Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Ответы на экзамен по избирательному праву - файл n1.doc


Ответы на экзамен по избирательному праву
скачать (206.5 kb.)

Доступные файлы (1):

n1.doc1407kb.09.12.2012 18:10скачать

n1.doc

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

24). Правовые последствия отмены формы голосования против всех кандидатов (против всех списков кандидатов)

По мнению многих аналитиков принятый 12 июля прошлого года Федеральный закон №107-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части отмены формы голосования против всех кандидатов (против всех списков кандидатов)» снижает и без того невысокий уровень демократии в нашей стране, нарушает избирательные права российских граждан и противоречит Конституции РФ.

Однако помимо всего прочего он вступает в явное противоречие с международным договором России – Конвенцией о стандартах демократических выборов, избирательных прав и свобод в государствах - участниках СНГ., подписанной в Кишиневе 7 октября 2002 года, ратифицированной Российской Федерацией Федеральным законом от 2 июля 2003 г. № 89-ФЗ и вступившей в силу для России 11 ноября 2003 года. Именно эта Конвенция закрепляет возможность голосования против всех кандидатов либо против всех списков кандидатов (партий). В частности, статья 4 Конвенции провозглашает следующее: «Соблюдение принципа прямого избирательного права означает, что граждане голосуют на выборах соответственно за кандидата и (или) список кандидатов или против кандидата и (или) списка кандидатов непосредственно, или против всех кандидатов и (или) списков кандидатов».

Зная об этом, гражданин К. из г. Екатеринбурга в декабре прошлого года в своем письменном обращении к Президенту РФ попросил его использовать свои конституционные прерогативы и политический вес для отмены противоправного, по его мнению, Закона, а именно, обратиться в ГосДуму с соответствующим законопроектом и в Конституционный Суд РФ с запросом о проверке конституционности этого закона…. Из письма екатеринбуржца: «Как Президент Российской Федерации, Вы, в силу части 2 статьи 80 Конституции Российской Федерации, являетесь гарантом Конституции Российской Федерации, прав и свобод человека и гражданина. В соответствии с частью 1 статьи 104 Конституции Российской Федерации Вы обладаете правом законодательной инициативы. Из этого Вашего конституционного статуса вытекает вывод о том, что Вы обязаны вносить в Государственную Думу РФ такие законопроекты, равно как прилагать все силы и политическое влияние для их принятия, которые направлены на защиту Конституции РФ, прав и свобод человека и гражданина».

В письме главе государства гражданин К. также указал, что согласно части 4 статьи 15 Конституции РФ, «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора». Таким образом, по его мнению, Федеральный закон № 107-ФЗ противоречит статье 32 Конституции РФ, гарантирующей избирательные права, части 4 статьи 15 Конституции РФ, устанавливающей приоритет международного права над национальным законодательством, в их систематическом толковании со статьей 4 Конвенции о стандартах демократических выборов.

30 января сего года гражданин К. получил ответ, естественно, не от Президента РФ, а от Помощника Президента РФ – начальника Государственно-правового управления Президента РФ.

В своем ответе г-жа Помощник Президента РФ вполне резонно объяснила уральцу, что Закон об отмене графы «против всех» избирательные права не нарушает и Конституции РФ не противоречит, т.к. в ней непосредственно не предусмотрено право голосовать «против всех»…. Из ответа Помощника Президента РФ: «Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 32 право граждан избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также определяя в статье 81 принципы проведения выборов (на основе всеобщего равного и прямого избирательного права при тайном голосовании), не указывает, в каких формах осуществляется голосование на выборах».

В обосновании своей точки зрения г-жа Помощник Президента РФ сослалась на ряд правовых позиций Конституционного Суда РФ, что само по себе, даже не оценивая правомерности таких ссылок, не может не радовать. На наш взгляд, сам по себе факт того, что высокопоставленные сотрудники Администрации Президента РФ в переписке с «обычными» гражданами ссылаются не на то, «что сказал Он» или «что думает Он», а на решения федерального судебного органа конституционного контроля, говорит о том, что в России жива идея построения правового государства, которую многие уже давно делают попытки «похоронить».

Итак, г-жа Помощник Президента РФ указала на то, что, в решениях Конституционного Суда РФ неоднократно подчеркивалось, что принцип свободных выборов предполагает наличие у избирателей права выражать свою волю в любой из юридически возможных форм голосования в соответствии с установленными процедурами, при этом воля избирателей может быть выражена голосованием не только за или против отдельных кандидатов, но и в форме голосования против всех включенных в избирательный бюллетень кандидатов (постановления Конституционного Суда РФ от 14 ноября 2005 г. № 10-П, от 29 ноября 2004 г. № 17-П, от 10 июня 1998 г. № 17-П).

В то же время, как подчеркивается в ответе, «Конституционный Суд РФ отмечал, что конституционные ценности, связанные с реализацией избирательных прав, могут вступать между собой в известное противоречие, поскольку интересы отдельных избирателей, которыми предопределяется их волеизъявление в процессе выборов, вы том числе путем голосования против всех кандидатов, не всегда совпадают с публичным интересом формирования органов публичной власти (постановление от 29 ноября 2004 г. № 17-П). Признавая соответствие протестного голосования принципу свободных выборов, Конституционный Суд РФ также указывал, что голосование на выборах осуществляется на основе установленных процедур, которые не должны допускать возможность искажения волеизъявления избирателей. Иными словами, по смыслу решений Конституционного Суда установление таких процедур является прерогативой законодателя, и он может как предусмотреть наряду с голосованием за или против кандидатов (списков кандидатов) голосование против всех кандидатов (всех списков кандидатов), так и отказаться от этой формы голосования. Следовательно, отсутствие в избирательном законодательстве возможности голосовать против всех кандидатов (всех списков кандидатов) само по себе не является нарушением избирательных прав граждан».

В этой связи Помощник Президента РФ привела в пример законодательство таких демократических государств как Великобритания, США, Германия, Италия, Франция, Австрия, Испания, Швейцария, указав, что оно не предусматривает протестное голосование, «… и это не рассматривается как отход от демократии и нарушение избирательных прав».

Что касается ссылки гражданина К. на международное право, которое, напомним, согласно Конституции РФ обладает приоритетом по отношению к национальному законодательству, то, по мнению Помощника Президента РФ, анализ положений Конвенции «позволяет сделать вывод, что порядок проведения выборов в государствах-участниках СНГ во многом определяется национальным законодательством», а российское избирательное законодательство «не противоречит в этой части ни названному международному акту, ни иным международным актам»…. И это несмотря на то, что в Конвенции прямо и недвусмысленно говориться о праве голосования «против всех»!

В завершении письма Помощник Президента РФ предложила российским избирателям, отказывающим в поддержке всем кандидатам либо партиям, «не участвовать в голосовании либо опустить в ящик для голосования бюллетень без своей отметки либо иным способом выразить к ним свое негативное отношение, включая агитацию против всех кандидатов (всех списков кандидатов)» (?!).

Мы же заметим, что в случае неявки на избирательный участок, либо опускания в избирательную урну недействительных бюллетеней, государство и общество не смогут узнать, сколько граждан страны доверяют существующей политической системе в целом, а не отдельным ее представителям, к которым относятся как кандидаты и партии от власти, так и от оппозиции.

При этом в настоящее время, после отмены также и «порога явки» сделать это будет тем более невозможно, т.к. на выборы может прийти хотя бы один человек, и выборы будут признаны состоявшимися; остальные же избиратели, которые хотели проголосовать «против всех» могут оставаться дома, т.к. они сейчас ни при каких обстоятельствах не смогут повлиять на исход выборов.

В заключение уместно отметить, что российское общество постепенно входит в череду избирательных кампаний: в декабре текущего года должны состояться выборы в Государственную Думу РФ, а в начале следующего – президентские выборы. В этой связи можно ожидать целый поток жалоб российских граждан в Конституционный Суд (как это было, например, в 2005 году после отмены губернаторских выборов) на нарушение их избирательных прав Федеральным законом №107-ФЗ, отменившим голосование «против всех». Очевидно, что Конституционный Суд не сможет уклониться от рассмотрения этого немаловажного вопроса, тем более, что на стороне потенциальных заявителей находятся очень серьезные и существенные аргументы.
25) Правовой режим деятельности средств массовой информации в период избирательной кампании

Роль информационной сферы на современном этапе общественного развития заметно возрастает с каждым днем. Кроме того, непременным условием демократического развития общества и государства является полная и достоверная информированность граждан о деятельности органов государственной власти и политических партий, а также обеспечение политического плюрализма в деятельности средств массовой информации. Свобода массовой информации и свободные выборы (как один из главных политических процессов общественной жизни) - это два неразрывно связанных между собой явления демократического строя.

Согласно действующему законодательству РФ, средствами массовой информации являются периодические печатные издание, радио-, теле-, видеопрограммы, кинохроникальные программы, иные формы периодического распространения массовой информации. Права, предоставленные средствам массовой информации законодательством о выборах, направлены, во-первых, на создание условий для проведения субъектами агитационной деятельности предвыборной агитации через средства массовой информации путем предоставления кандидатам, объединениям бесплатного и платного эфирного времени, бесплатной и платной печатной площади на каналах организаций телерадиовещания или на страницах периодических печатных изданий. Во-вторых, средства массовой информации призваны обеспечить достоверное, объективное и всесторонне освещение избирательного процесса, деятельности кандидатов, а также освещение хода и результатов голосования и подведения итогов выборов. В-третьих, средства массовой информации способны создать систему общественного контроля за своевременностью и законностью решений и действий избирательных комиссий, кандидатов и других участников избирательного процесса.

Таким образом, в период избирательных кампаний средства массовой информации являются не только производителями информационно-массовых услуг, но и полноправными участниками избирательного процесса с собственным кругом прав и обязанностей. Кроме того, место средств массовой информации в избирательном процессе на законодательном уровне определяется при помощи не диспозитивных моделей, а императивных указаний.

Правовое регулирование деятельности средств массовой информации, как и любых других субъектов права, осуществляется введением соответствующими нормативными актами различного рода дозволений, ограничений и запретов, а также установлением системы санкций за нарушения. Для СМИ дозволения, ограничения и запреты, а также ответственность за нарушения установленных законами порядка и правил деятельности, устанавливаются законом РФ «О средствах массовой информации». Таким образом, правовой режим функционирования средств массовой информации в период избирательной кампании обладает особой спецификой, заключающейся в необходимости соблюдать кроме ограничений и запретов, установленных законами о средствах массовой информации, еще и ограничения и запреты, установленные законами о выборах. Цель этих дополнительных ограничений и запретов - обеспечение  равенства избирательных прав участников избирательного процесса: как находящихся в статусе кандидатов, так и всех остальных граждан, в том числе находящихся в статусе избирателей.

Однако, законодательство, регулирующее распространение информации обладает рядом недостатков, которые, однако, пока могут быть устранены на законодательном уровне. Правовой режим деятельности средств массовой информации в период избирательных кампаний должен в большей степени, чем на данном этапе, регламентировать взаимные права и обязанности субъектов избирательных информационных правоотношений, четко устанавливать законодательные модели их поведения и разрабатывать формы ответственности за нарушение избирательного законодательства средствами массовой информации.

26) Средства массовой информации и избирательные комиссии: законодательство, практика взаимодействия

Избирательный процесс - это регламентированная действующим законодательством (в том числе и в первую очередь Избирательным кодексом) деятельность граждан в статусе избирателей, избирательных комиссий, органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений и других субъектов избирательных правоотношений по подготовке и проведению голосования на выборах, т.е. избирательный процесс - это только технология подготовки, организации и проведения голосования на выборах, но не весь сложный комплекс общественных отношений, составляющих совокупность принципов, правил и механизмов непосредственной реализации народом своей суверенной политической воли по управлению государственными и другими жизненно важными делами.

Цель избирательного процесса обеспечить законный ход выборов и объективные результаты голосования, гарантировать надлежащую реализацию гражданами конституционных прав на осуществление власти, сформировать легитимные органы власти в строго установлен ной законом форме и предписанными законом средствами и способами.

Избирательный процесс включает в себя общие правила (принципы) осуществления производства в ходе подготовки и проведения выборов и основные стадии проведения избирательных мероприятий на выборах.

Анализ законодательства о выборах и избирательной практики позволяет выделить следующие требования, предъявляемые к выборному производству (или принципы избирательного процесса):

1) законность;

2) осуществление избирательного производства только управомоченными органами (субъектами избирательного права);

3) равенство прав участников избирательного процесса;

4) гласность проведения избирательной кампании;

5) непрерывность осуществления избирательных мероприятий;

6) строгое соблюдение демократических избирательных процедур, обеспечивающих свободу голосования;

7) документальный характер определения результатов голосования и итогов выборов;

8) обеспечение легитимности выборов.

Стадии избирательного процесса представляют собой отдельные этапы подготовки и проведения голосования на выборах, на каждом этапе органы руководства выборами и другие участники избирательного процесса выполняют определенную задачу.

Виды и последовательность стадий избирательного процесса устанавливаются законодательством о выборах и в конечном счете зависят от характера избиратель ной политики на соответствующем этапе общественного развития. В учебной и научной литературе нет единого мнения о видах и количестве стадий избирательного процесса.

Стадии избирательного процесса имеют место как на всеобщих, так и на частичных (досрочных, повторных, дополнительных) прямых выборах. Косвенные выборы также имеют свои особенности, в частности, отпадают такие стадии, как создание избирательных округов и избирательных участков, и, наоборот, могут появиться новые, например, увеличение числа туров голосования.

Важно, чтобы нормативно-правовые акты, регулирующие порядок подготовки и проведения выборов, закрепляли правила, в соответствии с которыми соблюдение определенных законом стадий избирательного процесса являлось бы обязательным для всех участников выборов.

Следует обратить внимание и на то, что законодательство о выборах во всех случаях устанавливает документальную форму избирательного процесса. Ознакомление с действующими законами о выборах показывает, что все они содержат нормы, в соответствии с которыми протокольная форма регистрации волеизъявления граждан и действий избирательных комиссий на всех стадиях подготовки и проведения выборов является необходимой. Формы протоколов и правила их заполнения устанавливаются в законодательном порядке. Участники избирательного процесса имеют право знакомиться с протоколами избирательных комиссий и представлять свои замечания относительно полноты и правильности их составления в установленный законом срок после подписания протокола, обжаловать в вышестоящую избирательную комиссию неправильные и неточные записи либо, в случае нарушения законодательства и избирательных прав участников выборов, обжаловать их в суде.

В настоящее время ни одна предвыборная кампания не может обойтись без предвыборной агитации, которая осуществляется и через средства массовой информации. По поводу использования средств массовой информации в предвыборной агитации возникает множество вопросов и споров.

Согласно инструкциям Центризбиркома России, а также нормам российского законодательства, общероссийские государственные СМИ обязаны предоставить как бесплатное, так и платное эфирное время (для организаций телерадиовещания) и печатные площади (для периодических печатных изданий) избирательным объединениям, избирательным блокам, зарегистрировавшим федеральные списки кандидатов.

Региональные государственные СМИ обязаны предоставить как бесплатное, так и платное эфирное время и печатные площади кандидатам, зарегистрированным по одномандатным избирательным округам, и региональным группам кандидатов.

Муниципальные организации СМИ обязаны обеспечить равные условия для проведения предвыборной агитации зарегистрированным кандидатам, политическим партиям, избирательным блокам, зарегистрировавшим федеральные списки кандидатов. На выборах в Государственную Думу муниципальные СМИ могут предоставлять эфирное время и печатную площадь для агитации только за плату.

Негосударственные СМИ, учрежденные не позже чем за год до официального опубликования (публикации) решения о назначении выборов, или учрежденные политическими партиями, могут предоставлять эфирное время и печатную площадь для агитации только за плату.Негосударственные СМИ, если только они не учреждены политическими партиями, вообще не могут предоставлять эфирное время, печатные площади кандидатам, избирательным объединениям и блокам.

Все СМИ, предоставляющие эфирное время или печатную площадь за плату, должны опубликовать свои расценки не позднее чем через 30 дней со дня официальной публикации решения о назначении выборов (т.е. не позднее 3 октября) и сообщить эти расценки в ЦИК (для общероссийских СМИ) или в комиссию субъекта Федерации (для региональных и муниципальных СМИ). За нарушение этого правила предусмотрена административная ответственность (штраф, который, впрочем, может оказаться меньше гонорара, полученного за это нарушение).

Таким образом, законодательство предусматривает различные формы участия СМИ в избирательном процессе. При этом, эффективность этого участия определяется не только возможными формами, но и уровнем культуры как общества в целом, так и представителей СМИ, в частности.

Средства массовой информации не относятся к самостоятельным субъектам предвыборной агитации. Однако данная агитация может осуществляться посредством СМИ теми субъектами, за которыми это право признано в законодательстве.

Следует иметь в виду, что в предвыборной агитации не могут участвовать члены избирательных комиссий с правом решающего голоса, государственные органы, органы местного самоуправления, благотворительные организации, религиозные объединения, а также лица, замещающие государственные и муниципальные должности, государственные и муниципальные служащие, военнослужащие при исполнении ими своих должностных или служебных обязанностей или с использованием преимуществ должностного или служебного положения (п. 5 ст. 37 Федерального закона «Об основных гарантиях...»). Согласно п. 8 ст. 3 этого закона иностранные граждане (за исключением случая, когда они в соответствии с международным договором имеют избирательные права при проведении муниципальных выборов), лица без гражданства, иностранные юридические лица не вправе осуществлять деятельность, способствующую либо препятствующую выдвижению кандидатов (списков кандидатов), избранию зарегистрированных кандидатов; соответственно исключается их участие в предвыборной агитации. СМИ обязаны обеспечить соблюдение этих запретов.

«Регулируемые СМИ» должны предоставлять возможность для размещения печатной информации избирательных комиссий, а также предоставлять избирательным комиссиям бесплатное эфирное время для информирования избирателей о сроках и порядке осуществления избирательных действий, о ходе избирательной кампании, о кандидатах. Согласно п. 7 ст. 18 Федерального закона «О выборах депутатов...» при проведении выборов в Государственную Думу эта обязанность возложена на государственные «регулируемые СМИ». Возникающие при этом расходы данных СМИ покрываются за счет их текущего бюджетного финансирования. Иные СМИ обязаны предоставлять избирательным комиссиям необходимые сведения и материалы, давать ответы на их обращения в сроки, установленные законами. В частности, Федеральным законом «О выборах депутатов...» (п. 8 ст. 18) установлено, что указанные обязанности должны выполняться СМИ в пятидневный срок, а за пять дней до дня выборов и в день выборов - немедленно.

Также следует иметь в виду, что акты и решения избирательных комиссий, принятые в пределах их компетенции, являются обязательными для средств массовой информации.

27). Средства массовой информации: информирование и предвыборная агитация (законодательные дозволения и запреты)

Закон предусмотрел множественность форм предвыборной агитации через СМИ. Однако это многообразие относится в основном к электронным СМИ. «Предвыборная агитация через средства массовой информации проводится в виде публичных дебатов, дискуссий, «круглых столов», пресс-конференций, интервью, выступлений, политической рекламы, показа телеочерков, видеофильмов о зарегистрированном кандидате, избирательном объединении, избирательном блоке и в иных не запрещенных законом формах». [2, статья 52] Предвыборная агитация на телевидении, на радио и в периодических печатных изданиях представлена приложениях № 1 и №2 соответственно.

Почти ничего из сказанного не относится к печатным СМИ. Что бы это значило? Видимо, из-за максимального воздействия электронных СМИ в них были наиболее заинтересованы участники избирательного процесса. Это и отразилось на законодательной регламентации. Но при этом остались без заслуженного внимания некоторые спорные вопросы о допустимости и границах использования в печатных СМИ художественных произведений, изобразительных средств (рисунки, карикатуры) для целей предвыборной агитации.

Известно, что в Интернете размещаются электронные версии изданий, не идентичные их печатным вариантам. Известно также, что в этой информационной сфере периодически обновляемые сайты вполне отвечают признакам средства массовой информации.

Предвыборная борьба в этой сфере сейчас уже не кажется чем-то фантастическим, подобно звездным войнам. Видимо, по этим и многим другим вопросам еще потребуются разъяснения Центральной избирательной комиссии.

Особенно обстоятельно разработаны нормы, обеспечивающие равенство в использовании СМИ для целей предвыборной агитации. Но ведь как легко благодаря тому же закону обходить эти препоны. Вспомним знакомые всем сюжеты, когда лидер общественного движения месяцами не сходит с экранов телевидения. Вот он любовно изображен на фоне нового жилого массива, на закладке очередного храма, на открытии памятника поэту, на юбилейных торжествах театра, на выступлении перед университетской аудиторией, на открытии автомагистрали, на палубе линкора, на балу любителей пива и пр., и др., и т.п., и т.д.

И все это не считается агитацией, поскольку может быть признано репортажем о выполнении данным лицом своих служебных обязанностей.

Не снимает этого парадокса и указание закона о том, что в информационных теле- и радиопрограммах сообщения о проведении предвыборных мероприятий должны даваться отдельным блоком без комментариев и без предпочтения какому-либо кандидату, избирательному объединению и блоку, в том числе и по времени освещения их предвыборной деятельности.

Информационные программы по определению сообщают о событиях общественной значимости (событийная, фактическая информация) и не должны сопровождаться какими-либо оценками, мнениями, суждениями об этих событиях и действующих в них лицах (оценочная информация). Из теории и практики пропаганды хорошо известно, что агитационно-пропагандистский эффект обусловлен не только буквальным значением сказанного, но и общим контекстом сообщения, подбором фактов, невербальными средствами выразительности и пр.

В случае претензий к СМИ по поводу нарушения упомянутого предписания закона может потребоваться экспертиза спорной информационной программы.

Чтобы хотя бы отчасти защитить телевидение и телезрителя, не заполняя самое зрелищное время нудными формами предвыборной агитации, теперь установлено, что одна треть общего объема бесплатного эфирного времени, выделенного для предвыборной агитации, отводится под «круглые столы» и другие аналогичные совместные агитационные мероприятия. Они, конечно, потребуют более высокого мастерства ведущих тележурналистов и могут оказаться не по силам некоторым участникам избирательной борьбы, как это было на прошлых выборах.

Отказ кандидата или региональной группы кандидатов от участия в совместных агитационных мероприятиях не компенсируется увеличением соответствующей доли бесплатного эфирного времени.

Оставшаяся часть (две трети) бесплатного эфирного времени распределяется в равных долях между кандидатами, региональными группами кандидатов, избирательными объединениями, избирательными блоками и используется ими для самопрезентации по своему усмотрению. Можно ожидать, что форму подачи агитматериала они будут выбирать выгодную для себя, а не для избирателей. И здесь уж работники телевидения ничего поделать не смогут, а всякая попытка защитить интересы телезрителей будет восприниматься как нарушение прав искателей депутатских мест.

Что же касается использования платного эфирного времени, то форма предвыборной агитации и условия участия журналиста (ведущего) в процессе теле-, радиопередачи определяется договором, содержание которого зависит от соглашения между заказчиком и исполнителем.

При нарушении сторонами законодательных предписаний и условий договора он по решению суда расторгается, а если нарушения имеют место со стороны кандидата (объединения, блока), то высвободившееся эфирное время организация телерадиовещания не вправе использовать для целей предвыборной агитации.

Прерывать передачу любых предвыборных агитационных материалов, в частности, рекламой товаров, работ и услуг запрещается. Запрещено также перекрывать передачу предвыборных агитационных материалов на каналах государственных СМИ трансляцией иных теле- и радиопрограмм.

Теперь о формах предвыборной агитации в печатных СМИ. Как уже отмечалось, закон почти ничего не говорит об этом, лишь несколько слов - в специальной статье об условиях ведения предвыборной агитации через периодические печатные издания. Здесь он ограничился следующими положениями.

Прежде всего, в связи с вопросом о равенстве претендентов на услуги прессы вскользь упоминаются такие полиграфические тонкости, как место на полосе, шрифт и другие условия.

Далее указывается, что публикация предвыборных материалов не должна сопровождаться редакционными комментариями в какой бы то ни было форме, а также заголовками и иллюстрациями, не согласованными с кандидатами, избирательными объединениями, избирательными блоками.

И, наконец, во всех материалах, помещаемых в печатных СМИ, должно быть указано, за счет избирательного фонда какого кандидата, избирательного объединения или блока, оплачена данная публикация. А если публикация произведена бесплатно, то об этом должно быть сообщено и указано, какому кандидату (объединению, блоку) была предоставлена возможность размещения данной публикации в счет доли бесплатной печатной площади.

Столь скупая по сравнению с электронными СМИ регламентация агитационной деятельности печатных изданий возмещается положениями Закона о СМИ, которые преимущественно относятся к печатной прессе.

Закон признает предвыборной агитацией рекламу коммерческой и иной деятельности кандидатов, избирательных объединений и блоков, доверенных лиц и уполномоченных представителей, а также организаций, учредителями, собственниками или членами руководящих органов которых являются эти лица.

Такая реклама осуществляется только за счет средств соответствующего избирательного фонда, а в государственных СМИ она должна быть ограничена размерами доли платного эфирного времени и платной печатной площади, выделенных для ведения предвыборной агитации данному кандидату.

Реклама деятельности перечисленных лиц относится на счет избирательного фонда того кандидата, которого представляют или поддерживают эти лица.

28). Роль судебной практики в развитии и совершенствовании избирательного права и законодательства

Спорным является вопрос об источниковом характере судебной

практики1. Прошедшие избирательные кампании в значительной

степени способствовали теоретическому обобщению роли судебной

практики в совершенствовании избирательного законодательства,

влиянии решений высших судебных инстанций на развитие права в

целом, уточнение их места и роли в нормотворческом процессе, в

том числе более рельефно обозначили проблему источников права,

на более значительный уровень подняли проблему, существующую

не один десяток лет: может ли правовая конструкция, выработанная

судом, выступать в качестве источников права?

Судебным инстанциям приходится распутывать сложный со-

став правоотношений, в том числе по не вполне устоявшимся поня-

тиям, допустим «информация» и «предвыборная агитация»2. Конеч-

но, в этом случае судебная практика непосредственно способствовала

развитию законодательства о выборах и, как отмечали исследовате-

ли, когда законодатель своевременно не устраняет дефекты правово-

го регулирования, судебная практика на достаточно продолжитель-

ное время становится источником права3.

Представляется, что по вышеизложенному факту Судебной

коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Фе-

дерации было принято справедливое решение, и практика рассмот-

рения дела способствовала внесению соответствующих корректив в

законодательство, которые и нашли закрепление в главе VII нового,

ныне действующего закона «Об основных гарантиях избирательных

прав…»4. Правда, здесь все-таки надо сделать пояснение.

Дискуссия о правотворческой роли судов велась еще с дорево-

люционных времен. Как отмечает М.Н. Марченко, «данный вопрос

являлся и является далеко не новым, а тем более не оригинальным

вопросом для российской правовой действительности. Он неодно-

кратно ставился и обсуждался как на общетеоретическом уровне,

применительно к источникам досоветского, советского и постсовет-

ского российского права в целом, так и на уровне отдельных отрасле- вых дисциплин»1, мы бы добавили в том числе и избирательного

права2.

Активно обсуждали данный вопрос представители классиче-

ской российской юриспруденции в начале ХХ в. Правда, они отмеча-

ли, что судебная практика могла получить значение самостоятельно-

го источника права только после судебной реформы Александра II

1864 г., поскольку ранее судебная власть не была отделена от законо-

дательной и «неясности, неполнота законодательства» разрешались

после прохождения инстанций в Госсовете, который являлся и выс-

шей судебной инстанцией и законодательным учреждением, пре-

вращая судебные решения в законодательные постановления. До

реформы 1864 г. суды должны были применять законы по точному и

буквальному смыслу, не допуская при этом «обманчивого непосто-

янства самопроизвольных толкований»3.

Касаясь проблемы в целом, Ф.В. Тарановский отмечал, что су-

дебная практика наряду с юридическим обычаем является древней-

шим источником права4. Ему вторил С.А. Муромцев, утверждая, что

в нормальной государственной жизни суд творит так же, как и зако-

нодатель, только при помощи других приемов5. Видный представи-

тель теории права Н.М. Коркунов считал, что если указы в конститу-

ционных государствах являются источником права, хотя издаются во

исполнение законов, то таким источником могут быть и судебные

решения6. Примерно на таких же позициях стояли Е.Н. Трубецкой7,

И.В. Михайловский8.

Однако другие известные представители классической юрис-

пруденции занимали совершенно противоположные позиции. Так, Л.И. Петражицкий отмечал, что судебная практика не является само-

стоятельным видом права и вообще она не право, а явление совсем

иного порядка – ряд человеческих действий, поступков1. Г.Ф. Шер-

шеневич, несколько недооценивая роли судебной практики в Рос-

сии, указывал, что лишь санкция законодателя сообщает обычному

праву или судебным решениям качество юридических норм2. Такая

же позиция и у Л.И. Петражицкого, отмечавшего, что право судеб-

ной практики имеется лишь в том случае, если практика судов как

таковая возводится в нормативный факт. Позиции Л.И. Петражицко-

го, Г.Ф. Шершеневича в той или иной части поддерживали Е.В. Вась-

ковский3, М.А. Унковский4, И.А. Покровский5 и др.

Как известно, в целом советская правовая доктрина отвергала,

что решения Верховного Суда можно рассматривать как источник

права. Наиболее сфокусированно эта, официальная, позиция нахо-

дила выражение в творчестве А.Я. Вышинского, который утверждал,

что советский суд не создает нового права, советские судьи не явля-

ются законодателями и призваны не творить право, а осуществлять

правосудие в соответствии с требованиями закона, т.е. в соответствии

с действующим правом6. Несмотря на это, в условиях «законодатель-

ного голода», недостаточности законодательной базы по урегулиро-

ванию общественных отношений, в силу недостаточной законода-

тельной активности Верховного Совета, Верховный суд был вынуж-

ден издавать директивы, которые не только толковали законы, но

также создавали новые правовые нормы, выходя, таким образом, за

пределы своей правовой компетенции7. Соглашаясь с этой позицией,

все же надо отметить, что функции Верховного Суда СССР в этом

плане на разных отрезках времени были неоднозначны8. В целом в работах советского периода судебный прецедент не

признавался источником права1, поскольку судебные органы к числу

правотворческих не относились, а только осуществляли правосудие

как одну из форм применения закона.

Правда, еще в 1947 г. в своей статье «Значение судебной прак-

тики в гражданском праве» С.И. Вильнянский отмечал, что наша су-

дебная практика должна получить признание как один из источни-

ков советского права. По мере накопления одинаковых решений во-

проса, считал он, можно констатировать, что сложилось определен-

ное правоположение, которое входит в состав объективного права2. А

в работе С.Л. Зивса позже было высказано и более категоричное мне-

ние, что еще с советского времени постановления Верховного Суда

считаются источником права3. Примерно такую позицию занимает и

В.М. Жуйков, считая, что фактически судебная практика всегда при-

знавалась источником права, поскольку в судебных решениях допус-

кались ссылки на них как на правовую основу разрешения дела4, а

позднее высказывался за придание решениям Верховного Суда РФ

по конкретным делам силы прецедента5.

Сегодня только некоторые исследователи, например С.А. Ива-

нов, ограничивают правотворческую функцию судов постановле-

ниями Верховного и Конституционного судов РФ6, а О.И. Тиунов –

только решениями Конституционного суда РФ7, что совпадает с по-

зицией С.А. Авакьяна. Последний отмечал еще в 1997 г., что совре-

менная судебная власть России главным образом в лице Конститу-

ционного суда, фактически уже осуществляет правотворческие функции1. Более осторожное суждение высказала Н.А. Богданова,

отметив, что правовая природа постановлений Конституционного

суда РФ позволяет рассматривать их как юридические источники

науки конституционного права2, т.е. не источниками права, а источ-

никами науки конституционного права.

Однако, как отмечает М.Н. Марченко, в современный постсо-

ветский период официальное, формально-юридическое отношение

к судебной практике остается пока еще прежним. Она формально не

признается как источник российского права3.

Но тем не менее многие сторонники судебного нормотворче-

ства отмечали: «…Его элементы имеют место и в российской право-

вой системе»4 и он все настойчивее «пробивает себе дорогу в россий-

ской правовой системе»5.

Наиболее полно, как представляется, позиции данной группы

исследователей выразила И.А Конюхова, отмечая, что решения – по-

становления и определения Конституционного Суда Российской

Федерации, содержащие в себе положения нормативно-доктриналь-

ного характера, являются источниками конституционного права

России федерального уровня. Более того, в иерархии источников по

юридической силе она ставит их на следующее место после Консти-

туции Российской Федерации6 и «выше по сравнению с федераль-

ными законами и иными нормативными правовыми актами, реше-

ниями других судебных органов»7. Такой же точки зрения в этом во-

просе придерживается и М.В. Баглай, считая, что по юридической

силе они стоят выше актов парламента и президента8, что вызывает

категорические возражения у других авторов, которые замечают, что

М.В. Баглай преувеличивает юридическую силу такого рода актов

Конституционного суда. Тот факт, что любые акты или их отдельные положения, признанные судом неконституционными, утрачивают

силу, отнюдь не свидетельствуют о том, что акты Конституционного

суда по юридической силе стоят выше них. Это свидетельствует лишь

о том, что Конституция по своей юридической силе стоит выше актов

и парламента, и президента, и всех других государственных органов.

Акты или их отдельные положения, признанные неконституционны-

ми, утрачивают силу и не подлежат применению. В результате зако-

нодатель приводит нормы закона в соответствие именно с Конститу-

цией, а не с постановлениями Конституционного суда1.

Примерно такую позицию в этом вопросе занимает и Ю.А. Ти-

хомиров, отмечая, что юридическая сила решений Конституционно-

го суда не должна превышать юридическую силу любого закона и,

тем более, быть равной юридической силе самой Конституции2.

Тем не менее, признавая активную роль решений Конституци-

онного суда в качестве источника конституционного права, напря-

мую относя данный судебный орган к органам правотворчества и с

формально юридической точки зрения считая, что позиции оппо-

нентов не согласуются со складывающимися реалиями, некоторые

ученые отмечают активную роль Конституционного суда РФ именно

в осуществлении нормативно-доктринального толкования Консти-

туции РФ, в нормативной интерпретации многих конституционных

норм. «В этих условиях значимость решений Конституционного су-

да, как источника конституционного права, как их особая юридиче-

ская сила, не могут быть проигнорированы»3.

С некоторыми уточнениями эту позицию разделяют другие

исследователи: решения Конституционного суда действительно за-

нимают особое место, но не в системе источников права, а в системе

правовых актов, которые сочетают в себе признаки правопримени-

тельного и правоустанавливающего акта4. С оговорками, к источни-

кам права ряд авторов относят решения конституционных судов, в

том числе и в Российской Федерации, отмечая, что они носят норма-

тивно-правовой характер и содержат конституционно-правовые нормы о конституционности законов, о толковании конституции и

т.д.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12



Скачать файл (206.5 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации