Logo GenDocs.ru

Поиск по сайту:  

Загрузка...

Вестник психиатрии и психологии Чувашии 2005 №01 - файл 1.doc


Вестник психиатрии и психологии Чувашии 2005 №01
скачать (1801.5 kb.)

Доступные файлы (1):

1.doc1802kb.19.11.2011 08:39скачать

содержание

1.doc

  1   2   3   4   5





ЧУВАШСКАЯ АССОЦИАЦИЯ ПСИХИАТРОВ, НАРКОЛОГОВ , ПСИХОТЕРАПЕВТОВ, ПСИХОЛОГОВ

ВЕСТНИК

ПСИХИАТРИИ И ПСИХОЛОГИИ ЧУВАШИИ
Психиатрипе психологин чйваш хыпарди The Bulletin of Chuvash Psychiatry and Psychology

НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ

1
Чебоксары 2005

Научно-практическое издание Чувашской ассоциации психиатров, наркологов, психотерапевтов, психологов
Председатель редакционного совета

А.Б. КОЗЛОВ (Чебоксары, Россия)

^ Редакционный совет:

А. А. АЛЕКСАНДРОВ (Санкт-Петербург, Россия)

К. А. ИДРИСОВ (Грозный, Россия)

Е.Н. КАДЫШЕВ (Чебоксары, Россия)

Б. Д. КАРВАСАРСКИЙ (Санкт-Петербург, Россия)

А.М. КАРПОВ (Казань, Россия)

В.Н. КРАСНОВ (Москва, Россия)

С. ЛЕСИНСКЕНЕ (Вильнюс, Литва)

Д.М. МУХАМАДИЕВ (Душанбе, Таджикистан)

С.А. НУРМАГАМБЕТОВА (Алматы, Казахстан)

А.Ф. СОГОЯН (Ереван, Армения)

Д. ХРИСТОДУЛУ (Афины, Греция)

А.В. ХУДЯКОВ (Иваново, Россия)

А. А. ЧУРКИН (Москва, Россия)

С. ЭВАНС (Нью-Йорк, США)

^ Главный редактор

Е. Л. НИКОЛАЕВ (Чебоксары, Россия)

Редакционная коллегия

И.Е. БУЛЫГИНА (редактор раздела «Наркология») Д.В. ГАРТФЕЛЬДЕР (технический редактор) А. В. ГОЛЕНКОВ (зам. главного редактора, редактор раздела «Психиатрия») А.Н. ЗАХАРОВА (редактор раздела «Психология») Ф. В. ОРЛОВ (ответственный секретарь, редактор раздела «Психотерапия»)

^ Адрес редакции

Россия, 428018, Чувашская Республика, г. Чебоксары, ул. К. Иванова, 20

Тел. (8352) 42-01-30, 42-53-41,

факс (8352) 42-03-83

E-mail: chapn1962@yahoo.com
© Вестник психиатрии и психологии Чувашии, 2005

^ Чаваш психиатрёсемпе наркологёсен, психотерапевчёсемпе психологёсен ассоциацийён клиника практикипе аслалах каларамё

Редакци канашён пуслахё

А.Б. КОЗЛОВ (Шупашкар)

^ Редакци канашё

А.А. АЛЕКСАНДРОВ (Санкт-Петербург) К.А. ИДРИСОВ (Грозный) Е.Н. КАДЫШЕВ (Шупашкар) Б.Д. КАРВАСАРСКИЙ (Санкт-Петербург) А.М. КАРПОВ (Хусан) В.Н. КРАСНОВ (Мускав) С. ЛЕСИНСКЕНЕ (Вильнюс) Д.М. МУХАМАДИЕВ (Душанбе) С. А. НУРМАГАМБЕТОВА (Алматы) А.Ф. СОГОЯН (Ереван) Д. ХРИСТОДУЛУ (Афины) А.В. ХУДЯКОВ (Иваново) А.А. ЧУРКИН (Мускав) C. ЭВАНС (Нью-Йорк)

^ Тёп редакторе

Е.Л. НИКОЛАЕВ (Шупашкар)

Редакци ушканё

И.Е. БУЛЫГИНА Д.В. ГАРТФЕЛЬДЕР А.В. ГОЛЕНКОВ (тёп редактор $умё) А.Н. ЗАХАРОВА Ф.В. ОРЛОВ (явапла секретаре)

^ Редакци выранё

428018, Чаваш Республики, Шупашкар хули, К. Иванов ур., 20

Research and clinical practice edition of the Chuvash association of psychiatrists, narcologists, psychotherapists, psychologists

Chairman of Editorial Council

А.В. ^OZLOV (Cheboksary)

Editorial Council

А.А. ALEKSANDROV (St. Petersburg)

G. CHRISTODOULOU (Athens) А.А. CHURKIN (Moscow)

S. EVANS (New-York)

К.А. IDRISOV (Grozny)

Е.К KADYSHEV (Cheboksary)

А.М. КАRPOV (Kazan)

^ B.D. KARVASARSKY

(St. Petersburg)

V.N. KRASNOV (Moscow)

AV. KHUDIAKOV (Ivanovo)

S. LESINSKIENE (Vilnius)

D.М. МUKHAMADIEV (Dushanbe)

SA. NURMAGAMBETOVA

(Аlmaty)

AF. SOGHOYAN (Yerevan) Editor-in-Chief

Е.L. NIKOLAEV (Cheboksary)

Editorial Board

^ 1Е. BULYGINA D.V. HARTFELDER А.V. GOLENKOV

(deputy editor)

F.V. ORLOV (executive editor) AN. ZAKHAROVA

Editorial office

20 K. Ivanova ul., Cheboksary

Chuvash Republic 428018 Russia


Тел. (8352) 42-01-30, 42-53-41

факс (8352) 42-03-83

E-mail: chapn1962@yahoo.com

Tel. +7 (8352) 42-01-30, 42-53-41

Fax. +7 (8352) 42-03-83

E-mail: chapn1962@yahoo.com

СОДЕРЖАНИЕ


От редактора 6


8

36 56 63

68



^ ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ
А. В. Голенков

История становления психиатрии в Чувашии

А.Б. Козлов

Организация и развитие психиатрической службы
в Чувашской Республике

^ И.Е. Булыгина, С.Д. Федорова, А.П. Андреева

Наркологическая помощь

населению Чувашской Республики

Е.Л. Николаев, Ф.В. Орлов

Этапы развития психотерапии и клинической
психологии в Чувашской Республике.

А. Б. Козлов

Суицидологическая служба в Чувашской Республике
^ В ФОКУСЕ НАУКИ
А. В. Голенков Приоритеты развития науки Чувашии

в области охраны психического здоровья населения 82

Квалификационные научные работы

по психиатрии, наркологии и медицинской психологии,

выполненные в Чувашии 86

^ ПЕРЕКРЕСТОК КУЛЬТУР
Е. Л. Николаев

Психотерапия в контексте культуры Статья первая: Гендерно-возрастные,

семейно-ролевые, духовно-ценностные аспекты 88

^ Л.Ю. Емешева, Е.Л. Николаев

Клинические особенности родов

в этнографических группах чувашей:

Возможность акушерско-психологических соответствий? 112
^ СОБЫТИЯ И ИМЕНА
A. В. Голенков

III съезд психиатров, наркологов

и психотерапевтов Чувашии 115

Е. Л. Николаев XIV съезд психиатров России:

Новые возможности, новые перспективы 120

Решение XIV съезда психиатров России 127

Специалист года 130

B. Т. Лекомцев

Рецензия на хрестоматию А.В. Голенкова

«Художественная психопатология» 132


Рефераты текущих публикаций 134

^ ОТ РЕДАКТОРА

Уважаемые читатели!

В Ваших руках - первый номер издания сообщества психиатров, наркологов, психотерапевтов и психологов Чу­вашии, посвященного охране психического здоровья. Тема­тика «Вестника психиатрии и психологии Чувашии» затра­гивает ключевые проблемы современной психиатрии и нар­кологии. Немалое место отводится актуальным вопросам психотерапии, клинической (медицинской) психологии и консультированию. Приветствуется также работы, выпол­ненные на стыке научных дисциплин. Особое внимание планируется уделять роли социальных процессов и культу­ры в трансформации общественного сознания и их взаимо­связи со здоровьем личности.

Выход основных выпусков «Вестника» намечается еже­годно. Кроме того, в качестве внеочередных приложений предусмотрена публикация методических рекомендаций для специалистов. Формат издания позволяет публиковать оригинальные статьи, обзоры, краткие сообщения, рецен­зии, информацию о важных событиях. Обогатить его со­держание могут как признанные ученые, так и начинающие исследователи, практики не только из Чувашии, но и из всех уголков страны, из-за рубежа.

Первый номер «Вестника» особый. Он полностью по­священ истории развития и состоянию охраны психическо­го здоровья населения Чувашии, а также перспективам на­учных исследований в республике. Часть работ увидела свет ранее, но мы посчитали важным собрать их вместе для получения целостной картины. Здесь представлена также информация о лучшем психиатре республики, о значимых событиях года - III съезде психиатров Чувашии и XIV

съезде психиатров России, которые задали новые ориенти­ры работы на будущее.

Данное издание - первый опыт подобного рода в рес­публике, а потому он может быть далек от совершенства. Именно поэтому мы с большой благодарностью принимаем все конструктивные замечания и предложения к сотрудни­честву. Как говорят в Чувашии: ыра дынпа перле инде дул та дывах - с добрыми людьми и дальняя дорога близка!

^ ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ПСИХИАТРИИ В ЧУВАШИИ

А.В. Голенков

Чувашский государственный университет имени И.Н. Ульянова, Чебоксары

Изучение исторических сведений об образовании Чувашии как административной единицы и о состоянии медицины на ее территории позволяет выделить условно четыре периода в раз­витии психиатрической помощи: доземский, земский, переход­ный, собственно психиатрический (период образования и разви­тия психиатрической службы).

Доземский период длился, по нашему представлению, с мо­мента вхождения Чувашии в состав России (лето 1551 г.) до обра­зования в 1864 г. системы земской медицины. По данным Т.С. Сер­геева, Я.Н. Зайцева, в 1708 г. Чувашия вошла в состав Казанской губернии, в 1714 г. часть ее отошла к Нижегородской губернии. После создания Симбирской губернии (1780) население Чувашии (80% - чуваши) находилось, в основном, в составе Казанской и Симбирской губерний. За этот период (начало XIX в.) в Чувашии были открыты первые больницы и аптеки (Г.А. Алексеев, Т.С. Сергеев, Я.Н. Зайцев), построен губернский дом умалишен­ных в Казани (Т.И. Юдин).

Земский период (1864-1917) знаменателен тем, что в 1865 г. дом умалишенных от Приказа общественного призрения пере­шел к земству (Т.И. Юдин); в 1869 г. открылась окружная пси­хиатрическая лечебница; в 1871 г. на базе кириллицы создан чу­вашский алфавит, стали издаваться книги на чувашском языке, способствующие распространению среди чувашей санитарно-гигиенических знаний (Т.С. Сергеев, Я.Н.Зайцев); в 1908 г. от-

8

крылся патронаж, а в 1909 г. - убежище для психически боль­ных (Т.И. Юдин).

Переходный период охватывает время с 1920 по 1955 гг., когда постановлением ВЦИК и Совнаркома РСФСР от 24 июня 1920 г. была образована Чувашская автономная область, в 1925 г. преобразованная в Чувашскую Автономную Советскую Социалистическую Республику (Т.С. Сергеев, Я.Н. Зайцев). Хо­тя психиатрическая служба как таковая отсутствовала, как сви­детельствуют архивные материалы, психические расстройства (ПР) наблюдались среди жителей республики, и им оказывалась преимущественно стационарная психиатрическая помощь в со­седних республиках и областях.

Собственно психиатрический - это период образования, становления и развития психиатрической службы в Чувашии. Сюда отнесены события 40 лет XX в. с 1956 г. - с момента нача­ла оказания психиатрической помощи жителям силами здраво­охранения республики - до середины 90-х годов XX в.

^ Психическое здоровье населения Чувашии в доземский пери­од. Одно из первых упоминаний о ПР у жителей Чувашии встречается в известной работе Н.Ф. Рюля (1840) "Опыт стати­стического обозрения о числе одержимых разного рода душев­ными недугами в России". Обработав материалы первой пере­писи психически больных в населении России, он пришел к вы­воду, что "... в Казанской губернии находится до 1003 стражду­щих душевными разного рода недугами, между тем как в смеж­ной с оною губернией Нижегородской, при одинаковом почти народонаселении, состоит только 459...". Среди 48 губерний и областей Казанская губерния находилась на четвёртом месте. Там один больной приходился на 1096 жителей при среднем по России показателе - 1:2700.

Оказание психиатрической помощи жителям Казанской гу­бернии, очевидно, началось в 1810 г., когда в Казани был открыт дом умалишенных. По свидетельству Т.И. Юдина, "как откры­вались эти дома умалишенных и как они развивались, в печати имеется мало сведений, но ... они развивались по одному данно­му из центра плану и местная инициатива нигде почти не прояв­лялась ... Везде помещения для умалишенных не только были плохи, но и мест в них... было мало". В 1865 г. дом умалишен­ных, в котором содержалось всего 35 больных, от Приказа об­щественного призрения перешел к земству. Произведенное по указанию министра внутренних дел графа Перовского в 40-е го­ды обозрение губернских домов для умалишенных показало, что "эти дома ни в количественном, ни в качественном отношении совершенно не отвечают самым элементарным требованиям психиатрии"1.

Видимо, неслучайно вплоть до середины XIX в. жителей Чу­вашии с ПР размещали в Цивильском, Чебоксарском и Алатыр-ском монастырях, а некоторых отправляли в Свияжский и Успен­ский монастыри; однако при монастырях Чувашии не было от­дельных "долгаузов". Основными пациентами монастырей среди прочих были больные с падучей болезнью (эпилепсией) и алкого­лизмом (Г. А. Алексеев). Но эти страждущие, согласно архивным документам, составляли исключительное меньшинство. Так, по свидетельству В.К. Магницкого, в период с 1720 по 1747 гг. в бо­гадельню при церкви Архистратига Михаила г. Чебоксары было определено всего двое дворовых. Собственное изучение доступ­ных архивных материалов, принадлежащих Цивильскому, Чебок­сарскому и Алатырскому монастырям, не позволило нам выявить ни одного случая помещения в них душевнобольных или указа­ний на какие-либо ПР среди священнослужителей, обслуживаю­щего персонала и прихожан этих богоугодных заведений.


Краткое описание жизнедеятельности Казанской окружной лечебницы для душевнобольных. Казань, 1913.

^ Психиатрическая помощь населению Чувашии в земский пе­риод. Развитие здравоохранения в Чувашии в период земской медицины шло очень медленно. В 1864 г. на территории Чува­шии было 5 больниц на 189 коек, работали 4 врача и 10 средних медицинских работников. За 50 лет земской медицины количе­ство больниц увеличилось всего лишь до 19, коек - до 486, чис­ло врачей - до 40, средних медицинских работников - до 74 (Л.И. Цветкова). Согласно исследованиям Г.А. Алексеева, боль­ницы оставались малокоечными (от 4 до 20 коек), плохо осна­щенными медицинским оборудованием и хозяйственным инвен­тарем. Коечный фонд за 50 лет земства (1864-1914) вырос в три раза, но по обеспеченности населения лечебными койками Чу­вашия почти в два раза уступала среднероссийским показателям (6,8 на 10 000 жителей против 13,0 в России в 1913 г.), врачами -более чем в семь раз (0,2 против 1,5), средним медицинским персоналом - в три раза (0,9 против 2,7); радиус обслуживания составлял 35 верст (в России - 17), жителей на один участок приходилось 37 тысяч (в России - 28), отношение числа фельд­шерских пунктов к врачебным равнялось 1:1 (в России 1:2), рас­ходы на здравоохранение в расчете на душу населения состав­ляли 44 копейки (в России - 91). Амбулаторно-поликлиническая сеть в городах и так называемая городская медицина в Чувашии вообще не получили развития. Крайне медленно развивалась ле­чебно-профилактическая медицина в сельской местности. Спе­циализированная медицинская помощь совершенно отсутство­вала (Г.А. Алексеев).

При таком плачевном положении здравоохранения элемен­тарная психиатрическая помощь все же оказывалась населению. Определенную роль играли участковые врачи и фельдшеры. Так, среди обратившихся за медицинской помощью в 1873 г. на шести фельдшерских участках Чебоксарского уезда встреча­лись: случаи падучей болезни - 21, белой горячки - 5, истерики -2, мании - 1, меланхолии - 1; самое большое число больных (23, или 76,7% всех случаев) было зарегистрировано на третьем фельдшерском участке, на других - фиксировались единичные случаи ПР (пятый и шестой участки) или отсутствовали совсем (второй и четвертый). В 1889-1890 гг. находились на лечении в Чебоксарской, Исмелевской больницах и Беловолжском прием­ном отделении: с расстройствами умственных способностей - 21 больной (выздоровело - 17), с неврастенией - 2 (2), с эпилепсией - 11 (10), с отравлением алкоголем - 3 (3), с маразмом - 1 (умер). Кроме того, на третьем санитарном участке Чебоксарского уезда в 1889-1890 гг. получили помощь в амбулаторных условиях и на дому 17 268 больных, из них 41 (0,24%) с ПР в виде падучей бо­лезни - 14, запойного бреда - 12, спинной сухотки - 4, сифилиса мозга - 1, истерии - 2, ипохондрии - 1, неврастении - 1, с други­ми нарушениями - 6 больных. В 1892-1893 гг. в Чебоксарской земской больнице лечилось: с расстройствами умственных спо­собностей 46 больных (умерло - 2), с эпилепсией - 15, воспале­нием головного мозга - 8 (все умерли), с маразмом - 4; в Мари-инско-Посадской больнице находился 1 больной с маразмом; в Исмелевской больнице лечились с истерией - 2, с маразмом - 2; на испытание в дома умалишенных больные из этих учреждений не поступали.

В другом уезде Чувашии, в Цивильской городской больни­це, устроенной на 12 кроватях, за три года (1896-1898) находи­лось 5 больных: с эпилепсией - 2, с делирием - 1, с ипохондрией - 1, с бессонницей - 1.

Рост заболеваемости населения ПР в Чувашии во второй половине XIX в. отмечен Г.А. Алексеевым. Согласно данным этого автора, "в 1880 г. в Чебоксарском уезде на 10 000 чел. приходилось 13,6 больного с заболеваниями нервной системы, в 1890 г. - 123,4, в 1900 г. - 165,5, в 1913 г. - 223,5; в Цивильском и Ядринском уездах - от 103,2 до 140,2 больного. Много было больных эпилепсией и олигофренией"2. Причинами ежегодного роста психических и неврологических болезней среди населения являлись: его тяжелое материально-бытовое и социальное по­ложение, широкое распространение алкоголизма и инфекцион­ные заболевания, сопровождающиеся нейропсихическими изме­нениями в организме. Указанные причины высокой заболевае­мости населения неоднократно обсуждались на заседаниях съездов земских врачей Казанской губернии и ее уездов. Казан­ская губерния, как свидетельствует И. С. Болотовский, в течение XIX и начале XX вв. занимала одно из первых мест в России по нищете и смертности.


С 1882 г. в годовую медицинскую отчетность было рекомендовано включать болезни иннервационного аппарата с указанием: «болезни головного мозга», «эпилепсия», «истерия» (Пятый губернский съезд врачей Казанского земства.

Казань, 1882).

Значительное распространение ПР в Чувашии и отсутствие условий для их содержания и лечения неоднократно констати­ровалось уездными врачами. На Шестом губернском съезде вра­чей Казанской губернии в 1885 г. врач из Чебоксар Р.О. Заленский предложил устроить дома призрения для калек, паралитиков с ослаблением мозговой и мышечной деятельно­сти, идиотов и глухонемых, поскольку эти лица "никуда не год­ны и неизлечимы", из деревни их выгнали и они теперь нищен­ствуют в городах; для дворян и мещан такие дома призрения существовали, а для крестьян - нет. Его выступление поддержал врач Чебоксарского уезда Д. А. Кушников, отметивший, что кроме хроников, неизлечимых и идиотов в населении замечено немало психически больных, "страдающих формами помеша­тельства, дающими надежды на выздоровление". При сложив­шейся ситуации врачи не могли оказывать им медицинскую по­мощь, поэтому докладчиком предлагалось организовать приюты для них. Эти предложения были высказаны после доклада Свен-цицкого, в котором прозвучала мысль о том, что земские боль­ницы не должны брать на лечение больных, одержимых хрони­ческими болезнями, так как это дорого, они занимают койки и не дают возможности лечить больных с острыми заболеваниями и излечимых. Душевнобольные не упоминались в докладе, но подразумевались.

О положении душевнобольных и о жестоком отношении к ним родственников и окружающих было рассказано еще в од­ном выступлении Р. О. Заленского на этом съезде: "Буйный больной в деревне приковывается к стене цепью, прорезываю­щей ему живот, лишь потому, что поместить его некуда, а везти в Казань в окружную лечебницу для душевнобольных невоз­можно, так как у родных нет средств, а лечить на счет крестьян­ских обществ опасно и боязно. Помещать же в земские больни­цы душевнобольных невозможно, во-первых, за неимением над­лежащего помещения; во-вторых, за отсутствием мало-мальской сносной для таких больных прислуги; в-третьих, по причине ма­лого практического знакомства врачей с психиатрией. Выходит, что при стечении таких неблагоприятных обстоятельств боль­ные такие остаются на дому и что с ними делается - никому не­известно". Поэтому предлагалось земствам принять душевно­больных на свое попечение, что дало бы возможность более скорого поступления таких больных в специальные заведения,

"изменило бы отношение крестьян к тому же душевнобольному как во время его заболевания, так и после выздоровления".3

Постановлением Чебоксарского уездного земского собрания в 1886 г. на содержание и лечение душевнобольных в окружной лечебнице по смете было ассигновано 1000 рублей. Собрание между тем констатировало, что "... недостатка в душевноболь­ных нет, просто нет средств для их лечения. Существуют про­блемы с помещением их в Казанскую лечебницу, т. к. встреча­ются отказы в приеме больных по причине отсутствия свобод­ных помещений или безнадежности на излечение приводимых больных".4

И через десять лет ситуация по оказанию помощи душевно­больным в уездах Чувашии практически не изменилась. Достаточ­но подробная информация об этом содержится в трудах Седьмого съезда земских врачей и ветеринаров Казанской губернии. В док­ладе Р. О. Заленского, в частности, подчеркивалось, что особого надзора за душевнобольными нет. В острые периоды болезни их направляли в Казанскую окружную больницу. Слабоумные и идиоты находились в семьях или в городах, где искали себе пропи­тание работой. В земских больницах лечились алкоголики во время запоя или в последующие периоды, а также пациенты, у которых развитие душевной болезни было связано "со страданием внутрен­них органов". Наибольший процент душевнобольных составляли алкоголики преимущественно из городских жителей; но было "много больных с психозами, эпилепсией, слабоумных".5


Шестой губернский съезд врачей Казанского Земства. Казань, 1885.

4 Постановления XXII очередного Чебоксарского уездного собрания. Казань, 1887.

5 Предложение из доклада Р.О.Заленского на седьмом съезде. Цит. по кни­ге А.Алексеева (1993. С. 143).

В Ядринском уезде Чувашии душевнобольных по желанию родственников и "на счет земства" отправляли в Казанскую ок­ружную (психиатрическую) лечебницу, помещений для подобно­го рода больных не имелось. Для "смягчения грубого нрава" и ослабления "чрезмерного влечения населения к спиртным напит­кам" предлагалось устроить в уезде воскресные школы со строго обдуманной программой религиозно-нравственного воспитания (Л.Р. Ставский). В 1899 г. это предложение воплотилось в созда­ние Ядринского уездного комитета попечительства о народной трезвости.

Схожая ситуация наблюдалась в Цивильском уезде Чува­шии. Там психиатрическая помощь ограничивалась отправкой душевнобольных в Казань, для чего уездной земской управой выделялось 300 рублей в год; отдельные и приспособленные помещения, в том числе богадельни, в уезде отсутствовали (Н. К. Адрианов). Кроме того, среди населения были распро­странены случаи алкоголизма и пьянства. Так, в течение 1897 г. 106 жителей Цивильска и Цивильского уезда помещались под стражу до вытрезвления, а некоторые из крестьян помещались даже несколько раз в году. Полицейский надзиратель в то же время сообщал о случае СУ женщины путем самоотравления.


Состояние медицины в Алатырском уезде (делегатский доклад) // Тр. 5-го губерн. съезда зем. врачей и представителей земств Симбир. губернии. Симбирск, 1904.

Определенный интерес, требующий рассмотрения, пред­ставляют исторические сведения о психически больных и оказа­нии им помощи в Алатырском уезде и ряде волостей Симбир­ской губернии, в последующем вошедших в состав Чувашской Республики. Из литературы известно, что в Алатыре имелся один врач и больница на 80 коек, в которую помещались испы­туемые (душевнобольные) до отправки в Симбирскую губерн­скую больницу (И.Г. Земсков). На Пятом губернском съезде земских врачей и представителей земств Симбирской губернии в делегатском докладе констатировалось недопустимое с сани­тарной точки зрения совмещение заразных и "душевно­больных" (испытуемых).6 После выявления этого вопиющего случая душевнобольных больше не принимали в Алатырскую больницу "ни для лечения, ни для испытания". Часть из них сра­зу отправляли в Карамзинскую колонию для душевнобольных. Существующая городская богадельня не могла удовлетворить нужды в ней даже городского населения. Не лучше обстояло де­ло с оказанием помощи душевнобольным и в других уездах Симбирской губернии.

В Буинском уезде7 сведениями о степени распространенно­сти ПР в населении участковые врачи почти не располагали (А. В. Кузнецов). Случаи ПР наблюдались в участках неравно­мерно. Бывали годы, в течение которых в лучшем случае от­правляли в Карамзинскую колонию 5-6 человек. Обычным де­лом было содержание душевнобольного в домашних условиях: по описанию А.В. Кузнецова, больного "связывают по рукам и ногам, приковывают на цепь к нарам или в избе, помещают в амбарную клеть. Применяют меры, содействующие, по мнению народа, изгнанию из больного нечистой силы, начиная с молеб­нов, всякого рода заговоров и проч., и кончая выстрелами из ружья возле избы... Если не помогает, тогда применяют меры к еще большему стеснению и ограничению движений, и так со­держат 1-2 недели... Без промедления заявляют в больницу только о таких больных, которые внезапно заболели, учиняют в бреду над собою или над кем-либо из окружающих какое-либо ужасное деяние или проявляют попытку совершить таковое". Помощь врачей обычно ограничивалась сообщением в полицию о необходимости поместить больного для лечения в колонию. Лишь в Киятской больнице врач до отправки в колонию поме­щал психически больных в больницу, пользуясь для этого спе­циальной "палаткой-изолятором".

Хотя Чувашия и находилась в составе Казанской губернии, а ее жители имели преимущества при поступлении в психиатри­ческие учреждения Казани перед иногородними, лечилось их там чрезвычайно мало. По данным А.У. Фрезе, за первое деся­тилетие Казанской окружной лечебницы во имя Божьей Матери всех скорбящих (1869-1879), поступившие чуваши составили всего 34 чел. (26 мужчин и 8 женщин), или 1,83% всех больных. Татар, к примеру, находилось за это же время в два с лишним раза больше - 80 (66 мужчин и 14 женщин), или 4,32%; подав­ляющее большинство приходилось на русских - 86,61%.


В настоящее время почти полностью входит в состав Ибресинского района Чувашской Республики (примеч. авт.).

Различия в национальном составе среди стационарных больных объясняются прежде всего своеобразными религиоз­ными воззрениями чувашей и татар того времени на лечение у врачей и в медицинских учреждениях. В частности, чуваши не шли к врачам из-за языческих верований и из-за бедности (Н. В. Никольский). Поэтому они предпочитали лечиться у во­рожей, лекарей и повитух (А.И. Михайлов). В случае бесполез­ности применяемых для лечения душевных заболеваний маги­ческих средств их отправляли в губернские больницы. "Болезни у чуваш всегда запускаются в ожидании, что скоро пройдут, а когда болезнь все усиливается, примутся за лечение своими средствами...". Скованные правилами Корана, татары также ма­ло обращались за медицинской помощью: особенно избегали врачей женщины-татарки (И.С. Болотовский).


Краткое описание жизнедеятельности Казанской окружной лечебницы для душевнобольных. Казань, 1913.

9 Постановление XXII очередного Чебоксарского уездного земельного собра­ния. Казань, 1887.

Другими причинами, способствовавшими доставке душев­нобольных в Казань, являлись удобство путей сообщения и же­лание окружающих больного людей поместить его в больницу (А. У. Фрезе). В пользу первого утверждения говорило то, что во время "пароходства" в Казанскую окружную лечебницу посту­пало 69,69% всех больных, а во все остальное время года -30,31% (А.У. Фрезе). Большое число душевнобольных поступа­ло из Казани и ближайших к ней населенных пунктов. Меньшее поступление из других уездов губернии, включая Чувашию, объяснялось тем, что "они отделены от Казани Волгой и Камой, через которые в известное время переправа бывает невозможной или затруднена. Меньшее число поступлений находилось также в зависимости от количества жителей"8. Чем дальше от населен­ного пункта находилась лечебница, тем меньше была доля по­ступивших на лечение; на окраинах губернии она составляла менее одного процента по отношению ко всем больным.9 На 5-м губернском съезде врачей Казанского земства Л.П. Фон-Шлихтинг сообщил о том, что число обнаруженных в населении больных обратно пропорционально размеру врачебного участка и прямо пропорционально средствам для их "открытия"; имею­щиеся средства здравоохранения были недостаточны и могли удовлетворять только 1/5 часть всего населения.

По мнению врача Инясевского, составившего отчет о со­стоянии Казанского земского дома умалишенных с 1881 по 1883 гг., главные причины, затрудняющие госпитализацию в ле­чебницы для душевнобольных, заключались в нежелании земст­ва заниматься делом попечения душевнобольных, бедности и санитарно-гигиенической неграмотности населения, чрезвычай­но низкой обеспеченности населения психиатрическими койка­ми. Из числа всех поступивших на лечение в Казанскую окруж­ную лечебницу только 34,1% помещено непосредственно свои­ми родными, тогда как 65,5% отправлено правительственными учреждениями; другими словами, чтобы попасть в лечебницу, больные должны были совершить преступления и только тогда суд или полиция "представляли" их туда.10


10 Отчет о состоянии Казанского земского дома умалишенных с 1 сентября 1882 г. по 1 сентября 1883 г. Казань,1883.

18

Психиатрическая служба земского периода в условиях ог­раничения бюджетных средств испытывала существенный не­достаток ресурсной обеспеченности. Уже с самого начала от­крытия психиатрических заведений число душевнобольных, нуждающихся в стационарном призрении и лечении, превышало число койко-мест в этих больницах. Поэтому психиатрические учреждения постоянно уплотнялись, использовались подсобные помещения под палаты, строились бараки (Т.И. Юдин). В конце XIX в. было признано, что "призрение душевнобольных в Ка­занской губернии находится в весьма неудовлетворительном со­стоянии... . По смыслу закона, губернское земство должно при­зревать всех душевнобольных своей губернии, между тем в на­стоящее время оно не призревает даже и четвертой части этих больных" (Б.И. Воротынский). Существующая Казанская ок­ружная лечебница не могла поместить и половины больных, требующих безусловного содержания в больнице. Было развер­нуто 450 коек вместо 350, призревалось 220 хроников вместо 150. В сложившейся ситуации в больнице использовались две совершенно тесные комнаты (одна бывшая кладовая), лишенные всякого доступа света и свежего воздуха, в которые помещались душевнобольные из числа жителей, но не уроженцы Казанской губернии (Б. И. Воротынский).

Особенно тяжелое положение складывалось в сельской ме­стности. Невозможность поместить душевнобольных в больни­цу приводило к тому, что они "... находятся в самых антисани­тарных условиях: грязь, отсутствие свежего воздуха, а сплошь и рядом, вследствие беспомощного положения, отправление в той же избе своих естественных потребностей делают таких боль­ных истинными страдальцами, подчас не имеющими даже воз­можности удовлетворить свои голод и жажду...". По мнению комиссии, "сделать что-либо для облегчения участи душевно­больных, имея в виду ограниченность средств уездных земств, едва ли возможно..."11. Поэтому было принято решение призре­вать душевнобольных посредством устройства в уездах богаде­лен. В основу такого решения был положен опыт Казанского земства, которое "решило этот вопрос удовлетворительно".

Если в Казанской губернии определенные ограничения для помещения в лечебницы существовали для неуроженцев губер­нии, то в Симбирской губернии в стационарной психиатриче­ской помощи отказывали слабоумным от рождения, эпилепти­кам без ПР, старикам и старухам, нуждающимся лишь в домаш­нем уходе (В. А. Копосов).


Доклад комиссии о положении в уездах душевнобольных №23 // Тр. 7-го съезда зем. врачей и ветеринаров Казан. губернии, 2-12 сентября 1896 г. Ка­зань, 1896.

Таким образом, в земский период психиатрическая помощь населению Чувашии практически не оказывалась, несмотря на значительное распространение ПР в регионе. Врачи, в лучшем случае, оказывали неотложную помощь, когда возникала опас­ность для окружающих или самого больного и были возможно­сти для ее осуществления, занимаясь только отправкой нуж­дающихся в казанские психиатрические учреждения. Лишь врач Р. О. Заленский в условиях уездной больницы пытался лечить ПР, обусловленные соматической патологией. Он предпринимал также неоднократные попытки для улучшения положения ду­шевнобольных, выступал с инициативой об организации для них приютов и богаделен. Но эти благие намерения в земский период так и не были осуществлены.

^ Психиатрическая помощь населению Чувашии в переходном периоде. C момента образования (1920) облздравотдела Чуваш­ской автономной области (ЧАО) в числе основных ставился во­прос об организации психиатрической помощи населению. В частности, планировалось открыть центральную психиатриче­скую лечебницу; в штатах местных отделов здравоохранения, начиная с губернского, в лечебном подотделе выделить психи­атрические отделения. Лечебный подотдел должен был ведать организацией больничной и амбулаторной помощи населению, борьбой с социальными болезнями: туберкулезом, венериче­скими и душевными; а педиатрический - заниматься охраной здоровья детей и медико-педагогическими мероприятиями по отношению к дефективным детям. О потребностях населения в психиатрической помощи свидетельствовали годовые медицин­ские отчеты из уездов ЧАО. Так, в Ядринском уезде в 1921 г. по поводу душевных болезней обратилось к медикам 5 чел., с эпи­лепсией - 142 (77 больных пользовались у врачей, 65 - у фельд­шеров), с истерией и неврастенией - 531 (соответственно 259 и 272), с органическими болезнями мозга и его оболочек - 322 чел. (84 и 238); в Чебоксарском уезде в 1921 г. медицинскую помощь получили: душевнобольных - 12, с эпилепсией - 73, с истерией и неврастенией - 122. Имелись сведения о психических расстрой­ствах за отдельные месяцы по г. Чебоксары, Ибресинскому и Батыревскому уездам. Отсутствие в области психиатрических учреждений вынуждало посылать психически больных в Казань. Однако в 1920-1923 гг. этот расход не утверждался и положение с психически больными было "безвыходное". При этом обл-здрав ЧАО работал при наличии 40% сотрудников. Недостаток заведующих подотделами объяснялся отсутствием в области врачей-специалистов (психиатров и др.), которые должны были согласно положению состоять в их главе. Ходатайства обл-здравотдела в вышестоящие инстанции об откомандировании разного рода врачей-специалистов оставались без внимания.

Согласно сведениям о психиатрической помощи населению в ЧАО на 1 июля 1925 г. имелись изоляторы для временного помещения психически больных, и то лишь при городских больницах. Больных направляли на лечение и на экспертизу в Казанскую окружную психиатрическую больницу за счет мест­ного бюджета. Но и такие случаи были редкими, поскольку "транспортный вопрос" в течение ряда лет "не подвергался из­менениям и стоял очень остро. В перспективном плане работы по санитарно-профилактическому отделу намечались мероприя­тия по борьбе с пьянством и алкоголизмом в республике. Сме­той НКЗ ЧАССР на 1926-1927 гг. для транспортировки и лече­ния психически больных в Казань было утверждено 254 000 рублей, в том числе из г. Чебоксары планировалось отправить 10 чел. "по 6 рублей на каждого и 6 рублей на провожатого, что со­ставляло 10 х 12 = 120 рублей". Отпущенных на лечение психи­чески больных средств не хватало. Так, Ядринским уисполко-мом сообщалось, что за отчетный период (февраль-апрель) от­правлено в Нижний Новгород в психиатрическую лечебницу трое душевнобольных. На отправку и на лечение душевноболь­ных сумма полностью исчерпана, в дальнейшем отправлять та­ковых "не в состоянии до изыскания средств". О том, что пси­хически больных было много и они нуждались в оказании ква­лифицированной помощи, свидетельствуют статистические от­четы о движении амбулаторных и стационарных больных по уездам ЧАССР (без городских жителей). За первые 6 месяцев 1926 г. в больницы Чебоксарского уезда обратилось душевно­больных - 39, с эпилепсией - 67, с истерией - 98 чел., зарегист­рировано 10 случаев СУ; в Цивильском уезде соответственно обратилось - 13, 93 и 76, с алкоголизмом и алкогольными психо­зами - 11 чел., СУ - 2; в Ядринском уезде - 24, 146 и 213, с алко­голизмом и алкогольными психозами - 15 чел., СУ - 6; в Баты-ревском уезде - 2, 71 и 92, с алкоголизмом и алкогольными пси­хозами - 12 чел., СУ - 4; в Алатырском уезде - 12, 18 и 210 (све­дения за отдельные месяцы отсутствуют), с алкоголизмом и ал­когольными психозами - 3 чел., СУ - 2.

Из обратившихся по поводу ПР стационарную помощь в уездных больницах получали в среднем 6,7%. Но были стацио­нары (Аликовский, М.Яушский), куда психически больных обычно не помещали. Это, видимо, зависело от числа коек в ме­дицинском учреждении и от квалификации уездных врачей. На­пример, в Ядринском районе самый большой объем медицин­ской помощи психически больным оказывался в больнице, воз­главляемой профессором К.В.Волковым; оттуда поступали и наиболее полные статистические сведения о ПР среди населе­ния. Если в первой половине 20-х гг. в отчетах НКЗ ЧАССР пе­риодически упоминали о психиатрической помощи населению, то постепенно о ней забыли, сосредоточив внимание на борьбе с трахомой, туберкулезом, инфекционными и венерическими за­болеваниями. Отсутствуют в архивных материалах и какие-либо статические показатели о распространенности ПР.

В историческом обзоре о состоянии быта и здоровья населе­ния, развитии сети и эффективности медицинских учреждений ЧАССР с 1913 по 1925 гг., сделанном в 1925 г. наркомом здраво­охранения ЧАССР Лукояновым, говорилось, что "отсутствие квалифицированной помощи объясняется тем, что ЧАССР не имеет крупных городов или больших индустриальных предпри­ятий, где таковые или существуют, или могут быть быстро созда­ны... Медтранспорт в республике отсутствует...

Физическое состояние здоровья чувашского народа ниже общерусской нормы... В ряду болезней первое место принадле­жит социальным: трахомой болеет 45,3% всего чувашского насе­ления, слепых 1,5% (по данным доктора Лукьянова), золотушных 38% (по данным доктора Сурова), чахоточных и предрасполо­женных к чахотке 35% (по данным доктора Федоровой), люэти-ков до 3-4% (исследование доктора Никитина в 1924 году)".

Особенно плохими были показатели психического и физи­ческого здоровья молодежи. Так, из 353 призывников в 1923­1924 гг. в период врачебного обследования "психоневрастения" квалифицировалась у 15 чел. (4,2%), психическое недоразвитие - у 3 (0,9%), малокровие после инфекции - у 42 (11,9%), что в сумме составило 17%. Среди призывников 1927 г. признаны годными: русских - 49,9%, чувашей - 30,4%, татар - 30,6%, мордвы - 27,6%. Остальные "болезненны, дефективны и физи­чески слабы" (туберкулез - 3,6-10, физическое недоразвитие - 9­15, трахома - 3,2-27,3, прочие болезни - 11-16%). По свидетель­ству Н. Евдокимова, упадок питания, малый вес и болезненный вид призываемых "резко бросались в глаза". "Памятен 3-й день работы Чебоксарской призывной комиссии, когда из 70 чел. на­шлись годными к несению службы в Красной Армии лишь 8 чел., а остальные оказались физически и конституционально слабыми. Подобные явления наблюдались и в других комиссиях по ЧАССР". В заключение автор сделал вывод о том, что "без улучшения культурно-экономических условий Чувашской Рес­публики и дела медицинской помощи ожидать состояния здоро­вья населения трудно".

У детей также наблюдался рост "психической дефективно­сти" и "аморальности", особенно среди беспризорников. Для па­тронажа над этими детьми планировалось создание в ЧАССР нервно-психиатрической школы (дефектория) в 1928 г. На со­держание учреждения с 20 койками выделялось 8 000 рублей в год. В операционном плане мероприятий НКЗ ЧАССР на 1928­1929 гг. подчеркивалось, что "...необходимо решительно уси­лить специальную сеть учреждений, обслуживающих физически и психически аномальных детей".

Для отправки душевнобольных по разверстке НКЗ РСФСР на 1928-1929 гг. было выделено 85 койко-мест (в Казанской окруж­ной лечебнице - 50, в Ульяновске - 25, в Нижнем Новгороде - 10). При этом сообщалось, что "посылка будет производиться по мере освобождения мест в этих учреждениях". Поступление новых больных затруднялось тем обстоятельством, что хронические больные из Чувашии блокировали койки в выделенных по раз­верстке НКЗ РСФСР психиатрических учреждениях. Так, в авгу­сте 1931 г. в Казанской окружной лечебнице скопилось 76 боль­ных из ЧАССР. Причем 27 больных находилось без выписки бо­лее 1 года: 5 чел. находились с 1924 г., 4 - с 1926 г., 1 - с 1928 г., 2 - с 1929 г., 15 - с 1930 г. Лечение стоило очень дорого. Согласно договору с Казанской окружной лечебницей стоимость 1 койки составляла 900 рублей в год. Необходимо было платить 11 250 рублей за квартал вперед; за просрочку взималась пеня в размере 0,01% в день, а за просрочку свыше 30 дней — в размере 5%. По договору в лечебницу принимались только острые и социально опасные душевнобольные; спокойные хроники, алкоголики и эпилептики без психоза не принимались. Больные, направляемые судебными постановлениями на испытание и принудительное ле­чение, входили в число оплачиваемых пациентов. Похожие дого­воры на аналогичных условиях заключались с Нижегородской психиатрической колонией и Ульяновской психиатрической больницей. К примеру, в Нижегородской психиатрической коло­нии брали 810 рублей за койко-год.

В конце 1931 г. по республикам, краям и областям было ра­зослано постановление коллегии НКЗ РСФСР, в котором гово­рилось "о крайне тяжелом положении дела нервно-психиатрической помощи, продолжающейся оставаться самым отсталым участком в общей системе здравоохранения". Для ис­правления создавшегося положения предлагалось в аппарате областного крайздравотдела выделить работника, ответственно­го за нервно-психиатрическую помощь в области, крае. НКЗ ЧАССР, видимо, проигнорировал эту рекомендацию: психиат­рическая помощь отсутствовала в республике и спрашивать за данный участок работы было не с кого.

Как свидетельствуют архивные документы, 1931 г. был знаменателен тем, что предпринималась попытка при участии Нижегородского краевого психоневрологического института (колония "Ляхово") провести перепись нервно- и душевноболь­ных в ЧАССР. В намеченных четырёх районах Чувашии соби­рались списки этих больных с указанием паспортных данных, сведений о болезни, социальной опасности и совершении пре­ступлений в прошлом. Результаты переписи позволили устано­вить лишь незначительное число больных, в несколько раз ус­тупающее показателю медицинской отчетности 1927 г. Так, в Канашском районе в список 1931 г. внесено всего 7 больных (по отчетам 1927 г. их было 106), в Урмарском - 5 (42), в Марпосад-ском - 13 больных (39); один из районов вообще не сумел вы­явить душевнобольных среди населения. Райздравотделы в со­проводительной записке констатировали, что "число нервно-душевнобольных гораздо выше, но к этому вопросу сельские исполнительные комитеты отнеслись поверхностно". Видимо, эта причина не позволила провести планируемую экспедицию с участием нижегородских психоневрологов и антропологов, по результатам которой НКЗ ЧАССР собирался организовать по­мощь нервно- и душевнобольным "в социалистическом секторе деревни".

Потребность во врачах в 1932 г. по республике составляла 266 чел., имелось 107; на одного врача приходилось в городском секторе 10 тыс. чел. вместо установленной 1 тыс. чел., в сельской местности - 24 тыс. вместо 10 тысяч. Радиус обслуживания одно­го участка составлял 15 км, в то время как по РСФСР - 12 км.

Душевнобольных, согласно разверстке НКЗ РСФСР 1931 г., направляли на лечение в три специализированные лечебницы, в которых на жителей ЧАССР было запланировано 85 коек: в Ка­занской окружной - 50, в Нижегородской - 25 и в Ульяновской (Карамзинская колония) - 10 коек. На 1932-1933 гг. планирова­лось арендовать в этих учреждениях уже 115 коек. Лечение пси­хически больных обходилось крайне дорого: на 60-70 ежегодно госпитализируемых больных НКЗ ЧАССР тратилось 90 тыс. руб­лей. Поэтому в планах на 2-ю пятилетку намечалось строительст­во областной психиатрической лечебницы на 120 коек и колонии для душевнобольных на 60 коек. Потребность в психоневрологах по расчетам должна была составлять 3 чел. в 1933-1935 гг., 7 - в 1936 г. и 8 - в 1937 г.; в психиатрах для города - 4 чел. в 1934 г., 7 - в 1935 г. и 9 - в 1937 г. Из-за финансовых средств эти планы не были выполнены.

Материалы предвоенного и военного времени показывают, что оказанием психиатрической помощи населению в этот период практически не занимались. Большое внимание уделяли обследо­ванию и проведению лечебно-профилактических мероприятий среди призывников, военнослужащих, а в военное время - среди военнослужащих. Сразу после войны приоритетными были во­просы рождаемости, оказания помощи раненым и инвалидам, борьбы с инфекционными заболеваниями. О том, что ПР остава­лись важной проблемой здравоохранения в послевоенное время, косвенно свидетельствуют данные о структуре смертности насе­ления. Так, в годовом отчете за 1946 г., составленном по меди­цинским материалам 11 городов и рабочих поселков Чувашии, на долю насильственных смертей (убийств и СУ) приходилось 6,4%, на старческую дряхлость как причину смерти - 1,7%.

Психоневрологическая помощь в ЧАССР на повестку дня стала выходить в 1949 г. В г. Чебоксары появились первые вра­чи невропатологи, были открыты психоневрологические каби­неты поликлиник и амбулаторий, в которых развернуто 15 объе­диненных неврологических коек и пять объединенных психиат­рических коек; число амбулаторных посещений к врачам "нерв­но-больных" составило 17 482, психически больных - 2062. В 1950 г. в республике работало уже 10 невропатологов, в обязан­ности которых входило оказание помощи психически больным; выделенные должности психиатров оставались незанятыми. В 1953 г. число психоневрологических кабинетов достигло шести. Два имели в своем составе койки для неврологических больных. Число посещений составило 23,6 тыс., на дому 0,1 тыс. Невро­патологи занимали пять выделенных должностей психиатров.

Представленные данные свидетельствуют, что, несмотря на значительную распространенность ПР среди населения авто­номной области, а затем республики, вопросам профилактики, лечения и реабилитации психически больных в переходном пе­риоде уделяли мало внимания. Эта проблема отходила на зад­ний план на фоне высокой смертности от острых инфекционных заболеваний. Победа над ними сменилась борьбой с трахомой, туберкулезом, кожно-венерическими и другими заболеваниями. Очевидно, поэтому психиатрическая служба в Чувашии разви­валась одной из самых последних.

^ Период образования, становления и развития психиатриче­ской службы в Чувашии. Как следует из вышеизложенного, пси­хиатрическая служба Чувашии начала формироваться только к середине 50-х годов. До этого медицинскую специализирован­ную помощь жителям республики оказывали либо в соседних регионах и областях, либо на местах силами врачей-невропатологов и терапевтов. К тому времени Чувашия имела всего один "психоприемник" на 5 койко-мест, который выпол­нял функции "диагностического фильтра и этапного отправного пункта" для направления психически больных на лечение в пси­хиатрические больницы Казани, Горького и Ульяновска. При систематических отказах этих учреждений в приеме больных нашей республики за первый год работы психиатрической службы (1956) было отправлено на стационарное лечение 108 пациентов. "Подавляющее большинство контингента больных ЧАССР социально опасные, агрессивные больные. Эти больные, нуждающиеся в изоляции, продолжают оставаться вне больниц -в городе и в районах. Обращаются в прокуратуру, в МГБ и дру­гие инстанции с бредовыми жалобами, являются постоянной уг­розой для учреждений, о чем неоднократно пишут трудящиеся, соседи и члены их семей, обращаясь в горздравотдел или в гор­исполком". Понятно, что сложившаяся в то время ситуация на­стоятельно требовала коренных преобразований.

В 1956 г. на базе психоневрологического отделения 1-й Че­боксарской городской больницы открывается Республиканский психоневрологический диспансер (РПНД) пятой категории с тре­мя врачебными должностями. Как свидетельствуют архивные до­кументы, условия работы были крайне тяжелыми. РПНД разме­щался в двух смежных комнатах, которые во время текущего ежегодного ремонта занимали под хирургические и гинекологи­ческие палаты. В период эпидемической вспышки гриппа поме­щение диспансера отдавали под палаты для гриппозных больных. Поскольку РПНД большую часть года не имел своего помещения, врачи проводили психоневрологический прием в кабинете город­ской больницы. На психиатрическом учете диспансера после пер­вого года работы психиатрической службы состояло 286 город­ских больных и 889 - сельских, "прошедших однократно лечебно-консультативный прием".

Катастрофически не хватало врачей, другого медицинского персонала, многие психически больные не могли получить не­обходимого лечения в полном объеме. Лишь в Цивильском рай­оне Чувашии три месяца в течение 1956 г. работал врач, оказы­вающий психиатрическую помощь; в других районах республи­ки таких специалистов не было.

В 1957 г. изменился профиль "психонервного" отделения: к имеющемуся диагностическому фильтру-приемнику на 5 коек в 1-й городской больнице были выделены палаты для лечения больных с пограничными состояниями. Из 581 пролеченного 344 составили психически больные, среди которых встречались "большие" ПР: инволюционная депрессия, астеногаллюцина­торный синдром вирусной этиологии, алкогольный делирий, психические эквиваленты и др. Этот год примечателен также тем, что начали функционировать 50 коек в Шихазанской пси­хиатрической больнице (ШПБ).

В 1958 г. было начато строительство Республиканской пси­хиатрической больницы (РПБ) в г. Чебоксары. Неврологическое отделение 1-й городской больницы, в котором лечились и пси­хически больные, имело уже 40 коек. Однако число больных, состоящих на диспансерном учете, оставалось чрезвычайно низ­ким. Это было связано с отсутствием врачей-психиатров во всех районах и невропатологов в подавляющем большинстве рай­онов. Особо подчеркивалось, что низкие показатели распро­страненности умственной отсталости объясняются недостаточ­ным обследованием детского населения из-за отсутствия дет­ского психиатра.

Начиная с 1959 г. отмечается значительный ежегодный рост числа психиатрических коек и числа врачей-психиатров, сред­него и прочего медицинского персонала. В ШПБ, к примеру, число коек с 50 увеличилось до 95, продолжалась подготовка помещений к дальнейшему расширению числа койко-мест.

В 1960 г. в г. Ядрине в здании бывшей тюрьмы была раз­вернута вторая по счету психиатрическая больница Чувашии на 75 коек. В ШПБ стало функционировать 225 койко-мест, в 1-й Чебоксарской горбольнице - 20. Всего в республике имелось 320 психоневрологических коек. Работало 11 врачей-психиатров. Для обслуживания пациентов с хроническим течением ПР был открыт психоневрологический интернат на 60 мест в с.Тарханы. В результате всех этих преобразований в 1959-1960 гг. число обращений населения за психиатрической помощью по сравне­нию с 1956 г. выросло в шесть раз. Выраженные ПР составляли 55% всех случаев, пограничные ПР - 25%, алкоголизм - 20%.

Открывшиеся больницы, однако, не улучшили положение с оказанием психиатрической помощи населению. Дело, в частно­сти, осложнялось тем, что с началом строительства РПБ и функ­ционированием двух других психиатрических больниц стали поступать отказы в приеме жителей республики в психиатриче­ские стационары близлежащих областей. Более того, Казанская психиатрическая больница настоятельно требовала перевести накопившихся к тому времени 300 больных из Чувашии в от­крывшиеся учреждения.

В 1963 г. открывается Шемуршинский психоневрологиче­ский интернат для детей на 125 мест, расширяются Тарханов-ский (до 150 мест) и Явлейский (до 100 мест) интернаты. В сис­теме здравоохранения стало три психиатрические больницы на 600 койко-мест и РПНД, в которых работает 19 врачей-психиатров.

Ситуация между тем оставалась сложной. Увеличение коек в больницах достигалось прежде всего за счет уплотнения име­ющихся площадей. Так, в палатах РПБ стояло 6-7 коек вместо планируемых трех; в ШПБ для размещения коек использовались коридоры и часть вспомогательных помещений. На одного больного, несмотря на это, приходилось в среднем 2 м2. В годовом отчете ШПБ отмечалось, что "... здания больницы приспособленные, половина из них требует капитального ре­монта ... палаты большие на 10-12 больных, в коридорах в 2 ря­да установлены койки. Во всех отделениях ощущается недоста­ток вспомогательных помещений ...столовые... одновременно служат местом дневного пребывания больных ...часты - кон­фликты из-за скученности... "

Не лучше было положение и в Ядринской психиатрической больнице (ЯПБ). Там больные размещались в двух каменных зда­ниях камерного типа, мало приспособленных для психически больных. В архивных документах сохранилось описание обста­новки того времени: " ...обслуживание больных крайне затрудне­но, так как больница переполнена и часть больных спят по два человека на 1 койке, много беспокойных (больше половины) и неопрятных больных ... Красный уголок выполняет функции при­емного покоя и места для свидания больных с родственниками".

К концу 1964 г. коечный фонд РПБ доводится до проектной мощности. Работает пять психиатрических отделений, рассчи­танных на прием 300 больных. Но и эта больница не избежала уплотнения. В августе 1965 г. количество коек в РПБ было уве­личено до 400. На 1 января 1968 г. в больнице развернуто уже

600 коек, на которых размещалось 626 больных. В "день обсле­дования почти во всех отделениях стояли койки в коридорах".

Объективным документом, характеризующим работу служ­бы в конце 60-х гг., является "Справка о состоянии психиатри­ческой помощи в ЧАССР", составленная научным сотрудником Московского НИИ психиатрии МЗ РСФСР В. А. Галкиным. Об­щие выводы были следующими. Подчеркивалось, что "...развитие психиатрической службы продолжается, однако су­ществующая система психиатрической помощи, ее мощность и структура не в состоянии полностью обеспечить все потребно­сти... Внебольничная помощь централизована. В селе нет психи­атров, поэтому больные посещают врача 1 раз в 2 года.

Много больных - до 20% - необоснованно снимаются с дис­пансерного учета... Отсутствует материальная база для органи­зации реабилитационной терапии и социально-трудовой реаби­литации... Стационарная психиатрическая помощь характеризу­ется большим переполнением больниц, напряженным ритмом их работы и накоплением психохроников... Имеется недоком­плект врачебных кадров... "

Кроме того, к недостаткам работы психиатрической службы ЧАССР, отраженным в справке, относились: отсутствие ответст­венных за психиатрическую помощь в районах, большой радиус обслуживания (до 250-280 км), частичное внедрение бесплатного лечения психически больных, отсутствие участкового принципа обслуживания (по г. Чебоксары, г. Новочебоксарску), отсутствие картотеки динамического наблюдения больных, состоящих на диспансерном учете; низкие показатели выявляемости и учета взрослых больных, уступающие среднероссийским показателям при достаточно высоких показателях выявляемости в сельской местности больных детей с диагнозами олигофрении, эпилепсии и шизофрении; ШПБ и ЯПБ размещены в помещениях, непри­годных для содержания и лечения больных. Детское отделение РПБ развернуто в малоприспособленном для детского континген­та помещении. В системе социального обеспечения ЧАССР не имеется достаточного количества мест в психоневрологических интернатах, поэтому примерно от 10 до 15% больных с конечны­ми состояниями в течение многих лет находятся в ШПБ.

Для исправления выявленных недостатков МЗ ЧАССР предлагалось: создать районные звенья психиатрической вне-больничной помощи; переквалифицировать невропатологов в психиатров и выделить для обслуживания медицинских сестер; завершить перепись больных и организовать полную картотеку динамического учета, создать лечебно-трудовые мастерские и специальные цехи для психически больных; на территории ШПБ построить новую психиатрическую больницу на 500 коек, а ЯПБ реорганизовать в межрайонный диспансер.

Проведенная проверка дала информацию и ориентиры для дальнейшего развития психиатрической службы в республике. В 1968 г. на основании постановления Совета Министров ЧАССР в РПБ были открыты лечебно-трудовые мастерские на 100 мест. Они имели два цеха - картонный и швейный. В течение года в них работали 342 больных, находящихся на стационарном лече­нии в РПБ. Кроме того, часть больных была занята в подсобном сельском хозяйстве.

Определенной реорганизации подверглось амбулаторное звено психиатрической службы. Стали функционировать 30 коек в дневном стационаре РПБ, на которые поступило 42 больных. Диспансерное отделение было переведено из 4-й во 2-ю катего­рию, что позволило увеличить количество ставок врачей и других медицинских работников. Благодаря этому к концу 1968 г. уда­лось закончить перепись и перерегистрацию психически больных в республике, заполнить на них амбулаторные и контрольные карты диспансерного учета, ввести в практику принцип динами­ческого наблюдения. На учете на начало 1969 г. состояло 16 884 больных, из них - 3373 ребёнка; было взято под наблюдение 4926 больных, из них 3912 - первичных.

Образованное в сентябре 1962 г. научное общество невро­патологов и психиатров ЧАССР на первых своих заседаниях за­нималось в основном рассмотрением актуальных вопросов нев­ропатологии. Это было связано с большим числом врачей нев­ропатологов (28 против 16 психиатров) и тем обстоятельством, что многие психиатры работали в ШПБ и ЯПБ, отдаленных от г. Чебоксары. По мере расширения РПБ и увеличения числа врачей активизируется научно-практическая работа среди пси­хиатров республики. Они принимают участие в работе 2-го Все­российского съезда невропатологов и психиатров (декабрь 1967 г.) и 5-го Всесоюзного съезда невропатологов и психиатров (июль 1969 г.), выезжают на научно-практические семинары, выпускают методические письма по лечению и профилактике олигофрении, эпилепсии, алкоголизма и курения.

Новый виток развития психиатрической помощи населению произошёл после принятого постановления Совета Министров СССР и приказа МЗ РСФСР № 452 от 06.10.72 г. "О мерах по усилению борьбы с алкоголизмом". В свою очередь Совет Ми­нистров ЧАССР принимает постановление № 436 от 21.06.72 г. "О некоторых мерах по дальнейшему улучшению медицинской помощи психически больным в ЧАССР", издаются приказы МЗ ЧАССР № 462 от 29.12.72 г. "О мерах по дальнейшему усиле­нию борьбы против пьянства и алкоголизма" и № 2 от 07.07.74 г. "О мерах по дальнейшему усилению борьбы с рас­пространением наркоманий в ЧАССР".

В результате принятых мер были организованы и открыты наркологические кабинеты в городах республиканского подчи­нения (Алатырь, Канаш, Новочебоксарк, Шумерля). Для при­ближения психиатрической помощи к населению стационарное обслуживание психически больных стало осуществляться по принципу районирования. Так, РПБ обслуживало 9 районов республики, Чебоксар и Новочебоксарска, ШПБ - 8, ЯПБ - 3 района. Началось оказание помощи психически больным в Шу-мерлинском, Алатырском, Батыревском, Вурнарском, Канаш-ском, Урмарском районах и в г. Новочебоксарске. В ЯПБ откры­ваются лечебно-трудовые мастерские, в ШПБ больных исполь­зуют в весенне-летнее время на сельскохозяйственных работах.

Определенным импульсом к развитию психиатрической службы стали многочисленные постановления Правительства СССР, указы Президиума Верховного Совета РСФСР, Мини­стерства здравоохранения в начале-середине 70-х гг., направ­ленные на искоренение пьянства и алкоголизма среди населе­ния. Соответствующие нормативные акты были приняты и в ЧАССР. Все это не замедлило сказаться на увеличении ресурс­ной обеспеченности психиатрической службы за счет введения новых штатных нормативов. В частности, были утверждены специальность врача психиатра-нарколога и должность врача участкового психиатра-нарколога, фельдшера по наркологии, сестры по социальной помощи при враче участковом психиатре-наркологе.

В 1975 г. в ЧАССР для проведения внебольничного лечения больных с алкоголизмом было дополнительно выделено 8,5 ставки врачебных должностей; в ряде районных центров преду­сматривалась дальнейшая организация наркологических каби­нетов. В 1976 г. в Яльчикской ЦРБ на 0,5 ставки начал работать врач в психоневрологическом кабинете, а в 1979 г. - Козловской ЦРБ. В результате принятых мер на начало 1981 г. в большинст­ве (75%) районов Чувашии оказывалась психоневрологическая помощь населению. Не выделили участковых врачей-психиатров и наркологов, не открыли соответствующих кабине­тов главные врачи Комсомольского, Красноармейского, Крас-ночетайского, Цивильского, Шемуршинского, Ядринского и Ян-тиковского районов. Однако качество психиатрической помощи сельскому населению оставалось низким. Особенно страдала работа по выявлению и динамическому диспансерному наблю­дению за больными у врачей ЦРБ, занимающих 0,5 ставки пси­хиатра или нарколога. Они были сильно загружены на своей ос­новной работе и поэтому "... мало или совсем не занимались оказанием помощи психически больным".

По состоянию на 1 января 1985 г. в 10 ЦРБ и трех городских больницах имелись врачи на полную ставку, в 10 других ЦРБ -на 0,5 ставки; не было специалиста только в Комсомольском районе. Во всех районах при ЦРБ организован наркологический прием, утверждено 0,5 ставки врача-нарколога. К этому времени все врачи-психиатры, работающие пять лет и более, прошли специализацию в ГИДУВах, а три врача окончили клиническую ординатуру. В 1989 г. при Алатырской ЦРБ было развернуто 40 коек для лечения больных с психическими и наркологическими заболеваниями. С 1990 по 1995 гг. более 400 больных из г. Алатыря и Алатырского района ежегодно получали стацио­нарную психиатрическую и наркологическую помощь.

В 1985 г. наркологическая служба выделилась в самостоя­тельную. Был организован Республиканский наркологический диспансер со стационаром для оказания специализированной помощи больным, страдающим алкоголизмом, наркоманиями и токсикоманиями. Открылся ряд наркологических отделений при промышленных предприятиях. В 1986 г. в г. Новочебоксарске был организован межрайонный наркологический диспансер для стационарного лечения больных Чебоксарского, Мариинско-Посадского, Урмарского, Козловского районов и г. Новочебок-сарска.

После издания приказа МЗ ЧАССР №574 от 10.11.87 г. в республике начинает развиваться психотерапевтическая служба. В 1989 г. Новочебоксарский наркологический диспансер был переформирован в Центр психического здоровья, поскольку кроме наркологической начал оказывать психотерапевтическую помощь больным с пограничными ПР и членам их семей. Для этих целей выделено 20 коек. В 1990 г. открывается Республи­канский психотерапевтический центр, который является много­профильным лечебным учреждением, призванным решать зада­чи первичной, вторичной и третичной профилактики погранич­ных ПР в регионе. Приблизительно в это же время открываются психотерапевтические кабинеты в медсанчастях крупных про­мышленных предприятий г. Чебоксары (завод промышленных тракторов, промышленное объединение им. В. И. Чапаева, поли­клиника строителей, хлопчатобумажный комбинат), кардиоло­гическом диспансере. Начинают работать врачи-психотерапевты в городах Канаше, Ядрине, Цивильске, в поселках городского типа - Ибресях, Козловке и Вурнарах (А. Б. Козлов).

В 1995 г. в республике функционировало 11 кабинетов пси­хотерапии в ЦРБ и медсанчастях, пять - в республиканских ле­чебно-профилактических учреждениях, в том числе три кабине­та для оказания психотерапевтической помощи детям и подро­сткам (А. Б. Козлов). Только в системе здравоохранения респуб­лики работало 27 врачей-психотерапевтов.

Начинает формироваться суицидологическая служба, кото­рая в 1995 г. располагала двумя кабинетами социально-психологической помощи и телефоном доверия, имеющим две линии связи; пять врачей и психологов прошли специализацию по суицидологии (А. Б. Козлов, А. Г. Прохоровская).

Таким образом, в течение 40 лет своего существования пси­хиатрическая служба Чувашии непрерывно развивалась и про­должает развиваться. Число врачей-психиатров с одного в 1956 г. увеличилось до 84 в 1995 г., обеспеченность населения врачами-психиатрами с 0,01 на 10 000 населения возросло до 0,62. Отсутствие роста врачей с 1980 по 1985 гг. объясняется тем, что часть психиатров в связи образованием наркологиче­ской службы переквалифицировалась в наркологов. На начало 1996 г. в системе здравоохранения Чувашской Республики по­мимо 84 врачей-психиатров (в ЦРБ работали 22), имелся 51 врач-нарколог (в ЦРБ работали 19), 27 врачей-психотерапевтов (в ЦРБ работали три), а также сексопатологи, психологи, лого­педы и специалисты других смежных профессий.

Параллельно с увеличением числа врачей росло число пси­хиатрических коек. Если в 1956 г. было всего 5 коек, то в 1995 г. их число (без наркологических) составило 1210 (обеспеченность населения психиатрическими койками возросло с 0,05 на 10 000 населения до 8,89). Среди них имелись койки для лечения детей и подростков с ПР; для проведения военной, трудовой и судеб-но-психиатрической экспертиз; для лечения психически боль­ных, страдающих туберкулезом; для принудительного лечения больных, совершивших правонарушения, но признанные судом невменяемыми; для лечения больных с пограничными ПР.

Литература

  1. Голенков А.В. Психические расстройства у населения Чувашии. Сообщение 1: Исторические предпосылки к созданию психиатри­ческой службы в республике // 1-й съезд психиатров, наркологов и психотерапевтов Чувашской Республики: Тез. докладов. Чебокса­ры, 1995. С. 3-4.

  2. Голенков А. В. История образования и развития психиатрии в Чу­вашии: Конспект лекции. Чебоксары, 1997. 52 с.

  3. Голенков А.В. Психические расстройства как медико-социальная проблема (региональный аспект): Дис. ... д-ра мед. наук. М., 1998. 368 с.

^ ОРГАНИЗАЦИЯ И РАЗВИТИЕ ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ СЛУЖБЫ В ЧУВАШСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
  1   2   3   4   5



Скачать файл (1801.5 kb.)

Поиск по сайту:  

© gendocs.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации