглись в Закав­казье [10;119].

Ага-Мухаммед-хан, страшная историческая фигура, "просла­вившаяся" необычайной жестокостью и, по оценке современников, обладавшая самыми низменными человеческими пороками, присту­пил к завоеванию Закавказья. Накануне похода он потребовал по­корности от Гянджи и Эривана, а также их участия в экспедиции против Грузии. Эти области подчинились ему без сопротивления. Дербентский хан также перешел на его сторону. В начале сентября 1795 г. Ага Мухаммед-хан подошел к Тифлису и захватил его. В течение нескольких дней в городе царил вандализм. Тифлис был разрушен до такой степени, что после ухода персов у царя Ирак­лия II появилась мысль перенести столицу в другое место [13;186].

Весной 1796 г. последовала реакция России. В апреле из Кизляра выступил Каспийский корпус численностью 13 тыс. человек. Русские войска двинулись в азербайджанские провинции Ирана, 10 (21) мая взяли штурмом Дербент, а 15 (26) мая без боя заняли Баку и Кубу. В ноябре они вышли к месту слияния Куры и Аракса. Однако после смерти Екатерины II и вступления на престол Павла I внешняя политика России изме­нилась, и войска из Закавказья были отозваны [10;119].

Персидская угроза усилила пророссийскую ориентацию мно­гих народов Кавказа. Они были вынуждены стремиться к добро­вольному вхождению в Российскую империю, что избавило бы их от перспективы быть покоренными иранскими шахами и турецки­ми султанами.

В советской историографии (в том числе и закавказскими ис­ториками) несколько преувеличивалась ориентация кавказских народов на Россию, возникшая якобы чуть ли не с XV—XVI вв. При этом слабо учитывались различия в религиозном и социально-политическом положении народов Кавказа. Что касается грузин­ского и армянского населения, то действительно их прорусская ори­ентация была исторически неизбежна. Иной была позиция тюрко-мусульманского населения и многих местных владетелей. Для удер­жания власти, из-за внутриполитической борьбы и интриг они под­чиняли свои действия своекорыстным целям, идущим против об­щенациональных интересов. Но и в Грузии различные группировки пытались использовать противоречия России с Персией и Турцией, заигрывая с последними. В отдельных районах Кавказа возникали очаги сопротивления утверждению русского господства. Они воз­главлялись крупными феодалами и мусульманским духовенством, тяготевшими к Персии и Турции.

Продвижение России на Кавказ диктовалось экономическими, геополитическими и стратегическими причинами. Включение Кав­каза в состав России открывало широкие перспективы для разви­тия торговли через черноморские порты, а также через Астрахань, Дербент и Кизляр на Каспии. В будущем Кавказ мог стать источ­ником сырья для развивавшейся русской промышленности и рын­ком сбыта ее товаров. Расширение территории Российской империи на Кавказе в геополитическом плане способствовало укреплению южных границ по естественным (горным) преградам, давало возможность политического и военного давления на Турцию и Персию. С точки зрения стратегических интересов России беспокойство вызывало английское вмешательство в дела Закавказья. Еще в середине XVIII века Великобритания использовала свое влияние в Персии для проникновения в Закавказье и обеспечения выхода к Каспийскому морю. Этот регион рассматривался ею с одной стороны, как средство политического давления на Рос­сию с другой, — как фактор защиты своих интересов на Среднем и Ближнем Востоке, безопасности владений в Индии [13;186].

В 1801 г. Грузия, по воле ее царя Георгия XII, присоединилась к России. Это вынудило Петербург втянуться в сложные дела беспокойного закавказского региона. В 1803 г. к России присоединилась Мингрелия, а в 1804 г. - Имеретия и Гурия. Когда в 1804 г. русские войска заняли Гянджинское ханство (за набеги гянджинских отрядов на Грузию), это вызвало недовольство Ирана [31].

Иран в то время вступил в союз с Великобританией, шах Фетх-Али 23 мая (1 июня) 1804 года предъявил России ультиматум с требованием возвратить Гянджу, а также вы­вести из Закавказья российские войска, и получил отказ. 10 (22) июня последовал разрыв дипло­матических отношений, а затем начались военные действия. [10;119]

Отклонив ультиматум шаха, Россия была вынуждена вступить в войну с Ираном. Так Петербург, вы­нашивая идею спасения единоверной Грузии, но при этом имея в виду и свои собственные военно-стратегические цели в Закав­казье, был вовлечен благодаря грузинским тавадам и генералу Цицианову в одну из тяжелых и продолжительных войн. Стоит подчеркнуть - в войне, начавшейся между Россией и Ираном, больше, чем Петербург и Тегеран, были заинтересованы грузин­ская знать - обе ее партии - пророссийская и антироссийская, а также Цицианов, вынашивавший планы возвращения Империи ее «древних границ». Как отмечалось, проблема «древних границ», по существу ничем не обоснованная и отражавшая всего лишь особую степень агрессивности грузинской знати, возникала в российско-грузинских отношениях и раньше. Но ранее никто не решался конкретно формулировать «пределы» этих границ, на которые претендовали тавады. Под влиянием последних их впервые обозначил князь Цицианов. В начале 1805 года он зая­вил, что «Гуржистанское валийство, - так было принято называть будущую Грузию, - простиралось от Дербента, что на Каспийс­ком море, до Абхазетии, что на Черном море, и поперек от Кав­казских гор до реки Куры и Араке». Грузинские тавады были единственными, кто в своих отношениях с Россией ставил на Кавказе вопрос о территориальной ретроспективе. Обращало на себя внимание и другое – территориальные притязания грузинс­кой знати, которые объявлял князь Цицианов; никогда грузинс­кие территории не достигали Дербента и не простирались «от моря Черного до моря Каспийского». Не было в истории момен­та, когда бы Грузия из Алазанской долины вошла в пределы Джаро-Белоканской возвышенности и каким-то образом - военным, политическим или же иным способом соприкоснулась с дагес­танским Дербентом. В XVII и XVIII вв. наблюдалось другое - вы­теснение грузинского населения из Кахетии крупными отрядами горцев Дагестана, опустошение Алазанской долины и компакт­ное расселение горцев в этой долине. Результатом этого яви­лась потеря Ираклием II Телави, своей столицы, и переселение царской семьи в Тифлис [30].

В конфликте 1804-1813 гг. численность персидских войск многократно превосходила российские. Общее число русских солдат в Закавказье не превышало 8 тыс. чел. Им приходилось действовать на значительной территории: от Армении до берегов Каспия. По уровню вооружения иранская армия, оснащенная английским оружием, не уступала российской. Поэтому конечный успех русских в этой войне был связан прежде всего с более высокой степенью военной организации, боевой выучки и мужества войск, а также с полководческими талантами военачальников.

Основные боевые действия первого года войны развернулись в районе Эривани (Еревана). Командующий русскими войсками в Закавказье генерал Петр Цицианов двинулся в зависимое от Ирана Эриванское ханство (территория нынешней Армении) и осадил ее столицу Эривань (рис. 2), но русских сил оказалось недостаточно. В ноябре к персидским войскам подошла новая армия под командованием шаха Фетх-Али. Отряд Цицианова, уже понесший к тому времени значительные потери, был вынужден снять осаду и отступить в Грузию[31].



Рис. 2. Штурм крепости Ереван. Литография К. Беггрова [29].

На стороне русских выступили армянские ополченцы и грузинская конница. Однако в Кабарде, Дагестане, отчасти в Осетии были сильны антирусские настроения, которые затрудняли действия русской армии. Опасная обстановка сложилась и в районе Военно-Грузинской дороги, что мешало снабжению русских войск [13;187].

В самый сложный момент начала русско-иранской войны осетинские повстанцы числом 3000 человек во главе с Ахметом Дударовым закрыли Военно-Грузинскую дорогу и повели длительную осаду Степан-Цминды, где была расположена русская команда. Российское командование, отрезанное пов­станцами от метрополии, было вынуждено снять части войск с иранского фронта и вести ожесточенные бои с осетинским и гру­зинским крестьянством. Военные действия русских войск в югоосетинском направлении возглавил сам генерал Цицианов, чтобы освободить от повстанцев Военно-Грузинскую дорогу и возобновить по ней движение военных транспортов, направлявшихся на русско-иранский фронт. После карательных мер командующего на небольшой карте Осетии не стало многих населенных пунктов: они были либо разрушены, либо сожжены [30].

В 1805 году Аббас-Мирза и Баба-хан двинулись к Тифлису, но путь им преградили русские отряды. 9 июля у реки Загамы Аббас-Мирза потерпел серьезную неудачу в бою с отрядом полковника Карягина и отказался от похода в Грузию. В конце года Цицианов добился присоединения к России Ширванского ханства и двинулся на Баку. Однако 20 февраля 1806 года бакинский хан Хуссейн Кули-хан предательски убил генерала во время переговоров. Русские войска попытались взять Баку штурмом, но были отражены.

После убийства Цицианова началось антирусское восстание в Ширване, Шуше и Нухе. На помощь повстанцам направлялось 20-тысячное войско Аббас-Мирзы, но оно было разбито в Ханашипском ущелье генералом Небольсиным. К началу ноября восстание было подавлено войсками сменившего Цицианова графа Гудовича, и Дербент и Нуха вновь оказались в руках русских [21;214].

В 1806 г. русские заняли прикаспийские территории Дагестана и Азербайджана (в том числе взяли Баку, Дербент, Кубу). Летом 1806 г. пытавшиеся перейти в наступление войска Аббас-Мирзы были разбиты в Карабахе. Однако вскоре ситуация осложнилась [31].

В декабре 1806 г. началась русско-турецкая война. Чтобы не воевать на два фронта со своими крайне ограниченными силами, Гудович, воспользовавшись враждебными отношениями между Турцией и Ираном, сразу заключил с иранцами Узун-Килисское перемирие и начал военные действия против турок. Но в мае 1807 Фетх-Али вступил в антирусский союз с наполеоновской Францией, и в 1808 военные действия возобновились [28].

В 1808 г. Гудович перенес главные боевые действия в Армению. Его войска заняли Эчмиадзин (город к западу от Еревана), а затем осадили Эривань. В октябре русские разбили войска Аббас-Мирзы при Карабаба и заняли Нахичевань. Однако штурм Эривани закончился неудачей, и русские были вынуждены вторично отступить от стен этой крепости. После этого Гудович был заменен генералом Александром Тормасовым, который возобновил мирные переговоры. Во время переговоров войска иранского шаха Фетх-Али неожиданно вторглись в северную Армению (район Артика), но были отражены. Неудачей закончилась и попытка армии Аббас-Мирзы атаковать русские позиции в районе Гянджи [31].

Перелом наступил летом 1810 года. 29 июня отряд полковника П.С. Котляревского захватил крепость Мигри и, выйдя на берег Аракса, разбил авангард армии Аббас-Мирзы. Иранские войска попытались вторгнуться в Грузию, однако 18 сентября войско Исмаил-хана было разгромлено у крепости Ахалкалаки отрядом маркиза Ф.О. Паулуччи. Более тысячи иранцев во главе с полководцем попали в плен.

26 сентября конница Аббас-Мирзы потерпела поражение от отряда Котляревского. Этот же отряд внезапным ударом овладел Ахалкалаки, пленив турецкий гарнизон крепости.

В 1811 году в боевых действиях опять наблюдалось затишье. В 1812 году, воспользовавшись отвлечением русских сил на борьбу с Наполеоном, Аббас-Мирза овладел Ленкоранью. Однако в конце октября — начале ноября потерпел два поражения от войска Котляревского. В январе 1813 года Котляревский штурмом взял Ленкорань. Во время приступа генерал был тяжело ранен и вынужден был оставить службу [21;215].

Правители Персии, напуганные разгромом Наполеона и пора­жением под Асландузом, спешно пошли на мирные переговоры с Россией 12 (24) октября 1813 г. в урочище Гюлистан в Карабахе был подписан Гюлистанский мир­ный договор [13;187].

Согласно тексту договора, генерал-лейтенант Н.Ф. Ртищев со стороны Российской империи и мирза Абул Хасан-хан – с персидской провозгласили прекращении всех военных действий между сторонами и установление вечного мира и дружбы на основании status quo ad presentem, то есть каждая сторона оставалась при владении теми территориями, которые на тот момент находились в ее власти. Это означало признание Ираном территориальных завоеваний Российской империи, которые закреплялись ст. 3 Гюлистанского договора следующим образом. Иран отказывался от притязаний на Карабахское и Ганжинское (после завоевания Елисаветпольская провинция) ханства, так же ханства: Шекинское Ширванское, Дербентское, Кубинское, Бакинское и Талышское. Также к России отходил весь Дагестан, Грузия с Шурагельской провинцией, Имеретия, Гурия, Мингрелия и Абхазия (см. приложение 1) [24;213].

Присоединение значительной части Закавказья к России избавило народы Закавказья от истребительных нашествий персидских и турецких захватчиков, вовлекло регион в общий ход экономической, культурной и общественно-политической жизни России [28].

Согласно ст. 5 Россия получила исклю­чительное право держать военные суда на Каспийском море. И российские, и персидские торговые суда имели право свободно передвигаться и приставать к его берегам.

Все пленных обеих сторон возвращались сроком в три месяца со снабжением каждой стороны продовольствием и дорожными издержками. Бежавшим своевольно предоставлялась свобода выбора и амнистия.

Российская Империя обязалась признать назначенного шахом наследника и оказать ему поддержку в случае вмешательства третьей стороны в дела Персии и не входить в споры между шахскими сыновьями до того времени, пока владеющий тогда шах не будет просить о ней.

Ст. 8-10 договора регламентировали двусторонние торгово-экономические отношения. Подданные обеих сторон получали право торговать на территории другой страны. Пошлины с товаров, привозимых российскими купцами в персидские города или порты, устанавливались в размере пяти процентов. В смертном случае российских подданных в Иране имущество передавалось родственникам.

Министры или посланники должны быть приняты соответственно их званию и важности порученных дел (ст. 7), что означало восстановление дипломатических отношений [23;218].

Гюлистанский мир сразу после заключения опубликован не был, в течение 4 лет шла борьба за пересмотр его статей. Персия при поддержке Великобритании настаивала на возвращении к границам 1801 года, т.е. возвращения под власть шаха всего Восточного Кавказа. Россия добивалась ослабления английского влияния в Персии и укрепления своих экономических позиций. В 1818 г. в результате работы миссии А.П. Ермолова в Персии Гюлистанский мир был полностью признан Персией и вступил в силу [9;177].

Таким образом, первая русско-иранская война была обусловлена стремлением обоих государств установить свое влияние над важным стратегическим регионом, и вследствие поражения Ирана в ходе боевых действий российская империя установила свое господство на значительной территории Кавказа, а также кабальные по отношению к Персии торговые пошлины.

^ ГЛАВА 2. Причины и результаты второй русско-иранской войны 1826-1828 гг.

Иран, ослабленный вследствие внутригосударственных распрей между шахской династией Каджаров и местными племенами, потер­пел поражение в войне с Россией, что стоило ему Дербента, Баку и права держать флот в Каспийском море, и жаждал взять у России реванш.

Иран являлся также важным объектом сопер­ничества на Востоке между Россией и Великобри­танией. Английская дипломатия, стремясь расши­рить сферу своего влияния и ослабить позиции вы­двинувшегося в XVIII веке нового колониального хищника – России, после неудачного для Ирана окончания российско-иранской войны 1804-1813 годов стала потакать стремлению унижен­ного русскими шаха Фатх-Али к новому выступ­лению против России, чтобы вернуть утраченные территории.

Уже в 1814 году был заключен англо-иран­ский союзный договор об оказании материаль­ной помощи Ирану в случае войны с «одним из государств». Великобритания обязывалась выпла­чивать Ирану ежегодную субсидию, снабжать иранскую армию английскими пушками и сук­ном для обмундирования, пригласить английских офицеров для обучения иранских войск и нанять военных инженеров для руководства строитель­ством военных укреплений. Британия также обязывалась помочь Ирану добиться пересмотра Гюлистанского мира, обещая не вмешиваться в ирано-афганские конфликты в споре за Герат и во внутренние дела самого Ирана [5;372].

В 1816 г. Персия поставила вопрос о заключении нового соглашения с Россией, чтобы возвратить шаху азербайджанские ханства. Это требование поддержала Великобритания. В 1817 г. в Персию для урегулирования спорных вопросов был послан в качестве чрезвычайного посла Главноуправляющий Кавказом генерал А. П. Ермолов. Ему было заявлено, что персидская сторона приступит к переговорам лишь на основе согласия России о восстановлении довоенных границ [13;188].

Однако прежде чем начать новую войну в Закавказье, Иран должен был предпринять шаги к урегулированию отношений с Турцией, на различных участках границы с которой сохранялась напряженность. Осенью 1821г., воспользовавшись разрывом дипломатических отношений между Турцией и Россией, Аббас Мирза вторгся в турецкие владения. Однако летом 1822 г. турецкие войска стали теснить иранскую армию, что заставило Иран отозвать свои войска и подписать Эрзерумский трактат о сохранении старых границ [11;192].

Россия также активно расширила свою экспансию в регионе. В 1819-1821 годах ею были захвачены несколько кавказских ханств – Ку­бинское, Казикулуское, Каракайтыское и Мехтадинское. В последующие годы российские войска жестоко расправились с черкесами, выступивши­ми против российских колониальных порядков, начали выселять кавказские народности из долин, вели локальные войны с партизанскими отряда­ми Бей-Булата. В середине 20-х годов Россия, как, впрочем, и Великобритания, расширила свои экс­пансионистские планы; появившись уже на Бал­канах, эти две державы были втянуты в конфликт греков с турками [33].

В те же годы турецкое правительство не только отказывалось признать русские приобретения в Закавказье, полученные ею в результате Гюлистанского мира, но и не выполняло условия Бухарестского мирного договора. Оно предприняло попытку доказать посланнику России в Константинополе Г. А. Строганову принадлежность Турции кавказского побережья Черного моря, а также свои права сюзерена над Грузией, Имеретией, Гурией и др. Порта настаивала на выводе русских войск из этих районов. Одновременно политический нажим на Россию подкреплялся военными демонстрациями [13;188].

С восшествием на престол Николая I в 1825 году российская политика на Кавказе изменилась: в условиях обострявшегося конфликта с Турцией Петербург был готов за нейтралитет Персии уступить ей южную часть Талышского ханства. Стремясь не допустить военных действий и положительно решить все назревшие вопросы даже ценой территориальных уступок, Петербург направил в Тегеран чрезвычайного посла князя А.С. Меньшикова. Но под давлением Аббас-Мирзы Фетх-Али отверг российские предложения [19;71].

Таким образом, взаимоотношения России с Персией и Турцией продолжали оставаться напряженными. Этому способствовали сложная для России военно-политическая обстановка на Северном Кавказе, сепаратистские устремления бывших закавказских владетелей, антирусские выступления в приграничных с Персией и Турцией районах. Все это указывало на то, что последние, опираясь на Великобританию, готовились к войне с Россией. Война с ними не входила в планы русского правительства, а его стремление к мирному урегулированию спорных вопросов было расценено в политических кругах Персии, Турции и Англии как признак слабости. По своей сути это была авантюристическая политика, так как Персия и Турция в военном и экономическом отношениях были гораздо слабее России [13;188].

Великобритания, также стремившаяся к установлению своего влияния в регионе, не могла открыто начать войну с Россией, так как была связана с ней дого­вором от 4 апреля 1826 года. Поэтому британ­ское правительство, не желая укрепления России на Балканах, всячески стремилось отвлечь внима­ние правительства российского императора Николая I от освободительной борьбы греков про­тив турецкого владычества и хотело втянуть рос­сийские войска в другой конфликт. С другой сто­роны, военный конфликт России с Ираном мог ослабить последний в его стремлении господство­вать в регионе Персидского залива [5;373].

Причиной второй русско-иранской войны также явились сведения о восстании декабристов в Петерубрге, которое в Персии было понято, как междоусобная борьба двух перетендентов на престол. Энергичный наследный принц, наместник Азербайджана Аббас-Мирза, создавший новую армию с помощью европейских инструкторов и считавший себя после этого в силах вернуть утраченные в 1813 г. земли, решил воспользоваться столь удобным, как ему казалось, случаем [28].

Англичане советовали Аббас Мирзе начать войну с Россией, учитывая малочисленность российских войск в Закавказье, ее неподготовленность к войне и внутриполитические осложнения. Наряду с дипломатическими представителями в стране присутствовали и военные инструкторы, которые готовили иранские войска и помогали укреплять их крепости. 23 июня 1826 г. шиитские улемы выдали фетву, разрешающую войну и призывающую начать джихад против России. [11;192]

16 июля иранские войска без объявления войны вторглись через границу в районе Гумры в Карабах и в Талышское ханство (см. приложение 2). Отдельные иранские отряды двинулись на Баку, Ленкорань, Нуху и Кубу, рассчитывая на восстание азербайджанского населения, но оно не поддержало своих ханов, которые выступали на стороне Ирана. Православное армянское население Карабаха, Ширака и других районов, подвергшихся нашествию иранцев, оказало им сопротивление [5;373].

Иранским войскам удалось занять Гянджу (Елизаветполь) и осадить Шушу, малочисленный гарнизон который стойко оборонялся до 5 сентября. Это позволило русскому отряду генерала В. Г. Мадатова разбить иранские войска на р. Шамхор и 5 сентября освободить Гянджу. Аббас-Мирза снял осаду Шуши и двинулся навстречу войскам Мадатова. Командующим армией, действующей против Ирана, был назначен генерал И. Ф. Паскевич, который соединился с отрядом Мадатова. 13 сентября под Елизаветполем русские войска (8 тыс. чел.) разбили 35-тыс. армию Аббас-Мирзы и отбросили её остатки за р. Аракс [32].

Ответственность за неудачное начало военных действий Николай I возложил на А. П. Ермолова, хотя тот ранее предупреждал Петербург о возможности воины на Кавказе и недостаточности там русских сил. Подозреваемый к тому же в симпатиях к декабристам Ермолов был смещен со своего поста главнокомандующего на Кавказе и заменен любимцем царя генералом И. Ф. Паскевичем [13;189].

Паскевич активизировал боевые действия против Ирана. 25 апреля отряд генерала А X. Бенкендорфа взял Эчмиадзин и 5 мая осадил Эривань. Паскевич же с главными силами 8 июля занял Нахичевань. Вместе с российскими воинскими частями в походе приняло уча­стие армянское ополчение. 17 июля кавалерия Аббас-Мирзы была разбита у Джеван-Булака, а два дня спустя капитулировала иранская крепость Аббас-Абад.

Во второй половине августа Аббас-Мирза попытался овладеть Эчмиадзином, чтобы лишить неприятеля базы для дальнейших операций. Но он потерпел поражение от генерала Красовского в сражении у селения Аштарак. После этого Паскевич осадил Эривань и 22 октября взял крепость. Четыре дня спустя отряд генерала Эристова без боя занял Табриз, где ему сдался великий визирь Персии Аллаяр-хан, находились арсеналы, артиллерия иранской армии и семьи многих высших сановников (в Табризе была резиденция наследника шахского престола) [21;216].

Шахское правительство завело речь о перего­ворах, на которых теперь стали настаивать и анг­личане, опасавшиеся, что продолжение войны приведет к еще большему усилению России на Востоке. Британский премьер-министр Джордж Каннинг предложил свое посредничество, однако российский царь не хотел идти ни на какие ус­тупки, ответив через своего посла в Лондоне кня­зя X. А. Ливена, «что дела персидские касаются исключительно интересов России».

Однако после того, как 20 октября 1827 года три державы — Россия, Франция и Великобрита­ния – разгромили в бухте Наварин турецко-еги­петский флот, у России против Турции появились новые захватнические планы. Нужно было сроч­но завершать войну с Ираном [5;323].

После захвата Тебриза начались мирные переговоры, прерванные в январе 1828 года по приказу шаха. Тогда русские войска возобновили наступление и 27 января заняли Урмию, а 6 февраля — Арде-биль. Весь Азербайджан оказался под их контролем, и шаху ничего не оставалось, как заключить 22 февраля 1828 года Туркманчайский мирный договор (рис. 3).



Рис.3. Аббас-Мирза и И. Ф. Паскевич на переговорах в 1828 г. [11;125].

По официальным данным, потери русской армии убитыми в 1826—1828 годах составили 1530 человек. Достоверных данных об иранских потерях нет, но, согласно оценкам того времени, они в несколько раз превышали русские. Как и в войне 1804—1813 годов, число умерших от болезней с обеих сторон было в несколько раз больше, чем число погибших в бою.

Победа России в войне была достигнута благодаря гораздо более высокой боеспособности и лучшей организации снабжения русских войск [21;216].

Переговоры о мире, дружбе и согласии проводились в селе Туркманчай близ Тебриза И. Паскевичем и А. Обресковым при деятельном участии русского писателя А. Грибоедова, занимавшего пост дипломатического чиновника при канцелярии кавказско­го наместника, с российской стороны и принцем Аббасом-Мирзой с иранской, в ходе которых был подписан договор, заменивший условия Гюлистанского трактата.

Персидский шах уступил Российской империи ханство Эриванское по обе стороны Аракса и ханство Нахичеванское. Граница между Россией и Персией устанавливалась по рекам Каре, Араке, водоразделу Талышских гор и по течению реки Астары до ее впадения в Каспийское море (ст. 3-4) [24;220].

Туркманчайский трактат завершил захват Рос­сией почти всей территории Грузии, а также Вос­точной Армении и Северного Ирана (Азербайд­жана).

Одной из важных статей договора была ста­тья о возвращении в захваченные Россией терри­тории угнанных ранее в Иран армянских пленников, что положило начало консолидации армянского народа. После подписания Туркманчайского мирного договора более 140 тыс. армян переселились из Турции и Персии в Закавказье.

Присоединение к России Закавказья явилось поворотным пунктом в исторических судьбах грузинского, армянского и, с некоторой натяж­кой, азербайджанского народов. Фактически одна колониальная политика сменилась другой, однако в данном случае народам Закавказья было предложено из двух зол меньшее. На то время Турция и Иран были отсталыми восточными деспотия­ми. Нахождение под защитой одного государства укрепляло безопасность от вторжения другого. К тому же христианские народы Грузии и Армении смогли избавиться от религиозного гнета [5;324].

Кроме того, шах обязывался выплатить России контрибуцию (10 куруров туманов - 20 млн. руб.), после чего Россия должна была вывести войска из Азербайджана. Также шах обязался предоставить амнистию всем жителям Азербайджана, сотрудничавшим с русскими войсками и оккупационными властями, что закреплялось в отдельных статьях к мирному договору [24:221].

В ходе заключения Туркманчайского договора английский резидент в Тегеране Джон Макдональд посредством предоставления Ирану крупной суммы (200 тыс. ф. ст.) и с согласия Лондона добился исключения статей III и IV ирано-английского договора 1814 г. Они касались военной помощи Ирану. Шах нуждался в этой сумме, поскольку у него не хватало средств для выплаты России военной контрибуции по условиям Туркманчайского договора. Англичане же добивались ее своевременной выплаты, опасаясь, что Россия может начать новые военные действия против Ирана [1;35].

В ст. 8 было подтверждено исключительное право России иметь военный флот на Каспийском море. Торговые суда обеих держав сохраняли право свободно передвигаться и приставать к его берегам. Русское правительство признало Аббас-Мирзу наследником персидского престола (ст. 7). Согласно ст. 9 договора страны обязывались принимать послов, министров и поверенных в делах в соответствии с особым протоколом, что означало восстановление дипломатических отношений.

Дополнительный акт – Трактат о торговле – определил экономические и торговые отношения между двумя государствами, в соответствии с которым русские купцы получили право свободной торговли на всей территории Ирана. Раз­мер иранских пошлин устанавливался в размере 5 % сто­имости товара. Граждане Российской империи получали право покупать в Иране недвижимую собственность [24;223].

Договор укрепил позиции России в Закавказье, способствовал усилению влияния России на Среднем Востоке и подрывал позиции Великобритании в Персии [28].

Хотя Туркманчайский договор положил конец ирано-русским войнам, отношения между Ираном и Россией продолжали оставаться напряженными. В апреле 1828 г. русским полномочным министром-резидентом в Иран был назначен А.С.Грибоедов. Российский посланник должен был требовать неукоснительного соблюдения всех статей договора. Наиболее острыми были вопросы об уплате контрибуции, отношении к христианскому населению Ирана и возвращении военнопленных.

Твердая позиция русского посланника вызывала недовольство иранского правительства. По всей стране, не без английского одобрения, шла ожесточенная антирусская пропаганда. 30 января 1829 г. фанатичная толпа по призыву духовенства напала на русское посольство. Погибли почти все члены миссии, и среди них Грибоедов.

События в Тегеране заставили Иран и Россию пересмотреть основы своей политики. Конфликт мог стать поводом для новой русско-иранской войны, что было не в интересах обоих государств, поэтому по инициативе России он был улажен дипломатическим путем. В Петербург было послано иранское посольство с извинениями. В ирано-русских отношениях наступил новый этап. Русское правительство отсрочило выплату очередных взносов контрибуции, началось пограничное урегулирование, успешно стали развиваться ирано-русские торговые связи [11;126].

Таким образом, реваншистские настроения в Иране и подстрекательство со стороны европейской дипломатии повлекли начало второй русско-иранской войны, в которой Персия потерпела поражение и, помимо признания владычества российского государства на Каспии, вынуждена была пойти на новые территориальные уступки и подтвердить исключительное влияние Российской империи на Кавказе.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В ходе проведенной работы были сделаны следующие выводы: в начале XIX века Кавказ продолжает оставаться важным геополитическим регионом, и вследствие, предметом соперничества Российской империи и Ирана. Цели, которые преследовали государства, носили преимущественно политический характер. Первой из них следует назвать потребность обретения новых, обусловленных геополитической ситуацией, границ, необходимых для обеспечения стратегической безопасности, второй являлось стремление по возможности усилить свое влияние на Ближнем и Среднем Востоке посредством Кавказа.

В этих условиях у России, на первый взгляд, оставалось одно основное средство воздействия на ситуацию – военные действия. Однако, учитывая пророссийскую ориентацию немалой части кавказских народов, нельзя утверждать, что этот метод был единственным. Отношение народов Северного Кавказа и Закавказья к деятельности России на их территории было неоднозначным и варьировалось от добрососедских отношений добровольного принятия подданства до вооруженного выступления.

Англия и Франция поочередно оказывали не только военно-дипломатическую помощь персидским властям, но и играли значительную роль в развязывании персидско-российских столкновений. Устремления европейских государств на Кавказ были вызваны и политическими расчетами, и экономическими интересами, связанными с расширением рынка сбыта европейских товаров в Персии, и источниками сырья.

Сам Иран пытался играть на противоречиях (в том числе и конфессиональных), возникавших между российскими властями и народами Кавказа. Однако шахские власти оказались неспособны провести успешные боевые действия и противостоять влиянию европейской дипломатии.

В результате русско-иранских войн к 1830-му году Российская империя смогла достичь значительных результатов, заключавшихся в присоединении больших территорий Закавказья, установлении своего влияния на Каспийском море, снижении таможенных пошлин на ввозимые в Иран товары. Деятельность России на Кавказе имела целенаправленный характер и, несмотря на ряд осложняющих внешне- и внутриполитических факторов, была достаточно успешной.

Однако, специфичность положения горских народов Северного Кавказа в составе России и возрастающее недовольство европейских держав создавали условия для дальнейшего противостояния на Кавказе.

^ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

  1. Алиев С.М. История Ирана. XX век – М., 2004. – С. 30-37.

  2. Балаян, Б.П. Международные отношения Ирана в 1813-1828 годах.– Ереван, 1967. – 315 с.

  3. Васильев Л.С. История востока: В 2 т. Т. 1. – М.: Высш. шк., 2001. – С. 326 – 328.

  4. Внешняя политика России XIX и начала XX века: Документы Российского министерства иностранных дел. - Серия вторая, 1815-1830 гг. – М.: Междунар. отношения, 1994.

  5. Всемирная история: Наполеоновские войны. Гражданская война в США. - Мн.: Харвест, 2001. – С. 371 – 385.

  6. Данилов А.А., Косулина Л.Г. История государства и народов России. Часть 1, 9 класс. – М.: Дрофа, 2004.

  7. Дегоев В.В. Большая игра на Кавказе: история и современность. Статьи, очерки, эссе. - М.: «Русская панорама», 2001. – С. 54 – 99.

  8. Джахиева Э.Г. Северо-восточный Кавказ в международных отношениях: историко-правовые аспекты договоров, заключенных Россией с Турцией и Ираном. 1774-1826 гг.: Автореф. дис. – Махачкала, 2007.

  9. Игамбердыев М.А. Иран в международных отношениях первой трети XIX века. – Самарканд, 1961. – 328 с.

  10. История войн России /авт.-сост. А. А. Спектор, Т. Л. Шереметьева. – Мн.: Харвест, 2007. – С. 118 – 125.

  11. История Востока: В 6 т. Т. 4 / Гл. редкол, Р.Б. Рыбаков (пред.) и др. – М.: Вост. лит., 1995. – С. 125 – 129.

  12. История международных отношений: Учеб. пособие: В 4 ч. Ч. 1 / Под ред. А.В. Шарапо. – Мн.: БГУ, 2004. – С. 83-144.

  13. История России XIX — начала XX в. Учебник для исторических факультетов университетов / Под ред. В. А. Федорова. – М.: Издательство ЗЕРЦАЛО, 2000. – С. 183 –196.

  14. Киссинджер Г. Дипломатия. – М.: Ладомир, 1997. – С. 15 – 17.

  15. Новая история стран Азии и Африки: XVI-XIX вв.: В 3 ч.: Ч. 2: Учебник для вузов / Под ред. А.М. Родригеса. – М.: Владос, 2003.

  16. Орлов А.С., Георгиев В.А. История России: учеб. – М: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – 528 с.

  17. Потто В.А. Кавказская война: В 5 томах. Т. 1-3. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2006.

  18. Присоединение Кавказа к России. XIX век. – СПб.: «Дмитрий Буланин», 2005. – 416 с.

  19. Протопопов А. С, Козьменко В. М., Елманова Н. С. История международных отношений и внешней политики России (1648-2005): Учебник для студентов вузов / Под ред. А. С. Протопопо­ва. – М.: Аспект Пресс, 2006. – 399 с.

  20. Рябиков А.Н. Военно-дипломатический аспект деятельности России на Кавказе в контексте международных отношений в первой трети XIX века: Автореф дис. – Армавир, 2007.

  21. Соколов Б.В. Сто великих войн. – М.: Вече, 2009. – 430 с.

  22. Фадеев Р.А. 60 лет Кавказской войны; Письма с Кавказа; Записки о кавказских делах. – М., 2007. – 680 с.

  23. Хрестоматия по Новой истории: В 3 т. Т 2 / Под ред. А.А. Губера. – М.: Мысль, 1965. – С. 490 – 507.

  24. Юзефович Т. Договоры России с Востоком. Политические и тор­говые. – М., 2005. – С. 212 – 230.

  25. Atkin M. Russia and Iran. 1780-1828. Minnesota University Press, 1980.

  26. Nia P.H., Ashtiani A.E., Agheli B. History of Persia. – Tehran, 2002. – С. 673-686.

  27. Атлас всемирной истории // www.historyatlas.narod.ru / 18.03.2009.

  28. Википедия. Свободная энциклопедия // www.wikipedia.org / 7.03.2009.

  29. Войнам нет // www.voynam.net / 11.03.2009.

  30. Агентство ОСинформ // www.osinform.ru/ 11.03.2009.

  31. Российская империя // www.rusempire.ru / 11.03.2009.

  32. Словари и энциклопедии на Академике // www.dic.academic.ru / 7.03.2009.

  33. Энциклопедия Кругосвет // www.krugosvet.ru / 7.03.2009.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1



Рис. Кавказ в начале XIX века

Источник [6; 152]

ПРИЛОЖЕНИЕ 2



Рис. Общий ход второй русско-иранской войны

Источник [6; 152]


Скачать файл (1263 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации