Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Ищенко Д.П. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика преступлений, связанных с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений - файл n1.doc


Ищенко Д.П. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика преступлений, связанных с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений
скачать (1523 kb.)

Доступные файлы (1):

n1.doc1524kb.23.01.2013 16:45скачать


n1.doc

  1   2   3   4   5   6

ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

Ищенко, Дмитрий Петрович
1. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика преступлений, связанный с незаконным культивированием запрещенный к возделыванию растений, содержащий наркотические

вещества

1.1. Российская государственная Библиотека
diss.rsl.ru 2005

Ищенко, Дмитрий Петрович
Уголовно-правовая и криминологическая нарактеристика преступлений, связанный с незаконным культивированием запрещенный к возделыванию растений, содержащий наркотические вещества [Электронный ресурс]: Дис. ... канд. юрид. наук 12.00.08 .-М.: РГБ, 2005 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки)


Государство и право. Юридические науки — Уголовное право — Российская Федерация — Преступления против общественной Безопасности и здоровья населения — Выращивание растений, содержащий наркотические вещества. Уголовное право и криминология; уголовно—исполнительное право


Полный текст:

http://diss.rsl.ruAiiss/05/0639/050639042.pdf

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в фонде РГБ:


Ищенко, Дмитрий Петрович


Уголовно-правовая и криминологическая характеристика преступлений, связанных незаконным культивированием запрещенных возделыванию растений, содержащих наркотические вещества
Ростов н/Д 2005


Российская государственная Библиотека, 20 год (электронный текст).

РОСТОВСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИИ

На правах рукописи

ИЩЕНКО ДМИТРИЙ ПЕТРОВИЧ


УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ И КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С НЕЗАКОННЫМ КУЛЬТИВИРОВАНИЕМ ЗАПРЕЩЕННЫХ К ВОЗДЕЛЫВАНИЮ РАСТЕНИЙ, СОДЕРЖАЩИХ НАРКОТИЧЕСКИЕ ВЕЩЕСТВА
12.00.08 - уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право
Диссертация

на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель:

кандидат юридических наук, доцент А.Б. Мельниченко.


Ростов-на-Дону - 2005

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 3
Глава I. История развития уголовного законодательства об ответ-
ственности за незаконное культивирование запрещенных к возделыва-
нию растений, содержащих наркотические вещества
15
Глава II. Понятие и юридическая характеристика незаконного
культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих
наркотические вещества
46
§ 1. Объективные и субъективные признаки незаконного культивиро-
вания запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические
вещества 46

§ 2. Совершенствование уголовного законодательства об ответственно-
сти за незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений,
содержащих наркотические вещества и практики его примене-
ния 67
Глава III. Криминологические аспекты незаконного культивиро-
вания запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотиче-
ские вещества
: 83
§ 1. Криминологическая характеристика незаконного культивирования
запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещест-
ва 83

§ 2. Факторы, детерминирующие незаконное культивирование запре-
щенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещест-
ва 101

§ 3. Роль правоохранительных органов в борьбе с незаконным культи-
вированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотиче-
ские вещества 131

§ 4. Криминологические меры противодействия незаконному культи-
вированию запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотиче-
ские вещества 148
Заключение 165
Список используемой литературы 174


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы диссертационного исследования. Радикальные преобразования, произошедшие в Российской Федерации за последние два­дцать лет, привели к заметному росту преступности в целом, особое место в структуре которой занимает незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ. Особенно в последнее десятилетие резко обостри­лась ситуация, связанная с уровнем и тенденциями распространения неза­конного оборота наркотиков. Проблема незаконного оборота наркотиков и распространения наркомании в России перестала быть сегодня только меди­цинской и правоохранительной, достигнув уровня серьезнейшей государст­венной проблемы. Она приобрела масштабы, непосредственно угрожающие устоям общества и здоровью нации, экономике страны, правопорядку и безо­пасности государства. Значительно повысился уровень наркотизации населе­ния, расширились масштабы немедицинского потребления наркотических средств и психотропных веществ. Активизировалась пропагандистская дея­тельность, направленная на легализацию потребления наркотиков. Матери­альный, интеллектуальный и нравственный ущерб, который наркомания на­носит обществу, не поддается никакому исчислению. Рост наркомании со­провождается соответствующим ростом наркопреступности, которая связана как с незаконным оборотом наркотиков, так и с противоправным добыванием средств на их приобретение. Широкий размах незаконного оборота наркоти­ков приносит огромную прибыль наркодельцам и давно уже превратился в разновидность высоко рентабельного бизнеса. По оценкам специалистов, на наркотиках в мире ежегодно зарабатывается около 400 млрд долларов. На долю России приходится около двух процентов этой суммы, то есть около 8 млрд долларов1.


См.: Комитет займется наркобаронами // Российская газета. 2003.18 апреля.

3
По разным оценкам экспертов, наркоманов в России уже от 3,5 до 4 млн человек, что составляет около 2,5 процента населения страны. Нар­комания приняла масштабы стремительно нарастающей эпидемии и поэтому требует от общества адекватной реакции .

Одним из главных направлений политики любого суверенного государ­ства является борьба с преступностью как наиболее негативным социальным явлением, развивающимся по своим специфическим законам, которые отра­жают различные государственные, национальные, этнические, региональные, социально-экономические и другие особенности общества. Наркобизнес как вид организованной преступности межрегионального и транснационального масштаба становится в последние годы не только криминальным, но и поли­тическим явлением, угрожающим целостности и безопасности многих госу­дарств3.

В связи с широким распространением наркотической зависимости на-- селения России исследование проблем незаконного культивирования запре­щенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, представляется весьма актуальным. Число лиц, злоупотребляющих немеди-цинским потреблением наркотиков, интенсивно растет, обуславливая пред­посылки для адекватного увеличения числа преступлений, связанных с неза­конным культивированием запрещенных к возделыванию растений. Нарко­тические вещества растительного происхождения составляют основную мас­су среди всех видов потребляемых наркотиков, а само культивирование рас­тений, содержащих наркотические вещества, выступает в качестве главного источника получения наркотических средств.

2См.: Аттаев A.M. Уголовно-правовые и криминологические проблемы не­законного изготовления, приобретения, хранения, перевозки, пересылки либо сбыта наркотических средств или психотропных веществ (по материалам республики Дагестан): Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. Махачкала, 2003. С. 4.


См.: Боева М.А. Преступления, совершаемые на почве наркомании в стра­нах СНГ: Автореф. дис... .канд. юрид. наук. М., 2004. С. 3.

4
Глобальная угроза широкомасштабного распространения незаконного культивирования наркотикосодержащих растений отмечена в Единой кон­венции о наркотических средствах от 30 марта 1961 года, в Конвенции ООН

«О психотропных веществах» 1971 года, в Конвенции ООН «О борьбе про­тив незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ» от 19 декабря 1988 года. В них незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, отнесено к категориям преступлений, представляющих реальную угрозу для здоровья, благополучия людей и отрицательно воздействующих на экономические, культурные и политические основы общества.

Проблема борьбы с незаконным культивированием запрещенных к воз­делыванию растений, содержащих наркотические вещества, становится од­ной из ключевых проблем современности, как для российского государства, так и для правоохранительных органов, а также общества в целом. Следует отметить, что борьба с этим видом преступлений давно приобрела масштабы . общенациональной проблемы, требующей своего разрешения.

Следует отметить, что динамика данного преступления продолжает сохра­нять негативные тенденции. Так, в 1997 г. на территории Российской Федерации зарегистрировано 2443 фактов незаконного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, в 1998 г. — 2723 (+11,5 %), в 1999 г. - 3630 (+33,3 %), в 2000 г. - 4421 (+21,8 %), в 2001 г. - 4029 (-8,9 %), в 2002 г. - 4140 (+2,8 %), в 2003 г. - 2395 (- 42,1 %), а в 2004 г. этот показа­тель составил уже 4200 (+3,1 %)4.

Ухудшение социального положения, бедственное существование и от­сутствие доходов толкает население России на выращивание растений, со­держащих наркотические вещества. Доступность, легкость, относительная дешевизна и быстрота получения из них наркотических средств предопреде­ляют высокий уровень распространения данного вида преступления.

4 См.: www. mvdinform.ru.

Незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, является криминогенным фактором, обуславливающим распространение наркотиков среди населения России. В связи с этим огромное практическое значение приобретает разработка мер, направленных на совершенствование уголовного законодательства об ответ­ственности за незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, практики его применения, а также мер предупреждения и профилактики данной группы преступлений.

Изложенные выше положения, обосновывающие актуальность и зна­чимость исследования проблем незаконного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, послужили основой не только для выбора темы, но и определили характер и направление исследования.

Степень научной разработанности темы исследования. Вопросы борь­бы с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ ста­ли предметом теоретического изучения отечественной науки с середины 60-х го­дов XX века. В советский период различные аспекты уголовно-правового воз­действия на него нашли достаточно широкое освещение в юридической литера­туре и явились предметом исследования ряда авторов: А.А. Габиани, Н.И. Заго-родникова, М.Н. Дружинина, К.А. Карповича, О.В. Колесника, Г.М. Миньков-ского, Н.А. Мирошниченко, А.А. Музыки, Л.П. Николаевой, М.Ф. Орлова и др. В настоящий момент различные аспекты противодействия незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ отражены в исследованиях таких ученых, как Н.М. Абдиров, P.O. Авакян, М.Я. Айнбиндер, Ю.М. Анто-нян, Э.А. Бабаян, О.И. Бажанов, Н.А. Беляев, Т.А. Боголюбова, Т.И. Ваулина, И.М. Гальперин, Э.Г. Гасанов, И.В. Демидов, Г.Н. Драган, В.Н. Дранников, В.А. Зелик, Б.Ф. Калачев, B.C. Комиссаров, А.Н. Кравченко, Г.М. Меретуков, А.В. Наумов, П.Н. Сбирунов и др.

Следует отметить, что возросло внимание научной общественности к проблемам незаконного культивирования запрещенных к возделыванию рас­тений, содержащих наркотические вещества. Но все же проблема эта не полу­чила достаточного научного освещения в юридической литературе. К тому же практически отсутствуют монографические исследования, посвященные не­посредственно изучению проблем незаконного культивирования запрещен­ных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества.

Объект и предмет исследования. Объектом диссертационного исследования выступает совокупность общественных отношений, возникающих по поводу совершения преступлений, связанных с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества.

Предмет исследования включает в себя нормы действующего уголов­ного законодательства об ответственности за преступления, связанные с не­законным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содер­жащих наркотические вещества, статистические показатели по данной кате­гории деяний, а также факторы, детерминирующие осуществление данных преступлений и меры по их предупреждению.

Цель диссертационного исследования. Основная цель работы состо­ит в том, чтобы на основе теоретических исследований, изучения эмпириче­ского материала и статистических данных провести комплексное уголовно-правовое и криминологическое изучение проблем борьбы с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих нар­котические вещества, разработать научно обоснованные предложения, на­правленные на совершенствование уголовного законодательства, а также практики.применения уголовно-правовых средств борьбы с рассматривае­мым преступлением в деятельности правоохранительных органов.

Эта цель опосредуется более конкретизированными задачами иссле­дования:

  • проанализировать историю развития ответственности за незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих нар­котические вещества;

  • провести анализ объективных и субъективных признаков незаконного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих нар­котические вещества;

- выявить факторы, детерминирующие совершение преступлений, свя­занных с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию рас­тений, содержащих наркотические вещества;

- изучить состояние и динамику рассматриваемого преступления;

  • исследовать личность преступника, совершающего незаконное куль­тивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркоти­ческие вещества;

  • выявить роль правоохранительных органов в борьбе с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих нар­котические вещества;

- определить основные направления противодействия незаконному культивированию запрещенных к возделыванию растений, содержащих нар­котические вещества.

Методология и методика исследования. Методологической основой исследования является диалектический метод познания. В процессе работы использовались общенаучные методы исследования: исторический, систем­но-структурный, сравнительного анализа, а также частно-научные методы: статистический, изучение материалов уголовных дел, анкетирование сотруд­ников правоохранительных органов. Диссертация основана на концептуаль­ных положениях уголовного права и криминологии, а также на научных тру­дах по уголовно-процессуальному, уголовно-исполнительному праву, по фи­лософии, социологии, медицине и психологии.

Нормативной базой исследования являются: Конституция Россий­ской Федерации, уголовное законодательство России, Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» и другие нормативно-правовые акты по теме исследования.

Эмпирическую основу исследования составили статистические дан­ные о преступлениях, связанных с незаконным культивированием запрещен­ных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, на тер­ритории Российской Федерации в период с 1997 по 2004 гг. и результаты их анализа, результаты изучения 120 уголовных дел, рассмотренных с 1998 по 2004 гг. федеральными судами Южного федерального округа. Автором ис­пользованы статистические сведения ГИЦ МВД РФ, ИЦ ГУМВД при ЮФО, результаты, полученные при анкетировании 100 сотрудников правоохрани­тельных органов.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что в диссертации предпринята попытка комплексного исследования уголовно-правовых и криминологических аспектов незаконного культивирования за­прещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества. К новым результатам исследования можно отнести объемный исторический анализ нормативных документов, регламентирующих ответственность в сфе­ре незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ; рассмотрение проблем применения уголовно-правовых норм об ответствен­ности за незаконное культивирование запрещенных к возделыванию расте­ний, содержащих наркотические вещества; представлены предложения по совершенствованию уголовного законодательства об ответственности за не­законное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содер­жащих наркотические вещества, а также практики его применения; выявлена роль правоохранительных органов в борьбе с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещест­ва; рассмотрены особенности криминологической характеристики незакон­ного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества; всесторонне проанализированы факторы, детерми­нирующие незаконное культивирование запрещенных к возделыванию рас­тений, содержащих наркотические вещества, что в целом дало возможность лучше понять природу этого вида преступления и на этой основе предпри­нять меры по его предупреждению.

Основные положения, выносимые на защиту, вытекают из целей и задач диссертационного исследования:

  1. Изучение развития российского уголовного законодательства об от­ветственности за преступления, связанные с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещест­ва, позволяет выявить достаточно четко проявляющуюся закономерность за­висимости национального законодательства от международно-правовых норм, регламентирующих правоотношения в сфере незаконного оборота нар­котических средств и психотропных веществ, и о влиянии последних на внутригосударственные уголовно-правовые нормы.

  2. В целях совершенствования практики применения норм об ответст­венности за незаконное культивирование запрещенных к возделыванию рас­тений, содержащих наркотические вещества, мы предлагаем следующие оп­ределения понятий, используемых законодателем для единообразного толко­вания данной нормы:

под посевом запрещенных к возделыванию растений следует понимать посев семян или высадку рассады без надлежащего разрешения на любых зе­мельных участках, в том числе на пустующих землях. Преступление призна­ется оконченным с момента посева независимо от последующего всхода либо произрастания растений;

под выращиванием запрещенных к возделыванию растений понимается уход за посевами и всходами с целью доведения их до стадии созревания;

культивирование означает создание специальных условий для посева и выращивания наркотикосодержащих растений. Наряду с этим под их культи­вированием следует понимать также совершенствование технологии выра­щивания растений, содержащих наркотические вещества, выведение новых сортов, повышение их урожайности, развитие устойчивости к неблагоприят­ным погодным условиям, уход за дикорастущими растениями (например, рыхление почвы, полив).

3. Предложения по совершенствованию уголовного законодательства:
поскольку часть наркотикосодержащих растений культивируется за-
конно в промышленных целях с получением лицензии на этот вид деятельно-
сти, то необходимо предусмотреть ответственность лишь за «незаконное культивирование», т.е. посев и выращивание растений, содержащих наркоти­ческие вещества с нарушением установленного порядка;

поскольку наркотикосодержащие растения на ранних стадиях своего развития и произрастания фактически не содержат наркотические вещества, наличие которых необходимо при проведении экспертизы об их относимости к запрещенным для возделывания и культивирования, мы предлагаем допол­нить диспозицию ч. 1 ст. 231 УК РФ указанием на то, что к таковым следует относить наркотикосодержащие растения независимо от фазы развития рас­тения;

содержащееся в законе указание на то, что предметом преступления, предусмотренного ст. 231 УК РФ, являются также «другие растения, содер­жащие наркотические вещества», порождает определенные трудности при толковании данной нормы. Необходимо либо включение наименования таких растений в соответствующие документы, либо разработка отдельного переч­ня их наименований как приложения к нормативно-правовым документам, а ст. 231 УК РФ должна быть подвергнута редакционному изменению;

в результате уголовно-правового и криминологического исследова­ния мы пришли к выводу, что ст. 231 УК РФ необходимо дополнить ча­стью третьей с введением особо квалифицирующих признаков. Таким об­разом, редакция ст. 231 УК РФ может быть представлена следующим обра­зом: «Статья 231. Незаконное культивирование запрещенных к возделыва­нию растений, содержащих наркотические вещества.

1. Незаконные посев или выращивание, а равно незаконное культиви-
рование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические
вещества, независимо от фазы развития растения -

наказываются....

2. Те же деяния, совершенные:

а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

б) отменена;

в) в крупном размере, -
наказываются....

3. Деяния, предусмотренные частью первой настоящей статьи, совер-
шенные:

а) лицом с использованием своего служебного положения;

б) преступным сообществом (преступной организацией);

в) в особо крупном размере, -
наказываются...».

  1. Выявлен комплекс факторов, детерминирующих незаконное культи­вирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотиче­ские вещества, среди которых необходимо выделить следующие: отсутствие государственной уголовной политики, общегосударственной концепции и программы борьбы с незаконным культивированием запрещенных к возде­лыванию растений, содержащих наркотические вещества; снижение эффек­тивности деятельности правоохранительных органов; слабая материально-техническая обеспеченность подразделений и служб правоохранительных органов, осуществляющих непосредственную борьбу с этим видом преступ­ления; высокая коррумпированность служащих и государственных чиновни­ков; неприятие должных мер по уничтожению сырьевой базы изготовления наркотиков, особенно дикорастущей конопли, опийного мака, который слу­жит сырьем для изготовления примерно 70 % наркотиков; сложная экономи­ческая ситуация в государстве; духовная дезориентация значительной части российского населения.

  2. Выявлена роль правоохранительных органов в борьбе с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих нар­котические вещества. Следует отметить отсутствие на практике эффективной координации и взаимодействия правоохранительных ведомств России в борь­бе с данным видом преступления и нечеткое правовое разграничение их ком­петенции.

6. Комплекс криминологических и иных мер противодействия незакон­ному культивированию запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, которые связаны с устранением либо нейтрализаци­ей факторов, детерминирующих совершение этого преступления.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного ис­следования заключается в анализе теоретических и прикладных проблем применения норм, предусматривающих ответственность за совершение пре­ступлений, связанных с незаконным культивированием запрещенных к воз­делыванию растений, содержащих наркотические вещества.

Эмпирическая база диссертации, а также ее основные положения, выводы и предложения могут быть использованы в следующих направлени­ях: дальнейшей разработке вопросов исследования преступлений, связанных с незаконным культивированием запрещенных к возделыванию растений, со­держащих наркотические вещества в рамках уголовного права и криминоло­гии, в совершенствовании действующего уголовного законодательства, со­вершенствовании правоприменительной практики, для выработки наиболее эффективных мер противодействия и профилактики данных преступлений, использовании в учебном процессе высших учебных заведений юридическо­го профиля при преподавании курсов «Уголовное право», «Криминология», а также в системе повышения квалификации сотрудников правоохранительных органов.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выво­ды диссертационного исследования были изложены автором на научно-практических и научно-теоретических конференциях, научно-практических семинарах (г. Ростов-на-Дону, г. Краснодар).

Основные положения проведенного диссертационного исследования в форме научного доклада обсуждались на кафедре уголовного права РЮИ МВД России. Выводы и предложения, сформулированные в диссертации, от­ражены в пяти научных публикациях автора.

Структура работы определена целями и задачами исследования и со­стоит из введения, трех глав, объединяющих шесть параграфов, заключения и списка используемой литературы. Объем и оформление диссертационного исследования отвечает требованиям, предъявляемым ВАК Министерства об­разования и науки России.

ГЛАВА I. ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ УГОЛОВНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НЕЗАКОННОЕ КУЛЬТИВИРОВАНИЕ ЗАПРЕЩЕННЫХ К ВОЗДЕЛЫВАНИЮ РАСТЕНИЙ, СОДЕРЖАЩИХ НАРКОТИЧЕСКИЕ ВЕЩЕСТВА
Вступая в третье тысячелетие, человечество оказалось перед пробле­мой существования многих глобальных угроз для дальнейшего своего разви­тия. Одной из наиболее важных таких угроз является распространение нар­комании. Среди наиболее выделяемых предпосылок ее существования и дальнейшего распространения нами рассматривается незаконное культиви­рование (выращивание, посев) запрещенных к возделыванию растений, со­держащих наркотические вещества.

Наркомания имеет глубокие исторические корни. Как отмечает про­фессор В.Н. Басилов, уже в каменном веке посредством магических обрядов и церемоний, связанных с плодородием и охотой, человек пытался изменить состояние сознания не только в медицинских целях5.

Существует гипотеза, что первое знакомство человека с наркотиками произошло примерно 40 тыс. лет до нашей эры. Из документов и историче­ских хроник известно, что шумеры, китайцы, индусы, древние греки, ацтеки и сибирские племена хорошо знали действие некоторых наркотиков и ис­пользовали их для своих целей. Отдельные наскальные рисунки позволяют предположить, что уже тогда посредством магических обрядов и церемоний, связанных с плодородием и охотой, человек пытался изменить состояние сознания.

5См.: Басилов В.Н. Избранники духов. М, 1984. С. 71.


15
Так как чаще всего носителями чудодейственных свойств были расте­ния, обладающие сильными психоактивными свойствами, люди были склон­ны приписывать волшебные свойства всем растениям, в том числе и совер­шенно нейтральным. Первобытный человек считал растение святыней и соб­ственностью бога, поэтому потребление всевозможных субстанций расти­тельного происхождения строго контролировалось колдунами, жрецами, ша­манами. .

Уже в дописьменный период имеются свидетельства того, что люди знали и использовали психоактивные наркотические вещества, находящиеся в различных растениях, потребление которых влияло на сознание, вызывало физиологические и психические изменения. В основном данные вещества применялись в религиозных обрядах или при проведении медицинских про­цедур6.

Так, в странах Индокитая действовали традиции потребления листьев каннабиса; в Юго-Восточной Азии было распространено потребление раз­личных опиатов (опиум-сырец, гашиш и некоторые другие). Такого рода не­медицинское потребление наркотических веществ было немассовым и объ­яснялось преимущественно национальными и религиозными традициями.

6 См.: Мирошниченко Н.А., Музыка А.А. Уголовно-правовая борьба с нарко­манией. Одесса, 1988. С. 34.


См.: Крашенинникова Н.А. История права Востока. М., 1994. 8 См.: Гомер. Одиссея / Пер. В.А. Жуковского. СПб., 1902. С. 183-184.
Упоминание о наркотиках можно найти в таблицах Шумерского госу­дарства, возникшего в III тыс. до н. э. Около 2700 г. до н.э. в Китае уже ис­пользовали коноплю. Император Шен Нун предписывал своим подданным принимать ее в качестве лекарства от подагры и рассеянности7. В знаменитой «Одиссее» Гомер указывает на чудесный «сон» - средство веселья, употреб­ляемое египтянами8. В VIII в. до н.э. существует письменное упоминание древнегреческого поэта Гостода о снотворном маке. Древние египтяне в пе­риод Рамзеса II (XIII в. до н.э.) выращивали и употребляли растения, вызы­вающие бред и мечтательное состояние. В «Истории» Геродота (550-625 гг. до н. э.) сказано: «В скифской земле произрастает растение, похожее на лен, но гораздо толще и крупнее...». При сжигании стебли конопли производили дым, вызывающий опьянение. В священных книгах (V-VI вв. до н.э.) также

указывалось на опьяняющее действие индийской конопли9. Ее употребление было обязательным в период отправления религиозных церемоний и обря- 1 дов, а также национальных празднеств.

Климатические условия азиатских государств способствовали широко­му распространению производства наркотиков. Незнание того, к каким по­следствиям ведет наркомания, сопровождалось отсутствием элементарной медицинской помощи, что и вело к пагубным последствиям. В Индии, к при­меру, опий давали даже двухнедельным детям, чтобы они крепко спали и не мешали женщинам работать.

Например, в дхармашастре Ману (II в. до P. X. - II в. после P. X.) со­держится строгое предписание о соблюдении правил сословного потребления сомы: «У кого имеется трехлетний (запас) продовольствия, достаточный для содержания челяди, или даже более того, тот достоин пить сому»10. Сома — точно неидентифицированное растение или гриб, из которого получали нар­котик галлюциногенного действия11.

Первым, упоминаемым в истории, растением с психоактивными свой­ствами был мак. По словам И.Н. Пятницкой, опий известен человечеству по крайней мере в течение шести тысяч лет12. Еще 5 тыс. лет назад он использо­вался шумерами, жившими на землях Нижней Месопотамии (территория со­временного Ирака). На глиняных табличках, обнаруженных много веков спустя в Ниппуре, остались рекомендации по приготовлению и употребле­нию опия. Шумеры называли его «гиль», что означает «радость». Они также знали и использовали психофармакологические эффекты многих других рас­тительных субстанций.

9 См.: Овсянников-Куликовский Д.Н. Основы вежизма (культуры огня и опь­яняющего напитка). Собр. соч. Т. 6. СПб., 1909. С. 172,231. 10См.: Законы Ману / Пер. С.Д. Эльмановича, проверенный и исправленный Г.Ф. Ильсиным. М., 1992. С. 228.

пСм.: Топорков В.Н. Сома // Мифы народов мира: Энциклопедия. М., 1982. С 462-463.

12См.: Пятницкая И.П. Клиническая наркология. Л., 1975. С. 57.

17

Народы критской цивилизации возводили статуи богини мака, украшая ее голову надрезанными маковыми головками, из которых сочился чудесный сок. В VII в. до н.э. Гесиод сообщает о существовании Микен - города мака13.

В VII в. арабы расширили границы выращивания мака от Малой Азии до Индии и Китая. Они считали мак священным растением, которое открыва­ет врата рая тем, кто его употребляет.

Другим широко используемым растением, обладающим галлюциноген­ным действием, является конопля. В Индии упоминания о дикой индийской конопле (бханг) относятся к XVIII - XIX вв. до н.э.14 О гашише (изготавливае­мом из конопли) как лекарстве от кашля и поноса говорится в 2737 г. до н.э. в лечебнике китайского императора Шен Нуна15. В древнем Китае гашиш при­менялся как обезболивающее средство при хирургических операциях. В Ин­дии он использовался как лекарство. Снадобья, приготовленные из каннаби-са, находят в раскопках более чем 3-тысячелетней давности (например, в Си­бири в склепах были обнаружены табакерки с перетертыми соцветиями рас­тения). Конопля была хорошо известна в античном мире. Хирург Доскорид, использовавший каннабис для анестезии, упоминает о его способности вы­зывать «доставляющие удовольствие фантомы и образы»16. О действии опия упоминает и Геродот , описывая обряды очищения у скифов, которые, ук­рывшись в шатрах, бросали на раскаленные камни семена конопли и вдыхали пары, «вызывающие радость».

13См.: Наркотики: Социальные, медицинские и правовые аспекты: Справоч­ник / Авт. - сост.: И.Н. Кузнецов, А.С. Купрейчик. М., 2001. С. 8. 14См!: Кудрин А.Н., Скакун Н.П. Злейший враг. М., 1990. С. 37. 15См.: Наркотики: социальные, медицинские и правовые аспекты. М., 2003. С. 8.

,6См.: Михин В.М., Дюбин Е.А. Указ. соч. С. 95.


См.: Габиани А.А. На краю пропасти: наркомания и наркоманы. М., 1990. С. 4.
В средние века использование конопли постепенно запрещают. Гоне­ния начались в XII столетии в Испании, а потом и во Франции. В 1484 году Папа Иннокентий VIII объявил каннабис неосвещенным причастием сата­нинской мессы. Именно поэтому официальной наукой это древнейшие и

весьма распространенное растение было «замечено» относительно недавно, лишь в 1753 году это сделал К. Линней. Во времена правления Тамерлана (1336-1405 гг.) потребители наркотиков, а особенно торговцы сомы, подвер-гались строгим мерам наказания . Власти Китая на протяжении целого сто­летия предпринимали отчаянные усилия по контролю за наркотиками (эдик­ты 1729, 1799, 1808, 1809,1815 гг.).

В России, среди народов Средней Азии, также существовала многове­ковая традиция принимать наркотики как всеисцеляющее средство. Мусуль­манские лекари рекомендовали опий от различных болезней: лихорадки, го­ловной и зубной боли, болезни глаз и ушей.

Коран запрещал употреблять вино, но не ограничивал потребление наркотиков. Поэтому мусульмане стали использовать наркотик в лечебных, расслабляющих и увеселяющих целях. На каждом большом среднеазиатском базаре был так называемый «пояклик базар», на котором продавали анашу, опий и другие наркотические средства.

С XVI в. опий весьма широко применяется в медицинских целях. Толь­ко в конце XIX в. было установлено, что употребление опия или содержащих его препаратов вызывает патологические изменения организма, которые раньше рассматривались как следствие вырождения.

Интерес к конопле как лекарству возобновляется в середине XIX века. В 1839 году английский врач У. Шонесси, член Королевской Академии наук, опубликовал работу об успешном применении каннабиса в качестве обезбо­ливающего средства при лечении ревматизма, судорог и конвульсий.

18См.: Анцыферов Л.В. Гашишизм в Туркестане и психозы в связи с ним // Туркестанский медицинский журнал. Ташкент, 1923. Т. 2. № 10-12. С. 307.


19
До 1937 конопля предписывалась как основной препарат для лечения более чем 100 различных заболеваний. Например, в американской фармако­логии она применялась как средство от астмы, мигрени, герпеса, артрита, ревматических болей, дизентерии, бессонницы и различных неврологических расстройств. Но вред от конопли превысил медицинскую пользу. Ее стали законодательно запрещать во всем мире. Сначала в 1864 году в Египте; за­тем, спустя еще почти столетие, коноплю запретили на самом высоком уров­не: на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Париже 19 ноября 1948 года был подписан Протокол о международном контроле за наркотическими средствами, среди которых числилась и конопля.

Хотя история распространения опиума в Азии исчисляется тысячеле­тиями, всеобщее использование началось только в XVIII в., после того как на рынки континента вышла британская компания, которая владела монополией на производство опиума в Бенгалии и продавала его в Китай. Великобрита­ния и другие колониальные державы вынудили Китай отказаться от усилий по ограничению торговли опием. Опиумные войны (1842 и 1857 гг.) привели к легализации импорта опия и открыли двери для его свободного притока из Британской Индии. Курение опия получило широкое распространение, в ре­зультате чего увеличилось культивирование опийного мака и производство опия в самом Китае. В 1906 году в стране было произведено 30 тыс. тонн и дополнительно импортировано 3,5 тыс. тонн опия. Таким образом, в начале XX в. объем потребления опия только в Китае превышал 3 тыс.-тонн в мор-финовом эквиваленте.

Таким образом, на рубеже XIX — XX веков широкое распространение немедицинского потребления наркотиков начало перерастать в серьезную социальную проблему, вызвавшую ограничительные меры со стороны ряда государств. Однако для эффективной борьбы с этим социальным злом требо­вались уже не только национальные, но и согласованные меры государств в международном плане. Возникла объективная необходимость в разработке и реализации совместных межгосударственных соглашений, в принятии дейст­венных правовых норм по международному сотрудничеству, позволяющих государствам осуществлять согласованные меры как против наркотизма в целом, так и против конкретных форм его проявления, в установлении внут­ригосударственного и международного контроля за использованием нарко­тических средств и их употреблением. В частности, серия законов, направ­ленных на запрещение опиякурения и разведения опийного мака, на пресече­ние контрабанды наркотических средств, была принята в Китае.и Индии19. В 1868 г. был издан Акт формации, который требовал регистрации продаю­щихся в аптеках лекарственных средств. В 1909 г. издан Акт запрещения опийных препаратов.

Международно-правовой контроль над наркотиками имеет почти сто­летнюю историю. Первым опытом установления международного контроля за наркотическими средствами и принятия мер против наркомании на меж­дународном уровне можно считать Шанхайскую опиумную комиссию - пер­вый международный форум по вопросам наркотиков, заседания которой про­ходили с 5 по 26 февраля 1909 года в Шанхае. В ее работе приняли участие 13 государств. Комиссия положила начало международному контролю над распространением наркотических средств и предопределила направления международно-правовой помощи в этой сфере. На ее заседаниях были приня­ты документы об ограничении оборота наркотиков между государствами.

Работа Шанхайской опиумной комиссии сыграла важную роль, офици­ально положив начало борьбе с наркоманией на международном уровне и ор­ганизации международного контроля над распространением наркотиков.

Следующим этапом стала Международная конференция по опиуму, проходившая в Гааге с 1 декабря 1911 года по 23 января 1912 года. В ней приняли участие представители различных государств. В ходе ее работы бы­ла выработана и принята первая в истории Конвенция о наркотиках (так на­зываемая Гаагская конвенция), где были определены конкретные виды нар­котических средств, употребление которых ставилось под международный контроль. С 1921 г. постоянный контроль над наркотиками осуществляется в рамках Лиги Наций.

19См.: ООН. «Бюллетень по наркотическим средствам». 1965. Т. XVII. № 3. С. 1-31.

Начало Первой мировой войны внесло свои коррективы в развитие ме­ждународно-правового контроля над распространением наркомании. Однако время шло, а данная проблема не исчезала и ставила новые задачи по ее ис­коренению. И уже на Женевской конференции по опиуму 1924-1925 гг. при­нято Соглашение от 11 февраля 1926 года о признании производства кури­тельного опиума подлежащим передаче в государственную монополию. На второй Женевской конференции по опиуму принята Конвенция от 19 февра­ля 1925 года о производстве наркотиков только для законных потребностей государств, которая расширила список наркотических средств.

В Женеве 13 июня 1931 года подписана ив 1933 году вступила в силу международная Конвенция об ограничении производства и о регламентации распределения наркотических средств.

28 июня 1936 года в Женеве заключена Конвенция о борьбе с неле­гальной торговлей сильнодействующими средствами, установившая возмож­ность международного уголовного преследования за преступления, связан­ные с наркотиками, и значительно более суровые уголовные наказания за их совершение, чем наказания, предусмотренные предыдущими конвенциями.

Вторая мировая война вновь отодвинула проблемы международного сотрудничества и контроля в области наркотических средств. Однако после ее окончания эта проблема вновь встала на повестке дня. В этой связи были приняты международные акты, в той или иной степени регламентирующие отношения, возникающие в этой сфере. Среди них представляют интерес следующие. Во-первых, Протокол о наркотиках, подписанный в Лейк-Саксессе 11 декабря 1946 года20, в котором вносились изменения в уже имеющиеся соглашения, конвенции и протоколы о наркотических средствах. В нем затрагивались вопросы, возникшие в связи с роспуском Лиги Наций и передачей ее некоторых функций по контролю над наркотическими средст­вами Организации Объединенных Наций.


См.: Сборник действующих соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. М., 1956. Вып. 13. С. 480-487; Сборник дейст­вующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с ино­странными государствами. М., 1970. Вып. 23. С. 130.

Во-вторых, Протокол о распространении международного контроля на лекарственные вещества, не подпадающие под действия Конвенции от 13 июля 1931 года об ограничении производства и регламентации распределе­ния наркотических средств, который был подписан в Париже 19 ноября 1948 года. В соответствии с данным документом подписавшие его страны обяза­лись информировать ООН о любом веществе, способном привести к зло­употреблению им, а также распространить контроль на синтетические нарко­тики, которые появились к тому времени и не были предусмотрены ни в од­ном из ранее принятых международных актов.

23 июня 1953 года в Нью-Йорке на конференции ООН по опиуму под­писан Протокол, включающий Преамбулу и Заключительный акт, о контроле за сырьевыми материалами (опийным маком).

В Нью-Йорке на конференции ООН в 1961 году принята Единая Кон­венция о наркотических средствах, которая практически заменила одним до­кументом всю совокупность ранее принятых по этим вопросам международ­ных актов (кроме некоторых пунктов Конвенции 1936 года), сократила число договорных международных органов, ведающих контролем над наркотиче­скими средствами, установила контроль над производством наркотического сырья. Конвенция учредила два органа международного контроля над нарко­тическими средствами: Комиссию по наркотическим средствам Экономиче­ского и социального совета ООН и международный Комитет по контролю над наркотиками Организаций Объединенных Наций, наделив названные ор­ганы широкими полномочиями по осуществлению контроля в этой сфере.

В Вене в 1971 году на специальной дипломатической конференции принята Конвенция об установлении контроля над психотропными средства­ми21.

В Вене в 1988 году на конференции ООН принята Конвенция по борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных ве-


См.: Анисимов Л.Н. Наркотики: правовой режим. Л., 1974. С. 134-143.

ществ . В Конвенции ООН 1988 года содержатся рекомендации признать во внутригосударственном законодательстве уголовными преступлениями кон­кретные преднамеренные действия, расширенный перечень которых включен Конвенцией в понятие «незаконный оборот».

В Париже, в соответствии с решением глав государств или прави­тельств семи ведущих индустриальных стран и председателя Комиссии Ев­ропейских сообществ, на пятнадцатой встрече в верхах по экономическим вопросам в июне 1989 года была учреждена специальная оперативная группа по финансовым вопросам, касающимся отмывания денежных средств, добы­тых преступным путем, на основании рекомендаций которой Международ­ный совет по контролю над наркотиками предложил всем правительствам принять и эффективно применять законодательные акты о борьбе с отмыва­нием денег, нажитых в результате незаконного оборота наркотиков.

Проведение многочисленных комиссий, конференций и принятых ими документов, соглашений, конвенций и протоколов, направленных на проти­водействие распространению наркомании в международном масштабе, а также создание специальных международных органов и организаций, при­званных реализовать решения, содержащиеся в этих документах, не оставля­ют сомнений в серьезности намерений и действий мирового сообщества по борьбе с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных ве­ществ.

Наркотики не имели широкого распространения на территории России до недавнего времени. Однако определенная часть народа ими пользова­лась23.


См:: Ведомости Съездов народных депутатов СССР Верховного Совета СССР. 1990. №42. С. 842.
23См.: Калачев Б.Ф. Сели на иглу // Российская Федерация. 1995. № 7. С. 40.

Первые упоминания о проблеме употребления наркотиков на террито­рии Древней Руси дошли до нас из текстов различных вариантов Русской Правды, Княжеских Уставов и Грамот, принятых VIII по XI в. Данный исто-

рический период характеризовался острым противоборством между распро­странявшей свое влияние на территории Древней Руси Православной Церко­вью и жрецами славянского язычества. Во времена, предшествующие Кре­щению Руси, жрецы являлись административной инстанцией княжеской вла­сти, занимающейся контролем оборота зелья (наркотиков) в лечебных и об­рядовых целях. Так, еще до установления христианства языческие жрецы следили за тем, чтобы в общинах не было злоупотребления наркотическими средствами и чтобы они использовались строго в лечебных целях. Таких препаратов, получаемых из различных трав, мхов, ягод и грибов было из­вестно свыше ста наименований.

С Крещением Руси (938-939 гг.) функция контроля за зельем перехо­дит от жрецов к церкви. Священнослужители, наделенные полномочиями ро­зыска, изобличения и поимки лиц, незаконно занимавшихся оборотом нарко­тиков в формах «ведьства», «зелиничства», «потворов», «чародеяния», «вол­хования», стали преследовать жрецов, волхвов и других представителей язы­чества. Нарушителей правил обращения с зельем по Уставу князя Владимира Мономаха «О десятинах, судах и людях церковных» (XI — XII века) предпи­сывалось подвергать жестокому преследованию вплоть до лишения жизни24. Широкое распространение в это время получили такие виды наказания, как взыскание штрафа в пользу митрополита и сжигание на костре.

Борьба Церкви с представителями язычества продолжалась до XV века. Принятые во второй половине XV века Судебники 1497, 1550 гг. и Стоглав 1550 г. значительно облегчили церковной и монашеской администрации борьбу с незаконным оборотом наркотиков. Данные нормативно-правовые акты значительно систематизировали разрозненные «антинаркотические» нормы древнерусского права.

24См.: Мусаев А.Н., Сбирунов П.Н., Целинский Б.П. Противодействие неза­конному обороту наркотических средств. М., 1998. С. 105.


25
Позднее полицейские функции в области государственной монополии по охране медицинского обслуживания населения, в том числе я наркосо­держащими лекарствами, Соборное уложение 1649 года передает от церкви к воеводам, подчиненным Земскому приказу (в пределах г. Москвы) и Разбой­ному приказу (в пределах Московского уезда). Согласно положениям Собор­ного Уложения 1649 года к числу наркотиков был причислен табак, курение которого из рога строжайше преследовалось.

С 1672 года на территории Руси повсеместно открываются аптеки, на­зываемые в народе «кухнями ведьм». Это приводит к частичной передаче контроля за использованием наркотикосодержащих лекарств аптекарям и ле­карям.

В 1715 году Петр I Воинскими Артикулами ввел незаконное врачева­ние в разряд политических преступлений «против веры». Во времена царст­вования Петра I действия, заключавшиеся в применении одурманивающих средств, относились к разряду политических преступлений. С развитием со­общения между Турцией и европейской частью Российской империи, в пер­вую очередь Москвой и Санкт-Петербургом, проблема наркотиков становит­ся еще более актуальной.

Закон от 23 апреля 1733 года «Об учреждении полиции в городах» и «Устав благочиния», а также «Полицейский устав» от 8 апреля 1782 года предоставляют право чинам полиции пресекать незаконные действия с нар­котиками, лекарствами и наркотикосодержащими растениями, а также осу­ществлять наказание виновных лиц.

Развязанные Англией в XIX в. «опиумные» войны 1840-1842, 1856-1860 гг. обернулись трагедией для населения не только Китая, но и сопре­дельных государств, в частности приграничных с ним территорий России.

В 50-е гг. позапрошлого столетия, при занятии Амурской и Примор­ской областей, Российское правительство столкнулось с проблемой опиумо-курения местного населения. Последовал строгий указ о его запрещении, а в 70-е гг. этого же века, при присоединении Туркестанской области, последо­вал такой же указ и о запрещении курения гашиша.

Закон, изданный Российским государством, не был эффективен, пото­му что кроме запретов, других мер, а именно: финансовой, административ­ной, уголовной или иной ответственности не предусматривал. Финансовую ответственность несли лица, занимающиеся контрабандой наркотиков, а по­требление, хранение, производство, приобретение, сбыт наркотиков и выра­щивание наркотикосодержащих культур Российское государство запрещало,

25

но за это не было установлено ответственности . Да и надлежащего контро­ля не было. Этим воспользовались другие государства, и наркотики контра­бандным способом хлынули в Россию.

В 1871 году по приказу Николая I русский экспедиционный корпус ок­купировал долину Или, где в основном проживали дунгане и уйгуры, кото­рые исповедовали ислам. Они находились с китайскими властями в острой конфронтации, так как намеривались создать суверенное Дунганское госу­дарство. Эти народы занимались в основном торговлей и воспользовались началом опиумных войн против китайцев в своих целях: стали производить опиум и очень прибыльно сбывать его.

В связи с запрещением гашиша в Туркестане большую его часть стали получать из китайского Туркестана, однако ввиду Ливадийского договора 1881 г., сильно стеснившего производство наркотиков в китайском Туркеста­не, он стал доставляться главным образом из Бухары26. В 80-е г. колониаль­ные английские власти в Индии приняли строгие меры, чтобы в русско-китайский Туркестан гашиш не проникал контрабандным способом через аф­ганскую границу.


См.: Конспект курса уголовного права (Общая и Особенная часть) профес­сора Белогриц-Котляровского. Киев, 1893. С. 498.
См.: Остроумов С.С. Преступность и ее причины в дореволюционной Рос­сии. М, 1960. С. 338.

Борьба с контрабандой наркотиков ни в России, ни в Китае не достигла своих целей. Китайская политика борьбы с опиумо-гашишокурением отличалась от поли­тики России. Она заключалась в том, что, запрещая распространение и продажу наркотиков иностранцам, своему населению никогда не воспрещалось разведение мака и конопли для различных целей, в том числе и производства наркотиков.

Отвод в 1882 году войсковых частей обратно, в Туркестанский край, повлек за собой отток из Поднебесной некитайских народов - около двухсот тысяч уйгуров, дунган, казахов, которых китайцы намеревались уничтожить физически за сепаратизм и наркобизнес. Российские власти разрешили ино­странцам осесть в Туркестанском крае, преимущественно в районе озера Ис­сык-Куль. Именно с этого момента можно говорить о широкомасштабном развитии культивирования растений, содержащих наркотические вещества и наркобизнеса в России.

Со временем переселенцы (через оставшихся в Северной Манчжурии родственников и другие связи) наладили контрабандные поставки наркоти­ков на русско-китайской границе. В преступный бизнес оказались вовлечены кочевые племена киргизов и казахов, а также русские колонисты.

В такой же закономерной последовательности складывалась наркоси­туация и на Дальнем Востоке. На границе наркотики изымались десятками тонн. Но здесь организаторами наркобизнеса являлись китайцы, в основном беглые или высланные после крестьянских бунтов. Проблема распростране­ния наркомании и незаконного оборота наркотиков приобретает особую ак­туальность в связи с интенсивной миграцией китайцев и корейцев на Даль­ний Восток после поражения России в войне с Японией в 1904-1905 гг.

До начала XX в. практически не существовало ограничения на произ­водство и потребление наркотиков27. Известны случаи, когда государство не запрещало наркотики, а, наоборот, содействовало процветанию торговли ими.


См.: Омельченко И.В. Историческое развитие китайской мафии. М., 1997. С. 149.
Своими репрессивными мерами государственные деятели России дали толчок Китаю, Персии, Турции и Египту к увеличению площадей посевов маковых и конопляных полей для специального производства наркотиков, которые позже контрабандным путем ввозились в Россию. Китай никогда не упускал из виду экономическую выгоду подобного рода. Кстати, его госу-

дарственные деятели понимали, что рано или поздно вступят в бой с Англией из-за ввоза индийского опиума, и они подготовили его в таком количестве, что могли регулировать опийный рынок, как им было угодно. Особенно это стало очевидно, когда Китай накануне Русско-японской войны в договоре, заключенном с Соединенными Штатами Северной Америки от 8 октября 1903 г., объявил, что вопрос об опиуме он оставляет открытым .

Это позволяет сделать вывод об увеличивающихся темпах контрабанд­ного ввоза наркотиков (опиума, гашиша, анаши) через российско-китайскую границу, где на российской территории Дальнего Востока проживало много китайцев, курящих опиум в гораздо большем количестве, нежели население, проживающее вдоль персидской границы.

К сожалению, в дореволюционный период в России не велся статисти­ческий учет по перемещению наркотиков через китайскую границу, да и ки­тайское правительство не регистрировало отпуск наркотиков на Дальний Восток. Что касается персидской границы, то российский государственный агент П. Веденский обратил на это внимание и составил донесение о контра­бандном ввозе наркотиков в Россию29. Только в течение 1904 г. через одну персидскую границу контрабандным способом в Россию поступило 26 881 пуд опиума на сумму почти 2,5 млн рублей.

Один из первых российских законодательных актов, направленных на

in

28См.: Приложение тракта СШ Северной Америки с Китаем от 8.10.03 г. // Сборник договоров Дальнего Востока за 1895 - 1905 гг. СПб., 2000. С. 101.


См.: Сборник консульских донесений, изданных МИД за 1906 г. Статья П. Веденского, состоявшего при миссии в Тегеране. М., 1906. С. 349. 30См.: Уголовное Уложение 1903 г. СПб., 1904. С. 20.

29
борьбу с незаконным оборотом наркотиков, - Уложение 1903 г. Несмотря на его появление, в 1905 г. ввоз наркотиков в Россию увеличился в 20 раз. Даже Китай и Турция как главные рынки персидского опиума получили нар­котиков меньше, чем Россия. Отпуск его в Китай тогда составил 70 412 бат­манов (батман равен 14 фунтам) на сумму 12 669 650 кранов, в Россию же было ввезено 76 803 батманов на сумму 13 509 545 кранов. Вообще, ни по одной статье персидского экспорта ввоза за отчетный год не наблюдался та­кой сильный рост, как по ввозу опиума. Общая сумма его ввоза составила 170 060 батманов, или больше, чем в 1903-1904 гг., на 47 336 батманов31. На других таможнях и границах не вели никакого учета, да и не знали о том, что контрабандный опиум, гашиш проникает в Россию, так как закон строго вос­прещал его употребление.

Незадолго до Первой мировой войны российские чиновники обнару­жили, что контрабанда наркотиков начала определять экономическую ситуа­цию в Туркестанском крае и на Дальнем Востоке. Дунгане и уйгуры в Сред­ней Азии, а китайцы и корейцы в Приамурье и в Приморье активно расширя­ли торговлю опиумом, для чего арендовали под посевы мака земли казаков и крестьян. Хозяева угодий получали за аренду денег больше, чем они могли бы выручить от культивирования пшеницы. В итоге немало казаков и кресть­ян предавались безделью, праздности, пьянству и наркомании.

В селениях, оккупированных наркоторговцами, резко увеличилась пре­ступность, чиновники погрязли в мздоимстве, все чаще начали возникать массовые беспорядки и т.д. Но главное — стали сокращаться темпы освоения новых земель и все больше людей попадали в прямую материальную зависи­мость от дельцов наркобизнеса. Под посевы опийного мака и конопли уходи­ло до половины всех имеющихся пашенных земель.

31См.: Сборник консульских донесений изданных МИД за 1906 г. Статья П. Веденского, состоявшего при миссии в Тегеране. М., 1906. С. 350. 32См.: Драган Г.Н., Калачев Б.Ф. Наркомания и наркобизнес. М., 1998. С. 10.

Захлестнувшая Россию волна распространения наркомании побудила Николая II в начале июня 1915 года утвердить закон «О мерах борьбы с опиумокурением». Этим законодательным актом в Приамурском генерал-губернаторстве и Забайкальской области Иркутского генерал-губернаторства вводился региональный запрет на посевы, сбор, хранение, пролажу, ввоз в страну опиума и приспособлений для его курения . В крупных российских городах были открыты клиники для лечения наркоманов. Идея указанного

закона стала прототипом всех последующих антинаркотических уголовных норм, принимаемых в нашей стране.

Наркоситуация на российском Дальнем Востоке значительно сокраща­ла эффект предпринимаемых усилий Китаем для искоренения наркобизнеса. Китайское правительство обратилось к России с требованиями о ликвидации посевов мака в приграничной зоне Приамурья и Приморья. Решение данной проблемы было поручено администрации Уссурийского войска, как находя­щегося на военном положении, которое, руководствуясь пунктом 17 статьи 19 приложения к статье 2051 Устава предупреждения и пресечения преступ­лений, принудительно выслало всех «порочных иностранцев» обратно на ро­дину. Генерал-губернатор депортировал 5 тыс. китайцев-арендаторов земли, а посевы мака приказал порубить шашками и засеять землю хлебом. Данный Указ просуществовал до революции.

Последовавшие вскоре Революция 1917 г., Гражданская война и интер­венция еще более усугубили обстановку. В связи с этим летом 1918 года СНК РСФСР срочно приступил к разработке антинаркотического законода­тельства. Естественно, что правовые формы и методы борьбы сложились не сразу. Нужны были и теоретические обоснования, и обобщение судебно-следственной практики, и определенный опыт.

33См.: СУ РСФСР. 1921. № 45. С. 258.

34См.: Декреты Советской власти. М., 1959. Т. 2. С. 70-71.


31
Изучение и анализ законодательства периода 1917-1921 гг., т.е. до из­дания первых уголовных кодексов советских республик, показывает, что в это время уделялось внимание также охране здоровья, о чем свидетельствует наличие в законодательстве таких составов преступлений, как, например, из­готовление наркотических веществ и торговля ими, посев опийных культур без разрешения33. Декретом СНК от 8 апреля 1918 года «О передаче запасов опия» сырье, которое находилось на фармацевтических заводах России, было передано народному комиссариату финансов34. Однако предпринятые меры существенно не изменили остановку, так как к этому времени широкое рас­пространение приобрел гашиш. СНК РСФСР 8 декабря 1918 г. был подписан Декрет о национализации аптек, реализующих наркотические лекарства, и введении уголовной ответственности за распространение наркотиков.

С проблемой незаконного оборота наркотиков пытались бороться с первых дней образования Советского государства. Однако такой состав пре­ступления, как незаконное изготовление и сбыт наркотиков не был преду­смотрен УК РСФСР 1922 года, несмотря на то, что уже в то время борьба с незаконным изготовлением и торговлей наркотиками и за границей, и в Со­ветской республике приобрела большое значение.

8 января 1924 года Советом Народных Комиссаров СССР был утвер­жден Таможенный тариф по европейской торговле. Согласно примечанию к п. 7 «а» ст. 112 Таможенного тарифа сырой кокаин пропускался в пределы СССР по особым правилам, устанавливаемым Таможенно-тарифным комите­том. Это же относилось и к другим наркотическим средствам. Были вообще запрещены к ввозу в СССР опий, гашиш, а также трубки и другие приспо­собления для курения опия.

В целях борьбы с проникновением наркотиков и их распространением в РСФСР Советом Народных Комиссаров 6 ноября 1924 го да. был принят декрет «О мерах регулирования торговли наркотическими средствами»35. С момента вступления в силу этого декрета в пределах РСФСР воспрещалось свободное обращение всех сильнодействующих, в том числе наркотических средств, служащих или могущих служить для различных видов опьянения, разрушительным образом действующих на здоровье народа (кокаин и его со­ли, опий и его производные: морфий, героин и другие).

Количество наркотических средств, необходимых для лечебных целей внутри страны, определялось ежегодно Народным Комиссариатом Здраво­охранения.

35 СУ РСФСР. 1924. № 85. С. 867.

Как уже отмечалось выше, в УК РСФСР 1922 года не была предусмот­рена уголовная ответственность за изготовление и торговлю наркотическими средствами. Поэтому в п. 7 упомянутого Декрета от 6 ноября 1924 года пря­мо указывалось, что нарушение правил этого постановления каралось по ст. 136 и 141 УК РСФСР 1922 года, т.е. по аналогии. Ст. 136 предусматривала уголовную ответственность за нарушение положений, регулирующих прове­дение в жизнь государственных монополий.

Бланкетный характер статей отсылал к действовавшим в СССР прави­лам о монополии. В ст. 141 УК РСФСР предусматривалась уголовная ответ­ственность за нарушение правил о торговле теми или другими продуктами или изделиями в тех случаях, когда в этих правилах установлена ответствен­ность по суду, что давало юридическое основание, при допустимости анало­гии, квалифицировать по ней нарушение правил, предусмотренных Декретом от 6 ноября 1924 года. С 1 августа 1923 года было введено в действие поста­новление Наркомздрава РСФСР от 13 июня 1923 года «О порядке отпуска и учета опия, кокаина, морфия и их солей»36.


См.: СУ РСФСР. 1923. № 57. С. 554.
Это постановление было издано в целях наиболее правильного учета перечисленных наркотиков при расходовании в лечебных целях, а также предупреждения злоупотреблений. В нем обстоятельно были регламентиро­ваны порядок получения, отпуска и хранения, учета и контроля опия, кокаи­на, морфия. Это было важное мероприятие в борьбе с распространением нар­котиков, так как с введением в действие этого постановления сокращался свободный доступ лиц для получения наркотиков, было ограничено количе­ство отпускаемых наркотических средств и упорядочен отпуск, учет и хране­ние наркотиков, а также усиливался контроль за их отпуском. Необходимо отметить, что в условиях нэпа все принятые в этот период упомянутые меры со стороны государства были направлены, безусловно, в первую очередь на то, чтобы не допустить производство наркотических средств, заготовку сы­рья для их производства со стороны частновладельческого сектора, а также торговлю этими веществами частными лицами.

Таким образом, этими мерами законодатель с помощью права укрепля­ет контроль государства в той или иной сфере экономической жизни и обще­ственных отношений, способствуя сохранению командных высот в руках го­сударства.

В целях дальнейшего совершенствования действовавшего законода­тельства и усиления борьбы с незаконным изготовлением и распространени­ем наркотических веществ, декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 22 декабря 1924 года УК РСФСР был дополнен ст. 140-д, предусматривающей уголов­ную ответственность за изготовление и хранение с целью сбыта и сбыт ко­каина, морфия, опия, эфира и других наркотических веществ без надлежаще-го разрешения . Несмотря на то, что объектом данного деяния являлось здо­ровье населения, данный состав был помещен в главу о хозяйственных пре­ступлениях. Это объясняется недостаточной теоретической разработкой про­блемы объекта преступления и классификационных критериев в процессе группировки норм особенной части УК в рассматриваемый период.

Статья 140-д УК РСФСР состояла из двух частей. Часть 1 предусмат­ривала уголовную ответственность за сбыт наркотических веществ, а также за изготовление и хранение этих веществ, при условии, если последнее со­вершалось лишь с целью сбыта. Деяния, предусмотренные ч.І ст. 140-д УК РСФСР, карались гораздо строже, по сравнению со ст. 136 и 141 УК РСФСР: лишение свободы до 3 лет с конфискацией части имущества или без таковой и с воспрещением проживания в гг. Москве и Ленинграде, в пограничной по­лосе и портовых городах на срок не свыше 3-х лет. Список таких городов ус­танавливался по согласованию НКВД и НКЮ.

Следует отметить заслужившую внимания новеллу, имевшуюся в зако­нодательстве того периода - часть .2 ст. 140-д. Впервые в ней предусматрива­ется квалифицирующий признак совершения этих же деяний в виде промыс­ла. Вторая новелла заключалась в том, что ч. 2 этой же статьи также впервые предусматривала совершенно новый, до этого неизвестный состав преступ­им.: СУ РСФСР. 1925. № 5. С. 23; СУ РСФСР. 1925. № 9. С. 211.

34

ления — содержание притонов для сбыта или потребления наркотических ве­ществ.

Таким образом, впервые в законодательстве предусматривалась уго­ловная ответственность за изготовление и сбыт наркотических веществ, в т.ч. и при отягчающем ответственность обстоятельстве, каковыми являлось изго­товление и сбыт наркотических веществ в виде промысла, а также впервые был сконструирован новый состав преступления — содержание притонов для сбыта или потребления наркотиков, что следует признать положительным явлением в процессе совершенствования законодательства в области борьбы с незаконным изготовлением и распространением наркотиков.

Несовершенством этого закона следует признать то обстоятельство, что в одной статье были помещены два различных состава преступления: из­готовление и сбыт наркотиков при отягчающем обстоятельстве и содержание притонов для сбыта или потребления наркотиков. Это затрудняет разграни­чение этих составов по объективной стороне и выбор вида и срока наказания, что создавало известные трудности в судебной практике.

Известно, что в санкции выражается государственная оценка характера и степени общественной опасности преступления. Она является критерием оценки общественной опасности того или иного конкретного преступления. Наличие же одной и той же санкции за совершение различных преступлений затрудняло такую оценку. В законодательстве этого периода не раскрывалось понятие сбыта наркотиков, так как единственной формой сбыта была продажа.

Ст. 140-д УК РСФСР 1922 года редакционно полностью была воспро­изведена в УК РСФСР 1926 года в ст. 104. Однако в этот период законода­тель пошел по пути смягчения наказания за такие деяния. Так, изготовление и сбыт наркотиков без отягчающих обстоятельств наказывались лишением свободы или принудительными работами на срок до 1 года, а при отягчаю­щих обстоятельствах - лишением свободы со строгой изоляцией на срок до 3 лет с конфискацией всего имущества.

Следующим шагом государства в направлении борьбы с незаконным распространением наркотических веществ, их торговлей, вывозом и ввозом является установление государственной монополии на опий. Постановлени­ем ЦИК и СНК СССР от 27 августа 1926 года в целях борьбы с распростра­нением опия не для лечебных целей устанавливалась общесоюзная государ­ственная монополия на покупку, переработку и сбыт опия. Общее руково­дство осуществлением монополии возлагалось на постоянное совещание при ВСНХ СССР по регулированию вопросов производства, заготовки и сбыта лекарственного сырья. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 10 марта 192838 года этот порядок был несколько изменен: общее руководство осуществле­нием государственной монополии на опий возлагалось на Народный Комис­сариат внешней и внутренней торговли СССР.

Постановлением ВЦИК и СНК СССР «О мерах по регулированию тор­говли наркотическими веществами» от 23 мая 1928 года было запрещено свободное обращение в пределах СССР кокаина, его солей, гашиша, опия, морфия, героина, деонина и их солей. Было установлено, что количество упомянутых средств, необходимых для лечебных целей должно определяться соглашением. Народными комиссариатами здравоохранения союзных рес­публик приведен перечень предприятий, имеющих право производить или передавать упомянутые вещества, а также порядок торговли этими вещест­вами на территории СССР39.

ЗЙСм.: СЗ СССР. 1928. № 18. С. 151. 39См.: СЗ СССР. 1928. № 33. С. 290.

40См.: Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1953. С. 346-347.

Постановлением ВЦИК и СНК СССР «О запрещении посевов опийно­го мака и индийской конопли» от 27 октября 1934 года на территории СССР запрещен посев опийного мака и индийской конопли, за исключением тех посевов, урожаи которых идут на покрытие медицинских и научных потреб­ностей государства40.

До 1934 года действовавшим уголовным законодательством не была предусмотрена уголовная ответственность за посев опийного мака без соот­ветствующего разрешения. Опийный мак — наркотическое растение, посев которого без надлежащего разрешения представляет опасность для здоровья населения, так как плоды этих посевов могут быть использованы в немеди­цинских целях. Большую опасность для здоровья населения представляет также индийская конопля.

Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 1 декабря 1934 года УК РСФСР был дополнен статьей 189-а41, которая предусматривала уголовную ответственность за производство посевов опийного мака и индийской коноп­ли без соответствующего разрешения. Нарушение требований этой статьи влекло за собой лишение свободы на срок до двух лет или исправительно-трудовые работы на срок до 1 года с обязательной конфискацией посевов. Объективную сторону преступления составляли действия, выражающиеся в посеве указанных культур без разрешения. Сам факт посева без такого раз­решения образовывал окончательный состав преступления. Не требовалось, чтобы был собран урожай либо из него изготовлено сырье для производства наркотиков либо сами наркотики. Не. имело также значения, кем произведе­ны такие посевы: частными лицами либо колхозами или совхозами. Как ука­зывают М.П. Селиванов и М.С. Хруппа, это была одна из первых уголовно-правовых норм, направленных на устранение причин, которые способствова­ли незаконному изготовлению наркосодержащих веществ42.

4,См.: СУ РСФСР. 1934. № 42. С. 259.

42См.: Селиванов М.П., Хруппа М.С. Антинаркотическое законодательство Украины. Киев, 1997. С. 15.

Одновременно СССР в эти годы включился в международно-правовую борьбу с незаконным изготовлением и распространением наркотических средств, присоединяясь к международным конвекциям. Так, например, 29 ян­варя 1936 года Советский Союз присоединился к Женевской конвекции о наркотических средствах 1925 года, дающей перечень наркотических ве-

ществ. В связи с этим Постановлением СНК СССР от 23 мая 1936 года на Всесоюзную Государственную Санитарную Инспекцию при СНК СССР воз­лагалось ведение информационных сношений с соответствующими комите­тами и Секретариатом Лиги Наций по вопросам регулирования, контроля и статистического освещения оборота опиума, его производных и других нар­котиков в СССР. В дальнейшем эта обязанность была возложена на Нарком-здрав СССР специальным постановлением СНК СССР43.

Следующий этап исторического развития уголовной ответственности за незаконное культивирование запрещенных к возделыванию растений, со­держащих наркотические вещества связан с принятием республиканских уголовных кодексов в 1959 — 1962 гг., которые расширили и усилили уголов­ную ответственность за указанное выше преступление, а также с присоеди­нением СССР в 1963 году к Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года.

Существовали значительные различия в республиканском законода­тельстве в вопросах установления уголовной ответственности за отдельные виды преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств44. УК РСФСР 1960 г.45 продолжил борьбу с незаконным оборотом наркотических средств.

43См.: СЗ СССР. 1937. № 69. С. 323.

44См.: Аргунова Ю.А., Габиани А.А. Правовые меры борьбы с наркотизмом. М., 1989. С. 20.

45См.: Уголовный кодекс 1960 г. // Сборник законодательства СССР и РСФСР. 1968-1970 гг. Т.З.М., 1974. С. 201.


38
В первоначальной редакции УК РСФСР 1960 года содержались три статьи об ответственности за преступления, связанные с наркотиками: 224, 225, 226. Ст. 225 УК РСФСР состояла из одной части и именовалась «Посев опийного мака или индийской конопли без разрешения», предусматривала ответственность за «посев опийного мака или индийской конопли без над­лежащего разрешения». Наиболее существенное различие названных норм УК РСФСР 1926 г. и УК РСФСР 1960 г. состояло в изменении предмета пре­ступлений, ответственность за которые предусматривались ст. 104 УК РСФСР 1926 г. и 225 УК РСФСР 1960 г.: предметом первого являлись кока­ин, опий, морфий, эфир и другие одурманивающие вещества, а последних — соответственно наркотические вещества и наркотики. Указанное изменение, полагаем, явилось следствием присоединения СССР 1 декабря 1949 года к Протоколу, принятому во время работы третьей сессии Генеральной Ассамб­леи ООН, подписанному в Париже 19 ноября 1948 года, который распростра­нил международный контроль на лекарственные вещества, не подпадающие под действие конвенции об ограничении производства и о регламентации распределения наркотических средств от 13 июля 1931 г. с изменениями, внесенными в нее Протоколом о внесении изменений в ранее действовавшие международные документы о наркотиках, утвержденным резолюцией 54/1 от 19 ноября 1946 г. Генеральной Ассамблеи ООН, подписанным в Лейк-Саксесе 11 декабря 1946 г. и вступившим в силу 3 февраля 1948 г. (СССР присоединился к нему 25 октября 1947 г.).

Была также установлена уголовная ответственность за нелегальные по­севы опийного мака и индийской конопли уголовными кодексами союзных республик (за исключением Латвии, Литвы и Эстонии); за потребление нар­котических средств без разрешения врача (только в Армении, Азербайджане, Киргизии, Туркмении, Узбекистане, Таджикистане).

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 июля 1965 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР» ст. 225 УК РСФСР 1960 г. была дополнена частью второй, установившей ответст­венность и «посев южной маньчжурской или южной чуйской конопли», а статье было присвоено новое название: «Посев опийного мака, индийской, южной маньчжурской или южной чуйской конопли»46.

46См.: Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1965. № 27. Ст. 670.


39
Наиболее существенные изменения и дополнения в УК РСФСР 1960 г. были внесены указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 15 июля 1974 года «О внесении изменений и дополнений в некоторые законода­тельные акты РСФСР» , в частности была существенно изменена ст. 225 УК РСФСР 1960 г., частью первой которой устанавливалась ответственность за «посев или выращивание опийного мака, индийской, южной маньчжур­ской или южной чуйской конопли либо других запрещенных к возделыванию культур, содержащих наркотические вещества, а частью второй - «за те же самые действия, совершенные повторно или лицом, ранее совершившим од­но из преступлений, предусмотренных частями первой или второй статьи 224, статьями 2241, 2242 и 2261 настоящего Кодекса». Данным Указом допол­нено, что незаконные посев или выращивание масличного мака, а также коно­пли, кроме видов, в части первой новой редакции ст. 225 УК РСФСР и в соот­ветствующих статьях УК других союзных республик, влекут административ­ное взыскание в виде предупреждения или штрафов в размере от 20 до 100 рублей. За те же действия, совершенные повторно в течение года после нало­жения административного взыскания за такие же нарушения, предусмотрено лишение свободы на срок до двух лет. А к лицам, ранее совершившим одно из таких преступлений, как незаконный посев или выращивание масличного ма­ка, конопли, предусмотрено наказание в виде лишения свободы.

Считаем, что приведенные изменения и дополнения УК РСФСР 1960 г. были обусловлены присоединением СССР к Единой конвенции 1961 г. о нар­котических средствах, которая была ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 декабря 1963 г. «О ратификации Единой кон­венции о наркотических средствах»48. Довольно длительный — десятилетний период времени, прошедший с момента ратификации названной конвенции до момента внесения перечисленных изменений и дополнений в УК РСФСР

47 Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1974. № 29. Ст. 782.


  1. 48

    Ведомости Верховного Совета СССР. 1963. № 52. Ст. 546.

    40
    г., не исключает связи предписаний, содержащихся в Единой конвенции

  2. г. о наркотических средствах, с этими изменениями и дополнениями. Длительность же периода от ратификации конвенции до внесения изменений и дополнений в УК РСФСР 1960 г. была обусловлена необходимостью про­ведения сложной и кропотливой законопроектной деятельности, в процессе которой требовалось учесть многочисленные обстоятельства, в частности: содержание предписаний конвенции; особенности наркотической преступно­сти в РСФСР; определение оптимального варианта норм УК РСФСР 1960 г. (как изменяемых, так и вводимых вновь), исключающего нарушение сущест­вующей уголовно-правовой системы.

Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 июня 1987 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР, Кодекс РСФСР об административных правонарушениях и другие законодательные акты РСФСР»49, принятого в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1987 г. «О внесении изменений и дополнений в не­которые законодательные акты СССР»50, который существенно изменил дей­ствие УК РСФСР, была введена ст. 225\ включавшая две части, - «за неза­конный посев или выращивание масличного мака, а также конопли, кроме видов, указанных в части первой статьи 225 настоящего Кодекса, совершен­ные повторно в течение года после наложения административного взыскания за те же нарушения» (ч. 1) и «за те же действия, совершенные лицом, ранее совершившим одно из преступлений, предусмотренных частью первой на­стоящей статьи, частями первой и второй статьи 224, статьями 2241, 2242, 225 и 2261 настоящего Кодекса» (ч. 2). Часть 1 ст. 225 УК РСФСР 1960 г. была дополнена запретом посева или выращивания, помимо уже запрещенных наркотикосодержащих культур, еще и южной архонской и южной краснодар­ской конопли, а ч. 2 - указанием на признание квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ч. 1 этой статьи, его совершения лицом, ра­нее совершившим преступление, предусмотренное не только ч. 1 и 2 ст. 224, 2241, 2242 и 2261, но еще и ст. 2251.


Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1987. № 27. Ст. 961. Ведомости Верховного Совета СССР. 1987. № 25. Ст. 354.
Введение Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 июня 1987 г. в УК РСФСР 1960 г. статьи 2102 и части 3 статьи 226 было вызвано присоединением СССР к Конвенции 1971 г. о психотропных веществах, ра­тифицированной указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 октября 1978 г. «О ратификации Конвенции о психотропных веществах от 21 февраля 1971 года»51, которой (п. 1 ст. 22) была предусмотрена наказуемость право­нарушений, связанных с психотропными веществами. Изменение же слова «вещества» с атрибутом «наркотические» на слово «средства» с идентичным атрибутом вытекало из содержания ратифицированной ранее Единой кон­венции о наркотических средствах 1961 г.

Последний этап исторического развития ответственности за незакон­ное культивирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотические вещества, связан с принятием УК РФ 1996 года, в котором в ст. 231 установлена уголовная ответственность за данное преступление, с принятием Федерального закона «О наркотических средствах и психотроп­ных веществах», в котором определяется понятие «культивирование», а так­же изданием ведомственных нормативно-правовых актов, регулирующих по­рядок культивирования растений, содержащих наркотические вещества. В нормах УК РФ 1996 г. отражены положения, содержащиеся в Единой кон­венции 1961 г. о наркотических средствах, Конвенции 1971 г. о психотроп-

со

ных веществах , а также в Конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г., ратифици­рованной Постановлением Верховного Совета СССР от 9 октября 1990 г. «О ратификации Конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота нарко­тических средств и психотропных веществ»53.

51 Ведомости Верховного Совета СССР. 1978. № 44. С. 717. 52См.: Там же.

53 Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. №42. Ст. 842.

Основные положения деятельности, связанной с наркосодержащими ве­ществами, регламентированы Федеральным законом от 8 января 1998 года «О наркотических средствах и психотропных веществах». Этот документ состоит из семи глав, включающих в себя 61 статью. В ст. 1 Закона «Общие положения»

определяются термины, обретающие законодательную силу. К ним относятся такие понятия, как наркотические средства, психотропные вещества, прекурсо­ры наркотических средств и психотропных веществ, препараты и т.д.

Г.Н. Драган и Б.Ф. Калачев обратили внимание на некоторые слабые стороны данного нормативного акта. В законе отсутствуют такие понятия, как «сильнодействующие» или «одурманивающие вещества». Отсутствие данных понятий может привести к несогласованности законодательства в во­просах производства, лицензирования, регистрации предприятий, осуществ­ляющих производство, хранение, реализацию сильнодействующих веществ.

Имеется в Федеральном законе терминологическая несогласованность с УК РФ. Так, в ст. 5 данного Закона перечисляются основные виды деятель­ности, на которые распространяется монополия государства, например, куль­тивирование растений. Между тем в ч. 1 ст. 231 УК РФ «Незаконное культи­вирование запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотиче­ские вещества» помимо слова «культивирование» упоминаются также как самостоятельные понятия «посев» и «выращивание» наркотикосодержащих растений. Таким образом получается, что посев и выращивание, не оговорен­ные в ст; 1 и 5 Федерального закона «О наркотических средствах и психо­тропных веществах» не подпадают под государственную монополию и нахо­дятся в сфере иного, законодательно не очерченного круга деятельности.

Однако следует отметить, что с начала 70-х годов в законодательстве СССР и Российской Федерации наблюдается усиление ответственности за незаконные действия с наркотическими средствами. Среди основных доку­ментов, принятых в этот период, необходимо выделить следующие:

• указ Президиума Верховного Совета СССР «Об усилении борьбы

- 54 .

с наркоманией» ;

54 Ведомости Верховного Совета СССР. 1974. № 18.


43
• постановление Пленума Верховного Суда РСФСР «О судебной практике по применению к осужденным алкоголикам и наркоманам преду­предительных мер медицинского характера» от 20 декабря 1973 года с из­менениями, внесенными постановлением Пленума от 24 декабря 1985 года № 10 (в редакции постановления Пленума от 21 декабря 1993 года № 11)55;

  • постановление Пленума Верховного Суда СССР «О судебной практике по делам о хищениях наркотических средств, незаконном изготов­лении и распространении наркотических, сильнодействующих и ядовитых веществ» от 26 сентября 1975 года56;

  • постановление Пленума Верховного Суда РСФСР «О практике расследования судами дел об ограничении дееспособности граждан, зло­употребляющих спиртными напитками или наркотическими веществами» от 4 мая 1990 года (в редакции постановления Пленума от 21 декабря 1993 года№ II)57;

  • постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной прак­тике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» от 27 мая 1998 года58.

55 Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда РФ (1963 - 1993 гг.).
М, 1994.

56 Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда РФ (1924 - 1977 гг.).
М., 1978.


Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда РФ (1963 - 1993 гг.). М., 1994.
58 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. № 7.


44
Таким образом, изучение развития российского уголовного законода­тельства об ответственности за преступления, связанные с незаконным куль­тивированием запрещенных к возделыванию растений, содержащих нарко­тические вещества, позволяет выявить достаточно четко проявляющуюся за­кономерность, состоящую в том, что по мере принятия новых международно-правовых актов, расширявших и углублявших соответственно объем и со­держание международно-правового регулирования борьбы с данным видом преступления, расширился круг деяний, признающихся преступлениями по УК РСФСР 1960 и УК РФ 1996 г. Поскольку незаконный оборот наркотиче­ских средств и психотропных веществ как преступление международного ха­


См.: Васильева Л.Н. Незаконный оборот наркотических средств и психо­тропных веществ и международное право // Юридический мир. 2000. № 10. С. 27.
рактера наказуем либо согласно нормам, установленным в международных соглашениях (конвенциях), ратифицированных в установленном порядке, либо согласно нормам уголовного законодательства в соответствии с этими соглашениями59, это свидетельствует о зависимости национального законо­дательства от международно-правовых норм, принимаемых мировым сооб­ществом, и о влиянии последних на внутригосударственные уголовно-правовые нормы. Краткий исторический экскурс свидетельствует о том, что, несмотря на многовековую известность наркотических средств, существую­щих очень давно, масштабы пагубности последствий их оборота и потребле­ния люди осознали не сразу. В России попытки ограничить незаконный обо­рот наркотических средств начали активизироваться лишь в начале XX в. Российское законодательство в исследуемой нами области претерпевало из­менения на протяжении всей истории его развития, однако всегда было на­правлено на контроль над обращением наркотических средств и ограничение его незаконного оборота, а не на борьбу с данным явлением.

  1   2   3   4   5   6



Скачать файл (1523 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации