Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Когнитивная психотерапия. Техника работы с автоматическими мыслями - файл Когнитивная психотерапия.doc


Когнитивная психотерапия. Техника работы с автоматическими мыслями
скачать (22 kb.)

Доступные файлы (1):

Когнитивная психотерапия.doc92kb.14.05.2009 09:12скачать

содержание

Когнитивная психотерапия.doc

КРЫМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНЖЕНЕРНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
ФАКУЛЬТЕТ ЗАОЧНОЙ ФОРМЫ ОБУЧЕНИЯ

Контрольная работа

По __ Основы психотерапии ___

(дисциплина)

Когнитивная психотерапия. Техника работы с автоматическими мыслями



Выполнила: студентка 3-го курса

факультета заочной формы обучения

Преподаватель Исаенко О.С.







Содержание
Введение 3

Основная часть 3

I Основная часть 4

Когнитивная терапия: А. Бек 4

2. Задача и приемы психотерапии 7

3. Техники когнитивной психотерапии 9

3.1. Экспериментальный метод 9

3.2. Распознавание неадаптивных когнитивных процессов 10

3.3. Заполнение пробела 11

3.4. Дистанцирование и децентрация 12

3.5. Установление достоверности умозаключений 12

3.6. Изменение правил 13

Заключение 14

Список литературы 15


Введение
Когнитивная психология — одно из ведущих направлений современной психологии. Когнитивная психология возникла в конце 50 — начале 60-х гг. ХХ в. как реакция на характерное для господствующего в США бихевиоризма отрицание роли внутренней организации психических процессов. Первоначально главной задачей когнитивной психологии являлось изучение преобразований сенсорной информации от момента попадания стимула на рецепторные поверхности до получения ответа (Д. Бродбент, С. Стернберг). При этом исследователи исходили из аналогии между процессами переработки информации у человека и в вычислительном устройстве. Были выделены многочисленные структурные составляющие (блоки) познавательных и исполнительных процессов, в том числе кратковременная память и долговременная память (Дж. Сперлинг, Р. Аткинсон). Эта линия исследований, столкнувшись с серьезными трудностями в связи с увеличением числа структурных моделей частных психических процессов, привела к пониманию когнитивной психологии как направления, задачей которого является доказательство решающей роли знания в поведении субъекта (У. Найссер). При таком, более широком подходе, когнитивная психология включает все направления, критикующие бихевиоризм и психоанализ с интеллектуалистических или менталистских позиций (Ж. Пиаже, Дж. Брунер, Дж. Фодор). Центральным становится вопрос об организации знания в памяти субъекта, в том числе о соотношении вербальных и образных компонентов в процессах запоминания и мышления (Г. Бауэр, А. Пайвио, Р. Шепард). Интенсивно разрабатываются также когнитивные теории эмоций (С. Шехтер), индивидуальных различий (Л. Айзенк) и личности (Дж. Келли, М. Махони). Как попытка преодоления кризиса бихевиоризма, гештальтпсихологии и других направлений когнитивная психология не оправдала возлагавшихся на нее надежд, поскольку ее представителям не удалось объединить разрозненные линии исследований на единой концептуальной основе.

Современная когнитивная психология состоит из 10 основных разделов: восприятие, распознавание образов, внимание, память, воображение, речь, психология развития, мышление и решение задач, человеческий интеллект, искусственный интеллект. С момента возникновения когнитивной психологии, ее основным методом был информационный подход, в рамках которого разрабатывались модели микроструктуры восприятия, внимания и кратковременной памяти, протекавшие в основном в миллисекундном диапазоне времени. С расширением предметной области исследований обнаружилась ограниченность информационного подхода, особенно при анализе речевой деятельности, мышления, долговременной памяти и структуры интеллекта. Поэтому когнитивисты начали обращаться к генетической психологии (Ж. Пиаже), психологии культурно-исторического развития (Л. С. Выготский), деятельностному подходу (А. Н. Леонтьев, А. Р. Лурия). Разработанная в рамках К. п. методическая база экспериментальных исследований привлекла внимание многих европейских, особенно российских, ученых, которые адаптировали ее для развития своих традиций (микроструктурный и микродинамический анализ, микрогенетический метод).

Основным методом выступает анализ микроструктуры того или иного психологического процесса.

^ I Основная часть

1. Когнитивная терапия: А. Бек

Один из виднейших представителей направле­ния когнитивной терапии — Аарон Бек. Здесь я излагаю его идеи. Когнитивная терапия зародилась в недрах психоанализа — первого теоретического источ­ника — и была реакцией на возвращение сознанию боль­шей роли, чем это признается в психоанализе, да и по­веденческой терапии. Поскольку представители этих школ утверждают, что источник расстройства пациента лежит вне его сознания, они мало обращают внимание на его осознаваемые понятия, конкретные мысли и фан­тазии. Когнитивисты же считают, что у человека есть ключ к пониманию и устранению психического расстройства в рамках своего сознания. Он в со­стоянии уточнить неправильные понятия, вызвавшие эмоциональное нарушение, посредством того же меха­низма решения проблем, который он привык использо­вать на различных этапах своего развития.

Вторым теоретическим источником является когни­тивная психология, философские предпосылки которой восходят к школе стоиков, которые полагают, что за каждой эмоцией стоит мысль, точнее, представления человека о событиях, а не сами события. И если пред­ставления о событии ложные, то и эмоция, которая воз­никает, не соответствует ситуации. А неправильные пред­ставления вытекают из неправильного обучения в процессе познавательного развития личности. Отсюда лег­ко выводится формула лечения: врач помогает пациенту отыскать искажения в мышлении и научиться более ре­алистически подходить к своему опыту.

Преимущества такого подхода когнитивисты видят в том, что лечение неврозов становится ближе к повседневному опыту пациента, ибо и раньше он добивался успеха в своей жизни, когда понимал, что вел себя, исходя из неправильных представлений. Когнитивный подход связан и с опытом обучения человека в про­шлом и вызывает доверие за счет способности научать эффективной борьбе с существующими ошибочными понятиями.

Этот подход изменяет взгляд человека на самого себя и свои проблемы. Он получает возможность увидеть в себе существо, не только склонное рождать ошибочные самоуничижающие идеи, но и способное отучиться от них или исправить их и создать для себя жизнь с более высоким уровнем самоактуализации.

Когнитивисты критикуют психоаналитиков, бихевио-ристов и представителей биологической терапии за то, что они слепо привержены своим концепциям, не обра­щают внимания на попытки пациента определить свою проблему самостоятельно и стараются уверить его в том, что он не в состоянии помочь себе сам и должен искать профессионального целителя, когда столкнется с недо­моганиями, вызванными проблемами повседневной жиз­ни. Его лишают надежды понять что-то самостоятельно, потому что его понятия считаются поверхностными. Обесценивается здравый смысл. При этом забывается, что «все науки ... возникают как усовершенствование здравого смысла» (Р.Оппенгеймер, 1956).

Но здравый смысл терпит поражение при психи­ческих нарушениях, потому что отсутствует решаю­щая информация, так как у пациента искажен взгляд на самого себя, свой мир и свое будущее. Но как только Отсутствующие данные получены, можно применять механизмы, основанные на здравом смысле. Сейчас многие психоаналитики и бихевиористы, не изменяя своим школам, начинают использовать методы когни­тивной терапии.

Итак, представители когнитивной терапии исходят из представления, что само событие не имеет для личности никакого значения. Важно то значение, которое прида­ет человек данному событию. Например: отличник Ива­нов получил на экзамене двойку. Для первого студента это событие приобрело значение катастрофы: «Если уж Иванов получил два, то мне вообще незачем ходить на экзамен!» У второго оно вызвало бурную радость: «На­конец-таки нашелся преподаватель, который раскусил его!» Третий решил, что это событие не имеет для него никакого значения. Поскольку каждый из них придал одному и тому же факту разное значение, то и настрое­ние у них будет разное. Не исключено, что первый сту­дент провалится на экзамене из-за излишнего волнения, ибо он сделал произвольный вывод, который основан, скорее, на внутренних познавательных процессах, хотя такой вывод необязательно неверен.

Мысли и выводы, не соответствующие действитель­ности, когнитивисты называют малоадаптивными. Лич­ность не может быть полностью осведомлена о своих малоадаптивных мыслях, которые в значительной сте­пени влияют на то, как она действует, что чувствует и какой получает эффект от своих переживаний. При определенной тренировке нарастает осведомленность об этих мыслях. Индивид может научиться фиксиро­вать их с высокой степенью точности и выбирать ту, которая отражает внешнюю ситуацию или внешний стимул.

Малоадаптивные мысли в экстремальных ситуациях продуцируют чрезмерные эмоциональные реакции, ко­торые носят болезненный характер и мешают человеку правильно действовать. Если верхолаз, находясь на вы­соте, будет думать о том, что он свалится, а мать, уха­живающая за тяжело больным ребенком, думать о том, что он умрет, то верхолаз может упасть, а тревожная мать будет не в состоянии ухаживать за больным ребен­ком (при этом шанс выжить у него уменьшается). Опыт­ные люди в отличие от невротиков и новичков, находясь в опасной ситуации, научаются блокировать малоадаптивные мысли. Тогда верхолаз думает о том, как выпол­нить задание, а мать, ухаживающая за ребенком, — о том, как лучше ему помочь.

Многие пытаются изменить поведение других людей в соответствии со своими правилами. Более того, они объясняют все, исходя из них. Но когда эти правила выражены в виде абсолютных, причем нереалистичных принципов или используются неподходящим образом, их применение не может привести к удовлетворению пот­ребностей. Тогда они продуцируют психическое расстрой­ство. При этом часто окончательный результат: тревога, депрессия, фобии, навязчивости. Для того, чтобы прави­лами можно было пользоваться, их необходимо изме­нить таким образом, чтобы они стали более точными, гибкими и менее эгоцентричными. Когда правила вскры­ты и установлена их ложность, саморазрушаемость и неработоспособность, они должны быть убраны из ре­пертуара.
^ 2. Задача и приемы психотерапии

Задача терапии — обучить пациента определять у себя малоадаптивные мысли и блокировать их. К сожа­лению, мы не замечаем многого, пока не научимся заме­чать.

Через несколько таких сеансов больной начинает по­нимать, что смешно быть сосредоточенным на совершенно незнакомых людях. И действительно, ведь чаще всего мы до ужаса боимся водителей такси, официантов, про­давцов, людей, которых мы видим, как правило, один раз в жизни. Я не хочу сказать, что с этой категорией лиц не следует вести себя вежливо. Но униженное по­ведение с ними мы компенсируем грубостью с близки­ми. И действительно, для того чтобы издеваться над че­ловеком, нужно жениться на ней или выйти за него за­муж, стать другом или начальником, а еще лучше — родить и воспитать. Я в таких случаях советую в обще­нии с близкими применять одно правило: общайся со своими, как ты общаешься с малознакомыми людьми или с соседями. Получается неплохо.

В конечном итоге выясняется, что больные неврозом живут, сами того не осознавая, по следующим правилам:

1. Мне должен сопутствовать успех в любом деле.

2. Необходимо, чтобы меня принимали, любили и восхищались все люди и во все времена.

3. Если я не на вершине, то я в яме.

4. Прекрасно быть популярным, известным, ужасно быть непопулярным.

5. Если я сделал ошибку, то значит, я ничтожество.

6. Моя ценность как личности зависит от того, что люди думают обо мне.

7. Я не могу жить без любви. Если мои близкие (возлюбленная, родители, ребенок) меня не лю­бят, это ужасно.

8. Если кто-нибудь не согласен со мной, это значит, что он не любит меня.

9. Если я не воспользуюсь каждым удобным случаем, чтобы продвинуться, то буду потом раскаиваться.

Подобные правила ведут к несчастью. Невозможно, чтобы личность все любили во все времена. Степень любви и отношений постоянно колеблется. А при таких правилах любое уменьшение любви рассматривается как ее исчезновение.

Ошибка в оценке любой информации приводит к тому, что психическая травма бывает тяжелее, чем физиче­ское повреждение.

Техника когнитивной психотерапии как раз и состо­ит в том, чтобы позиции больного были вскрыты, и в том, чтобы помочь больному решить, не приводят ли его мысли к саморазрушению. Короче говоря, больной до­лжен на собственном опыте научиться понимать, что некоторые его жизненные концепции сделали его менее счастливым. Ему было бы лучше, если бы он руковод­ствовался более реалистическими правилами. Но врач не постулирует свои концепции, а просто высказывает альтернативные правила. А принять их или нет, — это уже дело больного.

Вышеназванные правила приводят к нереальным же­ланиям, которые сводятся к следующим:

1. Всегда быть пределом великодушия, рассудитель­ности, мужества, достоинства и бескорыстия.

2. Быть совершенным любовником, другом, отцом, учителем, студентом.

3. Уметь переживать любые лишения с хладнокрови­ем.

4. Быть способным быстро разрешать каждую про­блему.

5. Никогда не болеть, всегда быть счастливым и без­мятежным.

6. Знать, предвидеть и понимать все.

7. Быть непринужденным, а также контролировать свои чувства.

8. Уметь отстаивать свои права и никогда никому не повредить.

9. Никогда не уставать.

10. Всегда быть на пике продуктивности.

Приемов когнитивной терапии много, но все они сво­дятся к раскрытию этих малоадаптивных правил и же­ланий. Преимущество данного метода заключается в том, что он помогает больному использовать его собствен­ный опыт. Когда больной научится распознавать мало­адаптивные сигналы, он начнет исправлять их автома­тически.

К сожалению, у нас когнитивная терапия не находит должного рапространения. Возможно, это объясняется тем, что для ее успешного применения необходимо неплохо знать логику. Но некоторые приемы когнитивной терапии достаточно просты. И они приводятся ниже.

^ Запланированная активность. Строится подроб­ный активационный график, которому больной старает­ся следовать.

Градуированное задание. Цель — дать больному достичь успеха. Его иногда называют «лечение успехом». Врач начинает с простого задания, которое он может определить, исходя из способностей больного. Затем постепенно задания усложняются.

^ Лечение удовольствием и мастерством. Боль­ному предлагается делать пометки, когда у него что-то получилось или когда он испытал удовольствие. Цель — прорвать «слепоту» больного в ситуациях, когда он до­стигал успеха или получал удовлетворение.

Когнитивная переоценка. Этот прием использо­ван и вышеприведенной беседе, во время которой боль­ной иначе стал оценивать свою неудачу.
^ 3. Техники когнитивной психотерапии

3.1. Экспериментальный метод: процесс оказания помощи пациенту в выявлении и коррекции его когнитивных искажений требует применения некоторых принципов эпистемологии: науки о знании и его природе, ограничениях и критериях знания. Прямо или косвенно терапевт доносит до пациента определенные принципы. Во-первых, восприятие реальности — это не сама реальность. Возникающий у пациента образ реальности подвержен естественным ограничениям со стороны его сенсорных функций — зрения, слуха, обоняния и т.д. Во-вторых, его интерпретации сенсорных ощущений зависят от таких когнитивных процессов, как интеграция и дифференциация стимулов. Эти интерпретации могут быть ошибочными, так как физиологические и психологические процессы могут менять восприятие и оценку реальности

^ 3.2. Распознавание неадаптивных когнитивных процессов: эмоциональные реакции, мотивы и внешнее поведение управляются мышлением. Человек может не полностью осознавать те автоматические мысли, которые во многом определяют его действия, чувства и реакции на происходящее с ним. По мере некоторого тренинга он, однако, может увеличить степень осознанности этих мыслей и научиться фокусировать внимание на них. Можно научиться воспринимать мысль, фокусировать внимание на ней и оценивать ее по аналогии с тем, как рефлексируется ощущение (такое, как боль) или внешний стимул (например, словесное утверждение).

Термин “неадаптивные мысли” применим к идеаторным процессам, которые несовместимы со способностью справляться с жизнью, нарушают внутреннюю гармонию и продуцируют неадекватную, чрезмерно интенсивную и болезненную эмоциональную реакцию. В ходе когнитивной терапии пациент фокусирует внимание на мыслях или образах, порождающих дискомфорт, страдание или самообвинения. В применении термина “неадаптивный” для терапевта важно остерегаться перенесения на пациента собственной системы ценностей. Как правило, термин можно с полным правом употреблять, если оба — пациент и терапевт — единодушны в том, что данные автоматические мысли препятствуют благополучию пациента или достижению им важных целей. Идеаторные процессы могут считаться неадаптивными, если они препятствуют эффективному функционированию. Искажения или неоправданные самообвинения обычно настолько очевидны, что их с полным правом можно назвать неадаптивными.

Эллис (Ellis, 1962) рассматривает неадаптивные мыслей как “внутренние утверждения” или “утверждения “про себя” и в беседах с пациентами описывает их как “то, что вы говорите самому себе”. Молтсби (Maultsby, 1968) использует термин “разговор с собой” для обозначения этих мыслей. Эти объяснения обладают практической ценностью, так как они показывают пациенту, что неадаптивные мысли произвольны, их можно изменять или сознательно переключаться с этих мыслей на другие. Признавая практическую полезность данной терминологии, Бек предпочитает термин “автоматические мысли”, поскольку он более точно отражает субъективную форму переживания этих познавательных процессов. В восприятии человека эти мысли возникают рефлекторно — без предшествующей рефлексии или рассуждения. Они производят впечатление правдоподобных или валидных. Их можно сравнить с утверждениями, которые родители высказывают доверчивому ребенку. Зачастую больного можно обучить обрывать эти мысли. Однако в тяжелых случаях, особенно при психозах, для приостановки неадаптивных мыслей требуется физиологическое вмешательство — назначение лекарств или электросудорожной терапии. Интенсивность и выраженность неадаптивных мыслей возрастают пропорционально тяжести наблюдаемых у больного расстройств. В случаях глубоких нарушений эти мысли обычно очевидны (они просто бросаются в глаза) и фактически могут занимать центральное место в идеаторной сфере (в случаях острой и глубокой депрессии, тревоги или параноидного состояния). С другой стороны, пациенты с обсессивными расстройствами (не глубокого и не острого характера) могут прекрасно осознавать повторяющиеся в уме утверждения определенного типа. Непрерывные размышления такого рода служат диагностическим критерием данного расстройства. Поглощенность какими-либо размышлениями — может отмечаться и у лиц, не страдающих неврозами.

^ 3.3. Заполнение пробела: когда автоматические мысли находятся в центре осознаваемого, проблемы в их идентификации не существует. В случаях неврозов незначительной или средней тяжести для того, чтобы обучить пациента улавливать автоматические мысли, требуется программа инструкций и практических занятий. Иногда больной способен уловить эти мысли, просто воображая травмирующую ситуацию. Основная процедура, помогающая больному выявить собственные автоматические мысли, заключается в обучении его умению установить последовательность внешних событий и своих реакций на них. Пациент может рассказывать о множестве обстоятельств, в которых он приходил в беспричинное расстройство. Эллис описывает следующие техники для объяснения этой процедуры пациенту. Он вводит понятие последовательности “А, В, С”. “А” — это активирующий стимул (activating stimulus), “С” — чрезмерная, неадекватная условная реакция (conditioned response). “В” — это пробел в сознании пациента, заполнив который, он может создать мостик между “А” и “С”. Заполнение пробела становится терапевтическим заданием.

Техника “заполнения пробела” может оказать существенную помощь пациентам, страдающим от излишней застенчивости, тревоги, раздражительности или тоски, а также изнемогающим от страхов со специфическим содержанием. Во многих случаях неадаптивные идеаторные процессы происходят в образной или вербальной форме

^ 3.4. Дистанцирование и децентрация: некоторые больные, которых обучили выявлять автоматические мысли, спонтанно осознают их неадаптивную сущность, искажающую реальность. По мере успешного выявления этих мыслей способность пациентов относиться к ним объективно возрастает. Процесс объективного рассмотрения автоматических мыслей называется дистанцированием. Понятие “дистанцирование” используется для обозначения способности пациентов (например, тест чернильных пятен Роршаха) удерживать различие между конфигурацией чернильных пятен и фантазиями или ассоциациями, стимулируемыми конфигурацией.

Человек, рассматривающий автоматические мысли как психологический феномен, а не как тождественные реальности, наделен способностью к дистанцированию. Такие понятия, как “дистанцирование”, “проверка реальностью”, “проверка достоверности наблюдений”, “валидизация умозаключений” связаны с эпистемологией. Дистанцирование предполагает способность к различению утверждений “Я верю” (т.е. мнения, которое должно стать предметом валидизации) и “Я знаю” (неопровержимого факта). Способность к такому различению приобретает особую важность при попытках модифицировать те виды реакций пациента, которые связаны с искажениями.

^ 3.5. Установление достоверности умозаключений: после того, как пациент обретает способность четко различать внутренние психические процессы и порождающий их внешний мир, его все же необходимо обучить процедурам, требующимся для получения точного знания. Люди последовательно выдвигают гипотезы и извлекают выводы. У них есть склонность отождествлять собственные умозаключения с реальностью и принимать гипотезу за факт. При обычных обстоятельствах они могут функционировать адекватно, так как их идеаторные процессы совпадают с внешним миром и не являются существенным препятствием для адаптации.

Для определения неточности и необоснованности умозаключений больного психотерапевт может применять специальные техники. Поскольку пациент привык искажать реальность, терапевтические процедуры состоят преимущественно на исследования его умозаключений и проверки их реальностью. Терапевт работает с пациентом над изучением того, как складываются его умозаключения. Эта работа поначалу состоит из проверки наблюдений и постепенно фокусируется на моменте извлечения выводов.

^ 3.6. Изменение правил: Такие глубинные представления — идеи о мире, о себе, о других, как правило, бывают не иррациональными, а слишком широкими, абсолютными, доводящими мысль до крайности или слишком персонифицированными; они используются слишком произвольно, что мешает больному справляться с критическими жизненными ситуациями. Такие правила необходимо реконструировать и сделать более точными, гибкими и эластичными. Ошибочные, дисфункциональные и деструктивные правила необходимо устранить из поведенческого репертуара. В таких случаях терапевт и пациент сотрудничают в выработке более реалистичных и адаптивных правил.

Правила - установки, понятия, конструкты.

Некоторые из установок, предрасполагающих к переживанию тоски или депрессии:

1) Чтобы быть счастливым, я должен быть удачливым во всех начинаниях.

2) Чтобы чувствовать себя счастливым, меня должны, принимать (или меня должны любить, мною должны восхищаться) все и всегда.

3) Если я не достиг вершины, то потерпел провал.

4) Как чудесно быть популярным, известным, богатым;

ужасно быть неизвестным, посредственным.

5) Если я допускаю ошибку, значит, я глуп.

6) Моя ценность как личности зависит от того, что думают обо мне другие.

7) Я не могу жить без любви. Если моя супруга (возлюбленная, родители, ребенок) не любит меня, я ни к чему не годен.

8) Если кто-то со мной не соглашается, значит, он не любит меня.

9) Если я не использую каждый шанс для собственного продвижения, то позже я об этом пожалею. Вышеприведенные установки приводят к тому, что человек чувствует себя несчастливым. Невозможно, чтобы человека любили без всякой критики, все и всегда. Степень любви и принятия сильно варьирует у каждого человека. Однако в свете данных установок каждый признак уменьшения любви расценивается как отвержение.

^ Основная техника когнитивной терапии заключается в том, чтобы сделать установки больного явными и помочь ему понять, не несут ли они саморазрушения. Важно также, чтобы пациент на основе собственного опыта убедился в том, что благодаря собственным установкам он не так счастлив, как мог бы быть, если бы руководствовался более умеренными или реалистическими правилами. Роль терапевта заключается в том, чтобы предложить на рассмотрение пациента альтернативные правила, а не устраивать ему “промывку мозгов”.
Заключение

Сами когнитивисты считают, что когнитивная тера­пия отвечает всем требованиям, которые предъявляются к системе психотерапии. Она имеет свою теорию не­врозов, использует достижения иных систем, имеет свои собственные технические приемы, легко осваивается врачами и понятна больным. На эту тему написаны мо­нографии и учебники. Когнитивная терапия сейчас до­вольно часто используется в сочетании с другими мето­дами, особенно часто — с поведенческой терапией.
Список литературы

  1. Краткий психологический словарь/ Ред.-сост. Л.А.Карпенко; под общ. Ред. А.В.Петровского, М.Г. Ярошевского.- 2 изд., расш., испр. и доп.- Ростов н/Д: издательство «Феникс», 1998.-512 с.

  2. Краткий словарь когнитивных терминов. Сост. Е.С. Кубрякова, В.З. Демьянков, Ю.Г. Панкрац, Л.Г. Лузина. М., 1997.

  3. Литвак М.Е. из Ада в Рай: Избранные лекции по психотерапии/Учебное пособие.- Ростов н/Д: изд-во «Феникс», 1997, - 448 с.

  4. Рудестам К. Групповая психотерапия. – СПб.: Питер Ком, 1999, - 384 с.

  5. Солсо Р.Л. Когнитивная психология. М.: Тривола, 1996. С. 28-36, 41-47

  6. Тимошко Г. В., канд. психол. наук, доцент МЭГИ, лекция.

  7. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности.- – СПб.: Питер Ком, 1998, - 608 с.



Скачать файл (22 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации